Немножко юморка...

Стоял один из тех карантинных дней, в котором даже не разберёшь - будний он или выходной. Он не помнил, какой это был месяц. И какой год. Просто крепко сжимал в кармане смартфон с установленным на него куар-кодом, необходимым для выхода из дома.
И по его потным ладоням одно было ясно совершенно: наступило лето и оно выдалось жарким. Дубовицкий шёл по 1-й Брестской и крутил в руках телефон. Полы его длинного плаща не развевались: ветра не было. Да он и не знал, зачем он его нацепил - может, для красоты. А может, так он чувствовал себя более защищённым. Где-то дальше по улице был установлен монитор и динамик, из которого привычно раздавалось: «Все москвичи вне зависимости от возраста должны неукоснительно соблюдать режим самоизоляции». Заслышав эту знакомую мантру, дышать Дубовицкий стал чаще. И это сделало маску на его лице ещё более невыносимой. Он точно знал где, точно знал когда, не знал только, найдёт ли он то, что ищет.
Он и сам не заметил, как справа от него оказалась потертая табличка «Мосхозторг». Витрина давно погасла и кажется, абсолютно безжизненно, как огромный нечеловеческий глаз, взирала на улицу. Дубовицкий открыл слэк и что-то написал. Через некоторое время дверь открылась и его быстро втянула внутрь чья-то рука. Затем на пару-тройку секунд стало темно. Открылась ещё одна дверь. Затем ещё одна. И наконец его взору предстал небольшой бар.
«Ну что? Старина? Что пить будешь? А Настю чего не взял? У нас сегодня после 3х закрытая распродажа косметики из ЦУМа». Дубовицкий вспомнил, как Настя собирала сумку и что-то кричала из прихожей пару месяцев назад. Но он точно не помнил что. Ему просто хотелось, чтобы она ушла. «А вискарь есть?» - привычно спросил он.

Пруф