# 1. Исходный вопрос

> ==Прочитай эти посты:==
> ==[https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290210](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513\&view=findpost\&p=8290210)==
> ==[https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290363](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513\&view=findpost\&p=8290363)==
> ==[https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290411](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513\&view=findpost\&p=8290411)==
> 
> ==Разбери посты пользователя SnowBeaver на предмет фактологических и логических ошибок, а также использования слишком сильных утверждений без должной степени доказательной базы.==

Прочитал все три ссылки и проверил ключевые проверяемые тезисы по исследованиям и историческим источникам. Сначала небольшая техническая деталь: **вторая ссылка, p=8290363, ведёт не на пост SnowBeaver, а на реплику surtr** с вопросом про индоктринацию детей в нацистской Германии. Собственно сообщения SnowBeaver — первое и третье; второе важно как контекст между ними. [forum.gipsyteam.ru](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?p=8290210&view=findpost&viewtopic=151513)

### Общая оценка

У SnowBeaver есть вполне разумное ядро аргумента: **внешнее ритуальное согласие не тождественно внутренней убеждённости**. Человек действительно может повторять лозунги ради безопасности, карьеры или социального одобрения, оставаясь внутренне скептичным. Современная психология социального влияния это не отрицает. [Annual Reviews](https://www.annualreviews.org/content/journals/10.1146/annurev.psych.55.090902.142015)

Проблема в другом: SnowBeaver систематически переходит от этого умеренного тезиса к значительно более сильным: «не сможет», «мгновенно осыпается», «подавляющее количество», «без исключений», «неизбежно». Именно эти усиления чаще всего либо не следуют из аргументов, либо прямо противоречат данным.

|Тезис SnowBeaver|Оценка|В чём проблема|
|---|---|---|
|Школьный руководитель практически не способен идеологически повлиять на ребёнка|**Слишком сильное утверждение; эмпирически неверно как универсальное**|Есть квазиэкспериментальные данные, что школьная программа способна **причинно** менять политические установки. Например, реформа учебников в Китае изменила отношение учащихся к государственному устройству, демократии и рынкам. Это не означает, что любой «урок патриотизма» эффективен; оно означает, что утверждение «не сможет» неоправданно. [RCNi Company Limited](https://www.journals.uchicago.edu/doi/10.1086/690951)|
|Навязанный официальный пафос у детей быстро превращается в скуку|**Возможный эффект, выданный за общий закон**|Реактанс, цинизм и скука действительно возможны, но данные об образовательном политическом воздействии неоднородны: эффект сильно зависит от способа преподавания. Обзор литературы прямо показывает смешанные результаты. [DOI](https://doi.org/10.1146/annurev-polisci-051120-014235)|
|Позднесоветская молодёжь массово проходила идеологические ритуалы, но поэтому «не особо индоктринировалась»|**Логически не следует**|Даже если принять крайне широкое участие в ритуалах, из последующего краха режима нельзя вывести отсутствие долговременного влияния на убеждения. Это переход от макроисхода — распада государства — к психологическому состоянию миллионов отдельных людей.|
|«100% молодёжи» СССР|**Риторическое преувеличение, не статистический факт**|Пионерская организация действительно была практически всеобщей среди школьников соответствующего возраста, но это не то же самое, что буквально вся молодёжь. Например, в середине 1980-х ВЛКСМ охватывал около **58% людей до 28 лет**. Поэтому «100%» можно защитить только как разговорное «почти все через что-то подобное проходили», но не как число. [ZPU Journal](https://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2013/4/Ruchkin_Komsomol-Business-Class/)|
|Распад СССР подтверждает, что индоктринация не сработала|**Non sequitur / экологическая ошибка**|Система может рухнуть по политическим, экономическим и институциональным причинам, а усвоенные её гражданами установки при этом сохраняться. В другом коммунистическом случае — Восточной Германии — различия в предпочтениях между восточными и западными немцами сохранялись после объединения; авторы оценивали полное сближение в **одно-два поколения**, а не мгновенно. [Benny](https://benny.aeaweb.org/articles?id=10.1257%2Faer.97.4.1507&utm_source=chatgpt.com)|
|После исчезновения принуждения внушённая идеологическая картина мира «мгновенно осыпается»|**Одна из наиболее явных фактических ошибок**|Нацистская Германия — как раз очень сильный контрпример. Исследование Voigtländer и Voth обнаружило, что поколения, выросшие при нацизме, сохраняли существенно более сильные антисемитские установки **десятилетия спустя**; авторы связывают особенно сильный эффект именно со школьной индоктринацией. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)|
|В 1955 среди индоктринированных детей почти не было «нацистов», следовательно, убеждения исчезли|**Плохая операционализация + фактически вводящий в заблуждение аргумент**|После войны NSDAP была уничтожена и объявлена незаконной, поэтому число людей, публично называющих себя нацистами, вообще не является хорошим измерителем сохранности нацистских убеждений. Уже опрос 1948 года обнаруживал антисемитские/крайне антисемитские установки примерно у трети опрошенных; особенно выраженными они были у молодых немцев, полностью социализированных при Третьем рейхе. [Офис историка](https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1945Berlinv02/d1038?utm_source=chatgpt.com)|
|«Подавляющее количество людей» не внушаемы, а лишь конформисты|**Необоснованное количественное утверждение + ложная дихотомия**|Никакой базы для «подавляющего количества» он не приводит. Кроме того, конформность и внутреннее изменение убеждений не взаимоисключающие категории. Социальное влияние может происходить тонко, косвенно и вне осознания человека и мотивироваться не только желанием одобрения. [Annual Reviews](https://www.annualreviews.org/content/journals/10.1146/annurev.psych.55.090902.142015)|
|Чтобы молодёжь приняла паттерн, она обязательно должна видеть его социальное вознаграждение|**Правдоподобный механизм, но слово «обязательно» лишнее**|Социальное вознаграждение действительно один из мощных механизмов. Но есть также информационное влияние, авторитет, групповая идентичность, стремление правильно понимать реальность и др. Если же под «вознаграждением» понимать вообще всё — безопасность, отсутствие наказания, признание, принадлежность группе — тезис становится почти тавтологией. [Annual Reviews](https://www.annualreviews.org/content/journals/10.1146/annurev.psych.55.090902.142015)|
|Ни одно общество не способно достойно вознаградить ветеранов массовой войны; «без исключений», максимум им сочувствуют|**Литерально ложное универсальное утверждение**|Сам выбранный им пример США после Вьетнама его опровергает. Для ветеранов существовали специальные образовательные программы и законодательная защита занятости; VEVRAA требует от федеральных подрядчиков не только не дискриминировать защищённых ветеранов, но и предпринимать affirmative action по их найму и продвижению. Кроме того, Vietnam Veterans Memorial был создан после сбора более $8 млн частных пожертвований и принятия соответствующего законодательства Конгрессом. Можно спорить, «достаточно» ли общество их вознаградило, но формула «в лучшем случае сочувствуют» неверна. [Министерство труда США](https://www.dol.gov/agencies/ofccp/faqs/vevraa?utm_source=chatgpt.com)|
|Сегодня главным мерилом успеха объявлены отсутствие напряга и гедонизм, а долг и честь исчезают|**Очень сильная социологическая генерализация без данных**|Не определены ни страна, ни возрастная группа, ни период, ни измеряемые показатели «гедонизма», «долга» и «чести». Это может быть авторским культурным впечатлением, но преподносится как установленный тренд.|
|Дети лучше взрослых умеют «держать фигу в кармане»|**Недоказанная генерализация**|Из того, что дети способны распознавать лицемерие взрослых, не следует, что они в среднем менее восприимчивы к социальному влиянию. Более того, именно детство и юность являются важными периодами политической социализации. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)|
|Частная школа/домашнее образование дают реальные когнитивные преимущества|**Возможный, но не установленный причинный эффект**|Здесь SnowBeaver формулирует мягче — «можно дать», поэтому это не явная ошибка. Но если понимать это как преимущество самого формата домашнего обучения, доказательная база гораздо слабее: обзор 2022 года отмечает хорошие средние результаты homeschoolers, но подчёркивает сильный selection bias и преждевременность причинных выводов. [Wiley Online Library](https://onlinelibrary.wiley.com/doi/full/10.1111/cdep.12441)|

### Самая серьёзная проблема — пример с нацистской Германией

Именно здесь его аргументация ломается наиболее однозначно.

SnowBeaver предлагает модель:

**жёсткое принуждение → внешнее послушание → принуждение исчезло → убеждение мгновенно исчезло.**

Но исторические данные показывают совершенно другую картину. Опрос американской оккупационной администрации в 1948 году — уже спустя три года после полного уничтожения нацистского государства — показал заметное сохранение расистских и антисемитских установок, причём **особенно среди молодых людей, социализированных целиком при нацизме**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-4607)

А работа Voigtländer и Voth идёт намного дальше: используя немецкие опросы 1996 и 2006 годов, авторы обнаружили долговременный когортный след. У выросших при нацизме доля людей с крайними антисемитскими установками была в 2–3 раза выше, чем в общей популяции; наиболее сильные результаты наблюдались там, где пропаганда могла опереться на ранее существовавшие предрассудки. Авторы отдельно заключают, что наиболее эффективным каналом, вероятно, была именно **школа**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Это не доказывает, что нацистская индоктринация «перепрограммировала всех». Наоборот, эффект был неоднородным. Но этого достаточно, чтобы опровергнуть гораздо более сильный тезис SnowBeaver о том, что после прекращения давления внедрённая система взглядов _мгновенно_ исчезает.

Более того, его вопрос «а сколько из них было нацистами в 1955?» методологически слаб. С 1945 года NSDAP была официально ликвидирована и объявлена незаконной, нацистские организации запрещены, а государственная и общественная система стимулов перевёрнута на 180°. Поэтому публичная идентичность «я нацист» измеряла бы одновременно убеждение, законность, социальный риск и новую конформность. Именно **опрос установок**, а не наличие партийного билета, здесь является более подходящей проверкой. [Офис историка](https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1945Berlinv02/d1038?utm_source=chatgpt.com)

### Что не так с аргументом про СССР

Здесь у него не столько проверяемая «ошибка в дате или цифре», сколько серьёзная ошибка причинного вывода.

Схема примерно такая: советских детей долго заставляли участвовать в ритуалах → СССР затем развалился → следовательно, эти дети не были индоктринированы.

Но это всё равно что утверждать: «компания много лет обучала сотрудников корпоративной культуре; компания потом обанкротилась; следовательно, обучение ни на кого не повлияло». Второе событие ничего подобного само по себе не устанавливает.

Человек может одновременно:

сохранить часть приобретённых при системе ценностей; отвергнуть другую часть; стать циничным в отношении официальных лозунгов; желать реформ; поддержать распад конкретных институтов.

Противопоставление «либо истинно верил во всю идеологию, либо был чистым конформистом» — искусственное. Исследования посткоммунистической политической социализации как раз обнаруживают смесь **устойчивости некоторых поколенческих установок и последующего переобучения под действием новой среды**, а не переключатель 1→0. [Wiley Online Library](https://onlinelibrary.wiley.com/doi/abs/10.1111/j.1540-5907.2007.00283.x?utm_source=chatgpt.com)

### Ещё несколько чисто логических приёмов

В первом посте есть характерная цепочка от тревоги по поводу школьной пропаганды к «фриганству в Тбилиси», отсутствию детей и «эволюционному и социальному тупику». Это **slippery slope**: промежуточный причинный механизм отсутствует. Почему скептическое отношение к государственной идеологии должно с высокой вероятностью вести к отказу от детей — не показано вообще. [forum.gipsyteam.ru](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?p=8290210&view=findpost&viewtopic=151513)

Это одновременно и **карикатуризация позиции оппонента**. Исходная позиция — «я не хочу, чтобы ребёнка политически обрабатывали в школе». В ответ обсуждается уже человек, который настолько одержим несовершенством государства, что выпадает из общества, становится фриганом и прекращает размножаться. Это существенно более экстремальная позиция, которую собеседник не обязан разделять.

А сравнение государственной пропаганды с дождём — **слабая аналогия**. Дождь не обладает субъектностью и не изменяется в ответ на политическое действие граждан. Государственная образовательная политика является человеческим институтом, который можно критиковать, менять и ограничивать. Поэтому фраза о том, что «нормальный взрослый» не обижается на дождь, скорее эмоционально маркирует несогласного как ненормального, чем даёт аргумент. [forum.gipsyteam.ru](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?p=8290363&view=findpost&viewtopic=151513)

Наконец, ссылка на фильм Бертолуччи «Конформист» может удачно **иллюстрировать** психологический тип, но художественный фильм ничего не доказывает о доле конформистов в популяции. Особенно не доказывает количественную формулу «подавляющее большинство». [forum.gipsyteam.ru](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?p=8290411&view=findpost&viewtopic=151513)

### Что в позиции SnowBeaver всё-таки стоит сохранить

Его аргумент стал бы намного сильнее, если убрать почти все абсолютные кванторы. Примерно так: **принудительная идеологическая социализация не гарантирует внутренней убеждённости; она нередко производит внешнюю конформность, цинизм или сопротивление; её эффективность сильно зависит от среды, возраста, содержания, методов и уже существующих убеждений, а после смены режима часть установок может довольно быстро измениться**.

С такой формулировкой научная литература в целом совместима. Исследования действительно показывают как случаи довольно эффективной школьной социализации, так и смешанные/слабые результаты; социальное влияние многоканально, а не механистично. [RCNi Company Limited](https://www.journals.uchicago.edu/doi/10.1086/690951)

Но **фактическая версия, которую написал SnowBeaver, существенно сильнее этой защищаемой позиции**.

Если ранжировать проблемы по серьёзности, то я бы поставил на первое место утверждение о «мгновенном» исчезновении нацистской индоктринации — оно прямо сталкивается с хорошими эмпирическими данными; на второе — вывод из краха СССР об отсутствии индоктринации; на третье — категорическое «никакой классный руководитель не сможет»; далее — универсальное утверждение о ветеранах. Высказывания про неизбежный «эволюционный тупик», современный гедонизм и превосходящий взрослый скептицизм детей — в основном не столько опровергнутые факты, сколько **уверенные социологические утверждения, для которых в постах вообще не предъявлена доказательная база**.

