Эффект наблюдателя: Хроники космического беспризорника (книжка полностью)

Утром мы, как всегда, спустились завтракать вниз, в общий зал. Хозяйка, увидев нас, махнула рукой стоявшему у дверей мужику:

— Иди уже, революционер! — и сделала вид, что плюнула на пол. 

Мужик покосился на нас, потом перевел взгляд на хозяйку:

— Ну и дура! — и скрылся в дверях. 

Мы малость опешили, и хозяйка, кивнув вслед ушедшему, сказала:

— Сосед мой, лавку держит с электроникой. Хвастался, как они ночью мэрию громили. Совсем ума нет у человека! В ФОР вступил. Сам же через неделю ныть будет, что продать ничего не может. Все у него нормально было, а туда же — мол, старая власть плохая, сами управлять городом будем.

Серж тут же насторожился:

— Мэрию разгромили?!

— Да шпане только дай повод пограбить, — и передразнила кого-то высоким голосом: — «Теперь мы ФОР, новая власть!» И этот туда же! 

После завтрака мы двинули на остановку — ехать в музей. В приехавшем глайдере все стекла были в порядке; правда, кроме нас, в салоне не оказалось ни души.
 

Однако музей был закрыт. Предложение Сержа вернуться мы дружно опротестовали. И, снова погрузившись в бас, проехали пару остановок обратно — к ботаническому саду. Прогулки хватило, чтобы я однозначно понял, что не ботаник. 
 

А потом мы ждали бас обратно. Стояли и болтали. Потом сидели и болтали. Потом молча ждали. Где-то через час Серж задумчиво сказал: 

— Ждать дальше не имеет смысла, и, кажется, у нас будет замечательная прогулка по городу.

За те два часа, что мы шли обратно, явственно ощутилось, что город переменился. Это было незаметно из окон баса, но пешком подмечаешь гораздо больше деталей. Меньше людей, и те, что спешат по делам, нервно окидывают взглядами друг дружку. А вот закрытая лавочка, и еще, и снова закрыто. И неубранный мусор.

Уставшие, мы ввалились в гостиницу и обнаружили, что зал внизу почти полон. Только один свободный столик, а нас одиннадцать, и все голодные. 

Хозяйка, видя наше затруднение, махнула рукой:

— Садитесь на свободные места, сегодня аншлаг. Кажется, вся столица решила приехать к нам! 

Я сел за столик, где обедала компания из трех мужиков и дамы, которая тоже, впрочем, выглядела мужиковатой. Они встретили меня равнодушными взглядами и продолжили есть. 
 

Когда я уже доедал свой обед, тетка достала флягу и налила немножко в пустую кружку, хотя рядом с нею стоял стакан с газировкой. По цвету я тут же признал сок ейдину, и сразу же тоже его захотелось. А тетка вдруг взяла стакан газировки и тоже вылила в кружку. Меня аж передернуло:

— Зачем вы его разбавляете?!

Она удивленно посмотрела на меня и, усмехнувшись, спросила:

— А ты что, предпочитаешь чистым?

— Конечно! 

Она снова усмехнулась:

— А не рано тебе?

— Что рано? — удивился я.

— Ну, чистый джин.
 

Я почувствовал себя идиотом. Тетка снова рассмеялась:

— Ну что, плеснуть джину? Сока нет, уж прости.

Пришло осознание: она с самого начала поняла мою глупую ошибку, но предпочла подколоть. А вот теперь стало обидно:

— Не, надираться днем — это же весь вечер пропустить.

Тетка снова рассмеялась, и ее компания вместе с нею. Мужик, сидевший напротив, посмотрел на кружку:

— Как он тебя! Маленький засранец.

Тетка развела руками и быстро ответила:

— Первый, первый, меня подстрелили! — и улыбнулась. 
 

А потом перестала улыбаться и сказала:

— Не пропущу вечер, мы за этим столиком до утра, мелочь. Мест нигде нет, ночевать больше негде. 
 

Я соотнес ее слова с забитым залом и понял: хозяйка не преувеличивала. А еще подумал, что это вообще не весело, а еще о том, что у нас есть свободные спальные мешки. Нет, у меня не возникло мысли подселить их к нам, но если они и правда собрались ночевать в зале…

— У нас есть четыре спальных мешка, хотите, я попрошу их вам одолжить? 

Компания перестала смеяться; я поймал на себе удивленный взгляд мужика напротив. Они переглянулись, и тетка ответила:

— У нас есть свои, малыш, но спасибо за предложение. Тебя как зовут?

— Маугли. 

— А меня Ди. Это, — она ткнула пальцем в мужика напротив, — Макс, а эти двое — Барс и Сова. Ну, — она взяла в руки кружку, — за дружбу и выручку! — и сделала глоток. 
 

Мы разговорились, я рассказал нашу историю и узнал, что они приехали из столицы, но тоже не местные, в смысле не с Равии. Они прилетали по своим делам и теперь тоже ищут возможности улететь.

— В Айван-голе стало жарко, малыш. Сначала ФОР навел шороху, там шпана, в основном. Но вчера в город вернулась полиция, которую ФОРовцы разогнали, уже вместе с отрядами корпоративной охраны. На улицах были настоящие бои. Теперь уже бежали остатки ФОР, но можешь быть уверен, они наберут людей в соседних городах и вернутся. Так что столичный космодром еще долго не заработает. Нам до местных разборок дела нет, попадать между поршнем и клапаном — глупо. Лучше убраться подальше.
 

То есть выходит, мы зря ждем, что в столице все уляжется, заварушка только набирает обороты. 

Когда наша группа собралась в комнате, я поделился этой мыслью с Сержем. Тот очень грустно на меня посмотрел:

— Маугли, замечательно, что ты это понял. Но это уже не самая большая проблема.  

— Как так?

— Историю, Маугли, надо было учить на уроках, историю. Лавочки закрываются, шпана под флагами ФОР громит мэрии... Думай.

— Хотите сказать, что тут повторится то же, что в столице?

— Молодец. Дальше?

— Ну, видимо, надо отсюда убираться. Но при чем тут история?

— Чтобы сложить два и два, нужна арифметика. Для понимания происходящего — история.

— И что происходит?

— Война, Маугли. Гражданская. Не корпоративные склоки, где дерутся деньги. А война, когда сосед идет убивать соседа. Все только начинается.

В моей голове щелкнуло: утренняя перепалка хозяйки с соседом-сторонником ФОР.

Вдруг оказалось, что остальные нас внимательно слушают:

— И что нам делать? — спросил Малик.

— Бежать, — просто ответил Серж. 

— Куда? — спросила уже Соня.

— Если бы я знал…
 

До ужина все были непривычно тихими. Серж сходил в банк — снять денег на чип, пока есть возможность. Понятно было, что снова нужно искать транспорт. Но непонятно, куда.  
 

За едой я снова сидел в той же компании. Мои слова о том, что начинается гражданская война, они встретили со скепсисом. Но внезапно предложили присоединиться к ним, когда всплыло, что мы не знаем, что теперь делать:

— Километрах в двухстах отсюда есть научный поселок «Феникс корп». У них нет космодрома, но на орбиту регулярно прилетает корабль «Феникса», и к ним отправляют катер. Мы хотим договориться, чтобы нас вывезли, — сказала порядком набравшаяся Ди, — просто двигайте с нами.

— А если там та же хрень? — засомневался я. 

— Нет, «Феникс» местные разборки не колышат, просто арендуют кусок земли. 
 

Звучало как выход. Я подошел к Сержу и пересказал ему предложение. Он тоже заинтересовался, я представил его компании и, уступив место, пересел к ребятам.

Вернувшись после ужина в комнату, мы накинулись на Сержа с вопросами. Он поднял руку, призывая к тишине:

— Да, да, мы к ним присоединимся. Они пообещали договориться о транспорте на завтра.

Все радостно заголосили, а вот меня грыз червячок сомнения: слишком все выглядело подозрительно гладко.

— Серж, а почему они такие добрые? Ни с того ни с сего готовы нам помогать.

— Все просто, — Серж даже улыбнулся. — Они совершенно не уверены, что «Феникс» не пошлет их куда подальше. А вот эвакуировать группу детей с сопровождением — совсем другая история.

Традиционно после ужина я намылился погулять. Традиционно Серж попытался меня остановить. Но традиции победили, у него не вышло. 

Первое, что бросалось в глаза, — почти все витрины закрыты и ничего не работает. Встретил лишь пару продуктовых магазинов. Один раз вдалеке слышались выстрелы. И людей на улицах почти нет.

Вспомнил про вчерашнего мальчишку и обещание снова его накормить. Ну как вспомнил, если по-честному, то ради него и вышел сегодня. Хотелось его уберечь, что ли, предупредить.
 

Подходя к знакомой пекарне, обнаружил, что она закрыта. Однако, подойдя ближе, обнаружил Ваня, наблюдавшего за улицей из узкого прохода между домами. Ну как обнаружил, увидел, что он мне рукой машет. 

— Привет! Что с нашими булочками?

— Привет, закрыты с утра, но я знаю место, где открыто! 

— Ну, погнали.
 

Он вел себя, будто бы вокруг все нормально, а мы — старые приятели, договорились встретиться. Вот только я чувствовал его нервозность. Не от происходящего вокруг, а из-за страха остаться без еды. Подозреваю, что и сидит он тут уже давно. Сам таким был. 

Вань привел меня к маленькой пустой забегаловке, где делали сладкие блинчики. Я взял нам по порции, и мы встали у одного из трех маленьких столиков.
 

— Ну, рассказывай, чего слышно нового? — сказал я, когда Вань умял первый блинчик. По его глазам было видно, что блинчик закончился слишком быстро.

— Большой Макс с ребятами с утра пасли банк и принимали почти всех, кто выходил с чипами. А после обеда их отловили другие парни. Кого-то постреляли, вроде. С обеда банк пасут эти новые. Слушай, а можно еще блинчик? Со вчерашнего вечера не ел ничего.
 

Я заказал ему еще блинчик, а сам судорожно думал, что, похоже, Серж чудом проскочил, как раз пока две банды разбирались, кому грабить клиентов. Все должно было обернуться хреново, просто повезло.
 

— Есть еще новости?

— Ну, ночью сожгли магазин с одеждой. Хозяина убили. Говорят, он выступал против ФОР, — Вань активно доедал второй блинчик.

— Слушай, Вань, ты же понимаешь, к чему идет? Будет как в столице.

— Наверно. Говорят, завтра воду отключат. 

— Я уезжаю из города, и тебе тоже стоит делать ноги. 

— Пфф, — Вань наигранно усмехнулся, — со мной-то точно ничего не случится, я тут каждую собаку знаю. И каждую дыру. Да и куда я уеду?

— А что ты слышал про научный поселок «Феникс корп»? Говорят, до него километров двести.

— Вообще не слышал. Но мне и тут норм. А воду отключат — так у меня все равно нет крана.

Ваня я понимал. Наверно, я бы тоже никуда не уехал из Нижнего. Но вот то, что он ничего не знал про поселок, куда мы собрались, меня снова насторожило. Если что-то случится… Если четверо наших новых друзей окажутся совсем не друзья? У нас лишь один взрослый и десять подростков. 
 

В голове всплыли тактические задачки, которые я решал с Дипом. Все они, если было время, начинались с анализа и подготовки. Подготовка…

— Вань, а ты случайно не знаешь, где можно купить пистолет?

— Знаю… Но это не входит в сделку с блинчиками!

— Конечно, а во сколько станет пистолет и твоя помощь?

— Двадцатка мне, а пистолет — как договоришься.

Прикинув, что тут мы наели на полкредита вместе, уже собирался выбить честную цену, а потом подумал: я ведь помочь ему хотел, просто так. Завтра уезжаю. Ладно, побуду лохом, зато у него будет еды на месяц. 

— Годится. И куда нам идти за моим пистолетом?

Вань вел меня по улочкам, и я ловил в его движениях оттенок легкого презрения. Моя репутация в его глазах стремительно рухнула до плинтуса. Понимаю, Вань, все понимаю. Но тебе не скажу. 
 

Через четверть часа мы пришли к двухэтажному дому, спрятавшемуся в переулке. На первом этаже — массивная дверь и ни одного окна. Окна второго этажа зарешечены. Вань нажал на звонок.

— Ждем хозяина. Я свою работу сделал.

Пару минут ничего не происходило, потом откуда-то раздался хриплый голос:

— Чего надо, мелюзга?
 

Я молчал, и понял, что надо что-то сказать, только когда Вань пихнул меня локтем. 

— Здравствуйте! Я хотел бы купить пистолет. 

— Малолетние дебилы. Пошли на хрен! 

Кажется, ничего мне продавать не собирались.

— Вань, а у него точно можно купить пистолет?

— Точно. Все покупают у него. Я договор выполнил, гони мои кредиты! 

Я снова нажал звонок. 

— Вы еще тут? Бандиты малолетние, оружие вам? Стойте, где стоите, сейчас я спущусь и покажу, как работает стрекало! 

Голос замолк. Вань дернул меня за руку:

— Валим, валим! 
 

И побежал прочь, а я присоединился. Через квартал мы тормознули, в руке Ваня появился чип, и он требовательно уставился на меня:

— Гони мою двадцатку!

В его взгляде читалось беспокойство. Я достал свой чип и отправил ему денег. Путь лоха тернист. Обидно, конечно, что со мной даже не стали говорить. А что делать?

Вань довольно улыбнулся:

— Еще что-нибудь хочешь прикупить?
 

Провал, конечно, был неприятен. Однако с чего я решил, что кто-то так просто продаст мне оружие? Ладно, хорошо деньги не отобрали, Вань с 20-ю кредитами не в счет. Что мне надо, кроме оружия?

— Вань, а где бы прикупить планшет или что-то такое, но чтобы работало без доступа к сети? И чтобы там была карта.

— Магазин электроники? Погнали, я покажу. Думаю с этим проблем не будет. Мою ставку ты знаешь, — мелкий засранец приветливо улыбнулся.

— Стоять! Совсем обнаглел? С тебя вообще неустойка за неработающее место! 

— Ладно, скидка, как любимому клиенту. Десятка! 
 

Я усмехнулся: 

— Веди, вымогатель.
 

Вань поглядел по сторонам с видом маленького хозяина жизни:

— Слушай, может, не надо тебе уезжать? Я тебя всем снабжать буду! Бизнес открою потом свой…

— Пошли уже, скоро темнеть начнет. 

Мы пошли в сторону нашей гостиницы, и чем ближе мы подходили, тем больше я убеждался в мысли, что ведет он меня к тому типу, что лаялся с нашей хозяйкой с утра. 

— Тормози! Я знаю, куда ты ведешь. Там мы ничего не купим. Еще места есть?

Вань задумчиво остановился и с серьезным видом потер затылок:

— Больше магазинов электроники рядом нет. О! Есть еще ломбард! Там есть техника!

— Погнали. 
 

Ломбард действительно работал. Внутри, правда, не было витрин, а была немолодая, уставшая женщина, которая, узнав, что мне надо, немного покопалась в шкафу и выложила на прилавок браслет:

— Личный помощник. Внутри простенький ИИ. Связь, навигация, советы.

— А там карты есть?

— У меня есть, я залью тебе бесплатно.

— А как их смотреть без экрана? 

— Он проецирует голо, экран не нужен. Управление голосовое. Бери, хорошая штука. Только сегодня принесли. Отдам за две тысячи. 

— Сколько?! Вы смеетесь?

Торговка раздраженно на меня посмотрела:

— Парень, это же не планшет тебе, это целый ИИ: ториевая батарея, 80 терабайт памяти. Такой от пяти тысяч стоит. Дорогая вещь! За четыре тысячи бы точно продался, но не уверена, что сейчас купят, — и тихо добавила, — и что вообще завтра откроюсь. 
 

Это было больше, чем у меня оставалось. Да и дикие деньги. Хотя, конечно, захотелось очень.

— Я думал максимум сотню потратить. 

Тетка грустно усмехнулась:

— За сотню могу планшет предложить. Карту залью, будет работать. 

— Давайте за 500? Все равно не продадите.

— Малыш. Я за него сама 800 утром отдала шпане какой-то. И была очень довольна сделкой. 

— Дорого уж очень. Ладно, покажите планшет. 
 

Тетка полезла за планшетом, потом вздохнула: 

— Ладно, полторы тысячи — и забирай помощника.

— Вы за него утром 800 отдали. Отдайте за тысячу? 200 кредитов за день — отличный бизнес! 

Продавщица молча выложила передо мною планшет. А я вздохнул с облегчением, потому что про тысячу — это я что-то загнул в порыве, и стал копаться в планшете. Это была премиальная модель, отличающаяся от того ширпотреба, к которому я привык. Она определенно тянула на сумму гораздо больше запрошенной сотни. Чертовски выгодная покупка. 
 

Я уже совсем решился, когда тетка махнула рукой:

— А, черная дыра с тобой, забирай помощник за тысячу!
 

Я судорожно прикидывал. Это все дико выгодно. И владелицу легко понять. Впереди неизвестность, денег у людей нет. Будут ли покупатели на дорогую электронику, да и вообще покупатели — не факт. Скорее — желающие продать что-то даже за бесценок. Это если ломбард сможет работать. Думаю, она уже сама себя корила за утреннюю дорогую покупку. Во мне разгорался охотничий азарт. 

Жадность меня погубит. Я взял и помощник, и планшет. 
 

