Рассказы

Лохи
Паша Нострадамус

Непререкаемым авторитетом по части астрологии Паша считался с младых ногтей. Он мог по памяти перечислить созвездия обоих полушарий, не пропустив при этом ни одного. Однако со второго курса физмата, с кафедры астрономии, Паша был отчислен. Формулировка при этом звучала весьма одиозно: "Антинаучные взгляды, выраженные в полном пренебрежении специальностью, а также пропаганда оных".
В переводе с канцелярско-бюрократического языка на нормальный это означало, что глубокие Пашины знания имели к астрономии весьма отдалённое отношение. Зато по части оборотной стороны этой науки - астрологии - Паше не было равных.
Он лично был знаком с первым астрологом тогдашнего СССР Павлом Глобой. Он зачитывался трудами древних и современных специалистов. Имя Ванга произносил с придыханием, портретом Вронского украсил спальню, а работы Нострадамуса знал практически наизусть.
Деньги у Паши водились. Где он зарабатывал их, оставалось загадкой, но это мало кого интересовало. А вот склонность его засаживать их в секу интересовала многих. В секу Паша играл блестяще и, оказавшись вовлечённым в честную игру, неизменно выигрывал. Но мелкие победы были не тем, о чём он мечтал. Паше хотелось выигрывать много, выигрывать у игровой элиты и проделывать это, играя по-крупному.
На центральный катран Паша являлся с завидным поcтоянством. К его приходу завсегдатаи готовились заранее и очень тщательно. Приобреталсь и специально затачивались под Пашу шулерские колоды всех ориентаций: от банальной коцки и шпанского баламута до изысканной, поющей в руках профессионала, скрипки. Деньги с Паши вынимали быстро, легко и элегантно, а весь процесс редко занимал больше полутора-двух часов.
Нелёгкой проблемой, однако, было вычислить тот день, когда Паша придёт, но к этому вопросу центровые подошли творчески. По прошествии двух-трёх недель с момента последнего фиаско Паше звонил некто Штаны. По удивительному совпадению Паша со Штанами были полными ровесниками, родившимися в один и тот же день одного года. Правда это или нет, не знал никто, но в справке об освобождении из мест лишения свободы у Штанов стояла та же дата, что у Паши в паспорте.
По традиции, между достойными собеседниками происходил примерно такой диалог:
- Здорово, Нострадамус, - жизнерадостно орал в трубку Штаны, - слышишь, тут у меня дело наклёвывается, фартовое. Хочу в понедельник делать. Ты уж давай, посмотри, как там планеты со звёздами, етти их мать, в понедельник.
- Не-е, дружище, - говорил Паша, - в понедельник ты лучше воздержись. Сатурн к Водолею стоит как надо, и Стрелец к Меркурию вроде ничего, а вот Юпитер подкачал - не в той, прямо тебе скажу, эклиптике.
- А во вторник? - не отставал упорный Штаны.
- Сейчас посмотрим, - отвечал гордый своим авторитетом Паша, - так-с, значит, во вторник у нас тоже непроходняк. Всё бы ничего, и Нептун с Гончими Псами в альянсе, и Сатурн кольцуется мама, не горюй... А вот Венера подвела, очень уж она с Большой Медведицей в противофазе.
- Да что за непруха такая, - чуть не плакал Штаны. - Ты уж, Нострадамус, не подвoди, дальше смотри - ну, не пропускать же такое дело из-за светил этих долбаных, чтоб они усрались.
И Паша смотрел. Сравнивал среду с четвергом, а четверг с пятницей, Меркурий с Луной, а Уран с Козерогом, и, наконец, выдавал:
- Есть, повезло тебе, Штанишки. Суббота - самый подходящий день, всё в тютельку легло, и, заметь, Водолей так козырно к Марсу стоит, что просто конфетка. В общем, в субботу делай.
- Спасибо тебе, корефан, - говорил растроганный Штаны, - всё, теперь на дело спокойно пойду, с меня коньяк и килька.
В субботу Паша Нострадамус являлся на катран, где и подвергался обычной процедуре.
На следующий день Штаны звонил вновь.
- Слышишь, Нострадамус, - подозрительно говорил он, - а ты меня не развёл часом? Иду на дело, а там уже мусора. Как же так получается, чтоб они все сдохли?
- Да ты уж прости, дружище, - извинялся Паша, - моя вина, недоглядел. Всё учёл: и Марс, и Водолея, и Близнецов с Девой, а вот Волосы Береники профукал. Они, волосы эти, всю малину и изгадили. Не один ты обломался, я и сам в полном пролёте.
- Ты уж смотри, - после серии жалоб и проклятий говорил отходчивый Штаны, - в следующий раз волосы эти, чтоб они у твоей Вероники со всех мест повылазили, не забудь, а то совсем жизнь хреновая пошла, хоть зубы на полку клади.
- Ладно, Штанишки, ты прости, если можешь, - совестился Паша, - уж в следующий раз всё точно будет, без ошибки.