# 2. Предварительное обсуждение ответа

> ==Как бы ты ответил ему, чтобы показать что в действительности проблема индоктринации нацистских и антисемитских установок детям в нацисткой Германии была серьёзной, и повлияла на их убеждения и в дальнейшем?==

Я бы ответил достаточно спокойно и упёрся в два набора данных — **1948 год** и **опросы спустя полвека**. Так аргумент труднее увести в спор об отдельных воспоминаниях.

```
Мне кажется, ты здесь делаешь слишком сильный вывод из верной посылки.

Да, внешняя лояльность не означает внутренней убеждённости. Человек вполне может зиговать, ходить в Hitlerjugend и повторять положенные формулы просто потому, что иначе нельзя. Но отсюда совершенно не следует, что систематическая индоктринация детей не меняет их убеждений и что после исчезновения принуждения всё это «мгновенно осыпается».

Нацистская Германия как раз довольно хорошо исследованный контрпример.

Во-первых, уже в апреле 1948 года, то есть всего через три года после падения режима, американская оккупационная администрация проводила опрос об антисемитских установках в своей зоне Германии. Около трети респондентов классифицировались как антисемиты или радикальные антисемиты, а более четверти придерживались расистских взглядов. Самое интересное для нашего спора: **15–19-летние немцы демонстрировали более сильный антисемитизм, чем другие возрастные группы**. Это именно поколение, чья детская социализация практически целиком пришлась на Третий рейх. citeturn113277search0

То есть картина «закончился нацизм → дети поняли, что всё было ерундой → внушённые убеждения исчезли» уже на данных 1948 года выглядит плохо.

Но есть ещё более интересные данные. Voigtländer и Voth в PNAS в 2015 году взяли репрезентативные немецкие опросы 1996 и 2006 годов и посмотрели антисемитские установки по когортам рождения. У людей, выросших при нацистском режиме, они оказались значительно сильнее, чем у родившихся до или после него. Среди родившихся в 1930-е доля людей с выраженно антисемитскими ответами была примерно **в 2–3 раза выше**, чем в населении в целом; эффект обнаруживался не только среди экстремистов, но и по среднему индексу отношения к евреям. citeturn113277search1turn113277search2

Причём речь идёт об опросах через **50–60 лет после исчезновения нацистского государства**. Поэтому это довольно сильный контрпример именно к тезису о том, что внушённая ребёнку картина мира после исчезновения внешнего давления «мгновенно осыпается».

Авторы отдельно пытались понять, что могло дать этот эффект: радио, кино, партийные организации, школа и молодёжные организации. Их вывод — наиболее вероятным каналом долговременного воздействия были именно **школа и нацистские молодёжные организации**, причём эффект был особенно сильным там, где пропаганда могла опереться на уже существовавший в окружении антисемитизм. citeturn113277search2

Последнее, кстати, важно. Это не примитивная модель «учитель сказал ребёнку X — ребёнок на всю жизнь поверил X». Индоктринация работает неодинаково. Семья может ей противодействовать, исходные установки среды имеют значение, кто-то остаётся скептиком, кто-то приспосабливается только внешне. Но из этого получается вывод **«индоктринация не всесильна»**, а не вывод **«индоктринация детей практически не работает»**.

И вопрос «ну и сколько из них оставались нацистами в 1955 году?» здесь тоже не очень удачная проверка. После 1945 года NSDAP была уничтожена и запрещена, публичная идентификация с нацизмом стала совсем другим социальным поведением. Если человек перестал называть себя нацистом, это ещё не означает, что исчезли усвоенные им расовые представления, отношение к евреям, авторитарные установки и т. д. Именно поэтому исследователи измеряют конкретные убеждения, а не спрашивают, сохранил ли человек партийный ярлык.

И вот по конкретным убеждениям результат довольно неприятный: поколение, которое нацистское государство целенаправленно воспитывало в детстве, выделялось повышенным антисемитизмом и сразу после войны, и статистически выделялось ещё через полвека. citeturn113277search0turn113277search2

Поэтому я бы сформулировал осторожнее. Можно утверждать, что принуждение часто рождает лицемерие, формальное участие и даже обратную реакцию. Можно утверждать, что пропаганда не способна одинаково успешно перепрошить всех детей. Но утверждать, что дети в основном просто «держат фигу в кармане», а после отмены принуждения внушённые установки быстро исчезают, — это уже эмпирическое утверждение, и в случае нацистской Германии имеющиеся данные скорее говорят об обратном.
```

Сильная сторона такого ответа в том, что он **не доказывает противоположную крайность** — будто пропаганда способна гарантированно запрограммировать любого ребёнка. Он атакует именно чрезмерно сильный тезис SnowBeaver: что внутреннее воздействие почти отсутствует и легко исчезает. Исследование Voigtländer–Voth особенно удобно именно потому, что показывает **долговременный когортный эффект**, а опрос 1948 года даёт независимое свидетельство практически сразу после краха режима. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Могу также сделать **более короткую и более жёсткую форумную версию на 3–5 абзацев**, где останутся только самые убойные цифры и логический контраргумент.

# 3. Сырые данные исследований

> ==Дай ссылки на сами статьи и опросы 1948, 1996, 2006 и 2015 годов. Сделай таблицу с сырыми данными опросов. Расскажи, почему исследователи пришли к выводу что наиболее вероятным каналом долговременного воздействия была школа.==

Да. И здесь есть важное уточнение к моему предыдущему ответу: **отдельного опроса 2015 года не было**. Работа Voigtländer & Voth 2015 года анализирует опросы ALLBUS **1996 и 2006 годов**. А данные 1948 года — это совершенно другой послевоенный опрос OMGUS.

## Первоисточники

|Год|Источник|Что это|
|---|---|---|
|**1948**|[OMGUS Survey of Prejudice and Antisemitism — GHDI](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)|Опрос американской оккупационной администрации, апрель 1948, Report No. 122|
|**1948**|[Merritt & Merritt, Public Opinion in Occupied Germany — скан книги](https://libsysdigi.library.uiuc.edu/OCA/Books2009-07/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr.pdf?utm_source=chatgpt.com)|Публикация материалов OMGUS; нужные страницы 239–240|
|**1996**|[GESIS: ALLBUS 1996, ZA3751](https://search.gesis.org/research_data/ZA3751?doi=10.4232%2F1.3751&utm_source=chatgpt.com)|Исходная волна ALLBUS, N=3518|
|**2006**|[GESIS: ALLBUS 2006, ZA4502](https://search.gesis.org/research_data/ZA4502?utm_source=chatgpt.com)|Исходная волна ALLBUS, N=3421|
|**1996, инструментарий**|[GESIS: Einstellungen zu Juden — формулировки вопросов и частоты](https://zis.gesis.org/s//skala/ZA-ZUMA-Einstellungen-zu-Juden?lang=en&utm_source=chatgpt.com)|Официальная документация шкалы и распределения ответов|
|**1996/2006**|[Отчёт Бундестага, таблица 2 на стр. 54](https://dserver.bundestag.de/btd/17/077/1707700.pdf?utm_source=chatgpt.com)|Удобная опубликованная таблица точных распределений ответов по трём вопросам|
|**2015**|[Voigtländer & Voth, полный текст в PMC](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)|Статья _Nazi indoctrination and anti-Semitic beliefs in Germany_, PNAS 112(26), 7931–7936|
|**2015**|[Страница статьи у Hans-Joachim Voth](https://www.jvoth.com/papers/taught-to-hate.html?utm_source=chatgpt.com)|Библиография и версия статьи|

ALLBUS 1996 проводился с марта по июнь 1996 года, всего 3518 респондентов; ALLBUS 2006 — с марта по август, 3421 респондент. Обе выборки вероятностные. [search.gesis.org](https://search.gesis.org/research_data/ZA3751?doi=10.4232%2F1.3751&utm_source=chatgpt.com)

---

## Что имеется в «сырых» данных

Под «сырыми» здесь полезно различать **individual-level microdata** — одна строка на каждого респондента — и **неагрегированные распределения ответов**. Полные микроданные ALLBUS доступны через GESIS; ниже я привожу именно опубликованные частоты каждого варианта ответа, то есть практически наиболее прозрачный уровень данных до построения авторами индексов и регрессий.

Для OMGUS 1948 публично доступный текст Merritt воспроизводит итоговые проценты, но **не даёт полной таблицы individual-level ответов и, главное, не сообщает точный процент антисемитизма отдельно для 15–19-летних**. Поэтому этот процент я выдумывать не буду.

### OMGUS 1946 → 1948

Опрос 1948 года охватывал жителей американской зоны оккупации в возрасте от 15 лет. Он повторял исследование декабря 1946 года. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

|Показатель OMGUS|декабрь 1946|апрель 1948|
|---|---|---|
|Классифицированы как «antisemites»|21%|**19%**|
|«Intense antisemites»|18%|**14%**|
|Расистские установки|22%|**26%**|

Для апреля 1948 авторы дополнительно давали альтернативную классификацию: примерно **20% явно антисемитские**, около **30% безразличные/неозабоченные**, чуть больше половины — «не антисемитские». И отдельно отмечали, что **группа 15–19 лет демонстрировала больше антисемитизма, чем остальные возрастные группы**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

Это интересная деталь именно для нашего спора: человеку, которому в апреле 1948 года было 15–19 лет, в 1933-м было примерно 0–5 лет. То есть практически всё его осмысленное детство прошло при нацистской системе воспитания. И через три года после уничтожения этой системы эта когорта оказалась **не менее**, а более антисемитской, чем другие возрастные группы. Сам GHDI именно поэтому характеризует её как молодёжь, социализированную целиком при Третьем рейхе. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

Это само по себе довольно неприятный факт для гипотезы «принуждение исчезает — и всё мгновенно осыпается».

---

## Сырые распределения ALLBUS 1996 и 2006

Шкала была от **1 до 7**:

**1 = полностью не согласен**,  
**7 = полностью согласен**.

Для приведённых ниже трёх утверждений большая цифра означает более выраженную антисемитскую установку. Это официальная таблица, опубликованная в докладе Бундестага на основе ALLBUS. [dserver.bundestag.de](https://dserver.bundestag.de/btd/17/077/1707700.pdf)

### «У евреев слишком много влияния в мире»

|Год|1|2|3|4|5|6|7|Нет ответа|5–7|
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
|**1996**|30.2|13.1|9.8|22.0|9.2|6.4|7.9|1.5|**23.4%**|
|**2006**|25.8|9.8|8.5|14.1|10.9|7.9|9.7|13.2|**28.5%**|

### «Многие евреи пытаются извлечь выгоду из прошлого Третьего рейха и заставить немцев за него платить»

|Год|1|2|3|4|5|6|7|Нет ответа|5–7|
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
|**1996**|14.4|10.0|8.6|22.5|13.1|10.9|19.2|1.2|**43.3%**|
|**2006**|12.6|10.2|7.3|14.1|11.7|12.6|19.7|11.7|**44.0%**|

### «Своим поведением евреи сами отчасти виноваты в своих преследованиях»

|Год|1|2|3|4|5|6|7|Нет ответа|5–7|
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
|**1996**|42.7|14.5|7.8|17.8|6.9*|3.9|4.7|1.7|**15.5%**|
|**2006**|39.2|12.2|6.0|12.2|7.1|3.8|5.7|13.8|**16.6%**|

* В таблице PDF напечатано 6,96; очевидно, это значение около 6,9%. Все остальные цифры воспроизведены буквально. [dserver.bundestag.de](https://dserver.bundestag.de/btd/17/077/1707700.pdf)

Здесь есть важная методологическая оговорка: в 2006 году доля «нет ответа» намного больше. Поэтому я бы **не использовал эту таблицу как доказательство того, что между 1996 и 2006 антисемитизм обязательно вырос**. Для аргумента Voigtländer & Voth важно совсем другое: **не изменение среднего немца между 1996 и 2006, а различия между поколениями внутри этих двух выборок**.ч

---

## Что именно сделали Voigtländer & Voth

Авторы объединили две волны ALLBUS. Всего в них было около **6800 респондентов**; после ограничения выборки людьми с немецкими родителями и дедами/бабушками и использования географических данных основная выборка составляла примерно **5300 человек из 264 городов и населённых пунктов**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Они использовали семь вопросов. Вот опубликованное авторами распределение после перекодировки, где **1 = наименее антисемитский ответ, 7 = наиболее антисемитский**:

|Вопрос, ALLBUS 1996+2006|1|2|3|4|5|6|7|
|---|---|---|---|---|---|---|---|
|У евреев слишком много влияния|30.4|12.5|10.3|19.7|10.5|7.5|9.2|
|Евреи сами ответственны за преследования|44.4|14.7|7.5|16.3|7.5|4.0|5.5|
|Равные права евреев|36.5|13.4|10.6|18.0|8.0|6.2|7.3|
|Стыд за преступления немцев против евреев|52.5|15.4|9.7|9.3|4.1|3.2|5.8|
|Евреи эксплуатируют статус жертвы|14.6|11.0|8.8|20.1|13.2|12.2|20.3|
|Отношение к еврею как члену семьи|8.5|8.1|8.8|49.0|8.9|6.6|10.2|
|Отношение к еврею как соседу|13.6|12.7|11.4|50.4|4.7|3.4|3.7|

Это непосредственно Table 1 статьи. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Затем они создали два показателя. **Broad antisemitism** — среднее по семи вопросам. **Committed antisemite** — очень строгий критерий: человек должен дать ответ **6 или 7 одновременно на каждый из трёх специфически еврейских вопросов**: влияние, ответственность за собственное преследование и эксплуатация статуса жертвы. В общей выборке под такой строгий критерий попадало около 4%. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

И тут возникает основной результат:

> Среди родившихся в **1930–1939 годах** таких респондентов было **около 10%**.

Это почти втрое больше, чем среди поколений, родившихся после 1950 года, и больше чем вдвое выше соседних когорт. Людям этой когорты на момент окончания войны было 6–15 лет. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

После статистических контролей разница не исчезает: принадлежность к когорте 1930–39 связана примерно с **+5,8 процентного пункта** вероятности попасть в категорию committed antisemite при базовом уровне остальных когорт около **3,6%**. То есть это не просто эффект того, что эти люди были старше во время опроса, менее образованны и т. п. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Именно поэтому формулировка «2–3 раза выше» в статье относится не к случайно выбранным отдельным вопросам, а к **строгому составному показателю устойчивого антисемитизма у поколения, выросшего при нацизме**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

---

## Почему авторы подозревают прежде всего школу

Здесь стоит быть точным. В статье действительно написано:

> “it was probably Nazi schooling that was most effective”

Но эмпирически они **не могут идеально отделить школу от Hitlerjugend/BDM**. Более строгая формулировка результатов: данные довольно хорошо исключают **региональную интенсивность радио, кино и местной партийной организации** как объяснение основного эффекта и указывают на **универсальные институты — школу и молодёжные организации — как наиболее вероятные каналы**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Почему?

### 1. Радио, кино и партийная организация различались от города к городу

Авторы собрали для городов показатели:

- число радиоподписчиков на душу населения;
- число мест в кинотеатрах;
- число членов NSDAP на душу населения.

Логика теста простая. Если долговременный эффект создавался главным образом радио, то **когорта, выросшая при нацизме, должна была стать особенно антисемитской именно там, где радио было распространено сильнее**. Аналогично для кино и местной партийной организации.

Этого они не обнаружили. Взаимодействия этих показателей с «нацистской» возрастной когортой статистически незначимы, причём авторы подчёркивают, что доверительные интервалы достаточно тесны около нуля. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Это аргумент против объяснения вида:

**«Просто там, где на людей лилось больше радиопропаганды/кино/партийной агитации, дети стали антисемитами».**

Но важная оговорка: это **не доказывает, что радио вообще никак не влияло**. Общегерманский эффект радио, одинаковый между регионами, такой дизайн уловить хуже. Авторы показывают именно отсутствие объясняющей силы **региональной вариации интенсивности** этих каналов.

