После последнего же разговора долго думал. Странные ощущения, потому что например человек этот ответственен за финансовые потоки, но денег не ворует, живет на зарплату.
Хорошо, что не ворует конечно, но это человека не сильно красит, скорее, не чернит.
Возможно это как-то связано в общем с тем зоопарком что в политике и пелевинской "уловкой-22" и ощущением что голосуй не голосуй, не получишь ничего, а раз так, то почему бы не заработать?
Ну да, аргумент известный, любая система состоит из тысячи винтиков, которые уверены, что сами ничего изменить не могут. Закрывая глаза на то, что именно из-за их действий зоопарк в политике существует.
Для себя я давно решил, что с этической точки зрения все подобные ситуации кристально ясны.
После Второй Мировой войны каждый второй интеллектуал задался вопросом: как просвещенный европейский народ мог такое допустить? Предположим, нацистская верхушка была группой отборных фанатиков, готовых пожертвовать собой ради идеи расовой чистоты и величия немецкой нации (что не совсем так, об это ниже); часть была карьеристами, которые ради власти и денег готовы на любые зверства, но остальные? Неужели пропаганда так качественно промывает мозги, не оставляя ни христианского милосердия, ни разумного гуманизма?
Ответов много, от экспериментов Милгрэма до анализа условий Венского мира; но ключевую подсказку даёт "Эйхман в Иерусалиме" немецкого философа Ханны Арендт. На примере суда над одним из крупнейших нацистских чиновников, ответственным за решение "еврейского вопроса", Арендт показывает, с какой лёгкостью мы отказываемся от моральной ответственности за принимаемые решения. На скамье подсудимого мы видим кого угодно, но только не сумасшедшего маньяка: отвечая на вопросы обвинителя, Эйхман рассказывает историю простого бюрократа, ответственно подходящего к своей работе и в точности исполняющего приказы.
И это говорит человек, в подчинении которого находился целый отдел Гестапо. Дальше — проще: от "я просто подписывал нужные бумаги" до "если бы я не нажал на кнопку, пускающую в камеру газ, её бы нажал кто-нибудь другой". Шестерёнки бюрократической машины продолжают крутиться, а остановить их совершенно некому, и сколько времени пройдет, пока советские солдаты не начнут громить рейхсканцелярию?
И каждый раз, когда твой знакомый будет обеспечивать нужный процент или разрабатывать медиа-кампанию очередному мудаку, шестерёнки будут крутиться, и за циничными оправданиями в очередной раз никто не вспомнит о личной ответственности.
И почему-то мне кажется, что в этот раз Красную Армию ждать бессмысленно.
Ну не совсем уж на деревнях, и Кац же не только кандидатом в этом поле порезвился.
Не так уж там и много народу, чтобы Каца не знать.
Но да, я просто в свете разговора об подписях спросил.