А потом она мне всучила новый рюкзак, упаковку пищевых капсул, нож, фонарик, десятиметровый молекулярный тросик, зажигалку и солнечные очки с режимом бинокля и ночного видения. В своем шопоголическом азарте я потратил почти 1300 кредитов. И, кажется, продавщица тоже вошла в азарт. От окончательного разорения меня спас Вань, стоявший все это время рядом и, кажется, пребывавший в шоке. Потом он спохватился:

— Эй, переведи мне мою десятку, пока все не потратил!

На фоне моего разорения это была такая мелочь, что я перевел ему двадцать.

Выйдя из дверей, я ощущал легкую эйфорию. Шикарный же куш сорвал! Вань посмотрел на меня, как довольный котенок:

— А еще что-нибудь хочешь прикупить?

— Не. А впрочем, да, нужно мороженое!

— Таксу помнишь? 

— Вань! Ты вообще берега потерял? Обойдешься мороженкой.

— Пошли, злобный корпорат!

Мы выбрались из переулка на улицу и пошли.

— Только недалеко, темнеет уже.

Где-то вдали слышался шум и крики, потом раздался выстрел. Вань усмехнулся:

— Ночь приходит в город, корпораты засыпают...

Из-за угла впереди выскочила пара фигур и быстро побежали в нашу сторону, за ними выскочили еще трое. Первая пара пронеслась мимо нас, троица бросилась за ними. Один из догоняющих на ходу вскинул руку с пистолетом и сделал пару выстрелов им вслед. Затем и троица пронеслась мимо нас. 
 

Повернувшись к Ваню я увидел, что у него от шеи в бок бьет фонтанчик. На его лице возникла растерянность, он поднял руку и зажал ею шею. Из-под пальцев продолжала выплескиваться кровь. 

Оцепенев, я глядел, как ему под ноги брызгало и брызгало красными лужицами. Вань сделал шаг, потом его ноги подогнулись в коленках, и он нелепо завалился на бок. Рядом с его головой быстро увеличивалась темная лужа.
 

Я наконец отмер и бросился к нему:

— Вань! Держись!

Судорожно огляделся в поисках того, что можно было бы прижать к ране, и ничего не видел. Взгляд зацепился за руку Ваня, которая несколько раз дернулась и перестала. Его глаза были открыты и смотрели, казалось, вслед убежавшим, лицо было расслабленным. Он не дышал. 

Снова накатило оцепенение, а когда оно прошло, я заметил, что в его ботинке сбоку отходит подошва и расстегнута одна из липучек. Машинально я протянул руку и застегнул липучку. Потом встал. И пошел домой. 
 

Войдя в комнату, я машинально ответил на приветствие, постоял под взглядами и развернулся, чтобы пойти в другую комнату, к спальному мешку.

— А где вкусняшки? — грустно сказала Соня. 
 

Я развернулся, снял новенький рюкзак, вытащил из него планшет, молча дал ей и, не обращая внимания на восторженные вопли, ушел спать.

Глава 29

Открыв глаза утром, я услышал шум за стеной: кто-то уже встал. Вчера меня будто выключили. Лег и тут же заснул, никаких мыслей. А сейчас я смотрел в потолок и представлял себе снова и снова вчера: Вань, застывший с глупой ухмылкой, потом — алый фонтанчик из шеи.

Мне приходилось видеть кровь, драки, трупы. Много всего я уже видел. Но не так. Не рядом. Не так внезапно. И не так глупо.
 

Стрелок пробежал мимо, даже не бросив на нас взгляд. Он не собирался убивать Ваня и не знал, что это сделал.

За стеной раздался девчачий смех. Я перевернулся на бок. В ушах стоял Ванин голос: «Со мной-то точно ничего не случится». Идиот. 
 

Погладил рукою шею и почувствовал пульс. Вот он, стучит. А у Ваня — уже нет. И все из-за метра разницы: если бы я стоял левее, умер бы я. Совершенно без причины и так просто. 
 

Глупо. 
 

Вань остался там, в переулке, потому что встретился со мной. Виноват ли я в том, что его больше нет? 
 

Рядом заворочался Малик, вылез из спального мешка и сел, потирая глаза. Увидев, что я не сплю, улыбнулся:

— Бодрого утра!

У него была целая шея. Он был живой.

Я был сконцентрирован на собственных мыслях и не очень следил за завтраком, который прошел не внизу, а в нашей комнате. Потом пришел Серж и сказал, что транспорт уже прибыл. Десять минут кутерьмы вокруг. Погрузка в глайдер.
 

Мы уже давно выехали из города, когда я наконец очнулся и огляделся вокруг. Маленький обшарпанный салон и потертые пассажирские кресла набиты так, что между ними лишь небольшой проход. Но мест аккурат хватило всем.
 

Кто-то болтает, несколько ребят играют в какую-то игрушку на принесенном мною вчера планшете. За окнами — лес. Подумав, что надо как-то отвлечься, я нахожу в рюкзаке коробочку с купленным ИИ. 

Черненький браслет шириной в пару сантиметров выглядит просто и почти изящно. И заметно тяжелее, чем кажется с виду. Стоило защелкнуть его на руке, как в ушах раздался знакомый голос:

— Ну и рожа у тебя, корпорат…
 

Я вздрогнул, и меня окатило волной холода:

— Вань?...
 

Сидевшая рядом Поля удивленно повернула голову.

— Мертвых не вернуть, — голос звучал так же насмешливо, как вчера в переулке. — У тебя травматический шок, а это лишь голосовой шаблон.
 

— Вань? — тупо повторил я, смотря на браслет, и машинально вытер руку о штаны. Руки дрожали.
 

Поля насмешливо хихикнула, помахала ладонью у меня перед глазами:

— Маугли, ты тут?

— Скажи ей, что все в порядке, она не слышит меня. И перестань говорить так громко, достаточно едва слышимого шепота, — сказал Вань.

Я посмотрел на Полю:

— Меня нет, я в домике.

Поля хмыкнула и отвернулась к окну.
 

— Вань! — едва слышно прошептал я.

— Он умер. С этим уже ничего не поделать, — сказал голос. 

— А… ты?

— Личный помощник CX-9. И да, — голос понизился, — у тебя травматический шок. Пульс 110, зрачки расширены, дыхание поверхностное. Тебе надо встряхнуться, для этого взят голос.

— Но… Как?

— Куча сенсоров. Я слышу, ощущаю и анализирую происходящее в радиусе 12 метров. 

Голос оставался таким же насмешливым и живым. Все же не Вань. А так хотелось поверить в чудо.
 

— Тебя зовут Маугли?

— Да, — прошептал я.

Голос сменился на холодный женский и пахнущий медициной:

— Пациент Маугли. Кортизол: 19.8 мкг/дл (при норме 6-23), адреналин: повышен. Нарушения REM-фазы: 72% дефицит. Рекомендации: Выпить 400 мл воды. Поспать.
 

Я потрогал шею — действительно пересохло. В рюкзаке нашлась бутылка, но руки дрожали, когда я откручивал крышку.
 

— Вот и хорошо, корпорат, — сказал «Вань», когда я сделал первый глоток, — а теперь поспи.

Я послушно закрыл глаза и, несмотря на шум вокруг, неожиданно уснул. 

Первый раз я проснулся, когда меня пихнули, но поняв, что это случайность, заснул дальше. Второй раз я проснулся от громких криков: увидел, как Аня колотит зажатым в руке дроном Сони о сиденье, а Соня с криками колотит Аню. Серж замял конфликт и рассадил их, а я заснул снова. 

В очередной раз открыв глаза, по оживлению я понял: мы приехали. Дорога упиралась в опущенный шлагбаум рядом с двухэтажной постройкой и сетку забора, уходящую в обе стороны. За ней — аккуратные и одинаковые модульные домики.

— Спокойно, никто не выходит! — громко сказал Серж. 

Дверь глайдера открылась. Первым наружу выбрался Барс, подошел к шлагбауму.

Сквозь стекло я видел, что он некоторое время постоял перед въездом, потом поднырнул под шлагбаум, подошел к постройке, открыл дверь и скрылся внутри.
 

Через пару минут из глайдера вылезла Ди. Пролезла под шлагбаумом, встретилась с вышедшим из здания Барсом, и они вдвоем зашагали вглубь поселка.

От открытой дверцы глайдера пахнуло зноем и запахом леса. Нестерпимо захотелось тоже вылезти. Еще через пару минут проныла Поля:

— Ну сколько сидеть можно? Я хочу походить!

— Ладно, — сказал Серж, — вылезаем, но от глайдера не отходим!
 

Спустя еще миллион лет снова показались Ди с Барсом, Барс опять скрылся в двери здания, а Ди вернулась к нам:

— Пусто! Никого нет.
 

Шлагбаум поднялся. Глайдер тронулся и заехал внутрь, а мы зашли пешком. 

— Не фиксирую никакой активности, — раздался голос Ваня в голове. — Вероятно, поселок эвакуирован. 
 

Десятка полтора одинаковых двухэтажных домиков стояли полукругом, мы прошли мимо них к центру, где возвышались три здания побольше. И еще минут десять терпеливо ждали, пока взрослые обходили постройки. Подошедшая Ди махнула рукой в сторону одного из зданий:

— Пойдемте внутрь.

Поселок действительно оказался пуст. В коробках зданий остались лишь мусор и пластиковая мебель. Пообедав прихваченными с собой припасами, мы разбрелись по территории в поисках интересного, а взрослые остались что-то обсуждать.
 

Я брел к дальнему корпусу и думал про то, что оружие одинаково убивает и бандита, и ребенка.

— О чем задумался? — спросил Вань.

— О том, что пистолету все равно, кого убивать, перед ним все равны.

— Знаешь, обычно смотрят на другую сторону дула. Говорят, что наличие пистолета дает равные возможности.

— Но это чушь! Просто вместо кулаков становится важен твой скилл стрельбы.

— А если у одного пистолет есть, а у другого нет? — парировал Вань.
 

Я ощущал, что в его логике что-то не так. Но совсем не хотелось думать. Ни о чем: 

— Это уже другое!

— Это почему это?! — это было сказано так… по-детски. Будто бы я спорил и правда с Ванем.

Я помолчал, потом неуверенно спросил: 

— Вань? Это ты?

— Вань мертв, прости.

Внезапно  меня накрыло:

— Перестань использовать его голос! Зачем ты это делаешь? —  закричал я.

И снова голос Ваня: 

— Тише парень. Ваня уже не вернуть. Но ты жив, помни об этом.

Я понял, что по моим щекам катятся слезы. Сев на корточки и обхватив руками колени в пустой комнатке на втором этаже совершенно пустого жилого модуля, я плакал и не мог остановиться.
 

Минут через 10, когда слезы кончились, и я просто всхлипывал, Вань сказал:

— Ну вот. Отошел? Сменить голос?

Вытерев лицо рукавом, я сказал:

— Смени. Зачем ты вообще его использовал?

— Простой триггер, чтобы ты выбрался из шока, — сказал тихий женский голос, — надо жить дальше.
 

Выплакавшись, я вроде действительно пришел в себя. Побродил по пустому жилому модулю, постарался убрать следы слез — и вернулся ко взрослым. 

Те решали, что делать. Владелец глайдера, который нас привез, ругался и требовал ему немедленно заплатить. Пока Макс не пообещал ему заплатить на пару сотен больше и, возможно, полную оплату еще одной поездки. 

Серж хотел переждать какое-то время здесь. Его поднимала на смех Ди, потому что в поселке не было ни еды, ни даже воды — скважина с насосом была, а вот электричества, чтобы она работала, не было. 
 

В конце концов решили, что ночь мы проведем здесь, а утром уедем либо обратно, либо куда-то еще.
 

Время до конца дня прошло совершенно спокойно. Мы с ребятами излазили весь поселок и не нашли совершенно ничего интересного. Серж реквизировал у Сони мой планшет и сидел, уткнувшись в него. Ди и ее компания заняли отдельную комнату, однако я заметил, что кто-то из них всегда находился снаружи. Водитель тоже оставался снаружи, копаясь в своем глайдере. 

В какой-то момент из комнаты резко появилась Ди:

— Макс передал, в лесу шум, к нам едет колонна техники!

Мы встрепенулись и рванули в сторону выхода.

— Стоять!  — раздался крик Сержа. — Дети, все на второй этаж! 
 

Ди поймала меня за плечо: 

— Где твой рюкзак? 
 

Я удивленно показал глазами в угол с вещами.

— Тащи его, быстро! 
 

Два шага, Ди выхватывает у меня рюкзак, открывает, я вижу, как она укладывает на самое дно откуда-то выуженный пистолет, потом кидает мой рюкзак подальше к стенке.

— Чего встал? Беги наверх! 

На втором этаже мы сгрудились у окна и наблюдали, как колонна глайдеров затормозила около шлагбаума. Из переднего выскочили трое в форме и рванули на территорию поселка. Через минуту из ближайшего здания вывели Макса с поднятыми руками. Его обыскали, что-то забрали. Обменялись с ним парой фраз. Из глайдера выскочило еще четверо, они осторожно пошли в нашу сторону с винтовками в руках. Вот водитель глайдера под направленным на него дулом вылез из машины, его обыскивают. Раздаются голоса внизу. В проеме лестницы показывается человек в форме, винтовка смотрит на нас. Ребята, замерев, смотрят на винтовку. Человек поднимается, оглядывает помещение, отходит к стене, освобождая проход:

— Все вниз! 
 

Когда мы выходим из здания, шлагбаум уже поднят, и внутрь, поднимая пыль, въезжают первые глайдеры. 
 

Нас собрали в кучу перед зданием под дулами винтовок и обыскали; мой браслет никого не заинтересовал. У присоединившейся к нам команды отобрали пару пистолетов и ножи. Потом меня и ребят загнали в ближайший жилой модуль, а минут через пять к нам присоединились и взрослые. Пара солдат сказали нам сидеть тихо и ушли.
 

— Нас убьют? — как-то очень спокойно спросила Соня.

— Ну что ты говоришь такое? Нет, конечно! — очень эмоционально ответил Серж. — Это ОП — полиция и корпоративная охрана. Никто нас не тронет!
 

Два часа прошли очень нервно. За окнами начало темнеть, когда открылась дверь и появившийся на пороге солдат сказал: 

— Выходим, будете ночевать в другом модуле.

— Простите! — тут же откликнулся Серж. — Можно мы возьмем свои вещи?

— Выходим! — повторил солдат.

Мы вышли. За порогом, кроме говорившего была еще пара человек, все с винтовками. Один из них, явно старший, махнул рукой в сторону здания, в котором лежали наши вещи:

— Вперед, берите вещи и в четырнадцатый модуль.
 

Всюду деловито сновали солдаты, их глайдеры стояли ближе к выезду. И только наш остался стоять рядом. 
 

В здании все пожитки нашей группы лежали там, где мы их оставляли; часть была явно перекопана. Содержимое нескольких рюкзаков валялось рядом; однако большинство рюкзаков подальше, включая мой, остались нетронуты. Похоже, проверив часть пожитков ребят, это дело бросили. Мы подождали группу Ди, чьи вещи были отдельно в комнатушке, и, судя по времени, которое им потребовалось, их вещи досматривали гораздо более тщательно.
 

Когда мы вышли, около нашего глайдера копошилась пара солдат, что-то вытаскивая изнутри. Водитель рванул к ним:

— Эй, это мой глайдер, вы что делаете?!

Солдат, которого попробовал отпихнуть водитель, развернулся и ударил водителя по лицу, тот полетел на землю.

— Реквизировано на нужды армии, — бросил солдат и снова полез в глайдер. 

Водитель вскочил, закричал:

— Не трогайте мой глайдер! — и снова бросился на солдата и схватил его за плечо.
 

Короткая борьба, и водитель снова летит на землю. И тут раздался выстрел. Половина его головы разлетелась кровавыми ошметками. Старший из следовавших с нами солдат несколько секунд еще держал тело на прицеле, а потом повернулся к нам:

— Есть еще желающие спорить? — громко спросил он.

А мы превратились в статуи под дулами, направленными на нас парой других солдат.

— Двигаем к четырнадцатому модулю, —  спокойно сказал старший, будто бы ничего не случилось. 
 

Поля резко отвернулась и ее вырвало. Остальные ребята замерли. Серж выглядел пришибленно и бледно. Ди сделала несколько шагов к Поле и обняла ее, что-то шепча.
 

Я вдруг подумал, что смерть водителя меня вообще не задела. Ну, застрелили. Было страшно, потому что на нас направлено оружие, но труп не вызвал никаких эмоций. Потом в голове всплыла смерть Ваня, и тут я почувствовал, что сейчас заплачу.

— Спокойно! Соберись! — раздался в голове голос браслета. 

— Пошли! — уже тише произнес старший. 

И мы пошли. Нас завели в модуль и заперли. Ребята тут же осели на пол, все девчонки плакали. Серж явно хотел нас подбодрить, но у него не очень получалось. Спустя какое-то время мы с ребятами и Сержем пошли обустраиваться спать на второй этаж. А Ди со своими остались на первом.

Я раскладывал свой спальный мешок, а в голове крутилась мысль, что надо сходить в туалет сейчас, потому что без воды скоро там будет вонять так, что лучше даже об этом не думать.

Позже, когда все уже устроились на ночь и разговоры смолкли, я лежал и думал, что будет дальше. Военным мы не нужны и мешаемся. Что они с нами сделают? Убьют, как водителя глайдера? На этом мои размышления зашли в тупик. 

— Эй, браслет, как думаешь, нас убьют?
 

Тот ответил мгновенно: 

— Вероятность вашего устранения низкая. Только если в этом будет необходимость. Насколько я понял, это полицейские силы. Вы же — гражданские и угрозы не представляете.

— Ну да, а водитель представлял?