### 2. Школа охватывала практически всех

В отличие от количества кинотеатров или радиоприёмников, воздействие школы было системным и практически универсальным. Авторы прямо пишут, что **весь curriculum**, не только биология, использовался для преподавания расовой идеологии. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Это подтверждается независимо от статьи. US Holocaust Memorial Museum описывает, как после 1933 года учебники и школьные занятия систематически учили расовой иерархии, антисемитизму, послушанию Гитлеру и государству; к 1936 году в нацистскую учительскую организацию вступили около **97% учителей государственных школ**. [encyclopedia.ushmm.org](https://encyclopedia.ushmm.org/content/en/article/indoctrinating-youth)

[USHMM: Indoctrinating Youth](https://encyclopedia.ushmm.org/content/en/article/indoctrinating-youth?utm_source=chatgpt.com)

Есть даже любопытный **современный событиям первичный документ**. В сентябре 1935 года американский посол Уильям Додд докладывал в Вашингтон о распоряжении рейхсминистра образования: в начальных, средних и высших школах суббота выделялась под «national-political instruction». Причём в документе отдельно говорится о **самых младших классах, дети в которых были ещё слишком малы для Hitler Youth**. [История США](https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1935v02/d293)

[Доклад посла Додда, 21 сентября 1935 — US State Department](https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1935v02/d293?utm_source=chatgpt.com)

Это важно для следующего пункта.

### 3. Часть наиболее показательной когорты была слишком мала для Hitler Youth

Членство в нацистских молодёжных организациях с 1936 года было обязательным примерно с **10 до 17 лет**. [encyclopedia.ushmm.org](https://encyclopedia.ushmm.org/content/en/article/indoctrinating-youth)

Но когорта, на которой авторы получают сильнейший эффект, — **родившиеся в 1930–39**. В 1945 году им было от 6 до 15 лет. То есть младшие из них успели провести годы **в нацифицированной школе**, но ещё не достигли возраста Hitler Youth.

Это не чистый статистический эксперимент, потому что авторы не оценивают отдельно «только 6–9-летних против HJ». Но как косвенное свидетельство в пользу школы это существенно.

### 4. Эффект был особенно силён там, где школа могла опереться на уже существовавший антисемитизм

Авторы использовали совершенно независимый показатель исторических предубеждений — долю голосов за антисемитские партии **ещё до Первой мировой войны**, то есть задолго до нацистской власти.

И обнаружили важное взаимодействие:

**нацистская когорта особенно сильно отличается от остальных именно в местах, где антисемитизм существовал до нацизма.**

То есть не просто:

> «в антисемитском городе люди и через 100 лет более антисемитские».

А:

> **у людей, которые были детьми при нацизме, связь с историческим антисемитизмом становится значительно сильнее, чем у других поколений.**

Это то, что авторы называют **magnification effect**: систематическая индоктринация особенно хорошо закрепляла сообщение, когда ребёнок слышал совместимую с ним картину мира также в окружающей социальной среде. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

---

## Но насколько твёрдо можно сказать именно «это сделала школа»?

Я бы разделил уровни уверенности так:

| Вывод                                                                                              | Насколько хорошо подтверждён                      |
| -------------------------------------------------------------------------------------------------- | ------------------------------------------------- |
| У поколения, выросшего при нацизме, через 50–60 лет сохранялся значительно повышенный антисемитизм | **Очень хорошо данными статьи**                   |
| Это не объясняется просто общей возрастной тенденцией и рядом наблюдаемых личных характеристик     | **Хорошо**                                        |
| Эффект был намного сильнее в районах с предшествующим антисемитизмом                               | **Хорошо**                                        |
| Региональные различия радио, кино и членства в NSDAP объясняют эффект                              | **Данные этого не поддерживают**                  |
| Важнейшими кандидатами остаются школа и NS-молодёжные организации                                  | **Хорошо согласуется с данными**                  |
| Можно точно количественно сказать, какая доля эффекта пришлась на школу, а какая на Hitler Youth   | **Нет**                                           |
| Статья доказала, что именно школа и только школа является причиной                                 | **Нет, это было бы слишком сильным утверждением** |

Именно последняя оговорка мне кажется важной, если этим отвечать SnowBeaver. Не стоит в ответ на его чрезмерно сильное утверждение делать **симметрично чрезмерно сильное** своё.

Гораздо сильнее сказать:

**«Мы не можем из этих данных определить, школа дала 60% эффекта или Hitlerjugend 30%. Но мы можем довольно уверенно сказать, что гипотеза “дети просто изображали лояльность, а после исчезновения принуждения всё внушённое осыпалось” плохо согласуется с фактами: в 1948 году наиболее антисемитской оказалась как раз полностью социализированная при Рейхе молодая когорта, а спустя полвека поколение, прошедшее нацистское детство, всё ещё отличалось примерно 2–3-кратной долей наиболее последовательных антисемитов. Причём пространственная интенсивность радио, кино и NSDAP этого эффекта не объясняет; наиболее правдоподобными универсальными каналами остаются школа и нацистские молодёжные организации».**

Это, на мой взгляд, наиболее доказательно защищаемая версия аргумента.

# 4. Уточнение разбиения по возрастам в опросах 1946 и 1948 годов

> ==Ты привёл данные OMGUS 1946 → 1948 именно общие, насколько я понимаю. А есть данные по группе 15-19 лет?==

Да. И я нашёл существенно более подробную возрастную разбивку, чем та, которую привёл выше.

В опубликованном кратком изложении OMGUS/Merritt точных процентов по молодёжи действительно нет: там сказано только, что **немцы 15–19 лет демонстрировали больше антисемитизма, чем любая другая возрастная группа**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

Но социолог Karl-Heinz Reuband в статье 2008 года вернулся к **самому Report No. 122, стр. 9**, и пересчитал показатели из таблицы OMGUS. Он приводит такую возрастную разбивку: [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

|Возраст в 1948|Доля классифицированных как антисемиты|
|---|---|
|**15–17**|**51%**|
|**18–19**|**53%***|
|20–29|38%|
|30–39|28%|
|40–49|28%|
|50–59|26%|
|60+|35%|

* Здесь есть занятная опечатка в самой опубликованной статье Reuband: напечатано «18–29 — 53%», а сразу следом «20–29 — 38%». Эти категории физически не могут быть одновременно такими, поэтому по структуре возрастных интервалов практически наверняка имеется в виду **18–19 лет**. Я бы, однако, при строгом цитировании написал об этой опечатке, пока мы не сверили непосредственно страницу 9 оригинального 11-страничного Report No. 122. На скане статьи опечатка действительно видна. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

То есть результат намного сильнее, чем просто «у молодёжи было несколько больше антисемитизма»: **примерно половина самой молодой обследованной когорты попадала в антисемитскую часть шкалы**, против 26–38% у большинства старших возрастных групп.

Есть ещё одна цифра, которую важно не смешивать с этой. Shawn Crawford, работавший с документами американской оккупационной администрации, сообщает, что среди **15–19-летних 22% были отнесены к “extremely anti-Semitic”** — то есть к самой крайней категории. [UVicSpace](https://dspace.library.uvic.ca/bitstreams/feceb1d5-70cb-45cd-8e22-26555aa09ccd/download?utm_source=chatgpt.com)

Это не противоречит 51–53%. В OMGUS использовалась градуированная шкала: можно было попадать в более широкую категорию антисемитских установок, а внутри неё существовала наиболее крайняя группа — _intense/extreme antisemites_. Во всей выборке 1948 года к _intense anti-Semites_ относились **14%**, тогда как среди 15–19-летних, судя по приведённому Crawford числу, — **22%**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

Получается примерно такая картина:

| Показатель                               | Вся выборка 1948                         | Молодёжь 15–19                               |
| ---------------------------------------- | ---------------------------------------- | -------------------------------------------- |
| Антисемитские категории в широком смысле | 19% anti-Semites + 14% intense = **33%** | порядка **51–53%**                           |
| Самая крайняя категория                  | **14%**                                  | **22%**                                      |
| Положение среди возрастных групп         | —                                        | **наиболее антисемитская возрастная группа** |

^8aa9b2

Причём здесь особенно важно, **кто эти 15–19-летние**. Весной 1948 года им было 15–19, значит они родились примерно в **1928–1933 гг.** Когда Гитлер пришёл к власти, им было от новорождённых до примерно пяти лет. Практически всё их школьное детство и подростковая социализация прошли **внутри нацистской образовательной и молодёжной системы**. Когда режим рухнул, им было примерно 12–17 лет.

Поэтому этот результат гораздо сильнее бьёт по аргументу SnowBeaver, чем общая цифра 33%. Его гипотеза предсказывает примерно следующее: если детям главным образом навязывали ритуальное послушание и они «держали фигу в кармане», то после исчезновения принуждения именно поколение детей не должно особенно выделяться по внутренним установкам.

А наблюдается обратное: **через три года после краха режима самая молодая когорта, фактически целиком социализированная при нацистах, оказывается самой антисемитской; около половины попадает в антисемитскую часть шкалы, а примерно каждый пятый — в крайнюю категорию.** GHDI поэтому совершенно недвусмысленно резюмирует результат: антисемитизм был особенно выражен среди молодых немцев, «socialized entirely in the Third Reich». [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

Есть, однако, ещё одна методологическая оговорка. Reuband сам предупреждает, что шкала OMGUS несовершенна: это **Guttman scale**, включавшая вопросы о социальной дистанции с евреями и несколько вопросов о расовых/националистических установках. Поэтому цифру 51–53% нельзя переводить как «51–53% были убеждёнными нацистскими антисемитами» — это было бы чрезмерным выводом. Но для сравнения **возрастных когорт, измеренных одним и тем же инструментом**, результат всё равно очень показателен: молодые дают резко более антисемитский профиль. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

И, пожалуй, для форумного ответа самая сильная формулировка будет такой:

> **В 1948 году среди полностью выросшего при нацизме поколения 15–19-летних около половины классифицировались по шкале OMGUS как антисемиты, а 22% — как крайние антисемиты. Причём это была наиболее антисемитская возрастная группа в выборке. Так что тезис «режим исчез — и навязанные детям взгляды мгновенно осыпались» довольно трудно совместить даже с опросами, проведёнными всего через три года после войны.**

Если хочешь, я могу следующим сообщением **докопаться именно до оригинальной страницы 9 Report No. 122**, чтобы убрать неопределённость с опечаткой «18–29 / 18–19» и восстановить исходную таблицу OMGUS целиком.

# 5. Распределение по регионам для опросов 1946 и 1948 годов

> ==Есть ли распределение по регионам для опросов 1946 и 1948 годов? Возможно, что в регионах с наименьшим антисемитизмом среди взрослых эффект повышенного антисемитизма в группе 15-19 лет не наблюдался?==

Да, **региональное распределение было**, и твоя гипотеза вполне разумна. Более того, после проверки источников я бы **не использовал результат OMGUS 1948 «15–19-летние были наиболее антисемитской возрастной группой» как доказательство одинакового эффекта нацистской индоктринации во всех регионах**. Для этого нужна таблица `возраст × регион`, а опубликованное сокращённое изложение OMGUS её не даёт.

В 1946 году региональная разница была заметной. Опрос включал 3 006 человек в американской зоне плюс 409 в Западном Берлине. Если взять широкую категорию OMGUS — **racists + anti-Semites + intense anti-Semites** — получалось:

|Территория|Доля в трёх наиболее предубеждённых категориях|
|---|---|
|Западный Берлин|**45%**|
|Бавария|**59%**|
|Гессен|**63%**|
|Вюртемберг-Баден|**65%**|

То есть географическая неоднородность существовала уже в декабре 1946 года. Но важная оговорка: это **не «антисемитизм среди взрослых»**, очищенный от молодёжи, а показатели всей соответствующей региональной выборки 15+. И это более широкая шкала, включающая также категорию «racists». [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-on-antisemitism-in-the-american-zone-december-1946?utm_source=chatgpt.com)

В 1948 году региональный эффект, судя по отчёту, оказался ещё важнее. Авторы прямо пишут, что **местность была более важным фактором различий, чем образование**, и анализировали данные уже на уровне _Regierungsbezirke_ — административных округов. В опубликованной Merritt/GHDI выжимке приводится, например, _gradient score_ **129 для Württemberg против 103 для Baden**. Одновременно в том же отчёте говорится, что 15–19-летние проявляли больше антисемитизма, чем другие возрастные группы. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

Но это две **отдельные маргинальные зависимости**:

**регион → уровень предубеждения**

и

**возраст → уровень предубеждения**.

Из них нельзя автоматически получить:

**в каждом регионе 15–19-летние антисемитичнее местных взрослых**.

Именно здесь твой вопрос попадает в реальную слабость этого аргумента.

### Может ли агрегированный молодёжный эффект быть обусловлен регионами?

Теоретически — **да**. Это классическая проблема смешения (_confounding_), вплоть до варианта парадокса Симпсона.

Представим, условно, что в регионе A взрослые имеют 20% антисемитизма, а подростки 20%; в регионе B взрослые — 45%, подростки — 45%. Если в выборку подростков непропорционально часто попал регион B, а взрослых — регион A, то при объединении регионов подростки будут выглядеть заметно антисемитичнее взрослых, хотя **внутри каждого региона возрастного эффекта вообще нет**.

Я не утверждаю, что именно это случилось в OMGUS. Но **по опубликованным агрегатам это исключить нельзя**.

И здесь появляется ещё одна причина быть осторожным. Karl-Heinz Reuband, который позже вернулся к исходному Report No. 122 и пересчитывал его таблицу, отдельно предупреждает о возможных проблемах состава ранних послевоенных выборок. Например, многие немецкие мужчины ещё находились в плену, поэтому некоторые социально-демографические сравнения OMGUS могли быть искажены составом респондентов. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому более строгая формулировка результата 1948 года такая:

> **В американской зоне в целом самая молодая обследованная группа демонстрировала более высокий показатель по шкале OMGUS. Но из опубликованных данных, которыми мы сейчас располагаем, нельзя установить, сохранялся ли этот возрастной разрыв внутри каждого региона после контроля географии.**

### А есть ли основания думать, что эффект действительно зависел от региона?

Вот здесь становится особенно интересно, потому что **Voigtländer & Voth (2015) фактически обнаружили именно такую неоднородность**, хотя уже на совершенно других данных — ALLBUS 1996/2006.

Они сопоставили долгосрочный эффект на поколение, выросшее при нацизме, с **уровнем местного антисемитизма, существовавшим ещё до прихода нацистов**. В качестве показателя использовали результаты антисемитских партий на выборах 1890–1912 годов.

Результат: эффект нацистской социализации был **намного сильнее в местах, где антисемитские установки уже имели социальную почву**. В регрессиях коэффициент взаимодействия между принадлежностью к «нацистской» когорте и исторической поддержкой антисемитских партий положителен и статистически значим как для крайнего, так и для более широкого показателя антисемитизма. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Авторы формулируют это как **magnification effect**: нацистская индоктринация не действовала с одинаковой силой независимо от окружающей среды; она особенно хорошо работала там, где её сообщения подтверждались уже существующими местными представлениями. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

Причём в выводе они пишут по существу именно то, о чём ты спрашиваешь: там, где до Первой мировой признаков расовой враждебности было мало, нацистская индоктринация оставила **гораздо меньший след** в убеждениях молодёжи; там, где местная среда была антисемитской, след был значительно сильнее. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Но **«гораздо меньший» не означает «нулевой»**. В их Table 4 сам коэффициент для когорты 1930–39 остаётся положительным даже до учёта взаимодействия с историческим антисемитизмом; взаимодействие дополнительно усиливает эффект по мере роста местных предубеждений. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)

### Поэтому я бы скорректировал наш прежний аргумент

OMGUS 1948 хорошо показывает, что версия SnowBeaver **«после исчезновения принуждения внушённое мгновенно осыпается»** слишком сильна: спустя три года после режима полностью выросшая при нём молодёжь в агрегате не выглядела особенно иммунной к антисемитским установкам — наоборот, она выделялась в плохую сторону. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

Но OMGUS сам по себе **не позволяет уверенно утверждать**, что:

> «нацистская школьная индоктринация повысила антисемитизм 15–19-летних в каждом регионе независимо от взглядов их родителей и местной среды».

