Футбол в России

Обсудили с коллегой Александром Шмурновым специально для championat.com наиболее горячие темы последних дней. Получилось длинно, но, по-моему, интересно.



Шмурнов: Эмери на прощание не пнул только ленивый. А ты, наверное, сильнее всех его пинал эти четыре месяца, и мне не очень понятно, почему? Объясни напоследок, что же всё-таки тебе не нравилось в работе Эмери и в его стиле?



Черданцев: Я не прорицатель, но у меня было ощущение, что это не то, что нужно «Спартаку». Во-первых, я вообще не верю в испанцев за границей. Так сложилось исторически: испанцам комфортнее работать дома. Испания – страна большая и самодостаточная. У испанцев есть Латинская Америка, если хочется за границу. Испанцы редко отмечались особенным успехом за рубежом, в отличие от немцев, голландцев, англичан… Или тех же итальянцев, которые в России работали испокон веков: строили церкви, основные здания в московском Кремле, Зимний дворец в Петербурге. И дело тут не в южных кровях, а в определённом подходе к жизни и работе. Считаю, что глубокое заблуждение менеджмента «Спартака» заключается в ориентации на испаноязычный рынок. И понятно, откуда это берётся. Большинство бывших футболистов клуба – люди, поигравшие в Испании: Карпин, Ледяхов, Попов и другие. Они знают испанский, и им проще контактировать с испаноговорящими людьми.



Ш.: И это абсолютно естественно. Тем более что это интенсивный и богатый рынок.



Ч.: А я считаю, что это вообще не тот рынок, который нужен России. Бразильцев (они португалоговорящие, но в целом по менталитету похожи) за десяток лет здесь поиграло много, но по-настоящему проявить себя сумели лишь считаные единицы. Возглавляет этот список Вагнер Лав. Возможно, туда входит и Веллитон, который два сезона был бомбардиром, потом, по сути, закончил с футболом. Алекс – блестящий футболист, но и его карьера в России оказалась скомканной. На бразильцев нельзя положиться и вокруг них нельзя ничего построить. Спартаковцы упёрлись в бесконечных бразильцев, испанцев, аргентинцев… Какие аргентинцы в России? Это смешно. В наших условиях, при нашем менталитете им некомфортно. Единственный, кого можно вспомнить – Бракамонте. Но когда он сюда приехал, был никем. Серьёзные игроки – Кавенаги, Макси Лопес – не заиграли. Делать ставку на таких игроков – чисто стратегическая ошибка.



Ш.: Пока это всё лишь теоретические разговоры. Строить команду было необходимо. Метания всем надоели, и результата настоящего у команды не было. Коль скоро Леонид Федун сделал ставку на Карпина, он согласился с его линией поведения. А это, в том числе, ориентация на испаноговорящих. Ты пока не предложил альтернативы. Итальянцев, что ли, нужно было приглашать?



Ч.: Надо начать с того, в чем была одна из главных ошибок еще до Эмени. Леонид Федун был не прав, когда легко расставался с ветеранами. Это был первый грубейший просчёт. Это личная ответственность владельца клуба. Потому что нужно было оставлять всех этих людей до пенсии, пока они ещё могут играть хотя бы по пять минут в год. «Милан» в этом смысле – хороший пример. Там до последнего времени были игроки, которые не проводят за сезон ни матча, но им продлевают контракты до 38-39 лет. А всё потому, что без этих людей не может быть так называемого «иль группо», коллектива. У нас такие игроки называются «дедами», а в Италии они – «сенаторы». Те люди, которые хранят традиции, присматривают за молодыми, за иностранцами. «Спартак» допустил ошибку, расставшись с целым рядом игроков, начиная с Аленичева, Бесчастных, заканчивая Парфёновым, Титовым. Тому же Бесчастных сейчас 38 лет, он младше капитана «Интера» Дзанетти…



Ш.: Многие называют это «бандой»… И в этом смысле я, в целом, с тобой согласен. Но, по-моему, момент, когда последнее спартаковское успешное поколение перестало быть единым и потеряло способность поддерживать клубные традиции, остался далеко позади…



Ч.: …А сейчас непонятно, кто из игроков должен объединять вокруг себя людей? Пареха с Инсаурральде? Это же бред, так быть не должно. Украинец Дикань? Козлов? Юниор Брызгалов? Паршивлюк, которому всего 23? Это непосильный груз для таких молодых парней. Должна быть группа русских игроков, воспитанников клуба, которых знают. Дзюба тоже молод – и он не лидер. Об этом мало говорят. Вот был бы тот же Вова Бесчастных в команде, он бы пинка такого дал кое-кому, что те из ночных клубов пулей бы вылетели раз и навсегда и оставались после тренировки в тренажерном зале, пока Вова не уезжал бы домой. Я серьезно.