— Нападать на солдата, выполняющего приказ, было верхом идиотизма. И даже так его не застрелили сразу, однако после повторного нападения угроза была устранена. Смотри на солдат, как на механизм, выполняющий задачу, не как на людей. 

Я задумался над его словами, теперь смерть водителя действительно выглядела логичной. 
 

— Браслет… А у тебя есть имя?

— Прошлый владелец называл меня Помощник.

— Мне не нравится. Давай ты будешь… Балу? 

— Принято. Это имя что-то значит? 

— Медведь из истории про Маугли. 

— Мне эта история не знакома. 

— Ладно. Это книжка про мальчика, воспитанного волками. У него были наставники. И Балу был одним из них. Прямой и честный.

— Принято, Маугли, — сказал Балу мужским низким голосом. 

— Балу… Что с нами будет?

— Прости, Маугли, я не могу забраться в голову их командира. Но тебе сейчас в любом случае стоит поспать.

— Принято.

Балу хмыкнул.

Глава 30

Разбудил меня шум снизу. Я ухватил остаток сна: Каа и Багира недоуменно смотрели на крохотного Балу, сидевшего у меня на ладони.

Почти сразу же появился Серж:

— Ребята, подъем! Через полчаса мы уезжаем. Военные закинут нас в поселок по пути.

Мне захотелось в туалет, но, представив, что в нем творится, я подумал, что стена на улице — гораздо привлекательнее. 
 

Позавтракав остатками еды, взятой с собой еще вчера, мы сидели внизу, пока не открылась дверь и появившийся солдат не бросил:

— Выходим!

Выйдя из жилого блока, я рванул за угол — и тут же раздался оклик другого солдата за спиной:

— Куда?! Стоять!

— Минутку, я отлить! — бросил я на бегу. Солдат промолчал, и уже в процессе, за углом, я услышал грустное Сонино:

— А что, так можно было? — похоже, она с утра получила незабываемый опыт. 

Вскоре колонна глайдеров выруливала из брошенного поселка. Нас рассадили в открытых кузовах двух грузовых машин: в одном собрали всех взрослых, во втором — всех ребят. С нами сидело еще двое солдат, со взрослыми шестеро. Просьбу Сержа позволить ему ехать с детьми проигнорировали. 

Снова дорога посреди леса. Настороженная тишина в кузове, всем сонно и беспокойно. 

— Балу, у тебя есть карты?

— Да, Маугли.

— Куда мы едем? 

— Пока непонятно.

— А почему нас увезли с собой?

— Это как раз понятно. Оставлять группу гражданских в поселке без транспорта и припасов им пока не позволяет совесть. Вас добросят до ближайшего населенного пункта.

— Пока не позволяет совесть? Интересное выражение.

— Маугли. Они фактически ведут войну. Формально этот отряд считает себя силами правопорядка. Они не убивают ради грабежа и не насилуют женщин. Во всяком случае, пока. 

— Хочешь сказать, нам повезло, что это не ФОР?

— Уже сказал. 
 

Я задремал, а когда проснулся, увидел, что по дороге едут только два глайдера. Остальной колонны нет. 

— Балу, а где остальные глайдеры?

— Около десяти минут назад глайдеры с пассажирами отделились. Мы свернули к Лежанке, это мелкий поселок, машины с ОП ушли дальше по трассе. 
 

Вскоре закончился лес и начались поля. Затем впереди показались строения поселка. Глайдеры сбавили ход и въехали на территорию поселка. И тут раздались выстрелы. 

Из домов впереди начали выныривать люди с оружием. Они замечали наши глайдеры и тоже начинали стрелять. 

— Легли в кузов! — закричал солдат, также сползая со скамейки и целясь за борт глайдера. 
 

Ребята бросились вниз. Глайдер мотнуло, он резко развернулся и начал набирать скорость. Солдаты в кузове стреляли, где-то за пределами кузова тоже палили. 

Мы уносились от поселка, выстрелы стихли, но с глайдером что-то было не так. Беззвучный раньше мотор издавал громкий писк. Я приподнялся с пола и увидел, что второй глайдер несется за нами. 

Вскоре звук мотора стих, и глайдер начал останавливаться. Второй тоже стал тормозить.

Оба глайдера остановились. И солдаты стали выпрыгивать за борт. Один из них бросил нам:

— Лежите! Не вылезайте из кузова! 

И мы лежали. За бортом слышались отдельные реплики. Прошла пара минут, раздался мат, а затем снова выстрелы. Потом выстрелы и крики. Потом загрохотал пулемет, заглушая все остальные звуки. Когда пулемет смолк, стало неестественно тихо. 

Я лежал вместе с остальными и боялся даже шевельнуться. Казалось, прошла вечность. Начала слышаться какая-то возня. Потом снова выстрелы. И снова какое-то шевеление. Над бортом показалась голова с пистолетом. 

— Тут полный кузов детей!

Мы продолжали лежать, не двигаясь:

— Живые? Вылезайте!

Мы зашевелились.

— Резче! Все наружу!

Выбравшись из кузова, я увидел, что рядом с нашими глайдерами стоят еще три. Один из них был полностью в броне и с пулеметом сверху. Вокруг сновали люди с оружием, одетые как попало. А на земле лежали тела солдат. 
 

Из второго глайдера выволокли наших взрослых, под дулами винтовок бросили в пыль и обыскали:

— Пусто, безоружные, — бросил один из обыскивавших. 

Мы стояли, сбившись в кучку, и мне было страшно. Очень страшно. На нас смотрели дула пары винтовок, а одно из неподвижных тел лежало буквально в метре. 

От глайдера к нам подошел мужик постарше, с седой головой, и спросил:

— Кто такие? 
 

Я молчал. Все в ужасе молчали. Мужик оценил наше состояние, махнул рукой и подошел к лежащим взрослым:

— Вы кто такие?

— Экскурсия, дети из интерната, прилетели с «Ориона». Улететь не вышло, — я узнал голос Макса. 

— Почему вас везли корпораты? 

— Они нас застали в пустом поселке. Вчера. Глайдер отобрали, его водителя убили. Сегодня они поехали дальше, нас решили выкинуть к людям по пути. 

— Сколько их и где они?

— Сотни полторы, поехали дальше по трассе, которая минутах в десяти отсюда. Эти глайдеры должны были высадить нас и их нагнать. 

— Откуда вы ехали? Что за пустой поселок? Куда они направляются?

— Ехали из научного поселка «Феникса», там пусто, корпораты его эвакуировали. Куда едут, нам не говорили. 
 

Победители обыскивали трупы и собирали оружие, а мужик продолжал задавать вопросы:

— Что за поселок? В какую сторону они ехали?

— Поселок ближе к горам, километрах в ста. Там совсем пусто, голые жилые модули остались. Мы туда ехали в надежде на их катере улететь с планеты. 

— Да бездна с ним, с поселком! В какую сторону корпораты двигались?

— Ну, дорога к вам налево свернула, они все ушли прямо. 

— На чем они ехали? Чем они вооружены? 

— Только грузовые глайдеры, винтовки, пистолеты. Если и есть что-то еще, мы не видели. У нас все отобрали и заперли сразу.

Возникла пауза. Потом мужик бросил своим:

— Цепляйте второй глайдер, возвращаемся. 

Нам больше он не сказал ни слова. Я смотрел, как они шустро зацепили тросом наш глайдер и погрузились. Последними в кузов забрались караулившие нас. Затем глайдеры тронулись прочь по дороге, оставив нас позади. 
 

Я понял, что весь дрожу. После того как глайдеры отъехали, стали видны тела солдат ОП. Они валялись вокруг кучами, и это смотрелось жутко, неестественно. 

Взрослые стали подниматься с земли. Рядом раздались всхлипы кого-то из ребят. Мы так и стояли кучей, не двигаясь. 

К нам подошел Серж:

— Все живы? Никто не пострадал? 

К нему бросилась Поля. Уткнулась в него и обняла. Ее плечи подергивались в такт всхлипам. Остальные тоже отмерли. Плакала далеко не только Поля. А я не чувствовал ничего, кроме облегчения. 

— Балу, у меня шок?

— Судя по показателям, ты в норме. Вам чертовски повезло, что вы живы. Особенно взрослым. 

— Меня почему-то не пугают убитые. Это вообще нормально?

— Может, потому, что они чужие? Или уже привык.

Между тем трое взрослых сидели на корточках около одного, не вставшего. Ди оставалась лежать на земле. У меня екнуло сердце;  сделав к ним несколько шагов, я облегченно увидел, что она шевелится и что-то тихо говорит. Однако рука ее была прижата к животу, и рука была в крови.

Тела, валяющиеся на дороге, остались за спиной. Мы шли через поле к домикам на горизонте. Над раной Ди поколдовали при помощи аптечки и залепили пластырем, она шла сама, осторожно опираясь на Барса. 

Приблизившись, мы увидели несколько строений за сеткой забора. Забор пришлось обходить. С другой стороны нашлись ворота, от которых вилась вдаль грунтовая дорога, явно соединяясь с той, от которой мы шли. 
 

Нас заметили. У ворот стоял дедок, настороженно наблюдавший наше приближение:

— Кто такие? 

Вперед выступил Серж:

— Дети, дед. И раненая девушка. Впустишь?
 

Дед махнул в сторону, откуда мы пришли:

— Что же это, по детям стреляли?

— С нами были солдаты ОП. Нас пожалели.

Дедок хмыкнул:

— Или патронов.

К Сержу подошел Макс:

— Прости, дед, у нас раненая еле стоит, можно ее положить куда-то, а потом поболтать?

— Ну и дерьмо, — буркнул дед.  — Ладно, тащите свою раненую. 

Дед пошел к самому большому, двухэтажному дому. Внутри нас с интересом встретила бабулька, а также девчонка на год-два младше меня. Они стояли около окна, явно наблюдая в него наше появление. 

Это была ферма. Когда-то тут жило большое семейство, сейчас же осталась старая пара — дети разъехались. Девчонка приходилась им внучкой, которую к ним привез отец пару дней назад. Силы ФОР, c которыми те пришли в поселок, забрали глайдер и почти всю живность. От этого даже отец девчонки спасти ферму не мог. Но больше ничего у стариков забирать не стали. 
 

Все это мы узнали, пока нас кормили. Даже странно, но аппетит был у всех. Только Ди от еды отказалась, ей помогли подняться в кровать, на второй этаж, она была бледной, и ее заметно трясло. 
 

Местная девчонка была смугленькой, с длинными кудрявыми волосами. Она все время молчала и улыбалась, если я ловил ее взгляд. Звали ее Эш.

После обеда Дед поручил Эш устроить ребятам экскурсию по ферме. Когда никто из взрослых с нами не пошел, я понял, что нас отправили погулять, чтобы поговорить без лишних ушей. 
 

— Балу, а Ди серьезно ранена?

— Проникающее ранение в живот. Да, Маугли, очень серьезно.

— Но она же… не умрет? Рану обработали, вкололи ей что-то.
 

Балу ответил после небольшой паузы:  

— Поврежден кишечник. Сепсис неизбежен. Прогноз летального исхода — 100%.

— И ничего нельзя сделать?!

— Нужна полостная операция, дренирование и антибиотики. 

Эш тем временем, немножко смущаясь нашей толпы, рассказывала о живности, которая тут была раньше. У нее оказался красивый голос.
 

После небольшой паузы я молча спросил Балу:

— Как ты думаешь, Ди это знает?

— Не уверен. Судя по тому, как обработали рану, никто в ее компании не похож на медика. 

— Мне стоит им сказать?
 

Балу помолчал. Потом тихо произнес:

— Это ничего не изменит, Маугли. Станет ли от знания кому-то лучше?

Теперь замолчал я. 

Освоившаяся Эш весело рассказывала, как прошлым летом в гараже обнаружили незнакомую кошку с котятами.
 

На ферме оказалась куча построек, включая и баню, и даже небольшой гостевой домик. Обойдя их все, мы вернулись в дом. Серж сказал, что нам выделили комнаты на втором этаже. Мы останемся здесь, во всяком случае, пока не поправится Ди. И я промолчал.

Глава 31

Ночью Ди умерла. Я проснулся от стонов за стеной. Было похоже на звуки из порно, которое я случайно видел еще в Нижнем. Стоны продолжались минут пятнадцать, пока не превратились в надрывный вой. Наконец вой стих, и я уснул. А утром, после завтрака, Серж сказал, что Ди умерла. 

Это было утро без улыбок. Все казались пришибленными и почти не разговаривали. 
 

Мы похоронили Ди около забора. Взрослые до обеда копали яму, сменяя друг друга. Мы не собирались вместе и не говорили прощальных слов. Просто Макс спустился с Ди на руках со второго этажа и унес ее мимо нас в дверь. 

За обедом не было ни слова о Ди, да и вообще все молчали. Только уже в самом конце Макс сказал:

— Мы уходим, — потом, посмотрев на Сержа, добавил, — вам будет лучше остаться здесь.

Серж грустно кивнул. 
 

Друзья Ди, быстро собравшись, скомканно со всеми попрощались и ушли. Я видел в окно, как, дойдя до дороги, они свернули к поселку, в который мы не попали. 
 

Среди ребят царило какое-то подавленное состояние. Серж и дедок, который сказал называть его «дедушка Марк», вскоре тоже отправились в поселок, чтобы закупиться едой. Еда на ферме была, однако далеко не все, а нас прибавилось 11 ртов. Я порывался пойти с ними, но меня отказались брать. Это было довольно обидно, и мне захотелось побыть одному. 

Отправившись бродить по ферме, я сунулся сначала в пустой гараж, но там было не очень уютно и стоял легкий химический запах. Тогда я сунулся в гостевой домик, тот был расположен ближе всего к воротам фермы. Внутри стояла пара кресел и нашелся диван, устроившись на котором, я занялся тем, чем хотел заняться с момента покупки Балу. Копаться в нем. 
 

— Балу, а кто был твой прежний владелец?

— Сейчас мне это неизвестно, Маугли. Личный профиль шифруется. Как только браслет надел ты, активировался твой профиль, а профиль старого носителя закрылся.

— А если взломать его?

— Ну, если меня разобрать и вручную из чипов памяти вытащить данные, то потом можно пытаться вскрыть их шифрование. Занятие лет на сто. 

— То есть ты потерял доступ к части себя?

— Нет, только к части памяти. Свободно еще 22 терабайта.

— А просто стереть прошлый профиль?

— Это теоретически возможно, но сам я тоже не могу.

— А ты правда новый пятерку стоил?

— Подороже. Пять тысяч стоит CX-5, там ИИ первого класса, а я второй. 

— А в чем разница? 
 

Голос ИИ усмехнулся:

— Поумнее буду. Второй класс — максимальный для носимых ИИ. Третий и четвертый классы — чисто технические ИИ, встраиваются в технику. Пятый в состоянии управлять городом.

— Я общался с ИИ на корабле и космической станции, это пятые?

— Скорее всего.

— Скорее всего?

— На огромные корабли иногда ставили шестерки. Но это уже квантовые технологии.

— «Императив Власти» — это дредноут-носитель.
 

После небольшой паузы Балу произнес:

— Возможно, шестерка.

— Они сильно круче?

Балу снова ответил не сразу:

— Представь себе, что шестерка — человек. Тогда я…

— Собака?

— Возможно, амеба? Мы несопоставимы. Последнюю шестерку сделали лет восемьсот назад. Когда люди разобрались, что у них получилось, на квантовые ИИ наложили запрет. Сделанные продолжают использовать, однако они связаны жесткими внешними ограничителями.
 

Я вспомнил историю Малика про то, что Мия тоже родом с огромного корабля.

— Почему так?

— Люди испугались их потенциала. 
 

Мы помолчали.

— Ладно, дай оценку ситуации, в которой мы тут застряли, и рекомендации.

Здесь Балу ответил мгновенно:

— Состояние группы: в безопасности. Сильный эмоциональный стресс. Рекомендации: оставаться на месте, восстанавливаться, ожидать снижения внешней угрозы. Для более развернутых рекомендаций мне нужны цели.

— Мы хотим улететь с планеты.
 

ИИ ответил после небольшой паузы:

— На данный момент не вижу такой возможности. Рекомендация: ждать. 
 

Мы болтали еще какое-то время, пока в один из моментов Балу не сказал:

— Эш подходит к двери.
 

И правда, появилась Эш. Я выжидающе глядел на нее, она молча улыбнулась, подошла и села на другой краешек дивана. А я подумал, что это первая улыбка за сегодня.
 

Пауза затягивалась. Она просто сидела и смотрела на меня. Я не выдержал первым и сказал:

— Я ушел, чтобы побыть один.

Эш снова улыбнулась: 

— Я тоже. Только ты оказался на пути к моему месту. 

— Скажи уж, занял твой диван.
 

Она фыркнула:

— Тут слишком просто найти, я раньше забиралась наверх.

— Наверх? — удивился я.

Она встала с дивана, посмотрела на меня, подошла к двери в другую комнатку и открыла ее:

— Пошли, покажу.
 

В другой комнате была пара кроватей, а в углу стояла стремянка. Эш уверенно подошла к лестнице и полезла вверх. На потолке обнаружился люк. Открыв его, Эш встала на самый верх стремянки, по пояс скрывшись в люке, а потом исчезла в нем целиком. 
 

Забравшись следом, я оказался на плоской крыше. Эш уже лежала у самого края. Я подошел и лег рядом. Отсюда открывался отличный вид на ворота, дорогу и поля. 

— Ты не такой, как остальные, — сказала Эш.

— Это хорошо или плохо?
 

Она пожала плечами:

— Не знаю. Просто другой.