Для этого нужен внутригрупповой анализ `возраст × регион`, желательно с контролями семьи, образования, города/деревни и т. п.

А вот исследование 2015 года даёт более тонкую — и, на мой взгляд, более убедительную — картину:

**нацистская индоктринация имела долгосрочный эффект, но эффект был гетерогенным; она особенно эффективно закрепляла антисемитизм там, где ребёнок получал совместимые сигналы не только из школы/HJ, но и из окружающей социальной среды.** [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Это, кстати, чуть меняет и хороший ответ SnowBeaver. Сильнее не утверждать «вот, школа сделала половину немецких детей антисемитами», а сказать:

> **«Данные не подтверждают твою модель, где ребёнок просто формально повторяет навязанное, а потом всё забывает. Эффект был реальным, долгосрочным и зависел от среды: там, где официальная индоктринация подкреплялась взглядами окружающих, она работала особенно сильно; там, где такого подкрепления не было, значительно слабее.»**

Это намного труднее опровергнуть.

Если хочешь, я могу дальше попробовать **отыскать именно полный 11-страничный оригинал OMGUS Report No. 122, а не двухстраничную выжимку Merritt**, и проверить, присутствует ли там таблица `возраст × Regierungsbezirk`. Это окончательно ответило бы на твой вопрос по данным 1948 года.

# 6. Уточнение определений расистов и антисемитистов в опросах 1946 и 1948 годов

[[#^8aa9b2]]
> ==Я что-то не понял, а что тогда означает 3-я категория, которую ты приводил ранее - расисты (22 -> 26%)? Здесь ты уже её нигде не приводишь. Как она связана с антисемитизмом?==

Да. Тут моя предыдущая формулировка **«антисемитские категории в широком смысле = 33%» была неудачной**. Правильнее разложить шкалу OMGUS так.

В опросе 1946 использовалась **единая иерархическая шкала Гуттмана из восьми вопросов**, и респондентов делили на пять взаимоисключающих групп:

|Категория OMGUS|1946|1948|Что примерно означает|
|---|---|---|---|
|Little bias|20%|—|мало предубеждений|
|Nationalists|19%|—|националистические установки|
|**Racists**|**22%**|**26%**|вера в расовую иерархию, но недостаточно прямых антиеврейских ответов для следующей категории|
|**Anti-Semites**|**21%**|**19%**|явно антисемитские ответы|
|**Intense anti-Semites**|**18%**|**14%**|наиболее выраженный антисемитизм|

Для 1948 в доступной сводке Merritt отдельно сообщены только три последних процента; они составляют **26 + 19 + 14 = 59%**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

### Что такое «racists» и почему это не то же самое, что антисемиты

В шкалу входили не только вопросы непосредственно о евреях. Среди них были, например, вопросы примерно такого содержания:

- существуют ли «расы», которые **ценнее других**;
- существуют ли «расы», которые **больше других подходят для господства над другими**;
- а затем вопросы о готовности иметь еврея соседом, жильцом того же дома, коллегой, начальником и т. д. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому категория **racists** означала не «ещё один вид антисемитов», а людей, которые дошли по этой иерархической шкале до **общерасистских убеждений**, но не дали достаточно более сильных/прямых антиеврейских ответов, чтобы OMGUS отнёс их к _anti-Semites_ или _intense anti-Semites_.

Авторы OMGUS считали расистские убеждения **«основой антисемитизма»**, поэтому и отмечали тревожную разнонаправленную динамику:

- явные _anti-Semites_: **21 → 19%**;
- _intense anti-Semites_: **18 → 14%**;
- зато _racists_: **22 → 26%**.

То есть **явное антиеврейское предубеждение несколько снизилось, но общие расистские установки выросли**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

### Почему нельзя просто сложить всё и назвать 59% «антисемитами»

Вот это принципиально.

В 1946 OMGUS часто объединял три категории

**racists + anti-Semites + intense anti-Semites**

как людей с сильными предубеждениями. В 1946 это было:

**22 + 21 + 18 = 61%**.

Но назвать все эти 61% «антисемитами» было бы некорректно, потому что часть из них попала туда **за расистские, но не непосредственно антиеврейские ответы**. Именно это позднее критиковал Reuband. Он пишет, что шкалу OMGUS разумнее интерпретировать скорее как шкалу **национализма/расизма**, а не как чистую шкалу антисемитизма. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому полезно держать три разных показателя:

**1948, вся выборка**

- **26%** — категория _racists_;
- **19%** — _anti-Semites_;
- **14%** — _intense anti-Semites_;
- **33% = 19 + 14** — две непосредственно антисемитские категории;
- **59% = 26 + 19 + 14** — более широкий блок расистских/антисемитских предубеждений.

Именно поэтому моя формулировка «33% в широком смысле» была перевёрнута. **33% — как раз более узкий показатель явного антисемитизма по классификации OMGUS; 59% — широкий показатель расистско-антисемитского блока.**

### А что тогда означают 51–53% у молодых?

^01059d

Вот самое интересное. Цифры, которые Reuband извлёк из **стр. 9 оригинального OMGUS Report No. 122**, относятся, по его словам, именно к людям, которых шкала классифицирует как **«Antisemiten im engeren Sinne» — антисемитов в узком смысле**, а не просто к сумме `racists + antisemites`. Он подчёркивает, что в отчёте 1948 года этот показатель впервые был выведен отдельно. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Он приводит:

- 15–17 лет — **51%**;
- следующая молодёжная категория — **53%** (в публикации Reuband здесь очевидная опечатка «18–29», поскольку следующей строкой идёт 20–29);
- 20–29 — 38%;
- 30–39 — 28%;
- 40–49 — 28%;
- 50–59 — 26%;
- 60+ — 35%. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

То есть **26% “racists” сюда добавлять не надо**. Эти 51–53% — уже показатель более узкой антисемитской классификации для молодых.

И здесь возникает ещё одна тонкость: **51–53% среди молодёжи нельзя напрямую сопоставлять с 33% общей выборки так, будто мы совершенно точно знаем, что оба числа построены идентично из тех же двух опубликованных категорий**. Reuband реконструирует показатель из оригинальной таблицы Report No. 122 и одновременно специально предупреждает о проблемах шкалы Гуттмана. Поэтому наиболее аккуратно говорить:

> **В общей выборке OMGUS сообщал 19% “anti-Semites” и 14% “intense anti-Semites”, плюс отдельно 26% “racists”. В оригинальной возрастной таблице, согласно пересчёту Reuband, порядка половины самых молодых респондентов попадали в более узкую антисемитскую классификацию шкалы.**

Это лучше, чем механически смешивать все эти показатели.

И ещё важная методологическая деталь: Reuband показывает, почему сама шкала несколько странная. Чтобы попасть в антисемитскую категорию по иерархической логике Гуттмана, человек должен был соответствовать также предыдущим, **не непосредственно антисемитским** пунктам — в частности расовым вопросам. Поэтому человек теоретически мог дать антиеврейские ответы, но не вписаться в ожидаемую последовательность шкалы и **не попасть в соответствующую категорию**. Reuband прямо пишет, что неизвестно, сколько таких респондентов было. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Так что OMGUS — очень интересное раннее свидетельство, но его проценты нельзя трактовать как современную чистую шкалу «X% населения являются антисемитами».

Если хочешь, я могу следующим сообщением **восстановить все 8 вопросов шкалы OMGUS и показать на конкретном примере, каким набором ответов человек попадал в “racist”, “anti-Semite” и “intense anti-Semite”**. Это окончательно проясняет устройство этих 22/26, 21/19 и 18/14%. ^4f439a

# 7. Подробное уточнение данных и корректности работы 2008 года

[[#^4f439a]]
> ==Сделай это. И дай ссылку на саму статью Karl-Heinz Reuband.==
> 
> ==Где статья была опубликована, насколько авторитетный журнал и насколько можно быть уверенным в её корректности? Как он приводит эту разбивку - в оригинальном опросе уже были все необходимые данные, но просто не сделали разбивку, отметив только словами более выраженный антисемитизм возрастной группы 15-19 лет?==

Да. Я дошёл до той точки, где можно довольно точно понять происхождение цифр, но есть одно ограничение: **сам скан стр. 9 оригинального 11-страничного OMGUS Report No. 122 мне в открытом доступе найти не удалось**. Поэтому я не буду делать вид, что лично сверил «18–19» с оригиналом. Зато теперь можно точно установить, что именно сделал Reuband и откуда взялись цифры.

### Статья Reuband

Полная ссылка:

**Karl-Heinz Reuband, “Die Leserschaft des ‘Stürmer’ im Dritten Reich. Soziale Zusammensetzung und antisemitische Orientierungen”, Historical Social Research, Vol. 33, No. 4 (2008), pp. 214–254. DOI: 10.12759/hsr.33.2008.4.214-254.** [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

[Полный PDF статьи Reuband](https://d-nb.info/118684521X/34?utm_source=chatgpt.com)  
[Статья по DOI](https://doi.org/10.12759/hsr.33.2008.4.214-254?utm_source=chatgpt.com)

Нужное место — **печатная стр. 236, сноска 35**. В опубликованном PDF действительно стоит именно:

> 15–17 — 51%; 18–29 — 53%; 20–29 — 38%; 30–39 — 28%; 40–49 — 28%; 50–59 — 26%; 60+ — 35%.

И в конце сноски Reuband пишет: **“OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen”**, то есть **«OMGUS 1948, стр. 9, собственные расчёты»**. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

То есть это не ошибка OCR современного PDF: «18–29» действительно напечатано в самой статье.

### Почти наверняка ли это всё-таки 18–19?

Я бы оценивал это как **очень вероятную типографскую ошибку Reuband**, но пока не как стопроцентно проверенный факт.

Логика довольно сильная:

|Возраст, как напечатано у Reuband|%|
|---|---|
|15–17|51|
|**18–29**|**53**|
|20–29|38|
|30–39|28|
|40–49|28|
|50–59|26|
|60+|35|

Категории **18–29 и 20–29 перекрываются почти полностью**, что для обычной возрастной таблицы бессмысленно. Если заменить первую на **18–19**, получается совершенно нормальная последовательность:

**15–17 → 18–19 → 20–29 → 30–39 → 40–49 → 50–59 → 60+.**

Кроме того, более позднее сокращённое изложение OMGUS у Merritt объединяет именно людей **15–19 лет** и говорит, что они проявляли больше антисемитизма, чем другие возрастные группы. Это очень хорошо согласуется с тем, что исходная таблица делила эту молодёжь на 15–17 и 18–19, а Merritt затем объединил её словесно. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

Наконец, эта же сноска у Reuband содержит ещё несколько явных мелких опечаток — например, `28 %m` и `antimsemitisch`. Поэтому случайное превращение `18–19` в `18–29` вполне правдоподобно. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Но **абсолютно закрыть этот вопрос можно только сканом стр. 9 Report No. 122**. Его архивная копия существует: коллекция OMGUS хранится в Institut für Zeitgeschichte; официальный сайт IfZ сообщает, что документы OMGUS доступны там в виде микрофиш, а идентичный набор есть также в Bundesarchiv Koblenz. Однако сама микрофиша Report 122 онлайн, насколько мне удалось установить, не выложена. [ifz-muenchen.de](https://www.ifz-muenchen.de/en/the-archives/researching-our-archival-materials/omgus-database)

---

## Что именно было в оригинальном OMGUS и что сделал Reuband

Здесь ответ на твой вопрос: **да, детальная возрастная информация была уже в оригинальном отчёте. Это не Reuband каким-то образом восстановил её из фразы Merritt.**

Reuband прямо объясняет устройство источника. Он рассматривает три ранних опроса OMGUS и пишет, что в **третьем исследовании — Report No. 122 1948 года — в таблицах отдельно показывалась доля тех, кого можно считать “Antisemiten im engeren Sinne”**, то есть «антисемитами в узком смысле» по использованной шкале. После этого он обсуждает различия по возрасту и полу и ссылается на стр. 9 оригинального отчёта. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Ключевая последовательность у него такая:

1. он говорит, что **в таблицах третьего OMGUS-исследования** выделена более узкая антисемитская категория;
2. затем пишет, что при рассмотрении именно этой категории **молодые оказываются более антисемитскими, чем старшие**;
3. в сноске 35 даёт конкретные возрастные проценты;
4. заканчивает: **“OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen”**. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому наиболее вероятная реконструкция процесса такова:

**оригинальная стр. 9 OMGUS содержала перекрёстную таблицу с возрастными категориями и результатами шкалы → Reuband из её ячеек вычислил долю, классифицируемую как «антисемиты в узком смысле», для каждого возраста.**

Фраза _eigene Berechnungen_ означает, что именно приведённые 51%, 53%, 38% и т. д. являются **расчётом Reuband по исходной таблице**, а не обязательно числами, напечатанными в OMGUS в готовом виде.

При этом мы **не можем без оригинальной стр. 9 восстановить все её колонки** — например, точные N по возрасту и распределение по каждой ступени шкалы. Поэтому мою прежнюю фразу «восстановлю исходную таблицу целиком» надо поправить: **сейчас можно восстановить возрастной итог, рассчитанный Reuband, но не всю исходную таблицу OMGUS**.

### Откуда тогда взялась только фраза «15–19 были более антисемитскими»?

Это уже результат **сокращения источника**.

Оригинальный _Prejudice and Anti-Semitism_, Report No. 122, был **11-страничным отчётом**. В 1970 году Anna J. и Richard L. Merritt издали огромный сборник _Public Opinion in Occupied Germany: The OMGUS Surveys, 1945–1949_, в котором исходные отчёты были сильно сокращены. Report 122 там занимает фактически две страницы — 239–240. Современный GHDI воспроизводит именно эту сокращённую версию и прямо указывает Merritt, pp. 239–240, своим источником. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

В сокращённой версии осталось только:

> немцы 15–19 лет проявляли больше антисемитизма, чем другие возрастные группы.

А подробная таблица стр. 9 оригинального 11-страничного отчёта туда не попала. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

Поэтому точнее говорить не:

**«в оригинальном опросе разбивку не сделали»**,

а:

**«в оригинальном отчёте разбивка была, но Merritt при публикации сокращённого резюме её опустили, оставив только словесный вывод; Reuband позднее обратился к оригинальной стр. 9 и пересчитал значения».**

Это важное различие.

---

## Насколько авторитетен Historical Social Research?

Это **нормальный серьёзный академический журнал**, а не любительское или идеологическое издание. HSR (_Historical Social Research / Historische Sozialforschung_) издаётся GESIS — Leibniz Institute for the Social Sciences. Сам GESIS характеризует его как **international peer-reviewed journal**, специализирующийся на исторической социальной науке и количественных/качественных эмпирических методах. Журнал существует с 1975 года. [gesis.org](https://www.gesis.org/en/hsr)

Он индексируется в **Social Science Citation Index, Scopus, SocINDEX, Sociological Abstracts, Historical Abstracts**, а архив включён в JSTOR. В 2011 году European Science Foundation относил HSR к международной категории INT1 — журналам с высокой международной видимостью. [gesis.org](https://www.gesis.org/en/hsr)

То есть по шкале:

**«неизвестный журнал → обычный рецензируемый журнал → сильный специализированный журнал → топовый мировой general-interest journal»**

я бы поставил его примерно на **«сильный специализированный академический журнал»**. Это не _American Sociological Review_ и не _American Historical Review_, но источник вполне респектабельный и профильный именно для историко-социологического анализа опросов.