Ш.: Мне довелось общаться с Эмери, он говорил о том, что лидеры не возникают по мановению волшебной палочки, они вырастают в команде, взрослеют вместе с ней. Возможно, молодые игроки – тот же Дзюба, в частности, – могли бы пробиться и закалиться при Эмери, а они хотели во что бы то ни стало играть и быть на первых ролях уже сейчас, что и привело к распаду коллектива…



Ч: «Спартак» не парник, где надо кого-то взращивать. И потом, чтобы кого-то вырастить, не обязательно выкорчевать всё, что есть вокруг хорошего. А главное: мне кажется, Эмери был изначально обречён. В «Спартак» не может прийти тренер, который не имеет харизмы или победных традиций. Эмери был посредственным футболистом в посредственных командах. Рабоче-крестьянский персонаж, прямо скажем. Все говорят, что третье место с «Валенсией» — это хорошо. Но это плохо. Это означает, что человек априори живёт с ущербной психологией. Он начинает турнир, проиграв его заранее.



Ш.: Но он выиграл турнир у 17 команд. Перед ним стояла задача завоёвывать путёвку в Лигу чемпионов, и он её выполнял. А обыграть «Барселону» и «Реал» было невозможно.



Ч.: В спорте есть только первое место, с кем бы ты ни играл. Ты играешь в одном турнире, а так у тебя заранее уже есть «подстилка». Проиграть «Барселоне» 30 очков – это очень много. Фактически на человеке нет груза сверхответственности за победу в каждом матче. «Спартак» — это команда, которая должна выигрывать в каждом матче – и не просто выигрывать, а делать это красиво, показывая эстетский футбол, от которого все бы ахали и охали, как это было в годы Бескова и Романцева. Удивляться тому, что у Эмери возникли проблемы, не стоит. Он не знает, что такое большие победы, ни на уровне футболиста, ни в качестве тренера.



Ш.: На мой взгляд, при Эмери этой осенью были эпизоды, которые можно было бы стилистически отнести к спартаковской игре – той, которую хотелось бы видеть…



Ч.: А, по мне, не было. Была идея лупить по мячу вперёд, играть в «крестьянский» футбол. «Спартак» — это не крестьянская команда.



Ш.: А чем же тогда был гол Ромуло в матче с «Барселоной»?



Ч.: Это результат индивидуальных действий самого Ромуло.



Ш.: Но в атаке приняли участие четыре человека, это был командный гол. И это не единственный пример.



Ч.: Один такой яркий эпизод за четыре месяца – это смешно.



Ш.: А помнишь, как Черенков с Родионовым играли на выходе из обороны? Их выходы в контратаку приносили «Спартаку» едва ли половину забитых мячей, а по составу, в сравнении со многими командами чемпионата СССР «Спартак» был не такой уж сильной командой.



Ч.: В контратаку выводил Гаврилов. Пас из центрального круга, и выход один на один. «Спартак» в 90 % матчей играл в контроль мяча, и пасы Гаврилова были лишь одним из способов доставки мяча в атаку, далеко не единственным. Какая там культура паса была! А что касается сегодняшнего дня, то поставленной и осмысленной игры при Эмери не было.



Ш.: Но ведь были у Эмери комбинации и через центр. Это только в последних матчах, когда игроки перестали хоть как-то думать о правильном футболе и думали о том, как куда-то добежать, был полный атас. С «Волгой» в этом смысле был чудовищный матч.



Ч.: Эмери ставил примитивную игру. Игру, основанную на пасе в край и навесе, игру в основном без мяча.



Ш.: Я как раз так не считаю. Считаю, что в его задачу это не входило. Именно поэтому де Зеува он считал сильным игроком. И я, кстати, по-прежнему думаю, что де Зеув недооценён и слишком критикуем здесь просто потому, что он не отвечает типу изящного и тонкого игрока.



Ч.: Но мы же не обсуждаем какого-то конкретного игрока. На мой взгляд, Эмери разрушил всё, что построил Карпин, и не дал ничего нового. Рассорился со всеми игроками и как итог – полгода потерянного времени. Абсолютная пустота. Надеюсь, из этого будут сделаны выводы, и придёт понимание, что «Спартак» — это не тренерская школа и не то рабочее место, где следует учиться профессии. Ей надо учиться в низших лигах, работой помощником в больших клубах у больших тренеров.



Ш.: По-твоему, за эти три года Карпин превратился в тренера?



Ч.: Не хотел бы это обсуждать. Пока он назначен до конца года, объявляю мораторий на эти комментарии.



Ш.: Получается, сезон, по-твоему, для «Спартака» закончен?



Ч.: Не знаю. Но я знаю, что в «Спартак» должен приходить тренер-победитель. В «Спартак» должны приходить такие как Моуринью. Всё. Я не говорю сейчас, о том, возможно ли это, я говорю о том, что «Спартаку» нужно только первое место в чемпионате, полуфиналы в еврокубках. Я понимаю, что Моуринью не придёт, но посыл, надеюсь, понятен. Должен быть тренер, имеющий в своём послужном списке победы – большие и серьёзные.



Ш.: Ты говоришь о моратории. Но всё равно сейчас будет работать Карпин. По-твоему, в «Спартаке» сейчас идёт поиск такого опытного и серьёзного тренера?



Ч.: Я не могу заглянуть в голову Леонида Федуна. Я не знаю, что ему нужно. Hе знаю, какие задачи перед клубом и командой ставит её владелец. Что главное – выигрывать? Просто выигрывать? Или играть красиво и выигрывать? Или главное -сохранить положительный баланс бюджета?.. Мне это неизвестно.



Ш.: На мой взгляд, главное – это стадион.

[attachment=103581:0_8e40c_...3ee_orig.jpg]