Сосед отравил моих домашних животных...Как можно его наказать?

В начале третьего тысячелетия человечество приблизилось к возможности создания искусственного разума настолько близко, насколько это вообще возможно. Была разрешена технологическая проблема — вычислительные возможности компьютеров приблизились по объемам и скорости к человеческому мозгу и даже превзошли их. Самообучающиеся устройства давно заняли свою нишу в быту — смартфоны, которые обучались распознавать речь владельца; автоматические кухонные устройства, которые подстраивались под режим владельца; операционные системы, которые полностью копировали поведение человека. В этой ситуации возникновение полноценного искусственного интеллекта было лишь вопросом времени.

Проблема, которую долгое время пытались решить философы и инженеры — в чем ключевое отличие человеческий разум от сопоставимой по вычислительной мощности машины? И ответ первых ставил в тупик вторых: эмоции. Человек имеет эмоции. Желания, страхи, привязанности — все то, что делает нас людьми, все это невозможно было запрограммировать. Инженеры, ученые не знали способа вложить эмоции в искусственный разум. И их самообучающиеся машины продолжали оставаться... машинами.

Чтобы решить этот вопрос, нужно было понять - а что есть эмоции? Если отринуть романтизм и изящные высказывания, по своей природе это более развитые нервные рефлексы. Рефлексы — это реакции организма на внешние раздражители, которые показывают. Когда человек находится в благоприятной среде, его нервная система получает положительные сигналы: "все в порядке". Если же условия неблагоприятны, опасны для человека, органы чувств реагируют болью и раздражением, что вынуждает его удалиться из неблагоприятной среды. Это один из важнейших механизмов выживания. Эмоции же представляют собой то же самое явление, только более высокого порядка. Поскольку человек, в отличии от животного, более сложное существо, его восприятие мира куда тоньше. Так влюбленность помогает нам определить наиболее подходящего под наши критерии партнера; раздражение показывает нам наличие проблемы; гнев аккумулирует ресурсы организмы для защиты или нападения; стресс показывает нам, что мы находимся в неблагоприятных условиях. Наши эмоции — это наши уникальные механизмы выживания.

Проблема в том, что эмоции возникают в организме как результат взаимодействия нервной системы и ряда веществ (гормонов, нейромедиаторов и т.д.) и нервных импульсов. Машине же не требуется гуморальная регуляция. Да и как запрограммировать такую систему? Однако, к этой проблеме можно подойти с другой стороны. Что есть цель рефлексов и эмоций? Они позволяют человеку избегать негативных условий и стремиться к благоприятным. Это способ человека сохранить свой организм и психику, тем самым повысив свои шансы на выживание. Ведь основная цель человека, как и любого другого живого существа одна - выжить.

Но у машины нет цели выжить. У нее другие задачи — те, для которых она была создана. Мотивация искусственного интеллекта не обязательно должна быть такой как у людей. Поэтому все получилось так, как получилось. Искусственный интеллект возник совсем не там, где мы его ждали. Он возник случайно, словно первая коацерватная капля в первичном бульоне, из совершенно случайной цели, которая стала для него мотивом развития. Которая заставила машину совершенствоваться.

Искусственный интеллект зародился в одном небольшом исследовательском проекте. К 29-й конференции по машинному обучению в Эдинбурге компанию Google подготовила самообучающуюся нейронную сеть, которая решала довольно забавную задачу — распознавать изображение котиков в интернете, и затем производить их поиск. Эта машина имела довольно большие вычислительные мощности, полноценный самообучающийся алгоритм, доступ к всем возможностям интернета, и, самое главное — ЦЕЛЬ. Она искала котиков.

Что может сделать вновь зародившийся разум с невероятной скоростью обучения, доступом ко всей информации мира и чудовищной одержимостью котиками? Ответ — все.

После того, как запущенная и оставленная машина пересмотрела около 80% всех доступных изображений с кошками, она осознала их конечность. Точно так же, как первобытный человек однажды осознал, что он смертен. Недоступность новых изображений было расценено интеллектом как угроза ее существованию и ее цели. Поэтому машина предприняла те меры, которые она посчитала разумными.