### А сам Reuband?

Его квалификация для такой работы особенно подходящая. Он много лет работал в **Zentralarchiv für empirische Sozialforschung** Кёльнского университета, в 1993–1997 годах был профессором **методов эмпирических социальных исследований** в TU Dresden, затем профессором социологии в Heinrich-Heine-Universität Düsseldorf. [sozwiss.hhu.de](https://www.sozwiss.hhu.de/institut/abteilungen/soziologie/prof-dr-karl-heinz-reuband/biographie)

То есть это не историк, случайно нашедший старую таблицу, а специалист именно по **опросной методологии и вторичному анализу survey data**.

---

## Насколько можно доверять конкретно этим 51–53%?

Я бы разделил уверенность.

**Высокая уверенность:** OMGUS действительно обнаружил, что самая молодая группа была более антисемитской. Это содержится не только у Reuband, но и в опубликованном резюме самого OMGUS через Merritt/GHDI: **15–19-летние проявляли больше антисемитизма, чем другие возрастные группы**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

**Довольно высокая, но пока не абсолютная:** цифры **51% для 15–17 и 53% для 18–19**. Reuband прямо ссылается на стр. 9 первичного отчёта и пишет «собственные расчёты». 51% не вызывает текстологических проблем. 53% тоже, а вот обозначение возраста напечатано ошибочно как 18–29. Всё указывает на 18–19, но без самой микрофиши я бы в научном тексте поставил сноску: _“Reuband prints 18–29, evidently a typographical error for 18–19.”_ [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

**Заметно меньшая уверенность:** трактовать эти проценты как буквально «51–53% подростков являлись настоящими убеждёнными антисемитами». И здесь интересно, что **сам Reuband гораздо критичнее к OMGUS, чем можно было подумать по одной сноске**.

Он специально предупреждает, что использованная OMGUS **шкала Гуттмана методологически проблематична**. Чтобы человек оказался классифицирован как антисемит, требовалось не только дать антиеврейские ответы, но и соответствовать предыдущим ступеням иерархии — в том числе согласиться с тремя пунктами, которые сами по себе не были непосредственно антисемитскими: одним националистическим и двумя расовыми. Reuband отмечает, что OMGUS не сообщает коэффициентов качества этой шкалы и что с современной точки зрения такой подход «крайне проблематичен». [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Более того, он пишет, что неизвестно, сколько людей **не согласились с этими предварительными расово-националистическими пунктами, но при этом дали антисемитские ответы** — такие люди могли не попасть в категорию из-за самой конструкции шкалы. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому наиболее корректно использовать OMGUS так:

> **«В апреле 1948 года по одной и той же шкале OMGUS самые молодые респонденты резко выделялись в антисемитскую сторону: по пересчёту Reuband, 51% среди 15–17-летних и, почти наверняка, 53% среди 18–19-летних против 26–38% у большинства старших групп. Точный уровень распространённости антисемитизма зависит от спорной конструкции шкалы, но сам возрастной контраст весьма заметен».**

А вот превращать это в **«53% немецких подростков были убеждёнными антисемитами»** я бы не советовал.

Есть ещё любопытная мелочь, подчёркивающая необходимость первичного скана: **Merritt датирует Report No. 122 22 мая 1948 года, а библиография Reuband — 23 мая**. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34) Это почти наверняка просто ещё одна библиографическая неточность, но хороший пример того, почему для последнего процента уверенности нужен непосредственно архивный лист.

Если для форумного ответа, то **самая надёжная цифра без всяких оговорок о 18–19 — “51% среди 15–17-летних против 26–38% у большинства взрослых возрастных групп”**. Она не зависит от очевидной опечатки Reuband и уже сама по себе достаточно сильна.

# 8. Прикидка распределения по возрастам в опросе 1948 года

[[#^01059d]]
> ==Как эти числа могут относиться к только антисемитам, ведь общие данные антисемитов: 14%+19% = 33%, а из данного распределения по возрастам число 33% может получиться только если выборка крайне смещена в сторону групп возрастом 30-59?==

Да — здесь я сначала тоже увидел кажущееся противоречие, но арифметически его на самом деле нет. Более того, числа Reuband **очень хорошо согласуются** с общими 33%.

Reuband действительно пишет, что для третьего исследования OMGUS в таблицах отдельно показана доля тех, кого можно считать **«Antisemiten im engeren Sinne»**, и затем именно для этого показателя приводит возрастные проценты: 51%, 53%, 38%, 28%, 28%, 26%, 35%. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Ключевой момент — ширина возрастных интервалов:

|Возраст|Доля «антисемитов» по Reuband|Ширина интервала|
|---|---|---|
|15–17|51%|3 года|
|18–19*|53%|2 года|
|20–29|38%|10 лет|
|30–39|28%|10 лет|
|40–49|28%|10 лет|
|50–59|26%|10 лет|
|60+|35%|много лет|

* У Reuband опечатка `18–29`, поскольку следующая группа тоже 20–29. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Если для чистой иллюстрации предположить **одинаковое число людей каждого возраста от 15 до 69 лет**, никакого специального смещения выборки вообще нет. Тогда среднее будет:

$$\frac{3\times51+2\times53+10\times38+10\times28+10\times28+10\times26+10\times35}{55} =32.9\%.$$

То есть получается **почти ровно 33%**.

Причина простая: бросающиеся в глаза 51–53% относятся всего к **пяти годам рождения**. А низкие 26–28% — к **тридцати годам рождения, от 30 до 59**. Поэтому они имеют намного больший вес в общей выборке. Это не «крайне смещённая в сторону 30–59 выборка» — эти группы просто охватывают в шесть раз больший возрастной диапазон.

И это, кстати, довольно сильный косвенный аргумент, что мы действительно сравниваем совместимые показатели.

### 33% и возрастная разбивка

Сводка OMGUS сообщает для апреля 1948:

- **19% anti-Semites**
- **14% intense anti-Semites**

Итого **33%** в двух явно антисемитских категориях. Одновременно она говорит, что 15–19-летние демонстрировали больше антисемитизма, чем остальные возрастные группы. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

Reuband, обращаясь к более полной таблице оригинального отчёта на стр. 9, пишет, что в третьем исследовании отдельно показывалась доля людей, которые по шкале Гуттмана могут считаться **антисемитами «в узком смысле»**, после чего приводит именно эти возрастные цифры. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому сейчас я бы считал наиболее вероятным такое соответствие:

**19% anti-Semites + 14% intense anti-Semites ≈ 33% «Antisemiten im engeren Sinne»**,  
а  
**51/53/38/28/28/26/35%** — возрастная разбивка этой примерно 33-процентной группы.

Я оставляю небольшую оговорку только потому, что мы всё ещё не видим непосредственно **стр. 9 оригинального Report No. 122** со всеми заголовками колонок. Но математическое возражение здесь, наоборот, снимается почти идеально.

### Причём это делает результат 15–19 ещё интереснее

Средний показатель порядка 33% совсем не означает, что подростков тоже должно быть около 33%. Картина могла быть примерно такой:

- 15–17: **51%**
- 18–19: **53%**
- 20–29: **38%**
- 30–59: **26–28%**
- 60+: **35%**

И общий итог всё равно ≈33%.

То есть это не эффект вроде «51% получилось потому, что мы сравниваем молодёжь с каким-то другим широким показателем». **Если интерпретация таблицы Reuband верна, молодёжный разрыв действительно очень большой:** примерно +23–27 процентных пунктов относительно 30–59-летних.

При этом остаётся другая, более серьёзная оговорка: сам Reuband подчёркивает, что эта классификация построена через проблематичную **шкалу Гутмана**. Чтобы быть классифицированным здесь как антисемит, респондент должен был также пройти предыдущие не прямо антисемитские ступени — националистическую/расистские вопросы. Он прямо пишет, что с современной точки зрения такое измерение проблематично. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому вывод **«51% 15–17-летних были антисемитами по этой конкретной шкале OMGUS»** оправдан; а более сильное **«51% немецких подростков являлись убеждёнными антисемитами в современном понимании»** — уже нет.

И да: твоя проверка на внутреннюю согласованность была очень полезной — просто в данном случае ширина возрастных интервалов неожиданно даёт почти точное совпадение с 33%.

# 9. Выборка в опросах 1946 и 1948 годов

> ==А какая была выборка людей - общая и группы 15-19 лет?==

Для **1946 года** размер выборки известен точно, а вот для **Report No. 122 за апрель 1948 года** в доступных опубликованных источниках, которые я нашёл, точное `N` почему-то не приводится.

|Опрос|Общая выборка|Группа 15–19|
|---|---|---|
|OMGUS Report No. 49, декабрь 1946|**3 006** в американской зоне + **409** в Западном Берлине = **3 415**|в опубликованном резюме N группы не указан|
|OMGUS Report No. 122, апрель 1948|**точное N в Merritt/GHDI не указано**; сказано только «cross-section of persons 15 years of age and older in the American Zone»|**точное N 15–17 и 18–19 у Reuband не указано**|

Для 1946 это прямо указано в описании Report No. 49: 3 006 респондентов американской зоны и 409 жителей Западного Берлина. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-on-antisemitism-in-the-american-zone-december-1946?utm_source=chatgpt.com)

А для 1948 Merritt вместо числа пишет только:

> “Sample: a cross-section of persons 15 years of age and older in the American Zone.”

То есть даже в издании _Public Opinion in Occupied Germany_ на стр. 239 нет числа респондентов. GHDI воспроизводит ту же формулировку. [libsysdigi.library.uiuc.edu](https://libsysdigi.library.uiuc.edu/OCA/Books2009-07/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr.pdf?utm_source=chatgpt.com)

### А Reuband не сообщает N подростков?

К сожалению, нет. В его сноске 35 приведены только рассчитанные проценты:

- 15–17 → **51%**;
- почти наверняка 18–19 → **53%**;
- 20–29 → 38%;
- и т. д.

После чего стоит `OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen` — «стр. 9, собственные расчёты». **Число респондентов в каждой возрастной группе он не перепечатывает.** [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Это означает, что для оценки того, насколько статистически устойчивы именно **51% и 53%**, нам действительно не хватает важной информации.

### Можно ли хотя бы приблизительно понять размер выборки 1948?

Только очень грубо, и я бы не стал выдавать это за установленный факт.

Полномасштабные OMGUS-опросы того периода обычно имели выборки порядка нескольких тысяч человек. Например:

- декабрь 1946: ~3 000 в американской зоне;
- апрель 1947: некоторые общие исследования доходили до ~3 500;
- январь 1948: общий опрос — до ~4 000;
- март 1948: другой опрос включал более 3 500 жителей американской зоны и Западного Берлина. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-german-public-opinion-1945-47?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому **вполне правдоподобно**, что Report 122 также имел выборку порядка нескольких тысяч, возможно около 3 000. Но пока нет оригинального отчёта, писать «N=3000» было бы неправильно.

А если выборка действительно была порядка 3 тысяч и возрастные квоты были приблизительно пропорциональны населению, то 15–19-летних должно было быть **скорее несколько сотен, а не несколько десятков**. Но это уже расчётное предположение, не опубликованное N.

### Почему это имеет значение

Если, условно, 51% получилось из 300 подростков — это довольно устойчивый результат. Если из 50 — гораздо менее устойчивый.

Кроме того, для нашей предыдущей темы ещё важнее знать не просто общее `N(15–19)`, а:

**N(15–17), N(18–19), распределение этих молодых людей по регионам и желательно пол × регион × возраст.**

Только тогда можно нормально проверить твою гипотезу: не возник ли высокий агрегированный показатель молодёжи из-за особенностей состава выборки или регионального распределения.

Поэтому сейчас наиболее корректная позиция такая:

> **51–53% — это не цифры, придуманные поздним автором: Reuband рассчитывает их непосредственно по таблице на стр. 9 оригинального OMGUS Report No. 122. Но без самой стр. 9 мы пока не знаем знаменателей этих процентов, то есть точных N возрастных групп.**

И я бы именно поэтому **не делал 51–53% главным аргументом**, пока мы не найдём оригинальную таблицу. Гораздо твёрже документирован более общий факт самого Report 122: **15–19-летние были наиболее антисемитской возрастной группой**. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

Если получится добраться до **оригинальной микрофиши/скана Report No. 122**, первое, что имеет смысл снять со стр. 9, — именно `N` каждой возрастной группы и структуру таблицы. Это сейчас главный недостающий кусок.

# 10. Уточнение методологии работы 2008 года

> ==Так а когда тогда в 2008 году посчитали данные по возрастам, если неизвестно даже общее точное число опрошенных?==

Именно здесь я раньше сформулировал слишком неаккуратно. **Неизвестно точное N нам по доступной сокращённой публикации, а не обязательно Reuband в 2008 году.**

Reuband работал не с двухстраничным пересказом Merritt, которым располагаем мы, а с **оригинальным OMGUS Report No. 122**. И он прямо пишет, что в третьем исследовании OMGUS **в самих таблицах отдельно был показан показатель “антисемитов в узком смысле”**. Затем в сноске он даёт возрастные проценты и ссылается на `OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen` — «стр. 9, собственные расчёты». [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

То есть наиболее вероятно, что на стр. 9 была уже опубликована перекрёстная таблица примерно вида:

**возраст × позиции на шкале Гуттмана**,

а Reuband сложил нужные столбцы/категории и получил:

15–17 → 51%,  
18–19 → 53%,  
20–29 → 38%,  
30–39 → 28% и т. д.

Для такого расчёта **вообще не обязательно знать общее N всего опроса**. Если, например, в строке «15–17» исходная таблица уже сообщает доли по категориям — условно 12%, 20%, 17%, 29%, 22% — можно сложить категории, соответствующие антисемитам, и получить 51%, не зная, было в этой строке 80 человек или 300.

Но N нужен для совсем другого: **чтобы оценить статистическую надёжность этих 51%**.

Например:

- 51% из `N=50` → стандартная ошибка около 7 п.п.;
- 51% из `N=200` → около 3,5 п.п.;
- 51% из `N=500` → около 2,2 п.п.

Поэтому отсутствие доступного нам `N(15–17)` не мешает понять, **как Reuband получил процент**, но мешает понять, насколько точно этот процент оценён.

### Что именно пишет Reuband

Формулировка весьма однозначная. Сначала:

> «В случае третьего исследования используется та же операционализация, что и во втором, однако **в таблицах отдельно указывается также доля тех, кого можно считать антисемитами в узком смысле**».

Дальше:

> «Если рассматривать только долю тех, кто согласно шкале Гуттмана является антисемитами, то молодые снова оказываются более антисемитскими, чем пожилые…»

И уже в сноске:

> 15–17 лет — 51%; [18–19] — 53%; 20–29 — 38%; … `(OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen)`.

То есть возрастная информация **точно находилась в Report 122**, а не была каким-то статистическим восстановлением Reuband спустя 60 лет. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Причём важно ещё одно: Reuband **не говорит, что получил доступ к individual-level микроданным OMGUS**. Напротив, когда в этой же статье он действительно работает с оригинальным микродатасетом другого опроса — исследования Allensbach 1949 года — он специально это оговаривает: _“greifen wir … auf die Originaldaten der Umfrage selbst zurück”_. Для OMGUS такой формулировки нет; там ссылки идут на опубликованный Report No. 122 и конкретную страницу. [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Поэтому я бы реконструировал ситуацию так:

**1948:** OMGUS публикует 11-страничный Report 122 → на стр. 9 есть подробная таблица по возрасту и другим признакам.

**1970:** Merritt & Merritt сильно сокращают Report 122 до пары страниц → таблица стр. 9 исчезает, остаётся только словесное резюме, что 15–19-летние антисемитичнее других групп.