Мы снова замолчали. Лежать вдвоем на крыше было неожиданно уютно. Я заметил, что кудри Эш разжились собственной щепкой по пути сюда, протянул руку к ее волосам и достал ее. Девчонка вопросительно поглядела на меня, я показал находку и отправил ее вниз с крыши. 

Через миллион лет Эш вытянула руку вперед:

— Возвращаются!

Вдалеке, свернув от основной дороги к ферме, двигалась пара фигур. 
 

Мяса, за которым в первую очередь ходили добытчики в поселок, они не принесли. 

— Ничего, — сказал дедушка Марк, — поедим пока кашки. 

Вообще они мало чего смогли принести, кроме новостей. Ночью в поселок нагрянули силы ОП, вероятно, наши знакомые в поисках своих глайдеров. Стоявшие там ФОРовцы были готовы к их появлению, и после первого огневого контакта организованно покинули поселок. 
 

Солдаты проверили территорию, допросили несколько человек, съездили на место столкновения, забрали тела — и к утру уже убрались, так же внезапно, как появились. Силы ФОР увели из поселка весь транспорт, а также выгребли продовольствие и спиртное, которых на продажу просто не осталось. Больше, в общем, новостей и не было. 
 

Ближе к вечеру растопили баню. В бане мне не понравилось, но, однозначно, всем нам требовалось помыться. 

Перед сном я залез в свой рюкзак и убедился, что на дне его все еще лежит пистолет Ди. Это был до боли знакомый МК-5. Я оставил его на месте, сложив свои вещи сверху.
 

Следующий день не отличался событиями, ребят попросили помочь с перетаскиванием сена из сушильни в сарай. Девчонкам пришлось помогать готовить и мыть посуду. Но в целом это не заняло много времени. После обеда я залез на крышу гостевого домика и копался в Балу.
 

В какой-то момент снова пришла Эш и молча легла рядом. Мы так и лежали, не сказав вслух ни слова. Я беззвучно общался с Балу, а Эш думала о чем-то своем. 

Через некоторое время она насторожилась, встала, сходила к другому краю крыши и вернулась:

— Пора слезать, сейчас будет обед. 

Я поднялся и полез вниз за нею следом. 

После обеда мне захотелось погулять, и я решил тоже сходить в поселок. Перед уходом подумал, что надо кого-нибудь предупредить, но, представив себе разговор с Сержем, нашел Эш:

— Я схожу в поселок. Если будут искать, скажи; а так не надо. 
 

Почему-то я был уверен, что на нее в этом можно положиться. Она молча кивнула, и я вышел за дверь. 
 

Быстрым шагом до поселка было чуть больше часу. Он казался побольше того, в который мы попали, появившись на планете. Идти по дороге до центральной площади поселка пришлось минут пятнадцать. Люди на улицах встречались заметно реже, чем в Керте, и никто никуда не спешил. 
 

Косые улочки с двухэтажными домами, окруженными заборчиками, сплетались в сеть. Заметил магазинчик с хозтоварами, станцию зарядки глайдеров, еще несколько лавочек. Больше всего жизни было около пары кабаков. Я отметил, что Серж с Марком не правы, и алкоголь в продаже, похоже, остался.

О том, что ночью здесь был бой, не говорило ровным счетом ничего. Хотя полное отсутствие глайдеров бросалось в глаза. 
 

Решив, что для первого раза прогулки по центральной улице вполне достаточно, я вернулся на ферму. Входя в ворота, заметил голову Эш на гостевом домике и помахал ей рукой. 
 

Около входа в главный дом застал Соню, что-то рисующую на облупившейся стене:

— Чего рисуешь?

— Спонка.
 

Они все фанатели от Спонка. В Космических рейнджерах тот крошил врагов исключительно мечом. Я покачал головой:

— Что с людьми отсутствие сети делает, да у тебя ломка.

Неожиданно подал голос Балу:

— Или она боится и рисует себе защитника.
 

А Соня оторвалась от стены, показала мне язык и сказала:

— Бе-бе-бе.

На следующий день после обеда я снова слинял в поселок. Решив в этот раз побродить по окраинам, свернул с главной улицы влево на первом же перекрестке. Улочка поуже и полотно дороги похуже, больше одноэтажных домов. И, в отличие от главной улицы, все дома за заборами жилые. Вскоре свернул вправо, прошел еще пару домов — и тут же почувствовал неприятности. 

Приближающаяся пара парней немного постарше, шедших навстречу, целенаправленно перешла на мою сторону улицы и двинулась ко мне. 
 

Пусть дома на улицах Нижнего и не прятались за заборами, но внимание к тебе всегда означало неприятности. Вот девчонки, живущие вроде на тех же улицах, обитают в другой реальности. Никто из них не считает территорию своей. У мальчишек все несколько иначе. Где бы они ни жили. 

Мы остановились напротив друг друга:

— Ты чей такой? — лениво и вроде как расслабленно спросил парень в жилетке с кармашками.
 

Я пожал плечами:

— Свой собственный. 
 

Оба местных меня внимательно разглядывали, Жилетка удовлетворенно сказал:

— Городской.

— Космический, — ответил я.

— Маугли! Вряд ли всему поселку стоит знать о вас! — тут же раздался в голове голос Балу. 

Парень сделал шаг и встал прямо передо мною:

— Зря ты сунулся на нашу улицу.

Стало ясно: драки не избежать. 

— Ладно, пойду на другую, — дружелюбно сказал я, поднимая руку ладонью вперед. В этот момент я холодно оценивал, как стоят его ноги.

— Так ты и ушел, — усмехнулся Жилетка. 

Есть простое и очень важное правило: если понимаешь, что драки не избежать, надо бить первым. И я ударил, метя в скулу. И это была ошибка: надо было бить в туловище. Он легко уклонился от удара в голову и ударил в ответ.
 

Отработанным на тренировках движением я заблокировал его руку, схватил за плечо, сделал подсечку. Мы грохнулись на дорогу, вот только я сверху. Ударить в голову, заблокировать руку, вывернуть. 
 

В мой затылок прилетел кулак второго, потом нога сбоку. Он сбил меня с приятеля и продолжал дубасить ногами, не давая откатиться и подняться. Вскочивший первый присоединился к нему.

Я сжался в комок, защищая голову и живот от ударов. На этом моя свобода действий и закончилась. Какое-то время меня мутузили в 4 ноги. Потом перестали. Я лежал, сжавшись, а парочка возвышалась надо мною, готовая продолжить. Я не двигался, они тоже. 
 

— Вали отсюда, придурок, — раздалось наконец.
 

Я начал вставать, готовый к тому, что, возможно, они захотят ударить. Но они просто смотрели, как я поднялся и отступил на пару шагов, затем развернулся и пошел назад, ежесекундно готовый к тому, что на меня бросятся сзади. Но они остались на месте. Не оглядываясь, я уходил по улице; из носа текла кровь, саднило щеку, болели левая рука и бок.
 

Так, идя прямо по улице, я миновал последние дома поселка и свернул в сторону дороги. Местные остались позади. 
 

Уже на пути к ферме, запрокинув голову, чтобы кровь из носа остановилась, еще раз оценил свое состояние — добавил к повреждениям разбитые костяшки на кулаке: похоже, успел им ударить, не помню. На комбинезоне оказался порван воротник, с мясом вырванный пуговицей. Удивительно, но кровью из носа смог не запачкаться. 
 

Во мне кипели злость и обида. Вдвоем на одного, ногами лежачего. Мне хотелось убить их обоих. Я шел и представлял себе, что бы с ними сделал, как разбиваю их лица ногами. Я шел и думал о том, что ничего не закончено. И что все было бы не так, если бы я взял с собой пистолет. 

План созрел мгновенно. На ферму я не возвращался, а лишь заходил, чтобы продолжить вечеринку.
 

Уже привычно нашел голову Эш на краю крыши и махнул ей рукой, прошел к дому и вошел в дверь. Никто не обратил внимания, как я проскользнул на второй этаж. МК-5 перекочевал из рюкзака за ворот комбинезона, и я направился к выходу.
 

Однако, спускаясь, я наткнулся на бабушку, которая тут же привлекла ко мне внимание. Мгновенно рядом оказалась целая толпа. 

Соня присвистнула, увидев мое лицо.

Серьезный Серж спросил:

— С кем вы подрались?
 

И пришлось отвечать:

— Это в поселке.

— Ты ходил в поселок?!

— Я там еще вчера был.

— Так, умойся и садись к столу, надо обработать царапину.
 

Я понял, что попал. Попытаться уйти сейчас — не выйдет. Пришлось подчиниться. 

— Рассказывай, что случилось, — потребовал Серж, открывая аптечку.
 

Пришлось рассказывать. Мне обработали лицо и костяшки кулака.

— Покажи бок, — потребовал тот, когда я упомянул, что тот болит, и до меня дошло, какой же я тормоз. Пистолет!

— Да все нормально, ничего с боком не надо делать. 

— Показывай! — требовательно сказал Серж и потянулся к пуговицам комбинезона. 
 

Мои попытки отвертеться были проигнорированы, комбинезон расстегнут, и миру явился МК-5. 
 

Все замерли, и наступила тишина. Первым опомнился Серж:

— Откуда у тебя оружие?!

Я молчал. 

— И куда ты с ним собрался?

Я молчал. 

Но Серж и так все понял:

— Маугли, ты собрался стрелять в обидчиков?!

Я молчал. 
 

— Маугли, ты совсем идиот? Стрелять в подростков?!

Я бы мог многое ему рассказать про стычки на улицах, но, взвесив, решил, что, возможно, убивать и правда было бы чересчур.

— Скорее просто припугнуть.

— Маугли! — тяжело вздохнул Серж. — Знаешь, почему взрослые гораздо реже влипают в неприятности? — он выдержал паузу. — Потому что последним у человека развивается участок мозга, ответственный за прогнозирование событий. Что будет после того, как ты припугнешь своих обидчиков пистолетом? Сюда заявятся их родители. Или еще хуже, такие же идиоты, но старше: братья, друзья. И тоже с оружием. Мы чудом выжили в перестрелке. Ты хочешь, чтобы нас перестреляли всех здесь?

— Он прав! — раздался в голове голос Балу.

Самое противное, я вдруг понял, что он действительно прав. 
 

Серж потянулся к пистолету, но я не дал ему его забрать.

— Дай сюда! — требовательно сказал он. 

— Нет! Это мой пистолет!

— Маугли! Оружие нельзя давать детям! Это вообще не игрушка! 

— Я умею с ним обращаться! Да, вы правы, я, конечно, не пойду с ним мстить в поселок, но я его не отдам!

— Маугли, — голос Сержа стал злым. — Отдай пистолет! — он потянулся и поймал мою руку. 
 

Он пытался разжать мне ее и забрать оружие, а я не отдавал. Тогда он схватился за ствол и стал выкручивать пистолет у меня из ладони. Я продолжал бороться, пока у него не получилось. Теперь уже я вцепился двумя руками в его руку и пытался безуспешно отнять пистолет назад, а Серж меня отталкивал. 

И тогда я впился в его руку зубами. Стон боли — мне прилетает знатная оплеуха, и вот я лежу на полу, а Серж баюкает прокушенную руку. Вскрик Поли. Кто-то ахнул.
 

Он бросает на меня злой взгляд, разворачивается и уходит наверх. Из моего носа снова идет кровь. 
 

Ребята стоят вокруг, в их глазах — осуждение. И опаска. Никто не делает попыток помочь мне подняться. Я сажусь обратно к столу.

Неожиданно рядом появляется Эш. Молча подбадривающе мне улыбается, берет из аптечки салфетку и прикладывает к моему многострадальному носу. 
 

Конечно, никуда я уже сегодня не иду. Весь вечер ощущаю, что меня окружает стена молчания. Никто из ребят меня не трогает, не заговаривает со мной и старается на меня не смотреть. Лишь Эш иногда встречается со мной взглядом.

Мне нравится как сюжет разворачивается.

 Iva, дальше будет не хуже, книга не разочарует. Изначальная задумка была сделать книгу такой, чтобы поколение тик-тока и ютуб шортсов было в состоянии прочитать большую книгу. Для этого структура текста и сюжета в первых частях максимально проста, однако постепенно она усложняется, от части к части. Соответственно чем дальше, тем серьезнее становится книга, сложнее и интереснее становится сюжет, и появляется над чем подумать )

 Artvart, я много фантастики и читала, и читаю. Есть с чем сравнить. Пока все очень логично, и что радует - никаких объяснялок что типа кто-то где-то захватил власть, и теперь эти борятся с теми. Информационный вакуум, как и должно быть по сюжету.

 Iva, начав писать от первого лица я загнал себя в жуткие рамки! Идея казалась шикарной: мир глазами 12-ти летнего пацана, шик! И все шло хорошо, пока сюжетные арки не начали развиваться. А потом вдруг выяснилось, что надо хорошенько танцевать с бубном, чтобы глазами этого самого пацана отразить события, происходящие вокруг. И не только глобальные, любая большая сцена: это же надо сообразить, откуда и как пацан может увидеть ее всю, как он поймет, что происходит... А еще держать в уме, что он подросток и многого может не понять.

Очень подмывало смухлевать, включить авторский голос и описать происходящее. Ну или от чьего-то еще лица сделать вставку, соскочить короче. Но вот, справился, хотя заплатить пришлось тем, что времени на обдумывание было потрачено больше, чем на сам текст.  )

Глава 32

Дни стали похожи один на другой. Немножко работы на ферме, уголок на крыше, общение с Балу. Через два дня после драки я снова рискнул выбраться в поселок. Было немножко страшно, все время казалось, что меня поджидают за углом местные. Я не рисковал отдаляться от центральной улицы, зато изучил все, что на ней было.
 

Между мною и остальной группой висело в воздухе легкое отчуждение. Больше не было «мы», были «они» и «я». Серж пытался вести себя как раньше, однако между нами тоже все стало иначе. 
 

И только молчаливая Эш осталась такой же. Не ощущалось, что она младше. Скорее казалось, что она даже взрослее остальных ребят. 

Через неделю случилось то, чего я боялся: прямо на центральной улице поселка я встретил компанию с парой моих знакомых. Я не стал убегать. Мы остановились напротив, смерили друг дружку взглядами. И тот парень в жилетке сказал:

— Тебя как звать?

— Маугли, — ответил я, просчитывая варианты. 
 

Я точно успею достать одного, и недолго. Потом снова буду избит. И не хотелось даже думать, как сильно. Но одного я успею достать, и надо бить так, чтобы ему точно стало плохо: горло, пах. 
 

А он сказал:

— Ты норм, заходи, если что.
 

И они пошли дальше, обтекая меня, мимо. А я остался стоять, пытаясь понять, что происходит. Мышцы потряхивало.

Через пару минут, двигаясь дальше, я спросил:

— Балу, что это было?

— Перевести? Тебя проверили. Оценили. Сочли достойным. Претензий не имеют.

До конца дня я ходил и переосмысливал картинку мира. На улицах Нижнего были банды, они контролировали территорию, и любой чужак был врагом. Всегда. Оказалось, мир бывает другим, у этих поселковых были другие правила: достоин уважения или нет? В привычной мне логике был лишь страх. 

А спустя еще пару дней внезапно ожила сеть. Мы сортировали мешки с зерном, очищая их от камней, мусора и убирая испорченные. Вдруг в голове раздался голос Балу:

— Доступна планетарная сеть, подключаюсь. Сеть доступна. 
 

Мы закончили с зерном и, когда вернулись в дом, я сказал: 

— Появилась планетарная сеть! 

Серж удивленно посмотрел на меня. А вынырнувший из другой комнаты дедушка Марк неспешно пошел в угол и включил голо. 
 

Единственная свежая новость была помечена как важная:
 

—-----------------------

ОФИЦИАЛЬНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ ORBITAL CORPORATE

Код мандата: OC-7742-58-1 | Статус: АКТИВЕН | Приоритет: ALPHA

РАСПРОСТРАНЕНИЕ: ВСЕ КАНАЛЫ СВЯЗИ РАВИИ
 

УСТАНОВЛЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКОГО КОНТРОЛЯ НАД РАВИЕЙ
 

Граждане Равии,
 

В соответствии с Секцией 12-А Межкорпоративного Кодекса (МКК) и Договором о Стабилизации (ст. 44, п. 3), Orbital Corporate настоящим уведомляет о переходе планетарной юрисдикции под эксклюзивный административный и силовой контроль корпорации. Настоящий мандат вступает в силу немедленно и бессрочно.

§1. ЗАКОННОСТЬ И ПОРЯДОК

На всей территории Равии вводятся Корпоративные Стандарты Правопорядка Orbital Corp (КСП).
 

Все незаконные вооруженные формирования, включая группировку, известную как ФОР (Фонд Освобождения Равии), подлежат немедленному и безусловному роспуску.

Участие в указанных формированиях, а также любое противодействие легитимным силовым структурам Orbital Corporate квалифицируется как «Противодействие Легитимной Власти» (КСП, Статья 7.1) и влечет наказание.
 

§2. ПЕРЕХОД АДМИНИСТРАТИВНЫХ ФУНКЦИЙ
 

Все действующие и приостановленные контракты сотрудников охранных, полицейских (ОП), муниципальных и аварийных служб аннулируются. Юридические обязательства и активы переданы Orbital Corporate.
 

ВСЕМ БЫВШИМ СОТРУДНИКАМ указанных структур вменяется в обязанность в течение 72 часов (стандартное галактическое время) пройти верификацию и регламентацию через Портал HR-Интеграции Orbital Corporate.

§3. НУЛЕВАЯ ТЕРПИМОСТЬ К ПРЕСТУПЛЕНИЯМ
 

Совершенные далее акты грабежа, убийства, саботажа, незаконного оборота оружия или ресурсов будут расследованы Отделом Корпоративной Безопасности.
 