Валя Фугас

Фугас был человек непьющий. Он работал на заводе "Красная Заря", обслуживал одновременно десять токарных станков, постоянно висел на доске почёта и бессменно владел переходящим красным знаменем.
От щедрот родного завода Валя жировал в отдельной двухкомнатной хрущёвке, колесил на автомобиле "Нива", раз в год отъезжал по путёвке в Пицунду и водил домой дешёвых шлюх, отирающихся возле гостиницы "Спутник". Внешне Фугас был жуткий урод, что успеху у противоположного пола не способствовало.
Раз в неделю Валя посещал парк, в глубине которого находилась поляна, известная среди завсегдатаев, как Кормилица. Была Кормилица оборудована шикарным навесом, под которым стояли монументальные сооружения - внушительные сосновые столы с прибитыми к ним по обе стороны здоровенными лавками. У входа в Кормилицу имел место врытый в бетон щит, на котором красовался плакат со следующей надписью:
Шахматный городок. Распивать спиртные напитки и играть в азартные игры категорически запрещено!
В нижней части щита уверенной рукой местного таланта были изображены мужские гениталии. Надпись под ними явственно иллюстрировала отношение обитателей Кормилицы к содержанию плаката.
Любителей древней индийской игры завсегдатаи с поляны безжалостно выперли. А занимались под навесом именно тем, что категорически запрещалось. Азартные игры были представлены во всём разнообразии. В не меньшем разнообразии распивались любимые посетителями спиртные напитки.
Валя являл собой неприятное исключение из правил. Он проводил в парке три-четыре часа, за это время раcставаясь со смехотворной суммой денег, упорно отказываясь принять на душу населения и сыграть после этого покрупнее.
Сгубил Валю вождь мирового пролетариата. Однажды, двадцать второго апреля, в день, когда лысого революционера угораздило родиться, Валя оттянул часов пять на субботнике и вымок под дождём до самых этих самых.
Явившись после субботника в парк, злой, как пёс, и не менее мокрый, Валя накатил-таки сто грамм. С этой минуты началось его превращение в Фугаса. Он ввязался в секу, проиграл там червонец, укрупнился и завалил еще полста. На этом деньги у Вали закончились, но ему мгновенно дали в долг еще две сотни. Засадив их за минуту, будущий Фугас остограммился по новой и предложил перенести сражение к нему на квартиру. Предложение было с радостью принято сразу пятью лучшими представителями игрового мира. Закупив по максимуму спиртного и по минимуму съестного, компания перекочевала в фугасовские апартаменты. Там битва продолжалась ещё двое суток. По их истечении проигравший всё, что было, Фугас упал под стол спать, а остальные приступили к вывозу имущества. С "Нивой" и основными предметами обстановки справились быстро, сберегательные книжки обнулили также без проблем, а вот со старинным славянским шкафом, доставшимся Фугасу по наследству, вышел затык.
В двери шкаф не пролезал. Бригада грузчиков, изрядно с ним промучившись, наконец, отказалась. Так что пришлось подгонять подъёмный кран, который и извлёк, наконец, злосчастный шкаф через окно.
Проспавшись, Фугас обнаружил, что в одночасье лишился всего, что упорно наживал за бесцельно прожитые. Сделав логичный вывод о бренности бытия, он уволился с завода и пустился во все тяжкие. Квартиру он пропил стремительно, а то, что не успел пропить, проиграл. Лишившись жилплощади, Фугас забомжевал. Зимой он бедовал по подвалам и чердакам, а летом так и жил в Кормилице, ночуя под навесом. По утрам Фугас вставал и семенил сдавать бутылки к удобно расположенному напротив парка приёмному пункту. На вырученные средства заливал в организм литра два пива и спешил обратно в Кормилицу. Там он занимался добровольно-принудительной уборкой территории вплоть до прибытия основной группы. На протяжении трудового дня Фугас отвечал за бесперебойное снабжение Кормилицы выпивкой и закуской, а также являлся хранителем общественных стаканов и штопора. К вечеру, участвуя малой долей во всех распитиях, Фугас приходил в ублаготворённое состояние и укладывался спать под лавку, заворачиваясь в притащенный им же дырявый кусок брезента. Раз в неделю его в принудительном порядке заставляли посещать баню, скидываясь почём не жалко на помыв. Таким образом Фугас провёл три счастливых года и однажды ночью тихо умер во сне, без мучений и со смиренной улыбкой на устах.