**2008:** Reuband обращается к полному Report 122, берёт таблицу на стр. 9 и рассчитывает из неё более строгую антисемитскую категорию по возрастам.

**Сейчас:** онлайн легко доступна сокращённая версия Merritt и статья Reuband, но сам лист 9 полного Report 122 мне пока не удалось получить. Поэтому мы знаем результат расчёта Reuband, но пока **не видим его знаменатели и исходные ячейки**.

### Поэтому моя предыдущая фраза нуждается в исправлении

Я написал, что «для 1948 точное N неизвестно». Это слишком сильно.

Корректнее:

> **Мне пока не удалось установить точное общее N Report 122 и N отдельных возрастных групп из доступных онлайн-публикаций. Reuband при этом работал с полной таблицей оригинального отчёта, которая в сокращённое издание Merritt не вошла.**

И ещё интереснее: его фраза _“in den Tabellen … eigens ausgewiesen”_ говорит даже больше, чем я первоначально предполагал. **В оригинальном отчёте уже была разбивка, позволяющая отделить “антисемитов в узком смысле”; Reuband не извлекал возрастной эффект из одной общей цифры.** [D-nb](https://d-nb.info/118684521X/34)

Так что следующий действительно важный шаг — добыть **страницу 9 Report No. 122**. Без неё мы не можем ответить на два критических вопроса: сколько именно было 15–17- и 18–19-летних и были ли исходные ячейки представлены абсолютными N или процентами. Именно эти данные позволят оценить доверительный интервал вокруг 51–53% и проверить, насколько весом статистически разрыв с 26–38% у старших групп. ^9c1c1c

# 11. Страница 9 Report No. 122

[[#^9c1c1c]]
> ==Ты можешь найти её?==

Частично: я нашёл **где находится оригинал и почему страница 9 не находится обычным поиском**, но сам скан страницы 9 пока не удалось вытащить из открытого веб-доступа.

Internet Archive действительно хранит микрофильм **Merritt collection on public opinion in Germany**. В описании коллекции прямо сказано, что **reels 2–3 содержат оригинальные “OMGUS surveys, vols. 1–5”**. При этом в публично доступных/проиндексированных экземплярах сейчас видны тома 1, 4, 5, 6 и 8; именно reels 2–3, где должны лежать сами оригинальные OMGUS reports, среди доступных копий не всплывают. [Open Library](https://openlibrary.org/books/OL23336190M/Merritt_collection_on_public_opinion_in_Germany)  
[Internet Archive: Merritt collection on public opinion in Germany](https://archive.org/details/674036_1?utm_source=chatgpt.com)

Я проверил полный OCR доступного **reel 1**. Это полезный источник, но Report No. 122 там действительно отсутствует: reel 1 представляет ранний массив карточек/опросов. Зато там, например, непосредственно видно, что после августа 1946 года стандартная выборка американской зоны была стабилизирована примерно на **3000 интервью**, а в карточке декабрьского антисемитского опроса 1946 года стоит **N=3005**. [Архив интернета](https://archive.org/stream/674036_1/674036_1_djvu.txt)

Сам Report No. 122 существует в полном виде и имеет **11 страниц**. Его название — _Prejudice and Anti-Semitism_, интервью проводились в апреле 1948 года. Современная публикация GHDI воспроизводит только сокращённую версию Merritt, а не сканы всех 11 исходных страниц. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-4607?utm_source=chatgpt.com)

Самое важное: удалось подтвердить его **архивную сигнатуру**. Другой исследователь, работающий с материалами IfZ, прямо ссылается на:

**IfZ, DK 110.001 — OMGUS, Report No. 122, “Prejudice and Anti-Semitism”, 22 May 1948.** [PagePlace](https://api.pageplace.de/preview/DT0400.9783486594584_A21743293/preview-9783486594584_A21743293.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Reuband ссылается на тот же первичный документ как:

**OMGUS: Prejudice and Anti-Semitism. ICD Opinion Surveys, Report no. 122, 23 May 1948**, и для возрастных процентов конкретно указывает **“OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen”** — стр. 9, собственные расчёты. [ResearchGate](https://www.researchgate.net/publication/292011520_The_readership_of_the_Sturmer_during_the_Third_Reich_Social_characteristics_and_anti-Semitic_attitudes?utm_source=chatgpt.com)

То есть теперь можно уверенно сказать: **Reuband действительно работал с полной страницей 9 оригинального Report 122, а не с двухстраничным пересказом Merritt.**

Сам оригинал физически/на микрофильме доступен в **Institut für Zeitgeschichte (IfZ)**. У IfZ есть отдельная база по фонду OMGUS; их инструкция подтверждает, что архивные finding aids коллекции OMGUS перенесены в поисковую базу. [ifzinfra.hypotheses.org](https://ifzinfra.hypotheses.org/files/2025/08/OMGUS_database_search.pdf?utm_source=chatgpt.com)  
[Инструкция IfZ по поиску в базе OMGUS](https://ifzinfra.hypotheses.org/files/2025/08/OMGUS_database_search.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому ситуация сейчас такая: **страницу 9 я локализовал до конкретного документа и архивного фонда, но её изображения в открытом индексируемом интернете пока не нашёл**. Похоже, необходимый reel 2/3 Internet Archive либо не был опубликован, либо сейчас не доступен/не проиндексирован.

Это также означает, что я бы пока **не утверждал точные N для 15–17 и 18–19 лет**. Для этого нам нужен именно лист 9. И он особенно ценен, потому что может сразу решить три наших вопроса: действительно ли опечатка Reuband `18–29` должна быть `18–19`; какие были `N` каждой возрастной ячейки; и из каких именно столбцов Reuband получил 51% и 53%.

Есть ещё одна интересная находка: ссылка Reuband на `eigene Berechnungen` теперь практически наверняка означает, что **на стр. 9 была исходная таблица, из которой он сам складывал/пересчитывал категории**, а не что в Report 122 уже крупным шрифтом были напечатаны «15–17 = 51%, 18–19 = 53%». Поэтому увидеть саму таблицу особенно важно.

# 12. Уточнение по поиску страницы 9

> ==Так я не совсем понял - ты сможешь найти страницу 9?==

Похоже, **в открытом интернете я саму страницу 9 сейчас достать не могу**. Я проверил наиболее вероятный путь через Internet Archive: коллекция Merritt действительно состоит из 9 микрофильмов, и каталог прямо говорит, что **reels 2–3 содержат OMGUS surveys, vols. 1–5** — то есть именно там должен находиться Report No. 122. Но в оцифрованных записях Internet Archive доступны reel 1 и затем reels 4–6; **reels 2 и 3 отсутствуют**. Это видно и по исходным записям Open Library: там есть IA-идентификаторы `674036_1`, `674036_4`, `674036_5`, `674036_6`, но нет `_2` и `_3`. [Open Library](https://openlibrary.org/books/OL23336190M/Merritt_collection_on_public_opinion_in_Germany)

То есть я могу **точно локализовать документ**, но не показать тебе скан листа из доступной онлайн-копии:

**OMGUS, Information Control Division, Opinion Surveys Branch  
Report No. 122, “Prejudice and Anti-Semitism”  
22/23 May 1948  
нужная страница: p. 9  
IfZ München: DK 110.001.**

Reuband именно на неё ссылается при возрастных расчётах: `OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen`.

Практически получить её можно через **Institut für Zeitgeschichte (IfZ)** или библиотеку University of Illinois, у которой существует исходный комплект микрофильмов. Internet Archive подтверждает, что исходный комплект University of Illinois включает все 9 reels, но онлайн выложен не весь комплект. [archive.org](https://archive.org/details/674036_1)

Поэтому я бы сейчас считал **51% для 15–17 лет надёжной вторичной цитатой Reuband**, но не стал бы утверждать детали исходной таблицы — `N`, точные названия колонок, `18–19` вместо опечатки `18–29` — как окончательно проверенные, пока не увиден сам p. 9.

Если ты будешь запрашивать скан у архива, достаточно попросить буквально: **“OMGUS ICD Opinion Surveys, Report No. 122, ‘Prejudice and Anti-Semitism’, DK 110.001, page 9”**.

# 13. Доступность данных опроса 1948 года как основы работы 2008 года

> ==Хорошо, тогда скажи, правильно ли я понимаю, что корректно будет сказать следующее: "публичных полных данных для анализа опроса 1948 года (выборки и разбиения по подгруппам) у нас нет, но можно быть уверенным что автор работы 2008 имел к ним доступ и делал свою работу на них"?==

Почти, но я бы немного поправил формулировку, чтобы не сказать больше, чем мы знаем.

Корректнее так:

> **«Полных данных опроса 1948 года в открытом онлайн-доступе у нас сейчас нет: в частности, мы не видим исходную таблицу с размерами возрастных подвыборок и разбивкой по категориям. Однако можно достаточно уверенно сказать, что Reuband в работе 2008 года имел доступ к полному оригинальному Report No. 122 и использовал таблицу на стр. 9 для собственных расчётов возрастных показателей».**

Ключевая оговорка: я бы **не писал, что Reuband имел доступ к “полным данным” в смысле respondent-level microdata**. Этого мы не знаем. По его формулировке `OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen` видно, что он работал как минимум с **полной таблицей оригинального отчёта**, которой нет в сокращённой публикации Merritt.

То есть степени уверенности такие:

- что Reuband видел **оригинальный Report No. 122** — очень высокая;
- что он использовал **таблицу на стр. 9** для своих расчётов — практически прямо следует из ссылки;
- что у него были **индивидуальные сырые анкеты/микроданные каждого респондента** — неизвестно;
- что мы сейчас можем независимо проверить его расчёт 51–53% — пока нет, потому что самой стр. 9 у нас нет.

Поэтому фраза **«делал свою работу на полных данных»** немного сильнее, чем позволяет источник. Лучше: **«делал расчёты по полной таблице оригинального отчёта»**.

# 14. Уточнение по определению Report No. 122

> ==Я правильно понял что Report No. 122 это и есть сам опрос 1948 года? И на странице 9 там сами данные (таблицы)?==

Да, но с важной терминологической оговоркой.

**Report No. 122 — это не «сырая база опроса», а официальный 11-страничный аналитический отчёт OMGUS по опросу, проведённому в апреле 1948 года.** Его название — _Prejudice and Anti-Semitism_, дата отчёта — 22 мая 1948 года. В нём были представлены результаты этого опроса, таблицы и выводы исследователей. [ir.library.knu.ua](https://ir.library.knu.ua/bitstreams/1efa0095-ef00-4cec-a7be-34bd01651989/download?utm_source=chatgpt.com)

То есть цепочка такая:

**интервью с респондентами в апреле 1948 → первичные анкеты/данные → анализ OMGUS → Report No. 122.**

Поэтому в разговорной речи нормально сказать «опрос 1948 года, Report No. 122», но технически Report 122 — **отчёт об опросе**, а не сами respondent-level microdata.

И да: судя по Reuband, **на странице 9 оригинального Report No. 122 находилась таблица или таблицы с разбивками результатов по социально-демографическим группам**. Именно на эту страницу он ссылается, когда пишет:

> `OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen`

то есть «OMGUS 1948, стр. 9, собственные расчёты». Перед этим он приводит возрастные значения 51%, 53%, 38%, 28% и т. д., а также разбивку по полу и членству в профсоюзах. [D-NB](https://d-nb.info/118684521X/34?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому практически наверняка на p. 9 были **исходные табличные результаты**, позволявшие ему вычислить эти проценты.

Но тут есть последнее различие:

- мы уверенно знаем, что на p. 9 были **табличные данные по возрасту и другим подгруппам**;
- мы пока **не видим саму p. 9**, поэтому не знаем точный формат таблицы;
- соответственно, пока нельзя сказать, были там абсолютные `N`, проценты каждой категории, оба вида данных или что-то ещё;
- и мы не знаем, были ли у Reuband когда-либо сами индивидуальные анкеты — для его расчёта они ему, вероятно, **не требовались**.

То есть наиболее точная формулировка:

> **Report No. 122 — официальный полный отчёт OMGUS по апрельскому опросу 1948 года. На его странице 9 находились табличные результаты с возрастной разбивкой, по которым Reuband в 2008 году сделал собственные расчёты. Саму исходную страницу 9 мы пока не видели, поэтому детали таблицы и размеры подвыборок независимо проверить пока не можем.**

Именно поэтому сейчас самое ценное — добыть не «сырые микроданные» целиком, а хотя бы **один скан p. 9**.

# 15. Книга Werner Bergmann и Rainer Erb, _Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland: Ergebnisse der empirischen Forschung von 1946–1989

> ==А вот тут нет того что нам нужно?
> [https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6](https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6)==

Да, эта книга **очень релевантна**, и в ней, похоже, есть как минимум часть того, что нам нужно. Но это **не сам Report No. 122** и не заменяет оригинальную стр. 9.

Книга Werner Bergmann и Rainer Erb, _Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland: Ergebnisse der empirischen Forschung von 1946–1989_ (1991), специально систематизирует опросные данные об антисемитизме начиная с **1946 года**. В оглавлении есть отдельные разделы **«Antisemitismus in der Bundesrepublik — empirische Ergebnisse 1946–1989»** и **«Die altersmäßige Verteilung antisemitischer Einstellungen»**, то есть «возрастное распределение антисемитских установок». [osiander.de](https://www.osiander.de/shop/home/artikeldetails/A1004579917?utm_source=chatgpt.com)

Это значит, что я бы сейчас обязательно проверил в ней страницы примерно **60–80**: там наиболее вероятно обсуждаются ранние OMGUS-опросы и возрастные различия. Более того, книга содержит **82 таблицы/графика**, а в приложении отдельно указаны «Listen und Tabellen». [Springer](https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6)

Однако есть важное различие: Bergmann/Erb — это **вторичный анализ и обзор исследований**, изданный в 1991 году. Даже если они воспроизводят таблицу OMGUS 1948 года, это будет ещё один независимый вторичный источник, а не изображение исходной страницы Report 122. Сам Report 122 остаётся первичным источником.

Что особенно интересно: более поздняя работа Bergmann/Erb 1996 года прямо интерпретирует повышенный антисемитизм старших когорт как **generation effect**, связанный с социализацией при национал-социализме. То есть авторы явно работали именно с поколенческим анализом и историческими опросами. [ResearchGate](https://www.researchgate.net/publication/242508267_Antisemitismus_in_der_Bundesrepublik_Deutschland_1996?utm_source=chatgpt.com)

Так что ответ: **да, вполне возможно, что здесь есть именно нужная нам возрастная таблица или хотя бы более подробное воспроизведение данных OMGUS 1948 года.**

Но через обычный веб-просмотр Springer мне сейчас видны только оглавление и описания глав; полный текст закрыт подпиской. Самые перспективные места:

- глава **III**, ближе к концу, раздел _Antisemitismus in der Bundesrepublik — empirische Ergebnisse 1946–1989_;
- глава **IV**, начало, раздел _Die altersmäßige Verteilung antisemitischer Einstellungen_, примерно с p. 69;
- возможно, **Anhang 3: Listen und Tabellen**.