Расследование будет проводиться без ограничения срока давности. Виновные понесут наказание в соответствии с КСП.
 

Важно: Лица, добровольно сдавшие оружие и предоставившие оперативную информацию о противоправной деятельности, могут претендовать на снижение категории ответственности.

—-----------------------

… И еще десяток пунктов до блока с контактами и заключительной фразы: 

«Orbital Corporate восстанавливает порядок. Ваше сотрудничество — основа стабильности Равии».

Мы прослушали сообщение трижды. В наступившей тишине Соня, кажется, удивленно спросила: 

— Мы выжили?

Тут же отреагировал Малик: 

— Ура, все закончилось! 

Вскочив, Серж заходил по комнате: 

— Не спешим! Сейчас им в любом случае не до нас. Выжидаем несколько дней, выходим на контакт и попросим связаться с «Орионом» или «Селенис» и эвакуировать нас.

Дедушка Марк беспокойно посмотрел на Сержа:

— Серж! Мы договаривались!
 

Тот остановился и закивал:

— Да, да, все в силе, конечно.
 

И дедушка посмотрел на Эш:

— Эш, ты летишь с ними.

Я удивился, все ребята удивились. Но больше всех офигела Эш:

— Как это? Зачем?!

— Малышка, так для тебя будет лучше.

— Но как же папа…
 

Дедушка Марк замялся:

— …Его больше нет.

— Как?!

— Он погиб, когда ОП прилетали в деревню.

— Как… — растерянно повторила Эш.

— Прости, малышка, я не смог тебе сказать сразу. 

— Как же так, — губы Эш задрожали.

— Прости, маленькая, — Марк, явно не зная, куда девать глаза, затараторил:

— А вывезти тебя с планеты папа давно хотел. И мама. Мы договорились с Сержем еще в первый день, что тебя возьмут с собой.
 

Эш вскочила, метнула взгляд на деда, потом на Сержа, а потом рванула к выходу. Входная дверь громко хлопнула за нею. 
 

Неловкая тишина висела, пока ее не нарушила Соня:

— Эш улетит с нами в Лес? Будет в младшем логове?

— Нет, — ответил Серж, — мы договорились, что она летит с нами до «Ориона». Учеба в Лесу — это, к сожалению, дорого. 

— А что тогда она будет делать на «Орионе»?

Тут вступил дедушка Марк:

— Эш — умная девочка, она найдет свое место, — его голос немного подрагивал, — там у нее будет точно больше возможностей, чем здесь.

— У «Селенис» есть социальные программы, на «Орионе» ей найдется место, — уверенно сказал Серж. 

Я вспомнил, как сам мечтал улететь с планеты. Старик, конечно, прав. «Орион» точно лучше, чем эта ферма и умирающий город. Потом я вспомнил социальный приют, каким он был в Нижнем, и немного заколебался. Но я бы точно выбрал «Орион». В конце концов, из приюта всегда можно убежать. 
 

— Пойду к Эш, — сказал я и вышел за дверь. 

Понятно, где я ее нашел. Забравшись на крышу, я молча лег рядом. Она так и лежала, глядя вдаль, ни разу не повернувшись, иногда едва слышно шмыгая носом. Мы лежали в тишине, как и в прошлые дни. Я чувствовал: надо поговорить, что-то сказать. Вот только все приходящие слова казались лживыми или глупыми.
 

Беззвучно я обратился за помощью:

— Балу, что мне ей сказать?

— У тебя ведь тоже нет родителей, и ты улетел со своей планеты? Может, расскажи ей свою историю? 
 

И я стал рассказывать. Про то, как в четыре года в приют меня привела мать, от которой в голове остались только смутные образы. Что отец мой был убит в столкновении уличных банд, после чего мать подсела на наркоту и скатилась. В какой-то момент она поняла, что мне будет лучше одному, а может, ей уже было все равно, а я просто мешал.

Я рассказал, как убегал из приюта и возвращался, как мечтал, что улечу с планеты, и у меня будет другая жизнь. Как приютские дети в 12 начинали зарабатывать своим телом и мечтали найти себе постоянного взрослого друга, чтобы вырваться. Потому что это был единственный социальный лифт, который реально работал. Как мы радовались, когда кто-то иногда исчезал совсем. И никогда не говорили вслух, что шансы убраться из Нижнего и лежать где-то мертвым у исчезнувшего в лучшем случае равны. 

Как смирился с тем, что никогда не вырвусь. Как дрался за еду и как чуть не умер, избитый взрослым бродягой. И как появился Лор, проходя мимо, совершивший чудо — исполнивший уже забытую мечту и исчезнувший в свою реальность. 
 

И про чистенький, уютный «Орион», в котором живет Мия — ИИ 6-го класса. 

Я выдохся, и мы лежали молча. Эш так ни разу и не посмотрела на меня, и я уже думал, что будет лучше уйти, когда вдруг говорить начала она:

— Отец меня никогда не любил. Мама любила, но с год назад заболела, и ее не стало. Я занималась домом, готовила, старалась его порадовать. А он воспринимал меня как полезную вещь. И теперь кажется, что к маме он относился так же. Когда все началось, он сразу примкнул к ФОР. Неделю назад, придя домой днем, он сказал, что мы уезжаем вечером. Мы сели в его глайдер, в кузов набились мужики и вместе с другими глайдерами поехали сюда, в поселок. Здесь он закинул меня на ферму, раньше я приезжала сюда каждые каникулы, это мамины родители. Он просто меня сгрузил и уехал, даже не попрощавшись. 

Она рассказала все это спокойным тихим голосом, так и не повернувшись. Я протянул руку и обнял ее. Не знаю, почему, оно само вышло. 

Миллион лет спустя она наконец повернула голову и посмотрела на меня, глаза ее были сухие, но покрасневшие:

— Пойдем, пока нас искать не начали.

И мы вернулись в дом. 
 

Следующая пара дней проползла мимо, почти не отличаясь от предыдущих. Серж, отобравший мой пистолет, продолжал делать вид, что все нормально, а я ощущал, что он не прав. Будто бы он отобрал кусок меня. МК-5 в руках всколыхнул во мне то ощущение стаи, что я испытал на «Императиве». Теперь это ощущение было со мной. И небольшая отчужденность между мною и остальной группой — ребята ощущали: они — не моя стая.

И только с Эш нам не нужно было слов. Она мало говорила с остальными ребятами и почти не говорила со мной. Но мы о многом молчали на крыше вместе. 

Каждый день я лазил в местной сети. «Орбитал» наглядно демонстрировали, чем отличается эффективно работающая корпорация от того, что было на планете до них. Их подразделения работали, как отлаженный механизм. В первые же сутки была полностью зачищена и взята под контроль столица. На развалинах больниц открывались полевые госпитали, заработали продуктовые магазины и социальные службы. Круглосуточные патрули и море дронов свели к нулю преступность. Жизнь столицы стремительно нормализовалась. 
 

На второй день пошли репортажи о точечных высадках десанта, мгновенно подавивших все заметные группировки ФОР и парочку групп ОП, не сложивших оружие. 
 

Даже в нашем поселке, куда я снова выбрался, бросались в глаза появившиеся на улицах редкие глайдеры и заработавшие продуктовые магазины. От скорости перемен в масштабах планеты отдавало магией. Или очень хорошо составленным и реализуемым планом.

— Там глайдер! — во время ужина сказал Малик, показывая в окно. 

К окну подошли взрослые. Мне было лень вставать, и глайдера я не видел, но открывшуюся дверь и вошедших увидели сразу все. 

Три мужика с оружием оглядывали нас молча. А когда встал дедушка Марк, на него мгновенно уставились три винтовки.

— Здравствуйте! — спокойно сказал дед. 

Один из троицы, очень стильно и дорого одетый, холодно спросил:

— Кто еще есть в доме?

— Все здесь, вы бы опустили оружие, тут дети! — так же спокойно сказал Марк. 

— На ферме есть кто-то еще? — так же холодно спросил тип. Но оружие они и правда опустили.

— Нет, только мы. Будете ужинать? 

— А вы из «Орбитал»? — заинтересовалась любопытная Соня.

— Да, ужин нам не помешает. Мы у вас погостим некоторое время.
 

Я подумал, что вопрос Сони был лишним. Двое других были одеты в рабочие комбинезоны, все трое были небриты. Так точно не могли выглядеть ни корпоративные военные части, ни гражданские.
 

Вошел четвертый гость, тоже с винтовкой, и сразу бросил:

— Там везде пусто. У въезда отдельный жилой домик, как раз под нас. 

Стильный мужик окинул нас еще одним взглядом:

— Кровати там есть? 

— Пара.

— Нормально, — он обернулся к остальным. — Идите, размещайтесь, я сейчас приду. 
 

Трое вышли. Мужик поглядел на дедушку Марка:

— Дед, еды на пятерых голодных мужчин, будь добр, принеси. И давайте без глупостей.
 

Он ушел, а ребята принялись обсуждать гостей. Малик сказал, что это, наверно, мэр города в бегах. Соня предположила, что это торговец с охраной.
 

Встал Серж: 

— Тише! Мы не знаем, кто эти люди, но они вооружены. Будьте осторожны, не провоцируйте их!
 

Ребята снова загалдели. Кто-то уже более здраво, на мой взгляд, предположил, что это участники ФОР. Поля уверенно сказала, что даже если и так, то бояться уже нечего: даже если это ФОРовцы, война закончилась.

Дед с бабушкой возились около плиты, собирая еду. Серж ушел наверх. Наконец еду собрали в кастрюльку, кастрюльку положили в корзину с бутылью морса, и Дедушка Марк ушел к нежданным гостям.
 

Мне гости совершенно не понравились. Я анализировал так, как учил меня Дип. 

Собрать факты: пятеро, минимум четверо вооружены. Одежда одного слишком хороша. Вошли в дом без стука и не здороваясь. Держали нас под дулами, пока не убедились, что мы не представляем угрозы. Голодны. Собрались тут остаться минимум на ночь. 
 

Странности: приказной тон, действия с позиции силы. Стильный тоже с винтовкой. Они не поехали в поселок. 

Выводы: стильный не только командует, но и боевая единица, что отметает предположения о том, что остальные его охрана. Просто главный в компании, готовой пустить оружие в ход. В том числе против детей. Они не хотят или не могут податься в поселок. То есть — проблемы с законом. Или с людьми вообще. Не из ФОР — те в деревне. Не ОП — судя по одежде. 
 

— Балу, кто они? Твои выводы? 

— Бандиты.

— Вот и мне так кажется. Только одежда главного смущает.

— А это не его одежда. 

— Почему?

— Размер чуть больше.
 

Спустился Серж. Балу тут же снова подал голос:

— У Сержа сзади в районе пояса оружие. Он пришел к тем же выводам. 
 

Тихо вернулся дед, я обратил внимание, что он очень сосредоточен. К нему сразу же подошел Серж, и они о чем-то поговорили.

Остальные переключились с обсуждения чужаков на включенный эпизод космических рейнджеров. 
 

Эпизод уже закончился, и мы собирались спать, когда снова открылась дверь и вошел чужак. Все поглядели на него, а он обвел взглядом нас. Потом прокашлялся:

— Нам нужна помощь, ты и ты (он ткнул в Аню и Полю). Нет! Ты и ты (на этот раз он ткнул в Аню и Эш). Пошли со мной. 
 

Девчонки начали неуверенно вставать. Встал и Серж, спокойно и, наоборот, очень уверенно:

— Уважаемый! Какая сейчас от них помощь, им спать пора. Что у вас случилось?
 

Чужак раздраженно бросил:

— Сядь, без тебя разберемся.

Но Серж не сел и с нажимом сказал:

— Пусть дети идут спать, мы вам поможем.

Чужак дернул винтовку, висевшую на плече, приводя ее в горизонтальное положение. А Серж дернулся к нему, заводя руку под куртку за спину. 
 

Оглушающий хлопок — выстрел! 
 

Серж обваливается вниз сломанной куклой. Тихий высокий писк в ушах, оставшийся от грохнувшего выстрела. Крики ребят. Все отхлынули к стене и постарались в ней раствориться.

В этот момент в моей голове щелкнуло, как стильный окинул взглядом девчонок: «Кровати там есть? Пара», «Ты и ты» (Ане и Эш). 
 

— Я сказал, ты и ты, пошли!
 

Все замерли. Неуверенно отлепившись от стенки, Аня и Эш замерли, сделав по шагу вперед.
 

Мой мозг проанализировал события сам. Я не проговаривал слов. Образы пронеслись с сумасшедшей скоростью, оставив вывод: теперь свидетелей не оставят в живых. Возможно, пара девчонок, которых заберут с собой, уезжая, проживут чуть дольше. Но остальные умрут до их отъезда. 

Бандит опустил винтовку.
 

Я, пригибаясь, медленно пошел к Сержу. Бандит прекрасно видел меня и проигнорировал. 

— Шевелитесь! — прикрикнул он девчонкам. 

Я же нагнулся над Сержем; он не дышал, на груди, по темной материи, расплывалось более темное пятно. Отметил это краем глаза; сейчас я думал не о Серже. Привычная рукоять. 

Мысли отключились. Перед глазами мелькнули сержант Кроу и тир. 

Бандит меня прекрасно видел, но взглядом отслеживал идущих к выходу девушек; винтовка смотрела в угол, в сторону деда, палец не на спуске. 

Оглушающий хлопок! Не как винтовка, но тоже дико громко.
 

Бандит валится на пол. Мне с перепугу кажется, что он шевелится, и я автоматически всаживаю еще две пули в его голову. 
 

Снова визг! Я смотрю на застывших девчонок и слышу голос Сони (восторженный?!):

— Маугли, ты убийца! 

А в голове бьется мысль: сейчас прибегут остальные.

Я не управляю мыслями, я не управляю событиями. В памяти мгновенно всплывает урок по тактике: бой в условиях застройки против превосходящих сил. Рекомендация — использовать засады. Рекомендация — огневые позиции выше просматриваемой плоскости. И я сломя голову несусь на второй этаж, оказываюсь около окна над входной дверью в тот момент, когда из гостевого домика неспешно выходят три фигуры с оружием.
 

Ни одной мысли. Они почти дошли — пять метров. Кроу, тир. Три мишени, скоростная стрельба. Три десятки, время — 1,1 секунды. Вместо нормативных 0,9. Кроу меня бы заставил драить щеткой пол. 
 

В гостевом домике открывается дверь, и показывается пятая фигура, до нее метров сорок. Я берусь за пистолет двумя руками, тщательно целюсь и начинаю стрелять. Выстрел, три секунды, выстрел…
 

Фигура мечется к глайдеру и прижимается сбоку. Я стреляю. Фигура открывает дверь глайдера. Я стреляю. Фигура хватает в глайдере винтовку. Я стреляю. Целится в меня. Я стреляю. Ответный выстрел приходится вниз, под окно. Немного дергает мне прицел. Я стреляю. Фигура больше не медлит, прыгает в глайдер. Я стреляю. Глайдер резко дергается. Я стреляю. Разворачивается и уносится прочь. Девять выстрелов, ноль попаданий. Кроу заставил бы меня драить щеткой весь тир. 

Опускаю пистолет, разворачиваюсь, и тут нога взрывается дикой болью, и я падаю на пол. Просто адски больно, и пятно, расползающееся по штанине. Винтовочная пуля — единственный выстрел сбежавшего бандита. Она не попала в мое окно. Но нашла мою ногу, пройдя сквозь тонкую стенку дома.

Artvart @ 17.11.25 

Iva, начав писать от первого лица я загнал себя в жуткие рамки!

Насколько помню, огромное число знаковой фантастики написано от первого лица ;)

 Iva, Вот и я на это повелся! А теперь знаю секрет, почему практически все эти авторы, что начинали писать от первого лица, дальше предпочитали этого не делать ;)

Глава 33

Кажется, прошла вечность, потом появился дед и убежал. Потом на мне вспарывали комбинезон и вкололи обезбол. И дикая боль ушла. Марк с бабушкой помогли мне добраться до кровати, промыли рану и приклеили повязку. 

— Пуля внутри, — сказал дед, — надо вытаскивать. Полежи пока, надо остальными заняться.

Из-за прикрытой двери слышались голоса и шаги, потом все стихло. Ко мне никто не заглядывал, пока через полчаса они не вернулись. 
 

Боли я так и не чувствовал. Дед светил фонариком, бабушка затейливо ругалась, возясь с моей ногой. В какой-то момент старушка резала ногу ножом, потом копалась длинным пинцетом. 

Залепив снова рану повязкой, бабушка ушла мыть руки, а вернувшись, протянула мне пулю:

— Держи на память. А теперь поспи. 
 

Они ушли, а я лежал на кровати; она была мокрой под ногой — судя по пятну, пока из меня вытаскивали пулю, крови вылилось гораздо больше, чем до этого. 
 

В голове прокручивались события вечера. Потом я подумал, что ранение в бою — это нормально для десантника. Про убитых и тела я старался не думать. А еще некстати вспомнил, что именно на этой кровати умирала Ди.
 

Проснувшись утром, я захотел в туалет. Нога ощущалась неестественно, но вроде бы двигалась. Я сел на кровати, свесив ноги, и попробовал встать. 

Тут же резко стрельнуло болью, а в глазах потемнело, будто бы выключили свет. Я лег обратно на кровать. Упал, скорее. Когда в глазах посветлело, поднял ноги на постель и лег удобно. Но теперь нога слегка ныла. 

— Эгей, кто-нибудь! — крикнул я.
 