В детстве я любил прибегать к тетке на работу.Улыбчивые люди в белых халатах, непередаваемый запах лекарств, малиновый сироп в штангласе... Бабушки у разноцветных витрин и добрая женщина-провизор, терпеливо что-то объясняющая уже двадцать минут...Я слушал слова-непонятные,непроизносимые- и ощущения праздника рождались в детской душе.

Где-то за стеклом, под серую пятиэтажку скрывалось солнце. "Шесть,- подумал я -смена скоро закончится." Ещё раз глянул в окно - хищный, холодный свет неона отражался в лобовых стеклах припаркованных автомобилей. "Скоро, скоро..."
-А можно?..кх..- хриплый голос отвлек от раздумий.
Я повернулся- опять эта пара: худощавый парень с бледным, пепельно-серым лицом и его подруга, наверное,- симпатичная блондинка, очень легко одетая для начинающейся осени. Вопросительно кивнул. -Четыре Тетралгина, три йода больших, два муравьиных спирта и Тропикамид 0,5%,-сухие, потрескавшиеся губы еле двигались, лицо в розово-фиолетовых пятнах.
- Третий раз сегодня приходишь- может хватит?-спросил я. Отвратительная ухмылка скривила сухие губы.
Я глянул на спутницу- она презрительно улыбнулась. Широкие зрачки мертвенно поблескивали.
- Твое дело какое?- вопросом на вопрос ответил парень.- Я могу и в другую аптеку пройтись.
Внимательнее посмотрел на него- типичный нарик, давно, наверно, сидит. Девчонку жалко. Хотя...Надо мне оно? Кто я для них- мама? Папа? На хер, травитесь...Да и зарплата у нас от выручки.
Молча развернувшись, стал собирать препараты.
Знакомый писк сканера- с вас столько-то. Трясущаяся рука в пятнах протягивает засаленные сторублевки.
-Сдача,- говорю,-возьми.
Он поднимает голову- в его мутных глазах нет торжества победы или радости от предстоящей инъекции...Нет ничего,кроме боли и тоски...Тоски и боли...
Холодный ветер колет лицо, забирается под одежду, трепет волосы- худощавого парня с землистым лицом и легко одетой блондинки. "На хер,"-думаю еще раз и отвожу взгляд с удаляющихся спин.Достаю мобильник:"Здорово, Макс. Давай выпьем...Повод?..Без повода...хотя...от безисходности..."