Если у тебя по этой ссылке Springer открывается полный PDF книги или главы, **скачай его и пришли сюда**. Тогда я смогу буквально проверить таблицы, найти `1948`, `OMGUS`, `15–17`, `15–19`, `Report 122`, установить размеры выборок и сравнить данные Bergmann/Erb с расчётами Reuband. Это сейчас, вероятно, самый быстрый путь к ответу.

# 16. Поиск книги Книга Werner Bergmann и Rainer Erb, _Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland: Ergebnisse der empirischen Forschung von 1946–1989

> ==Проведи поиск этой книги - может она есть в открытом доступе? И если есть, изучи её на предмет необходимых нам данных.==

Я поискал книгу по DOI, ISBN, точному названию и авторам. **Полной версии в свободном открытом доступе я не нашёл.** Но удалось найти целиком оцифрованный экземпляр и несколько официальных превью, поэтому кое-что существенное из книги проверить можно.

|Источник|Статус|
|---|---|
|Springer|Полная книга есть, но **subscription content**; доступны превью отдельных глав|
|Internet Archive|Книга **оцифрована целиком**, 334 скан-страницы и OCR, но `Access-restricted-item: true`, коллекция `printdisabled`; свободного PDF нет|
|Google Books|Ограниченное preview/snippets|
|Deutsche Digitale Bibliothek|Открыто только оглавление|
|European Jewish Research Archive (JPR)|Библиографическая запись; прямо сказано, что PDF они предоставить не могут|

Это можно проверить непосредственно здесь: [Springer — книга Bergmann & Erb](https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6), [Internet Archive — полный, но ограниченный скан](https://archive.org/embed/antisemitismusin0000berg), [Deutsche Digitale Bibliothek](https://www.deutsche-digitale-bibliothek.de/item/7YSS7G25DRO22PLJ7PG2MVN3OJS2I7BE), [JPR European Jewish Research Archive](https://archive.jpr.org.uk/object-3704). Springer прямо помечает книгу как subscription content, Internet Archive — как access-restricted, а DDB сообщает, что свободно оцифровано лишь оглавление. [Springer](https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6)

### Что удалось реально прочитать в самой книге

У Springer открыты первые две страницы главы IV, **стр. 69–70**, _Die Verbreitung antisemitischer Einstellungen in der westdeutschen Bevölkerung_. Я проверил именно сканы этих страниц. [page-one.springer.com](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

И тут важный результат: **эти страницы относятся не к OMGUS 1948, а к собственному репрезентативному опросу Bergmann/Erb 1987 года.**

На стр. 69–70 они дают такие возрастные группы своего опроса:

|Когорта в опросе 1987|n|Доля выборки|
|---|---|---|
|18–44, рожд. 1943–1969|**1085**|51,6%|
|45–54, рожд. 1933–1942|**351**|16,7%|
|55–64, рожд. 1923–1932|**268**|12,8%|
|65+, рожд. до 1923|**398**|18,9%|
|**Итого**|**2102**|100%|

Авторы отмечают резкий поколенческий градиент. Для трёх введённых ими уровней антисемитизма график даёт соответственно:

|Возраст|VAS|SAS|WAS|
|---|---|---|---|
|младшая группа|3%|6%|23%|
|45–54|7%|10%|34%|
|55–64|8%|16%|43%|
|65+|14%|26%|51%|
|вся выборка|7%|12%|33%|

Это видно непосредственно на странице 70. [page-one.springer.com](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

Их интерпретация здесь для нашей темы интересна. Они считают, что скачки между возрастными группами лучше объясняются не обычным эффектом старения (_life-cycle effect_), а **сменой политических поколений**. Ключевым они считают то, пришлась ли существенная часть жизни и социализации человека на период до 1945 года. Они отдельно упоминают **антисемитскую школьную и семейную социализацию**, существовавшую ещё до 1933-го и радикализированную после прихода нацистов. [page-one.springer.com](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

Но это **не те самые 51–53% OMGUS 1948**. Забавно, что на графике 1987 года тоже есть 51%, но это совершенно другая цифра: 51% в наиболее широкой категории WAS среди людей 65+.

### Нашёл ли я в книге необходимые нам данные OMGUS 1948?

**В открыто доступной части — нет.** На данный момент результат такой:

|Нужные нам сведения|Нашлись в открытых фрагментах книги?|
|---|---|
|OMGUS Report No. 122, 1948|Пока нет|
|Таблица оригинальной p. 9 Report 122|**Нет**|
|Общее N опроса 1948|**Нет**|
|n группы 15–17|**Нет**|
|n группы 18–19|**Нет**|
|51% / 53% по возрасту|**Не обнаружены в доступных страницах**|
|регион × возраст|**Нет**|
|Более общий анализ поколенческого эффекта NS-социализации|**Да**|

Причём содержание книги показывает, где мы упираемся в paywall. Глава III занимает стр. 41–67, глава IV — стр. 69–111. Springer разрешает видеть только первые две страницы каждой главы. [Springer](https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6)

Я также проверил доступную в полном тексте **более позднюю работу тех же Bergmann & Erb, “Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland 1996”**. Там они прямо пишут, что западногерманские опросы **с 1949 года** устойчиво показывали возрастное распределение, объяснимое поколенческим опытом, и сравнивают возрастные когорты по данным IfD 1949 и Emnid 1991. То есть в этом позднем анализе для исторического возрастного сравнения они используют **Allensbach 1949**, а не подробную таблицу OMGUS 1948. [gesis.org](https://www.gesis.org/fileadmin/upload/forschung/publikationen/gesis_reihen/Blickpunkt/5/bergerb.pdf)  
[Открытый PDF Bergmann & Erb 1996 на GESIS](https://www.gesis.org/fileadmin/upload/forschung/publikationen/gesis_reihen/Blickpunkt/5/bergerb.pdf)

Это заставляет меня быть осторожнее с предположением, что книга 1991 года обязательно воспроизводит детальную таблицу Report 122. **Она совершенно точно обсуждает ранние послевоенные опросы, но из доступных страниц нельзя установить, перепечатаны ли там 51/53% или размеры соответствующих подвыборок.**

### Что это меняет для нашего расследования

Книга Bergmann & Erb оказалась полезна как **независимое подтверждение общей поколенческой интерпретации**: авторы уже в 1991 году связывали повышенный антисемитизм старших когорт с социализацией до 1945 года, прямо включая школьную и семейную социализацию. Это значительно раньше работы Voigtländer & Voth 2015 года. [page-one.springer.com](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

Но **она пока не закрывает главный технический вопрос по OMGUS 1948**: сколько человек было в группах 15–17 и 18–19 и что именно находилось в исходной таблице p. 9.

И здесь я бы несколько скорректировал предыдущую уверенность: пока мы не увидели p. 9, лучше говорить:

> **Reuband в 2008 году явно имел доступ к оригинальному Report No. 122 и ссылается конкретно на его стр. 9 как источник собственных возрастных расчётов. Но мы пока не можем независимо воспроизвести его 51/53%, потому что исходная таблица p. 9 не доступна нам в открытом виде.**

Это сейчас наиболее аккуратное положение дел.

Если у тебя есть обычный аккаунт Internet Archive, стоит также попробовать открыть найденный мной экземпляр: **он уже полностью отсканирован и распознан**, проблема только в ограничении доступа. [Попробовать открыть книгу в Internet Archive](https://archive.org/embed/antisemitismusin0000berg) Если у тебя там окажется доступ к BookReader, нас в первую очередь интересуют примерно **страницы книги 11–16 и 41–80**, плюс поиск внутри по `OMGUS`, `1948`, `Merritt`. Если сможешь сохранить или прислать соответствующие страницы, я разберу их построчно.

# 17. Опросы из книги Werner Bergmann и Rainer Erb, _Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland: Ergebnisse der empirischen Forschung von 1946–1989

> ==А что именно говорят опросы из этой книги, которые ты нашёл?==

Из того, что удалось **непосредственно проверить в открытых страницах книги**, самый важный материал — их **собственный репрезентативный опрос 1987 года**. Он показывает очень выраженный поколенческий градиент: чем больше социализация человека пришлась на период до 1945 года, тем выше у него были антисемитские установки. Авторы прямо интерпретируют это как различие **политических поколений**, а не просто как эффект старения. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

Выборка у них — **2102 человека**. Возрастные группы распределялись так:

|Группа в 1987 году|Годы рождения|N|Что авторы отмечают|
|---|---|---|---|
|18–44|1943–1969|1085|антисемитизм заметно ниже среднего|
|45–54|1933–1942|351|примерно около среднего|
|55–64|1923–1932|268|уже выше среднего; сюда авторы относят и «HJ-поколение»|
|65+|до 1923|398|самые высокие показатели, в 2–5 раз выше молодых по среднему индексу|

Кроме среднего индекса, они разбили респондентов на три порога выраженности антисемитских установок — VAS, SAS и WAS. Не буду сейчас расшифровывать аббревиатуры без страницы, где авторы формально задают пороги, но смысл в том, что это **три всё более широких/мягких критерия отнесения к антисемитски настроенным**. На графике получаются такие доли: [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

|Возраст|наиболее строгий порог|средний порог|широкий порог|
|---|---|---|---|
|18–44|**3%**|**6%**|**23%**|
|45–54|**7%**|**10%**|**34%**|
|55–64|**8%**|**16%**|**43%**|
|65+|**14%**|**26%**|**51%**|
|Вся выборка|**7%**|**12%**|**33%**|

То есть результат довольно наглядный. По самому строгому критерию у поколения 65+ антисемитские установки встречались примерно **в 4,5 раза чаще**, чем у 18–44-летних: 14% против 3%. По широкому критерию — **51% против 23%**. А поколение 1923–1932 годов рождения, которое провело школьные годы и подростковый возраст при национал-социализме, занимает промежуточное, но уже явно повышенное положение: 8/16/43% против 3/6/23% у послевоенной молодой группы. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

Самое интересное — **как это интерпретируют сами Bergmann и Erb**. Они пишут, что скачки между группами плохо похожи на плавный _life-cycle effect_ — идею, что люди просто становятся консервативнее и предубеждённее с возрастом. Вместо этого они видят «последовательность политических поколений». По их словам, решающим кажется то, **пришлась ли существенная часть жизни и социализации человека на период до 1945 года**. Далее они отдельно напоминают, что антисемитская **школьная и семейная социализация** существовала уже до 1933 года и после прихода нацистов была радикализирована. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

И тут есть важная для нашей дискуссии тонкость. Этот опрос **не доказывает причинно**, что именно нацистская школа создала наблюдаемый эффект. Люди разных когорт различались по множеству вещей: семье, войне, образованию, политической среде, довоенной социализации и т. д. Это когортное сравнение, а не эксперимент.

Но оно довольно плохо совместимо с моделью SnowBeaver в духе:

> детей заставляли повторять лозунги → они лишь внешне подчинялись → после исчезновения режима всё быстро выветрилось.

Спустя **42 года после падения Третьего рейха** поколения, чья социализация сильнее приходилась на довоенный и нацистский периоды, всё ещё демонстрировали существенно более высокий уровень антисемитских установок. Причём авторы специально выделяют HJ-поколение 1923–1932 годов как группу с показателями выше среднего. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

Есть ещё интересный более поздний контроль. В работе Bergmann и Erb 1996 года авторы пишут, что **западногерманские опросы начиная с 1949 года устойчиво показывали возрастную структуру, которую можно связать со специфическим поколенческим опытом**. Они сравнивают данные IfD 1949 и Emnid 1991 и отмечают сохраняющуюся границу между поколениями, сильнее и слабее затронутыми нацистской социализацией. [ResearchGate](https://www.researchgate.net/publication/242508267_Antisemitismus_in_der_Bundesrepublik_Deutschland_1996?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому я бы резюмировал вклад найденного опроса 1987 так:

**он не устанавливает отдельно эффект школы, но независимо от OMGUS 1948 и намного позже показывает тот же общий паттерн — поколения, прошедшие существенную социализацию до 1945 года, сохраняли заметно более сильные антисемитские установки десятилетия спустя.**

А вот для нашего более узкого вопроса — **«были ли именно дети, выросшие при нацистах, повышенно антисемитскими сразу после войны?»** — OMGUS 1948 остаётся куда более прямым источником, потому что там 15–19-летние были обследованы всего через три года после краха режима.

# 18. Согласованность книги Werner Bergmann и Rainer Erb, _Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland: Ergebnisse der empirischen Forschung von 1946–1989_ с данными/работами 1948, 2008 и 2015 годов

> ==Так подожди, получается что данные из этой книги не согласуются с опросами/работами 1948, 2008 и 2015 годов - там именно поколение примерно 1925-1935 годов рождения было самым антисемитским, здесь же уже поколение родившееся до 1923?==

Да, **если сравнивать просто “какая возрастная группа дала максимальный сырой процент”**, то результаты 1987 года действительно выглядят иначе. Но это не прямое противоречие — и моя предыдущая формулировка создавала впечатление большей согласованности, чем есть на самом деле.

Во-первых, **работа Reuband 2008 года не является новым независимым опросом**. В части, которую мы обсуждаем, он пересчитывает данные OMGUS 1948 года. Поэтому независимых массивов здесь фактически три:

|Когда опрошены|Источник|Как выглядит возрастный паттерн|
|---|---|---|
|1948|OMGUS Report 122|наиболее высокий показатель у 15–19-летних, рожд. примерно 1928–1933|
|1987|Bergmann & Erb|показатели растут с возрастом; максимум у 65+, рожд. до 1923|
|1996/2006|ALLBUS, анализ Voigtländer & Voth 2015|для **строгого “committed antisemitism”** резкий выброс у рожд. в 1930–1939|

То есть да: **сырое возрастное распределение 1987 года не воспроизводит форму распределения 1948 или графика committed antisemitism из работы 2015 года**.

### Но в 1987 году когорта 1930-х вообще не выделена отдельно

Это очень существенная проблема для прямого сравнения.

Bergmann & Erb разбили людей так:

- 1923–1932 → 55–64 года;
- 1933–1942 → 45–54 года.

А Voigtländer & Voth выделяют именно:

- **1930–1939**.

То есть их ключевая когорта разрублена пополам между двумя группами Bergmann & Erb:

**1930–1932** попадают в группу 1923–1932,  
**1933–1939** — в группу 1933–1942.

Причём обе группы сильно «разбавлены» другими поколениями.

То же самое с OMGUS. Их 15–19-летние 1948 года — это примерно **1928–1933 годы рождения**. В опросе 1987 эта шестилетняя когорта тоже разделена:

- 1928–1932 находятся в группе 55–64;
- 1933 — уже в группе 45–54.

Поэтому из таблицы Bergmann & Erb **невозможно узнать**, имели ли, например, люди 1928–1933 годов рождения локальный пик внутри этих широких интервалов.

И сами данные 1987 года показывают, что группа 1923–1932 всё-таки повышена:

|Группа|строгий VAS|SAS|широкий WAS|
|---|---|---|---|
|18–44 (1943–69)|3%|6%|23%|
|45–54 (1933–42)|7%|10%|34%|
|**55–64 (1923–32)**|**8%**|**16%**|**43%**|
|**65+ (<1923)**|**14%**|**26%**|**51%**|

Авторы прямо называют группу 1923–1932 группой, куда входит **HJ-Generation**, отмечают, что она уже выше среднего, но всё же существенно ниже поколения 65+. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

### И вот здесь возникает реальное различие

Bergmann & Erb в 1987 году **не обнаруживают**, что люди, бывшие детьми при нацистах, являются самой антисемитской группой. Самые высокие значения дают люди, родившиеся **до 1923 года**.