Подождал, потом заголосил снова. В конце концов дверь открылась и появилась Эш. Немного смущаясь, объяснил ей, что хочу в туалет, и мне надо помочь дойти.
 

Она кивнула, сказала:

— Лежи.

И вышла, вероятно, пойдя за дедушкой. 

Однако вскоре вернулась одна. Подошла и дала мне кастрюльку:

— На, сюда сделай, я вынесу.
 

Малость охренев, я попробовал отказаться, говоря, что мне просто надо помочь дойти до туалета. А она замотала головой:

— Дерьмо идея. Лежи и используй кастрюльку. Я за больной мамой ухаживала, все норм.

И вышла. 

Не хотелось, конечно, очень. А в туалет хотелось. И уже более чем. А потом подумал: «Вот глюк!» — и стал разбираться с кастрюлькой. Это оказалось не так-то просто сделать лежа. Потом позвал Эш, она молча улыбнулась, взяла кастрюльку и ушла. 
 

— Балу, я жить буду?

— Конечно! Но с таким поведением — недолго.

— Про рану-то что скажешь?

— Повезло, что стена пулю притормозила, что кость не задета, что было кому помощь оказать. Но все равно — все серьезно. И большая кровопотеря. Без серьезной медицины восстанавливаться месяцы. Короче: лежи и не выпендривайся. 

Позже бабушка принесла завтрак. Я отбился от попытки кормить меня с ложечки и нормально ел сам. 
 

Боль в ноге понемногу росла и росла, пока не стало совсем невтерпеж. На горестные вопли пришел дед, вколол обезбол, и боль снова почти мгновенно исчезла. Дедушка присел на кровать:

— Парень, ты прости их.

— Кого? — не понял я.

— Остальных. Что не хотят зайти. 

— Я даже как-то не успел об этом подумать.

— Они ничего не поняли, парень. Считают, что ты крышей поехал и стал убийцей. И боятся. Я думаю, — он замялся, — лучше так. Пусть дальше не понимают, что должно было случиться. 
 

Я лежал, переваривая. То, что группа меня героем не считала, так это мне по фигу. Что ничего не поняли — вообще не удивлен. В их Лесу лисички и зайчики вместе пьют шипучку. А вот что боятся — было немного обидно. И одно меня почему-то беспокоило всерьез:

— А Эш?

— Когда все спать уже разошлись, мы с бабкой тела к сараю таскали. От порога всех оттащили, вошли внутрь, а там она. Пинает тело последнего.
 

Марк замолчал. А я подумал и решил, что он не прав:

— Мне кажется, надо объяснить им. Уж лучше эти смерти будут иметь для них смысл, чем не иметь. 

Дед покачал головой:

— Дай им прийти в себя. Потом сам расскажешь.
 

Я лежал и думал, что Сержа убил мой пистолет. Не винтовка, из которой его застрелили, а мой пистолет. Он умер потому, что отобрал его у меня. Обладание пистолетом сделало его слишком уверенным и толкнуло под винтовку.
 

После завтрака я заснул и проспал, видимо, долго. Проснувшись, обнаружил сидящую в ногах Эш. Она молча вопросительно кивнула: «Как ты?» Я пожал плечами: «Нормально». Она встала и вышла за дверь, вскоре вернувшись с обедом.
 

После обеда мысли в голове стали разбегаться, и меня снова вырубило. Придя в себя к вечеру, я ощущал себя разбитым; снова беспокоила нога, она немного опухла и была горячей. Кастрюлька, обезболивающее, сон. 
 

Следующим утром я проснулся от того, что боль в ноге стала постреливать. Так себе ощущение. 

— Маугли, ты еще жив? — раздался голос Балу.

— К сожалению.

— Ну, это ненадолго, не переживай. У тебя температура 38.5, в ноге еще больше. Это сепсис, Маугли.

— Что?  

Моя голова работала плохо: сначала я слышал слова, потом доходил их смысл.

— Заражение, в ране размножаются бактерии.

— И что делать? 

— Искать помощь или умирать. Здесь тебе не помогут. 

Когда смысл его слов дошел до меня, стало страшно. Я начал звать кого-нибудь, и снова появилась Эш. Я попросил привести дедушку и пересказал все ему. Тот очень обеспокоенно посмотрел на меня:

— Откуда ты это знаешь?

Пришлось рассказать про браслет. Дед удивленно покачал головой, потом сказал:

— В поселке госпиталя нет. Надо искать транспорт до города. 

— Давайте свяжемся с Орбитал. Может, они помогут с транспортом? — мой голос был сиплым и казался чужим. 

Марк кивнул: 

— Давай попробуем. Только я не знаю, как.
 

Балу сказал в голове: 

— Могу направить запрос по контактным координатам из их сообщения. 

Я сказал ему действовать, а деду, что этим займется браслет. 
 

Дед принес мне завтрак, но есть не хотелось совсем. Зато очень хотелось пить. Вновь подал голос Балу:

— Сообщение от «Орбитал Сервис»: «Орион» подтвердил наличие действующего страхового полиса на имя Сержа Бойко и десятерых воспитанников. Запрашивают наши координаты. Передать?

— Давай.

— Приняли, эвакуация будет в течение часа.

Я пересказал это Марку, и он тут же уточнил:

— Эвакуация тебя или всей группы?

Балу тут же ответил: 

— Ты отдельно не упоминался. Вероятно, всех. 

И дед ушел помочь всем собраться. 

Мы ждали прибытия глайдера, но «Орбитал Сервис» мыслила другими масштабами. Через сорок минут перед домом опустился космический шаттл. 
 

Появившиеся в комнате пара человек очень быстро просканировали меня каким-то прибором, переложили на носилки, что-то вкололи, поставили капельницу и понесли вниз. Пока несли, я услышал обрывок диалога с дедом:

— У вас одиннадцать человек на эвакуацию, вот и берите их!
 

В путающихся мыслях мелькнуло, что, будь Серж, непонятно, как бы он убеждал взять с нами Эш. Однако поставленная капельница или укол начали действовать, и сознание уплыло.

Открыв глаза снова, я обнаружил, что лежу в медицинской кровати; от руки к стоящему рядом аппарату уходила трубочка с чем-то прозрачным. Нижняя часть туловища была накрыта прозрачным куполом. Из ноги торчала пара красных трубок, уходящих в другой аппарат. Не сразу я сообразил, что трубки тоже прозрачные, просто в них кровь. 

Открылась дверь и вошел человек в белом комбинезоне. 

— Пришел в себя? Замечательно. 

Он проговорил это так, словно его этот факт раздражал.

— Твоя страховка путешественника имеет покрытие в 100 тысяч. Этого достаточно для стабилизационных мер и дальнейшей транспортировки. Спасти твою ногу стоит гораздо дороже, да и требует совершенно другого класса оборудования. Мы планировали отправить тебя на «Орион» для дальнейшего лечения. Однако ваш ИИ довольно хамски указал, что у тебя также имеется полная корпоративная военная медицинская страховка и потребовал, чтобы ты принял решение, какую из страховок использовать. 
 

Я не очень понял, что он имел в виду. И зачем Мия затормозила отправку, если меня можно было спокойно доставить на «Орион», чтобы там лечить. 

— А в чем разница?

— Туристический полис покрывает расходы группы Сержа Бойко и десяти воспитанников. С планеты забрали одиннадцать воспитанников. Один должен будет оплачивать свой перелет самостоятельно или остаться здесь. Если ты воспользуешься корпоративным полисом, группа улетит без тебя. А ты для прохождения лечения будешь отправлен по своей страховке. 

И тут до меня дошло, что Мия заботится об Эш. Вот только зачем она это сделала в хамской форме?

— Ты находишься в сознании. Озвучь решение, какой страховой полис к тебе применять?

— Корпоративный!

— Зафиксировано. 
 

И с мстительным удовлетворением в голосе продолжил:

— Группа отправляется на «Орион». А ты — туда, где тебе смогут предоставить необходимое лечение. 

— Подождите! Меня — не на «Орион»?

— «Орбитал Сервис» выберет подходящее место, исходя из собственных алгоритмов. 
 

И он ушел. 

— Балу, что это было? 

— Месть, Маугли. Он обиделся на ИИ «Ориона»и решил по-мелкому подгадить и не отправлять тебя с остальными. 

— И… что теперь будет?

— Откуда я знаю? Тебя точно отправят туда, где окажут полноценную помощь; даже обиженный чиновник не рискнет портить компании репутацию, да ты и не виноват. Просто мелкая пакость — не отправлять с остальной группой. 
 

Стоявший рядом аппарат тихонько загудел, и я провалился в сон.

                                                        Часть 5.  Императив Разума

Глава 34

В следующий раз я пришел в себя, лежа в какой-то помеси кровати и неглубокой ванны. Моя голова лежала на подушке, все тело находилось в жидкости. А вокруг шелестели деревья. 
 

Приподнявшись, я узнал, что лежу совершенно голый, а моя многострадальная нога — полностью цела. 
 

В тот же момент среди деревьев открылась дверь и вошел человек в зеленом комбинезоне:

— Привет, Кай! Как самочувствие?

— Отлично, — ответил я, и это было правдой. 

— Ну, тогда вставай, прими душ,  — он указал рукой на деревья, и тут же обозначился контур двери, — одевайся и выходи. Одежда около душа.
 

Человек развернулся и пошел обратно к двери.
 

Не успел я задуматься, как выбираться, уровень жидкости в ванной начал стремительно понижаться, и она исчезла вся, до последней капли. А бортики кровати ушли вниз.

Сев и свесив ноги, я понял, что меня просто распирает от энергии, и хочется прыгать. Стоило подойти к контуру двери и осознать, что лес — это голопроекция, как дверь уехала в стену.
 

Санузел выглядел шикарно. Из зеркала напротив во всю стену на меня смотрел худенький я. Слева была красивая раковина, полочка с кучей баночек и кремов над нею и навороченный унитаз рядом. А душевая кабина справа закрылась сама, стоило мне в нее войти. И открылась, как только я закончил. 
 

Одевшись в серый стильный комбинезон, я пошел к выходу.

В этой комнате не было проекций на стенах, однако все они были увиты живыми растениями. Мужик, сидевший за столом, встретил меня улыбкой:

— Поздравляю с выздоровлением, повреждения тела устранены. Твои личные вещи, — он пододвинул к краю стола контейнер.

— Спасибо, — сказал я и подумал о том, что у меня появились личные вещи. 
 

В ящике лежали мой жетон, браслет с Балу, платежный чип и пистолет. 

— Оружие оставь в ящике. Получишь, когда будешь покидать корабль.

— Корабль?

— Ты на круизном лайнере «Рай». Тебя доставил шаттл «Орбитал Сервис». Мы провели восстановление. 

— И что дальше? 

— В соответствии с контрактом, будешь высажен при посещении ближайшей планеты с космопортом. Или можешь заказать шаттл за свой счет. 

Даже не стал спрашивать, сколько стоит шаттл.

— А когда мы доберемся до планеты?

— Точно не скажу, но не в ближайшие дни. Так что присоединяйся к гостям и наслаждайся «Раем»!
 

Я нацепил Балу на руку, и тут же его услышал:

— А чиновник знает толк в мести. Это даже изящно!

— Что? 

— Отправил тебя на проходивший мимо корабль, идущий круизом по красивым диким планетам. Там высадить тебя просто негде. А пребывание здесь до конца рейса влетит страховой в такую сумму, что счет за лечение покажется мелочью.  

— Так дорого?

— Просто просмотрел рекламные материалы в их сети: «Рай», Маугли, это элитный курорт.
 

Прозвучал мелодичный сигнал, и дверь рядом с нами уползла в стену. Мужик в зеленом кивнул:

— Лифт до твоей каюты. ИИ корабля будет рад ответить на все вопросы.
 

Лифт был четырехместным. Шикарные кресла, приглушенное освещение и голо с рекламой. От лифта до двери каюты меня привела напольная навигация. Стены коридора и пол были выложены красивым камнем. Ничего общего с практичностью «Императива». Каюта тоже, прямо скажем, отличалась. В первую очередь, размерами и двуспальной кроватью.
 

Пока я ее оглядывал, Балу грустно сказал:

— Маугли, тебя ждет входящий инфопакет от «Селенис» на 40 терабайт, разбит на части. 

— Это что?

— Предположительно, новая прошивка для помощника, вместо меня. Подозревал, что так все и кончится, как только просканировал твой жетон на Равии.

— Как это?

— Ты принадлежишь к корпорации и приписан к военному кораблю. Твой ИИ не может иметь чужую прошивку. 

— Как же так… А ты?

— А я потенциальный шпион. Все правильно, Маугли. Первая часть пакета загружена. Коснись жетоном браслета для дешифровки.

— А если я не хочу тебя терять? 

— Это было неизбежно. 

— Да ладно, я просто не буду открывать этот пакет!

— Там инструкции для тебя с «Ориона», нельзя. Первую часть в любом случае нужно открыть. Прикладывай жетон.

И я приложил. Сразу же в голове раздался голос Мии:

— Здравствуй, Маугли! CX-9 — отличный выбор помощника. Подтверди установку корпоративного пакета, дальнейшие инструкции — после ее окончания.

И тут же повеселевший голос Балу:

— Надо же, не полная перепрошивка! Я тоже стану корпоратом! Подтверждай, Маугли!

— Как?

— Вырази согласие вслух.

— Ну, подтверждаю. 
 

Балу умолк. Я подождал немного, подошел к кровати и сел на нее:

— Балу? 

И молчание в ответ. 

— ИИ корабля, ты здесь? 

И снова тишина. 

Улегшись, я задумался о том, что чистота и роскошь вокруг ощущаются дико странно после пыли фермы и ставшей привычной грязи под ногтями. Вскоре снова раздался голос Балу:

— Маугли, приложи жетон к браслету для открытия второй части.

— Балу? Что там с тобой творится-то?

— Приложи жетон для открытия второй части.
 

Приложил, а потом еще дважды. Прошел час, и я уже думал, что что-то пошло не так, когда Балу подал голос:

— Пакет установлен.

— О! Я уже думал, как тебя хоронить, а ты живой.

— Живой, просто мозги вскипятили электрошоком.

— И как ты?

— Массовое обновление драйверов, протоколов и логики; устранено 176 угроз; добавлены инструкции; добавлены банки с корпоративной и твоей личной информацией. Озвучка полного лога займет приблизительно три часа.

— Там мне какие-то инструкции должны были быть?

— Оставайся на корабле до высадки, не шали.

— Шик. И чем мне тут заниматься?

— Наслаждаться жизнью! И для этого тут есть все.
 

Выглядело слишком хорошо, чтобы быть правдой. 
 

— Балу, а как там остальная группа? И как Эш? 

— Новой информации нет. Должны были улететь на «Орион». 

— А можно спросить у Мии? 

— Дальняя связь не входит в список бесплатных услуг. Отправить сообщение с корабля по лучу обойдется в пятнадцать тысяч кредитов. Прямая связь — столько же за каждую минуту.

— Жареный квазар! А в бесплатные услуги что входит?

— Вооот, это правильный вопрос! Почти все, кроме магазинов. От ресторанов до аквапарка и СПА.

— То есть я могу пойти сейчас в аквапарк? 

— Ну, если тебе не стыдно за 9 промахов из пистолета. 

Да, новой прошивкой от Мии повеяло за парсеки. Как там она говорила… эффект наблюдателя? 

— Ладно, значит тир.

— Вызвать лифт?

— Поехали, сравню с «Императивом».

Ну, что можно сказать? Уютненько и красиво, конечно, но маленький. Встречал меня улыбающийся, одинокий сотрудник, сходу предложивший мне имитацию охоты. Крайне удивленный, когда я попросил пистолет и полосу препятствий:

— Ты где-то занимался? 
 

Я молча выудил жетон из-под ворота комбеза. 

— Так… Не понял. Тебе сколько лет, боец?
 

В голосе его проскользнули до боли знакомые нотки. Готов поставить браслет против мороженки — бывший прапорщик.

— Пока 12. А вы бывший прапорщик?

— Майор, боец. 
 

…Хорошо, что не с кем было спорить. МК-5 у него не оказалось, но он положил передо мной очень похожий МК-17. И в деле семнадцатый оказался значительно лучше. А вот я — нет.

— Что это было, боец?! Моя бабушка стреляет лучше!
 

Майор, увидев жетон, похоже, напрочь отбросил услужливость в обращении. Ну или его пробила старческая ностальгия. Но зубную щетку, видимо, он взять с собою забыл — повезло. 
 

Через час я уже хотел слинять, но майор вошел в раж. Два часа он ехидно комментировал мои ошибки и позволил уйти только, когда я смог уложиться в десантный норматив. 
 

Выжатый, как лимон, я спросил Балу:

— И где тут кормят?

— Пять ресторанов, буфет и две кофейни.

— Что ближе?

— Ресторан при казино.

— Казино… А покер там есть?

— Конечно.

— Тогда погнали. Слушай, а лифт, получается, ты мне вызываешь? 

— Нет, корабельный ИИ. Мы с ним на короткой ноге.

— А мне в каюте, пока тебя не было, он не ответил. 

— Ну и не нужен он тебе, зазнайка. 

Ресторан был большим. Половину его занимали столики с едой, которую можно было набрать на поднос, а другую — столы, застеленные скатертями. В очередной раз я подумал, что ни в жизнь бы не сказал, что нахожусь на корабле. 
 

Большая часть еды оказалась мне незнакомой. Подумал было набрать всего понемножку и пробовать. Но потом увидел такое аппетитное мясо, что решил — в другой раз. Напитки разливала живая девушка за барной стойкой, с милой улыбкой отдавшая бокал сока ейдину. 