Прошло уже много лет. Где-то в шкафу медленно покрывается пылью диплом по специальности "Фармация" с квалификацией провизор. И каждый раз, проходя мимо обшарпанного здания с выбитыми стеклами- теткиной работы, я нервно прикуриваю сигарету.

Вам повезло, если из соседней кваритры не пахнет уриной, а ваша дверь не бывает закидана яйцами, Более того, если есть возможность попросить молоток – вы в раю. Мне никогда не везло с соседями. Никогда! С самого детства находились упыри, которые отравляли жизнь. Когда мне было три, соседcкий мальчик обладал таким же игрушечным грузовиком, как у меня, и совершенно не обладал головой. Сломав свой, этот мелкий черт пристраивался к моему, благо я вовремя приходил на помощь к своему красному ЗИЛу. Так же, он интересовался, а можно ли съесть мороженное носом.

Когда мне было десять, мы уже жили в другой квартире, и даже в другом городе… да что уж там – в другой стране! Но и тут нашлись уникальные личности:) Девочка, живущая на этаж ниже, постоянно пыталась просветить меня на счет скорости роста кустиков у своей старшей сестры, а иногда, по вечерам, к нам в подъезд приходил ночевать вполне культурно одетый алкаш. Но на первом этаже соседнего подъезда жила семейка нариков, чьи дети показывали в окна свои гениталии… и это было что-то.

После окончания школы я поступил в Вуз и перебрался в Москву, в поисках новой жизни и нормальных соседей. Заселился в общагу и все было хорошо, до того момента, как сюда же не заселились два стокилограммовых нохчи борз. Ничто не наполняет моё сердце таким страхом, как исключительно чеченское общество. По этой причине я избегаю их с той же решимостью, с какой уклоняюсь от близкого знакомства с бешеными псами. Я ничего не понимаю в их беседе, мне ни капельки не интересны их танцы, и если кто-то хлопает меня по спине, меня одолевает непреодолимое желание ответить ему хорошим страйком в табло. Но их двое, и один из них рассказал, что как-то раз, нанес двадцать ударов в голову за секунду, а второй показал засохшие пятна крови, на своем ноже и расплылся в улыбке. Приятные воспоминания, видимо =)

Через три дня, я снял комнату в двушке, времени на выбор не было, поэтому взял вариант поближе к учебе. И Зря я так поступил. Во второй комнате жила женщина-милиционер, два ее ребенка-дегенерата, и бабушка, которая даже царапины лечила клизмой, еще было три черных кошки… со временем, их стало семь. Однажды я даже захотел удалить глаз чайной ложечкой ее сыну, после того как он пытался засунуть шланг пылесоса в зад одному из своих котов. А его сестра, когда думает что ее ни кто не слышит, любит говорить о сексе, при том, что ей нет и пятнадцати. Она может делать это часами на пролет. Как-то раз, когда ее "родных" не было дома, она позвала подружек, и предложила самим оценить пример особенно удачной интимной стрижки. У вас когда нибудь возникало желание заценить свои яйца корешам? У меня не возникало.

Этот ад я терпел почти три года, так как переехать еще раз, возможности не предоставлялось. Ну а сейчас, когда жизнь немного наладилась, я живу в отличной квартире, с отличным ремонтом… с пятидесятилетней девой, живущей в квартире снизу. Однажды она позвонила и сказала, что слышит, как я хожу в туалет, и это мешает ей заснуть. Я бы ее понял, если бы весил 150 кг и страдал диареей, но это не так, совсем не так:) Она стучит шваброй в свой потолок на любой шорох, и любит звонить участковому, который уже просто посылает ее на х*й. Я понимаю, что ее жизнь не удалась. Что скучно первую половину дня искать свои очки, а вторую пытаться выудить их из лужи собственной мочи. Но зачем отравлять жизнь мне? Что я ей такого сделал? Я живу довольно мирно и тихо, да, иногда я кричу матом, но кто этого не делает?