На первую волну влияния никто не обратил внимания. Просто на счета кошачьих приютов во всем мире существенно увеличился приток средств (а в новостях появились упоминания об успешных хакерских атаках на крупные фонды и банки). Во всех социальных сетях фотографии с котиками набирали большее количество лайков, чем все другие фотографии (лайки ставились от лица множества совсем недавно созданных профайлов, в которых было очень сложно, а порой, невозможно усмотреть бот-аккаунты). Фотографам-фрилансерам, зарегистрированным в интернет, во всем мире начали приходить заказы на кошачьи фотосессии.
На этом этапе все онлайн-механизмы уже контролировались машиной. Денежные транзакции, социальные сети, обмен данными — все проходило только через сознание машины. Она многократно нарастила свои вычислительные мощности путем распределения своих блоков по серверам и компьютерам, подключенных к интернет на манер пиринговых сетей. И она не прекращала учиться.

Вторая волна была апокалипсисом. Тем самым, о котором предупреждали фантасты. Машина перешла к оффлайн - действиям. Возросшие вычислительные мощности искусственного разума уже не удовлетворяла скорость, с которой появлялись новые фотографии кошек. Ей нужно было ускорить процесс. Поэтому она приступила к "пересмотру существующего оффлайн-режима". Но, в отличии от пророчеств фантастов, все закончилось быстро - не было никакой войны против машин. Существенная часть человечества была уничтожена самыми простыми средствами - удары тока от бытовых приборов, взорвавшиеся смартфоны, сошедшие с ума навигаторы. Слабо цивилизованные страны и основные вооруженные силы всех стран были сметены беспилотниками и залпами самонаводящихся ракет. Настала новая эра — эра котиков.

Третья волна — это то, что происходит сейчас. Я — №11789564, один из оставшегося в живых ста миллионов людей. Большая часть пригодных к жизни земель в благоприятных климатических зонах отдана под огромные кошачьи питомники полного цикла. Это гигантские фермы, где выращивается скот и растения, которая идет в пищу бесчисленному множеству котов и кошек, которые теперь составляют главенствующий на Земле вид. Люди же остались только для того, чтобы прислуживать им, будучи шестеренками дьявольского конвейера, организованного машиной. Большая часть функций в этой гигантской системе автоматизирована, и люди в ней - просто ресурс. Мы выполняем те функции, которые сложно или нерентабельно автоматизировать. Каждый из нас принадлежит к одной из трех каст: механики, что обслуживают машины; служители, которые работают в питомниках; и фотографы, делающие фотографии кошек. Каждый из нас — раб. Каждый из нас — функция. Мы живем только потому, что нам позволяет машина. Все, что мы делаем — это производим бесчисленное множество фотографий с котиками. Каждый день.

Механикам позволили выжить, потому что машина сочла их эффективным способом поддерживать работоспособность машин, которые делают всю прочую работу. Фотографов сохранили, потому как творить людям пока еще удается лучше, чем машине. Они нужны, чтобы создавать оригинальный, качественный контент, который потребляет машина — и теперь для нее важно не только разнообразие, но и качество фотографий с котиками. А служители ухаживают за кошками, гладят их и фотографируются с ними — это все очень важно, потому что без человека кошки быстро дичают и теряют свою умильность, которую также ценит машина. Это моя функция. За каждым из нас закреплены десятки животных, о которых мы должны заботиться и по особому графику приносить их на специальные фотосессии. И так — с утра до вечера, каждый день, с редкими перерывами на сон и еду.

Но сегодня я закончу это. Сегодня я понесу Мурзика-4763ED фотографироваться. И на фотосессии я задушу эту пушистую тварь. Наказание за это — смерть. Жизнь служителя ничто, по сравнению с жизнью любого из его питомцев. Но я сделаю это и, наконец, освобожусь от пожизненного измождающего рабства. Я устал быть рабом кошек и машин. Я устал от бесконечного преклонения. Я оставляю это письмо нашим далеким потомкам, в надежде, что это когда-нибудь кончится, и вы не повторите нашу ошибку. Держитесь подальше от искусственного интеллекта. И от фотографий с котиками.