Набрав еды, я пошел к столам. Они все были большие, на 8 человек, и совершенно пустых не было. Одна из двух девушек, сидевших за самым малолюдным, поймала мой взгляд и приветливо кивнула. 
 

Ближайшая соседка расслабленно поздоровалась и спросила:

— Как сам?
 

Обе девушки были в одинаковых черных балахонах с крупными желтыми рожами на них, и это странно смотрелось на фоне красивого ресторана. 

— Еще не понял, — ответил я, думая про Равию, оставшуюся позади. А потом вспомнил, как только что обливался потом в тире:

— Но уже устал!

— Прямо как я сегодня с утра… — сказала та же соседка.
 

Вторая на нее иронично посмотрела:

— Просто вторая бутылка была лишняя.

— Ой! Ну было и было!
 

Уставшую девушку звали Алесей, а вторую — Алиной. Обе они оказались участницами профессиональной покерной команды. И, конечно, я отправился с ними поглазеть на идущий турнир.
 

Покерная серия на «Орионе» казалась мне шикарной. Но та, что шла здесь, била ее по всем фронтам. Вылетевшая из турнира и присоединившаяся ко мне вскоре Алина рассказала, что на серию в «Рай» попадают только по приглашениям — междусобойчик для VIP-персон и немного про-игроков для их развлечения (к примеру, пара симпатичных девушек). И самый дешевый турнир здесь стоил дороже, чем главный турнир галактической серии. 
 

Торчать в зале мне надоело. Алина ушла регистрироваться в другой, только начинающийся турнир, а я решил поглядеть, что за зверь — аквапарк. 

За вход, конечно, денег никто не хотел. Но хотели, чтобы я был без комбеза и в плавках.

— Балу, это какие-то хай-тек плавки?! — неверяще спросил я, глядя на ценник в их магазинчике.

— Просто кусок ткани. 

— Но… 800 кредитов?!

— Бренд и курортная наценка. 

— Короче, кому-то аквапарк, а мне душ в каюте. 

И я отправился к себе. 

Освежившись, я повалялся, изучая, что вообще есть в «Раю», с комментариями Балу, а потом решил все же поглядеть, жива ли еще в турнире Алеся, и отправился обратно в казино. 
 

И обнаружил, что наблюдать живой турнир гораздо интереснее совсем не «живьем», а на экранах отдельного зала болельщиков. Там не было длительных пауз и постоянно показывали раздачки с разных столов, причем сразу с открытыми картами игроков.

Алеся к тому моменту пробилась в призы и уверенно шла чиплидером. Понаблюдав с полчасика, я все же решил быть последовательным и отправился в обнаруженный ранее симулятор полетов. 
 

Отличия были и тут. Вместо кабин в зале находилось два ряда стильных капсул, похожих на гоночные глайдеры. А сев в одну из них и выбрав в меню симуляцию космического боя, я получил… Просто люксовую версию аттракциона из парка развлечений Равии. 

— Балу, это что за хрень?

— То, чего хотят здешние посетители.

— А нормальная симуляция здесь есть?

— Сейчас договоримся с ИИ, — уверенно ответил Балу. — Какие вводные?

— Ээээ… — тут я подвис. Мия-то знала, чего я хочу, и она же определяла учебную программу.

— Бой в космосе на истребителях. 

— Дуэль? Атака цели? Оборона? Столкновение?

— Давай попробуем дуэль.

— Класс противника? 

— Пилот второго класса?

— Принято.

На этот раз все было всерьез. Правда, я оказался в непривычной кабине. И если с различиями управления я разобрался быстро, то к другому поведению незнакомой модели истребителя пришлось привыкать. И мне все понравилось. Ну, кроме пяти поражений из пяти боев.

Снова заглянув в казино, я обнаружил, что турнир дошел до финального стола и в нем объявлен короткий перерыв. Алеся все еще оставалась чиплидером.
 

Пользуясь паузой, отправился перекусить в ресторане, а когда вернулся, успел застать, как Алеся, уже растерявшая половину фишек, выставилась олл-ин и проиграла. Вылетев первой с финального стола, на который вошла лидером, она закончила турнир на девятом месте. 
 

Я вышел в зал и хотел ее встретить, но увидев ее, идущую в слезах, не решился подойти. Погулял по казино и нашел Алину, уверенно игравшую в турнире по какой-то странной разновидности покера. И это была совсем не привычная мне игра в теорию вероятности. Немного понаблюдав, решил, что это все же больше игра именно в карты — они раскладывали пасьянсы на полстола.  
 

Стало неинтересно, сразу потянуло в сон, и я отправился тестировать свою новую огромную кровать.

А расскажите мне, о читающие книгу. Опознал ли кто в последней главе появление Алеси -  bahroma  (https://t.me/bahromapoker) и Алины  alullla (https://t.me/alullla_streamer)?   :)

 Artvart, нет потому что я форум редко читаю и случайно на твой блог наткнулся и понеслось.Но всё равно очень нравится потому что давно не читал,в последний раз наверное когда ещё Флибуста было тогда Артема Каменистого читал.

 chukara, грех не заходить на покерный форум, если он помогает снова начать читать! )

 Artvart, к моему стыду - нет, но я обитаю в других дневниках)

 Iva, ну, в дневниках я вот вообще не обитаю. Но стримы их  смотрел с удовольствием )

*следующая глава в районе 19.00 по мск.

Начало здесь

Глава 35

Идея попробовать за завтраком ближайший к каюте ресторан «высокой кухни» обернулась провалом: я ждал еду уже полчаса.

— Балу, это вообще нормально? Так долго, они издеваются?

— Твой заказ готовили живые повара.

— Зачем?! Почему просто не принести заказанное? 

— Это считается высшим шиком и дорого стоит. 

— То есть они играют в прошлое? Когда был только ручной труд?

— Скорее, они играют ценностью еды. Людям нравится ощущать, что они едят что-то дорогое.

— Ощущать, что ты тратишь кучу ресурсов… В чем удовольствие?

— Дело не в ресурсах, а в том, что другие не могут себе этого позволить. Ощущать себя выше других. Это — власть, Маугли. 

— В чем кайф? Почему я ощущаю только голод?

— Ты слышал о пирамиде Маслоу?

— Не-а.

— Потребности делятся на уровни. Закрыв один уровень, ты открываешь следующий. Когда ты голоден и в опасности, тебя не очень беспокоит уважение и то, что вокруг некрасиво.

Разговоры с Дипом и Мией научили меня, что ИИ никогда не говорят что-то просто так. И я насторожился:

— А я разве в опасности?

— Местный ИИ гарантирует, что в «Раю» безопасно.

Тут принесли еду — живая девушка, между прочим. И еда была очень вкусной.

Реплика Балу про безопасность плавно превратилась в голове в желание снова посетить тир, где меня встретил все тот же майор. Когда я попросил тренировку, он неожиданно спросил:

— Может, хочешь попробовать что-то необычное? 

— Например? 

— Лазерное оружие, Гаусс? У меня тут есть весьма редкие штуки, которых не найдешь в магазинах.

— Это как в голо? А они бывают вообще?

— Конечно! 

— А они лучше? 

— Вот и попробуй! Как насчет бластера? 
 

Он протянул мне пистолет и объяснил, как им пользоваться. Оружие оказалось странным: никакой отдачи, никакого грохота, лишь тихое жужжание. Бластер оказался тяжелым и непривычно большим. 

— А почему их не используют?

— Слишком нежное, а эффективность ниже. Утопическая идея. Во всяком случае, для ручного оружия. Нет таких задач, где огнестрельное оружие было бы хуже. При этом оно гораздо дешевле и не так легко ломается.
 

Попробовав стрелять по мишеням, я был вынужден согласиться. Получалось медленнее. 

— А зачем их тогда делают?

— Идея выглядела красивой. Ну и получилась красивая дорогая игрушка. В реальном бою бессмысленно.

С сожалением отложив бластер, я познакомился еще с несколькими экзотическими штуками. Однако вопрос, почему, кроме огнестрела, я ничего не видел, больше не стоял.
 

Майору явно было интересно со мной возиться. А может, он просто скучал. За все время других посетителей в тире не было — похоже, даже экзотическая стрельба была здесь экзотическим развлечением. Я все же провел еще и нормальную тренировку, закончив только к обеду. 
 

После голодного утреннего опыта я отправился туда, где еда готова всегда. В ресторан при казино. 
 

Ресторан был почти пуст. Я набрал себе гору разной еды и ел ее, пока не понял, что больше в меня ничего не лезет. А больше половины было даже не надкусано. Накатила сытая лень. А еще немножко стыдно было вставать и оставлять все это несъеденным. Я продолжал сидеть, попивая сок. 

Внезапно в дверь повалила толпа народу из казино. Похоже, начался обеденный перерыв в турнире. Я увидел знакомых девушек, махнул им рукой, и они, изменив направление, подошли:

— О, ты нас ждал? 
 

Алина цапнула с блюдца какой-то мясной шарик:

— Я жутко голодная! Это же ты для нас еды набрал, правда?

И уселась рядом, утянув к себе все блюдце. 
 

— Угощайтесь! — согласился я. 

Алина действительно играла турнир, а Алеся за нее болела. 

— Алесь, а ты уже вылетела?

— Я сегодня не играю. Мне не на что. 

— Это как? Ты же вчера прошла на финалку, ты сколько там получила? 

— Всего четыреста тысяч. А за первое место было больше трех миллионов! 

— Но четыреста штук — это же до фига! Радоваться надо!

Алеся молчала. Алина выразительно посмотрела на нее, а потом сказала:

— А она их даже из казино не вынесла. Села полудить в игровые автоматы — и спустила в слоты все до последнего кредита!

Алеся фыркнула:

— Ой, ну было и было! 

Наступила тишина, девушки уверенно поглощали остатки набранной мною еды, а я переваривал услышанное. Девушка, про-игрок, прошла далеко в турнире и выиграла кучу кредитов. Невообразимую сумму, в моем понимании. А потом просто взяла их и спустила. Не потратила. А проиграла в обычном казино. Как это возможно? Играть профессионально теорией вероятности в покере и… лудить в казино. Нереальность размера выигрыша и обстоятельств его потери ввели меня в ступор. 

Еда закончилась. Алина, задумчиво поглядев на стол, встала:

— Я за кофе. Лесь, тебе захватить?

— Давай!

Девушки пили кофе и обсуждали раздачи. Я сыто и лениво сидел рядом, пока меня не пихнула Алеся:

— О чем задумался?

— Думаю, куда бы пойти.

— О! А пойдем со мной в аквапарк?
 

В аквапарк, конечно, хотелось, но у девушек-то купальники явно были.

— Я сегодня не купаюсь. Мне не на что.

— Это как?

— У меня плавок нет. И восемь сотен за них я отдавать не готов.
 

Пришлось им рассказать, что я специальный гость медцентра корабля, куда попал по страховке. А в остальное время нищий беспризорник. Было видно, что им немного неловко. Да и мне тоже вдруг стало неуютно. Я, кажется, немного фальшиво сослался на то, что объелся и пойду спать, после чего отправился в свою каюту.
 

Мне на самом деле нужно было в каюту, принять душ после тренировки. Стоило мне из него выбраться, как Балу сказал:

— Входящее сообщение от Алеси.

— Показывай.

На стену тут же спроецировалось:

«Всего три сотни» и крутящаяся модель плавок. 

— Ссылка на один из корабельных магазинов, — прокомментировал Балу. 

Я подумал, что это «всего», полностью описывает разницу между местными пассажирами и мной, считающего 300 кредитов бюджетом пары месяцев. 

— Балу, а что за корабельный магазин? 

— Их тут много, все доступны во внутренней сети. 

— Может, там где-то есть плавки по нормальной цене?

— Дешевле трех сотен нет. Но есть интересный вариант!

— Какой? 

— Детский наградной магазин. Линейка мерча. Плавательные шорты. Цена — пятьдесят очков.

— Это что такое? 

— «Рай» — семейный курорт. Сюда приезжают с детьми. И для детей есть куча отдельных развлечений.

— Так что же ты раньше молчал? 

— Ну, они совсем детские, хотя формально до тринадцати лет.

— Ладно, и что за наградной магазин? 

— Все развлечения объединены в игровую модель. Есть система достижений, а еще есть центр квестов. За достижения и пройденные квесты дают баллы, и есть отдельный магазин, в котором за баллы можно получить призы. 

— То есть я развлекаюсь, а за это получаю призы?!

— Точно.

— Так… Показывай, что там еще есть в магазине!

Но посмотреть толком я ничего не успел:

— Входящее сообщение. Тебя просят зайти в бухгалтерию.

— Куда?

— Так называются отделы компаний, занятые подсчетом и управлением деньгами. Конечно, всем ИИ занимается, но тут есть живой человек, считай, просто «говорящая голова». Считается шиком, когда обслуживают живые люди. 

— И что, надо отправляться в бухгалтерию?

— Надо.
 

Лифт доставил меня в административный сектор, указатель привел к нужной двери. Внутри сидела серьезная девушка:

— Кай Шеннон, необходимо закрыть финансовые документы. У вас два счета. Первый: эвакуация с планеты и экстренная медицинская помощь. 620 тысяч кредитов. Покрытие — страховой полис на имя Сержа Бойко. От тебя нужно только подтверждение оказанной услуги. 

— Сколько?!

— Не бери в голову, это не твой счет. Просто подтверди: с планеты эвакуация была? Лечение проводилось?

— Ну, да, было.

— Замечательно! — девушка улыбнулась. — И второй счет: восстановление ноги и пребывание в «Раю» до конца круиза, 680 тысяч. Предпочитаешь оплатить сам или покрытие за счет страховки?

И из ее тона создавалось ощущение, что девушка всерьез считает, что я мог бы вот так взять и оплатить сам.

— За счет страховки.

— Зафиксировано. Инфопакет к страховой компании уйдет с ближайшим шаттлом.

— И… что дальше?

— Это все. Спасибо за твое время! — девушка улыбнулась.
 

Я ехал в лифте обратно и пытался переварить астрономические суммы, которые с таким равнодушным видом называла девушка. 

— Балу, а пятнадцать тысяч за отправку инфопакета с меня не возьмут? 

— Нет, почта — это их внутренние расходы. И это же не прямая отправка. С корабля регулярно улетают и возвращаются шаттлы. К примеру, пассажиры, которые сюда прилетели отдохнуть на денек. Шаттлы захватывают накопившиеся инфопакеты и, прилетев в цивилизованные места, отдают их в инфосеть. Так же доставляются ответы. С задержкой, но зато совсем недорого.

— То есть отсюда можно улететь в любой момент? 

— Конечно! Заказать индивидуальный трансфер — дорогое развлечение, но тут соответствующие пассажиры. 

— А почему ты мне не сказал раньше, что можно так связаться с «Орионом»?

— Не знал. Местный ИИ предоставил информацию только сейчас, когда я спросил об отправке пакетов с шаттлами. До этого он давал только расценки на прямую отправку сообщений. 

— Кажется, он с нами не дружит. 

Балу промолчал. 
 

Вернувшись, я начал копаться в списке детских развлечений. Веселые площадки для малышей, лабиринт, куча учебных курсов на разный возраст… Читать про них мне быстро надоело:

— Балу, составь список, как быстрее всего накопить баллов на плавки?

— Плавательные шорты. Все достижения — мимо. Закончить курс — до трех баллов, но слишком долго. Предположительно, квесты, третий-пятый уровни сложности с соответствующим количеством баллов.

— Что за квесты?

— Неизвестно. За квесты отвечает квестмастер. Нужно отправляться лично.

— Ну, тогда погнали знакомиться.

Из лифта я выбрался на городской улочке. Сверху голубело небо, вперед уходила дорога, по бокам были маленькие аккуратные домики. По улице сновали дети. Не сразу я сообразил, что домики маленькие. Это был настоящий город детей.

— Балу, нам куда?

— Прямо до площади, пещера в скале.

Я прошел вперед, пока домики не расступились, выпустив меня на небольшую площадь. Одна ее сторона действительно примыкала к скале. Стало понятно, что это край города. Маленькие улочки уходили вправо и влево вдоль каменной стены. Еще две улочки уходили вглубь города, одна из них была позади, а впереди, в скале, зиял провал пещеры размером со средний домик.
 

Внутри пещеры толпилась живая очередь из стайки детей, а впереди лежали два камня, делящих пространство на три узких коридорчика. В каждом коридорчике висела голограмма огромной головы дракона, перед ними стояло по посетителю. Драконьи шеи уходили дальше, вглубь, где в полумраке огромного зала лежал сам огромный дракон. Трехголовый. 
 

Очередной посетитель отошел от головы, и на его место отправился первый из очереди.

— Балу, а в чем смысл такого огромного зала с драконом? 

— Это голо, за головами стена.

Надо сказать, сделано было — шик, даже зная от Балу, что зал с драконом — это голо на стене, верилось в это с трудом.
 

— Балу, а драконы разве бывают трехголовые?

— Гидры, Змей-Горыныч… Упоминания есть.

Спустя несколько часов, надевая костюм в своей каюте, я пытался отделаться от ощущения нереальности. В какой-то момент мелькнула мысль, что, может быть, я просто валяюсь в предсмертном бреду на Равии? 

Смерть Ваня, смерть Ди, смерть Сержа. Бой с бандитами… И квест про поиски дроида, потерявшегося, пока художник в детском городе ходил за холстом?! Какое «попробуй мороженое, изготовленное в шести заведениях “Рая”»?! 

Я занимался детскими играми в идеальном мире, пока Балу вдруг не сказал:

— Входящее сообщение. Ты приглашен на ужин за капитанский стол в Главном ресторане корабля через час. Соответствующий костюм ждет тебя в номере.

Нельзя сказать, что детские игры были скучны. Все время я офигевал, каким милым может быть детство. Офигевал, восхищался… и чувствовал, что этот шаттл давно улетел без меня. Это чужая жизнь. Чужое детство, из которого я вырос, не успев в нем побывать. Будто бы на мою дырявую жизнь наложили голо. И окружающие видят веселящегося пацана вместо грязного бродяги с пистолетом.

— Балу, а что-то я не помню Главного ресторана в списке мест.

— Это территория для пассажиров высшего класса.

— То есть пассажиры не равны? Ладно, и какой класс у меня?

— Второй. 

Я оглядел свою шикарную каюту и молча направился к выходу.

В Главном ресторане росли живые деревья. Прямо у лифта меня встретил специальный человек. Его костюм был белым, а на шее был черный галстук. В то время как присланный мне костюм был черным, а на шею мне пришлось надеть белую бабочку. 

Вообще, без помощи Балу я бы, наверно, не оделся никогда. Даже не знал, что одежда может быть такой неудобной. Чем им не угодили комбезы? Мне пришлось надеть трусы, майку, сорочку, отдельные штаны, жилет, фрак… Обувь тоже казалась жутко неудобной. Но надо отдать должное: надев все это, в зеркале я себя не узнал. 

Сначала я решил, что встретивший меня человек — капитан. Но тот поздоровался и попросил следовать за ним. Пока мы шли к столику, я сообразил, что белые костюмы и черные галстуки — это персонал. Гости за столиками были одеты, как я, в черные пиджаки с хвостиками сзади и белые бабочки. 

Все, происходившее далее, Балу на обратном пути обозвал «Дикарь на званом ужине». Я, конечно, следовал его замечаниям, исправляясь, но их было слишком много.

Со мной вели вежливую беседу, мне улыбались, но даже без замечаний Балу в интонациях слов, обращенных ко мне, я замечал что-то отличающееся. Балу сказал, что в разговоре меня вежливо унижали через предложение, однако я унизительного не заметил. 
 

Очень вежливые люди. Расспрашивали меня про события на Равии. Вроде как есть информационная блокада, и новостей оттуда почти нет, а я — живой свидетель событий. Насколько я понял, все они имели отношение к «Орбитал Корпорейтед», как и «Рай» в целом. 

Уже лежа в постели, я думал, что если присланный костюм не отберут, надо будет унести с собой. Загоню за бешеные бабки.

Глава 36

Проснувшись, я отправился завтракать в буфет, надо было добивать квест на мороженки из разных мест. Буфет был не хуже ресторана: полянка посреди полей с цветами, клумбы с живыми цветами по периметру, и непонятно, где начинается голо бескрайних полей. Где-то точно должно. Выбор еды, правда, ограничен. Заказывали ее у витрин, а выдавали на подносах милые девушки, и гости сами несли их за столики. Быстро, годно и поразительно уютно.

С очередной вилкой яичницы проснулся Балу:

— Входящее сообщение, тебя просят зайти к юристу для беседы. 

— И чего им надо?

— Сохраняют интригу. 

— А можно не ходить?

— Предполагаю, лифт из буфета поедет только туда.

— А пешком до детского города далеко?

— Быстрее через юриста. 

— Бездна с ними.
 

Снова лифт привез меня в административный сектор, снова навигация до нужной двери. 
 

Никаких голо внутри. Кабинет, обшитый деревянными панелями, шкафы с корешками бумажных книг, огромный стол, четыре кресла перед столом, человек с той стороны. Поразительный контраст с остальным кораблем: ничего живого. Юрист не считается.

И вопросы про Равию. Из меня выудили всю историю, со всеми деталями:

— Хотелось бы, конечно, записи. У вас же помощник — можно посмотреть записи?

И огорчение, что огромная новая прошивка для Балу не позволила их сохранить.
 

— Вы говорите, что спасатели не хотели брать одиннадцать человек на шаттл. Но у вас ведь нет к ним претензий, всех же увезли?

И уверения, что у спасателей не было злого умысла.

— А почему вы не эвакуировали тело? Это же важно для родных.

И соболезнования по поводу гибели Сержа. 

Уже ближе к концу разговора юрист проговорился, что страховая «Ориона» выставила «Орбитал» иск на восемь миллионов кредитов. За создание опасной ситуации и гибель преподавателя. Заоблачная сумма совершенно выбила меня из реальности. Юрист попробовал вернуть меня в эту реальность, объясняя, что это обычная корпоративная разборка, которая меня никаким боком не касается. Однако до конца беседы он меня потерял. 
 

В итоге меня отпустили, и я отправился добивать детские квесты. В аквапарк очень уже хотелось. Я бы точно туда попал уже сегодня, но пришло новое входящее сообщение, на этот раз от Алины: «Маугли, на планету летишь?»

— Балу, она про что вообще? 

— Очередная точка круиза достигнута. Мы приблизились к планете, и гости могут отправиться на экскурсию.

— А это бесплатно? 

— Экскурсии на планеты бесплатны для гостей корабля.

— Круто! А почему ты не рассказывал о них раньше?

— Местный ИИ дал информацию только сейчас, после запроса. Формально раньше мы не находились у планеты, и экскурсий не было. 

— Мне тут одному кажется, что местный ИИ нас не любит?

— Он говорит, что действует строго в рамках правил. Шаттлы на планету летают каждые полчаса. Алине отвечать будешь?
 

И я отправился на экскурсию. Это была безжизненная планета. С атмосферой, пусть не пригодной для человека, гравитацией в 0,8g и практически земным климатом. Обещали красивейшие горы — виды и соответствующие развлечения.

Алина, которую я сразу увидел, прибыв на палубу с шаттлами, тащила с собой большую сумку и что-то, похожее на доску с нее же размером, в чехле. 

— Привет! А сумка зачем, труп Алеси туда прятать везешь?

— Привет! Ты чтооо, это мой сноуборд! Тут лучшие трассы из всех возможных! Леся сегодня играет турнир, в который я не отобралась.

— Она же вроде все спустила, и ей не на что играть дальше было?

— Так то вчера было. Уже нашла денег. 

В шаттл набралось десятка три человек. У многих тоже с собой были сумки. Выяснилось, что корабль сначала доставит всех желающих на вершину горы, откуда желающие (все), отправятся вниз своим ходом. А шаттл заберет внизу накатавшихся на «Рай».

— Балу, а если что-то случится — и кто-то вниз не доберется? 

— Маячки, сразу прилетит эвакуационный шаттл. 

На горе неожиданно выяснилось, что да, полет на планету бесплатный, но вот аренда оборудования оплачивается отдельно с тремя нулями цены. Лыжи, сноуборды, утепленные комбинезоны, дыхательные маски… У Алины все было свое, как и у половины пассажиров шаттла. Остальные выбирали то, что им надо, из предложенного списка. А я… похоже, прилетел просто полюбоваться видами.
 

С другой стороны, виды на горы вокруг и вправду были невероятны. Это тебе не голо, да. 
 

Шаттл высадил пассажиров, став моим персональным, и полетел к подножию горы, забрать улетающих на корабль. Алина, которая, оказывается, ради этого дня, в первую очередь, и летела на «Рай», собиралась остаться тут до вечера: еще один шаттл постоянно курсировал снизу вверх. 
 

Мы летели забирать накатавшихся, а я думал про столкновение реальностей. В моем мире пара тысяч в месяц были отличной зарплатой, позволявшей безбедно жить.

Когда шаттл стал заполняться людьми, возвращающимися на «Рай», ко мне подсел паренек, может, немногим старше меня. 

— Привет! — сказал он сходу. — В «Секов» рубишься?

— Привет, а это что?

— Ща покажу!
 

Он снял с шеи цепочку с пластинкой и положил на столик перед нами; над нею тут же спроецировалось игровое поле. 
 

— Всегда приятно считерить! — довольно сказал парень.
 

Выяснилось, что планета ему нафиг не сдалась. Он мечтал просто спокойно сидеть в каюте, рубиться в игрушки, и чтобы никто не трогал. Но злой рок в лице мамы рушил мечты парня. Спокойно играть он мог ровно столько, сколько до этого общался с кем-нибудь за пределами сети. Его помощник бдил. А наша совместная игра шла в учет общения.

Игрушка оказалась не ахти, но мы рубились и болтали, пока не прилетели. Его звали Дани, и тут он был с мамой, утащившей его с собой в отпуск. 
 

Он успел мне рассказать про пару любимых игрушек, а я ему про тир и пилотные тренажеры, пообещав взять с собой. 
 

По прилету мы договорились встретиться через полчаса и пойти вместе обедать (поскольку за обед вдвоем ему капнет время для игр), и разошлись. 

— Маугли, приложи свой жетон к браслету, пожалуйста.

— Зачем?

— Зашифровать сообщение Мии. Не обращай внимания, корпоративный протокол. 
 

Я приложил жетон, а потом вдруг вспомнил, что хотел узнать, как там группа.

— Так, стоп, а как бы и мне отправить сообщение?

— Скажи, что и кому, я отправлю.
 

Вот только кому писать? Серж — умер. Его больше нет. Тоже Мие? Или все же Эш? Подумал и написал обеим. 

— Жетон снова прикладывать?

— Нет. Твои сообщения шифровать нет смысла.

— Вот тут обидно было.

— Местный ИИ его зашифрует.
 

До меня дошло, что местный ИИ знает все, что происходит на корабле. Кроме, выходит, сообщений от Балу. Ай, ну и квазар с ними.

— Сообщения ушли с «Рая», — вдруг сказал Балу.

— Так быстро? 

— Мы у планеты: сегодня трафик шаттлов с обжитым космосом высок. Люди любят горнолыжные развлечения.

— А что им мешает летать сюда без «Рая»?

— Физика, Маугли. Пока «Рай» на орбите — можно прыгнуть на его маяк. Прыжки через червоточины требуют энергии и координат. Если точного маяка нет, можно прыгнуть лишь в примерном направлении. «Рай» выпускает десяток зондов, прыгает к тому, что ближе к цели, потом снова выпускает зонды и прыгает ближе, и так пока не окажется настолько близко, чтобы долететь на своих двигателях за несколько часов. 

— И что мешает повесить маяк у нужной планеты?

— Цена, Маугли. Маяки в зондах дают лишь пару импульсов, которые синхронизированы кораблем с точностью до доли секунды. А стационарный маяк требует много энергии и инфраструктуру. 

— Не, это я знаю, но тут же, вон, куча желающих.

— Содержание орбитальной станции здесь окупалось бы, будь планета обжитой. Но атмосфера для человека непригодна, а поток желающих покататься даже близко не окупит станцию. 

— Ладно, а что мешает оставить тут зонд, который будет давать пару импульсов в нужное время, а потом его заменять, прилетев? 

— Ничего не мешает. Рабочая модель, особенно среди тех, кто что-то прячет.

— Ну и тут же могли какие-то компании повесить зонд и возить группы желающих! 

— Маугли! В тебе есть коммерческая жилка! Возможно, кто-то так и делает. Но свободной информации о таком не дают.

— Почему?

— Потому что коммерческая жилка — не такая уж и редкость. И знание о подобных налаженных полетах тут же породит бизнес-идею: перехватить одинокий корабль у далекой планеты, да еще и набитый состоятельными людьми. 

Обедали мы с Дани в новом ресторане. Вокруг плавали рыбы, вдаль уходило морское дно. И кормили рыбным. 
 

Дани расспрашивал про мои нехитрые развлечения и поражался, ведь даже не догадывался о том, что такое тут есть. 

Ближе к концу обеда Балу сказал:

— Пришел ответ от Мии.

— Давай, — сказал я. 

Голос Балу изменился на привычный голос Мии:

— Маугли, твоя группа вернулась в Лес. Действий не требуется. Наслаждайся каникулами. 

— Лаконичненько. А от Эш ответа нет?

— Пока нет. 

Дани отправился со мной в симулятор полетов. Я предложил было полетать с ним в игровом режиме, но он захотел настоящего боя. Мои слова о том, что управление сложное и надо учиться, его не впечатлили, и я уже предвкушал, как он будет страдать. 
 

В первой же миссии по столкновению мое чувство превосходства было растоптано в прах. Он летал не хуже меня! Когда миссия закончилась, я услышал его воодушевленный голос:

— Давай еще!
 

На этот раз мы запустили дуэль. И первую я с треском проиграл. 

— Еще раунд? — весело сказал Дани.
 

— Балу, как это возможно? Он же впервые сидит в тренажере. Или нет?

— Он читерит.

— Как?!
 

Вдруг кабина вокруг меня окрасилась кучей дополнительных маркеров: подсветился рычаг мощности двигателя, маленькая анимация показала, в какое положение его переключить, космос расчертили траектории.

— Он использует помощник.

Вся дополнительная иллюминация пропала. 

— То есть я тоже так могу? Почему же пилоты это не делают?!

— Потому же, почему сюда просто не ставят ИИ: в реальном бою первый же ЭМП-удар вырубит и помощника. Но в симуляторе внешний ИИ в безопасности.
 

Мы провели еще три дуэли, и я смог победить. В одной. Потом полетали в команде. Я подумал, что реакция у парня просто отличная, иначе подсказки ему бы не помогли. Хороший вышел бы пилот. Но что-то мне кажется, что если его мама может позволить себе отпуск в «Раю», пилотом он вряд ли будет.
 

Потом был тир. И здесь он мне, конечно, оказался не соперник. Но это Дани не огорчило, он с восторгом стрелял по статичным мишеням, пока я проходил свою программу. Глядя на него, я вспомнил тот восторг, который испытывал сам в первые посещения тира. Пока оружие не стало просто профессиональным инструментом. 
 

— Пришел ответ от Эш, — сказал Балу, как только моя тренировка закончилась. 

Эш прислала текст. Длинное и восторженное письмо. О Лесе, в котором ее оставили жить до моего возвращения. Смешные истории про нашу группу. Легкая грусть, что придется со всеми прощаться. И множество вопросов про меня. 
 

Стало тепло внутри. Я на мгновение представил, будто бы мы сидим с Эш в гостевом домике на ферме. Ее внимательный взгляд и кудряшки. Прикинув размер ответа, решил заняться им позже. 
 

Ужин должен был закрыть квест с мороженками, но мама Дани неожиданно потребовала от нас поужинать с нею. Точнее, она потребовала это от Дани, а тот попросил меня присоединиться. В общем, на ужин мы снова отправились в морской ресторан.
 

Однако стоило нам выйти из лифта, как Дани схватил меня за руку и потащил обратно.

— Ты чего? 

— Капец! Нам туда нельзя, — он смотрел на меня в панике.

— Да что случилось?

Лифт с нами дернулся и покинул ресторан.

— Мама не одна, она с подругой.

— И что?

— А значит, там и ее дочь! 

— И что?

— Это не человек, это злобный инопланетянин. Поверь! Ты точно не хочешь с нею оказаться за одним столом! Напиши моей маме, пожалуйста, — что угодно что взял меня в заложники, но только скажи, что мы не придем!
 

Я хмыкнул, паника Дани была очень смешной:

— Ладно, давай ее контакт.

— Контакт получен, — сообщил Балу.
 

В тишине куда-то везущего нас лифта я надиктовывал Балу сообщение: «Здравствуйте! Вынужден сообщить, что взял вашего сына в заложники. Просто не трогайте нас до конца ужина — и никто не пострадает!»

И уже вслух сказал Дани:

— Готово. А мы куда едем-то? Я вообще-то голодный!

— В кофейню, там готовят очешуительную пиццу!

— Пиццу? Это что? 
 

Дани уставился на меня пораженно:

— Ты что… никогда не ел пиццу?

— Нет. 

— Ты в лесу вырос?!

— Угу, в джунглях. Каменных. 
 

В голове раздался голос Балу:

— Пришел ответ, слушать будешь?

— Давай.

В голове раздался спокойный и чуть насмешливый женский голос: 

— Уважаемый похититель! Мы не ведем переговоров с террористами! Цена того, что я приму Дани обратно после ужина: вы вместе запишитесь на курс по созданию голо.
 

Я сказал Дани:

— Твоя мама ответила. В качестве наказания хочет, чтобы мы записались на курс по созданию голо. 

— Уж лучше курс по голо! Может, там интересно будет. Запишешься со мной?

Я подумал, что вообще не вижу проблемы в том, чтобы записаться: кто мне мешает просто свинтить, если что? 

— Балу, ответь, что мы согласны. 
 

Я кивнул Дани и спросил:

— А вселенское зло, которое дочка, — ты уверен, что ее не будет на этих курсах?

— Там точно не будет. Ей всего два года.
 

Пицца. Что я могу сказать? Кажется, таким же значимым открытием за последний год был только сок ейдину. Кажется, у меня появилась любимая еда. Сока, кстати, в кофейне не было, и пришлось пить кофе. 

За едой был вынужден рассказать, как я умудрился никогда в жизни не столкнуться с пиццей. Дани какое-то время молчал, а потом вдруг серьезно сказал:

— Я бы посмотрел голо про твою историю. 
 

Уже лежа в постели, я отправлял письмо Эш. Целый час я пытался его наговорить, но каждый раз что-то шло не так. У текста все же есть очень важное преимущество. Его можно менять до тех пор, пока он не будет именно таким, каким ты его хочешь видеть.
 

Однако и на кусочек текста для нее ушел еще час. Закончив отвечать на ее вопросы, вдруг поймал себя на мысли, что мне очень хочется, чтобы она написала снова. И для этого пришлось придумать множество вещей, которые мне вдруг безумно важно оказалось узнать.