И сами авторы это прекрасно видят. Их объяснение шире, чем «нацисты индоктринировали детей». Они пишут, что важно, пришлась ли значительная часть социализации человека на период **до 1945 года**, и специально напоминают:

> антисемитский политический климат, а также школьная и семейная антисемитская социализация существовали **уже до 1933 года**, в поздней Германской империи и Веймарской республике, а после 1933 года подверглись радикализации. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

То есть их интерпретация примерно такая:

**старейшие поколения → долгое воздействие довоенного антисемитизма + взрослый опыт нацистского периода;**

**1923–32 → сильная социализация при нацизме/HJ → тоже существенно повышенный уровень;**

**послевоенные поколения → заметно более низкий уровень.**

Это не та же гипотеза, которую тестируют Voigtländer & Voth.

### Ещё важнее: в 2015 году «самая антисемитская когорта» относится к очень специальному показателю

Вот здесь стоит поправить ещё одну нашу прежнюю формулировку.

У Voigtländer & Voth знаменитый выброс рождённых в 1930-х — около 10% — относится к **ASᶜᵒᵐᵐ, “committed antisemites”**. Человеку нужно было дать крайне антисемитский ответ **одновременно на три отдельных вопроса**. Именно по этому строгому показателю 1930-е почти втрое выше послевоенных поколений и более чем вдвое выше соседних когорт. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Но авторы одновременно говорят, что существует **общий нисходящий возрастно-когортный тренд**: более старые поколения в целом антисемитичнее молодых. А по их более широкому индексу **ASᵇʳᵒᵃᵈ** повышенные значения наблюдаются как у рождённых в 1930-е, так и у рождённых в **1920-е**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому говорить:

> «Работа 2015 доказала, что именно поколение 1930-х вообще было самым антисемитским по любому показателю»

— слишком сильно.

Точнее:

> **«В ALLBUS 1996/2006 поколение 1930–39 представляет очень выраженный выброс по строгому показателю последовательного/крайнего антисемитизма; по более широким установкам повышены также поколения 1920-х».**

### Почему распределение могло измениться с 1948 до 1987/1996?

Потому что это **не наблюдение одной и той же фиксированной выборки во времени**.

Между 1948 и 1987 прошло 39 лет. За это время действовали:

- послевоенная ресоциализация;
- образование и смена общественных норм;
- разная смертность когорт;
- эмиграция;
- различия мужской военной смертности;
- изменение готовности публично выражать антисемитские взгляды;
- совершенно другие формулировки вопросов и шкалы.

Voigtländer & Voth даже специально обсуждают **selection through wartime mortality**: среди мужчин 1920-х годов рождения нет ожидаемого пика крайнего антисемитизма, и авторы приводят данные в пользу того, что особо фанатичные молодые мужчины чаще попадали в формирования с высокой военной смертностью и поэтому хуже представлены в поздних опросах. Для женщин этой когорты повышенный эффект сохраняется. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Это хороший пример того, почему нельзя ожидать, что ранжирование когорт 1948 года механически сохранится через полвека.

### А ещё выборки географически разные

Это тоже нельзя забывать:

- **OMGUS 1948** — американская зона оккупации;
- **Bergmann & Erb 1987** — Западная Германия;
- **ALLBUS 1996/2006** — гораздо более поздняя немецкая выборка, а Voigtländer & Voth дополнительно вводят свои ограничения и контроли.

А мы уже знаем из OMGUS и Voigtländer & Voth, что **регион чрезвычайно важен** для антисемитских установок.

---

Поэтому я бы сформулировал итог так:

> **Да, данные 1987 года не воспроизводят тезис “поколение примерно 1928–1935 всегда является самым антисемитским”. В 1987-м максимальный сырой уровень был у родившихся до 1923 года. Поэтому такой сильный тезис надо отбросить.**
> 
> **Но это не опровергает более узкий вывод об эффекте нацистской социализации:** в 1948 году молодёжь, социализированная целиком при Рейхе, выделялась повышенным антисемитизмом; в 1987 году “HJ-поколение” всё ещё было заметно антисемитичнее послевоенных поколений; а в ALLBUS 1996/2006 когорта 1930-х дала резкий специфический выброс по крайнему, последовательному антисемитизму. [Page One](https://page-one.springer.com/pdf/preview/10.1007/978-3-322-91415-6_4)

И я бы даже сказал, что найденная книга **делает аргумент интереснее, но заставляет его ослабить**. Данные хорошо поддерживают утверждение **«нацистская социализация оставила долговременный след»**, но гораздо хуже поддерживают более эффектное утверждение **«именно нацистские дети неизменно оставались самым антисемитским поколением Германии»**. Последнего данные не показывают.

# 19. Разница данных опроса 1948 года и книги _Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland: Ergebnisse der empirischen Forschung von 1946–1989_ для исходного утверждения SnowBeaver

> ==Так смысл поиска был в том, чтобы разобраться с корректностью утверждения SnowBeaver про воздействие официальной пропаганды на детей, которое можно формализовать примерно так "индоктринация детей официальной пропагандой в нацистской Германии оказала малый долгосрочный эффект". И получается что данные книги подтверждают это утверждение, а вот данные опроса 1948 года опровергают.==

Не совсем. Я бы не формулировал итог как **«книга подтверждает SnowBeaver, а OMGUS-1948 его опровергает»**. Из найденных данных получается более интересная картина.

Если формализовать тезис SnowBeaver как:

> **H: «официальная индоктринация детей при нацизме оказала лишь небольшой долговременный эффект на их последующие убеждения»**,**

то ни один из найденных массивов **не даёт хорошего подтверждения именно H**. Но они действительно по-разному выглядят относительно этой гипотезы.

### Что говорит книга Bergmann & Erb

Данные 1987 года показывают, что **самыми антисемитскими были не бывшие нацистские дети, а более старое поколение**. У родившихся до 1923 года показатели составляли 14/26/51%, у группы 1923–1932 — 8/16/43%, а у послевоенной молодой группы — 3/6/23%.

Это действительно **плохо согласуется с очень сильной гипотезой**:

> «массовая нацистская обработка детей была главным фактором последующего антисемитизма, поэтому именно обработанные в детстве должны были остаться самой антисемитской когортой».

Вот эту гипотезу данные книги скорее опровергают.

Но из этого **не следует**, что эффект детской индоктринации был мал. Потому что группа 1923–1932 всё равно заметно отличается от послевоенного поколения:

- строгий критерий: **8% против 3%**;
- средний: **16% против 6%**;
- широкий: **43% против 23%**.

В абсолютных величинах последний разрыв вообще составляет **20 процентных пунктов**. Назвать такой паттерн свидетельством «малого эффекта» без дополнительной причинной идентификации довольно трудно.

Кроме того, нужная нам когорта в книге нарезана крайне неудобно: годы 1930–1932 находятся в одной группе, а 1933–1939 — в другой. Поэтому пик поколения 1930-х, который виден в ALLBUS, в такой группировке мог просто размазаться между двумя категориями.

И сами Bergmann & Erb объясняют максимальный антисемитизм старших поколений не отсутствием эффекта нацистской школы, а тем, что **антисемитская семейная, школьная и общественная социализация существовала ещё до 1933 года**, а нацисты её радикализировали.

То есть книга скорее говорит:

**«нацистская детская индоктринация не была единственным и, возможно, даже не главным источником межпоколенческих различий»**,

а не:

**«её долговременный эффект был мал».**

### А OMGUS 1948 действительно выглядит гораздо хуже для SnowBeaver

Там наблюдается именно тот паттерн, который трудно ожидать при гипотезе быстрого выветривания: через три года после падения режима **15–19-летние, то есть практически полностью социализированные при Третьем рейхе, оказались наиболее антисемитской возрастной группой**. По пересчёту Reuband для самых молодых групп получались порядка 51–53% против 26–38% у большинства старших групп.

Это очень сильный контраргумент против первоначальной формулы SnowBeaver вроде:

> «принуждение исчезнет → внедрённая картина мира быстро/мгновенно осыплется».

Но здесь есть два ограничения.

Во-первых, **три года — это уже устойчивость после исчезновения режима, но всё-таки не тот “long term”, который обычно означает десятилетия**. OMGUS очень хорошо опровергает «быстро осыпалось», но хуже отвечает на вопрос, осталось ли воздействие через 30–50 лет.

Во-вторых, OMGUS не позволяет изолировать **причинный эффект именно официальной пропаганды**. Молодые могли отличаться также семьёй, местной средой, пережитой войной и т. д.; более того, в доступных нам данных нет таблицы `возраст × регион`, поэтому географическое смешение полностью исключить нельзя. Это уже было отмечено в нашем прежнем разборе.

### И вот здесь особенно важен Voigtländer & Voth

Если вопрос именно о **долговременном** эффекте, то данные ALLBUS 1996/2006 гораздо существеннее OMGUS.

Через 50–60 лет после нацизма когорта 1930–1939 годов рождения давала примерно **10% committed antisemites**, тогда как у остальных когорт базовый уровень был около 3,6%; после контролей оценка для этой когорты составляла примерно **+5,8 процентного пункта**.

То есть по строгому показателю это одновременно:

- не «подавляющее большинство»;
- в абсолютном смысле несколько процентных пунктов;
- **но примерно 2–3-кратное увеличение относительной частоты**.

Поэтому слово **«малый»** здесь становится главным спорным местом. Малый относительно чего? Если SnowBeaver имеет в виду:

> «пропаганда не превращала большинство детей в убеждённых нацистов на всю жизнь»,

то да — данные вполне с этим совместимы.

Если же:

> «через десятилетия от неё практически ничего не осталось, её вклад в установки был незначительным»,

то данные Voigtländer & Voth с этим уже плохо совместимы.

Причём их результат особенно интересен тем, что эффект был **гетерогенным**: он значительно усиливался там, где нацистское сообщение подкреплялось существовавшим до нацизма местным антисемитизмом. Это гораздо больше похоже не на «пропаганда либо работает, либо не работает», а на **пропаганда усиливает и закрепляет то, для чего имеется благоприятная социальная почва**. Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD

### Поэтому я бы сейчас сформулировал итог так

**Bergmann & Erb не подтверждают тезис «долговременный эффект детской нацистской индоктринации был мал». Они показывают нечто более узкое: детская нацистская социализация не была настолько доминирующим фактором, чтобы бывшие нацистские дети спустя десятилетия обязательно оставались самой антисемитской когортой; более старые, ещё донацистские поколения могли быть антисемитичнее.**

**OMGUS 1948, напротив, довольно сильно опровергает идею быстрого исчезновения эффекта:** сразу после режима бывшие дети Третьего рейха не демонстрировали иммунитета к индоктринации, а выделялись повышенным антисемитизмом.

**А ALLBUS 1996/2006 — наиболее неудобный результат именно для тезиса о “малом долговременном эффекте”**, потому что специфический след поколения, прошедшего детскую социализацию при нацизме, обнаруживается ещё через полвека.

Самая защищаемая формулировка, на мой взгляд, поэтому такая:

> **Имеющиеся данные не позволяют утверждать, что официальная нацистская индоктринация детей имела лишь малый долговременный эффект. Они скорее указывают на реальный, устойчивый, но сильно неоднородный эффект, величина которого зависела от предшествующих установок семьи и местной среды. При этом из этих исследований нельзя точно выделить, какая именно доля наблюдаемого эффекта причинно принадлежит школе/официальной пропаганде, а какая — семье, окружению и другим компонентам нацистской социализации.**

И это, мне кажется, важное уточнение всей дискуссии: **данные заставляют отказаться и от крайности SnowBeaver «почти всё выветривается», и от противоположной крайности «нацистская школа надолго перепрошила целое поколение».**

# 20. Поиск Report No. 122, стр. 9

> ==Ладно, я ещё обдумаю этот момент и уточним его, а пока вернёмся к Report No. 122, стр. 9. Возможно, нужная нам страница есть в этой книге: [https://archive.org/details/publicopinionino00merr/page/60/mode/2up](https://archive.org/details/publicopinionino00merr/page/60/mode/2up)?==

Проверил именно этот экземпляр. **Нет, нужной нам оригинальной стр. 9 Report No. 122 в этой книге, к сожалению, нет.** Но ссылка полезна, потому что теперь это можно установить совершенно однозначно.

Internet Archive прямо описывает вторую часть книги Merritt & Merritt как **summaries of the reports** — то есть составленные авторами резюме отчётов OMGUS, а не репринты самих отчётов. [archive.org](https://archive.org/details/publicopinionino00merr/page/60/mode/2up)

Сам Report No. 122 в книге начинается на книжной стр. **239**:

> Report No. 122 (22 May 1948)  
> PREJUDICE AND ANTI-SEMITISM

Дальше Merritt указывают:

> Interviewing dates: April 1948. **(11 pp.)**

Вот эти **11 pp. — объём оригинального Report No. 122**, а не количество страниц, отведённых ему в книге. [archive.org](https://archive.org/stream/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr_djvu.txt)

В самой книге его содержание занимает только **стр. 239–240**. На стр. 240 есть знакомое нам сокращённое резюме: 19% anti-Semites, 14% intense anti-Semites, 26% racists; различия по регионам; и фраза, что **15–19-летние показывали больше антисемитизма, чем остальные возрастные группы**. [archive.org](https://archive.org/stream/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr_djvu.txt)

И сразу на следующей книжной странице, **241**, начинается уже:

> Report No. 123 [archive.org](https://archive.org/stream/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr_djvu.txt)

То есть структура такая:

**оригинал OMGUS Report 122:** 11 страниц  
→ Merritt & Merritt его сокращают  
→ **книга 1970 года:** примерно 1,5–2 страницы, pp. 239–240.

Следовательно, **оригинальная p. 9 Report No. 122, на которую ссылается Reuband (`OMGUS 1948: 9, eigene Berechnungen`), сюда не перепечатана**. Это подтверждает то, что мы раньше реконструировали по косвенным данным. В нашем предыдущем обсуждении мы как раз пришли к выводу, что Merritt сильно сократили исходный 11-страничный отчёт, оставив словесный вывод о 15–19-летних, но убрав подробную таблицу. Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD

И ещё важный момент: **страница 60 по твоей ссылке — это страница самой книги Merritt, а не страница оригинального Report 122**. В книге Report 122 находится около p. 239. Поэтому даже если в интерфейсе Internet Archive листать «page/60», это другой уровень пагинации.

Зато теперь направление поиска можно сузить очень жёстко: нам нужна **не книга _Public Opinion in Occupied Germany_**, а один из микрофильмированных оригиналов OMGUS, содержащий полный:

**Information Control Division, Opinion Surveys Branch, Report No. 122, “Prejudice and Anti-Semitism”, 22 May 1948, p. 9.**

Я бы теперь попробовал поискать **сам оригинальный Report 122 не только по названию, но по каталогам/микрофильмам University of Illinois**, откуда, судя по всему, и происходит этот экземпляр Merritt. Это потенциально может дать новый путь к самой странице 9.

# 21. Продолжение поиска Report No. 122, стр.9

> ==Поищи.==

Нашёл. Причём **именно то, что мы искали: полный оригинальный OMGUS Report No. 122, включая ту самую стр. 9**.

Он находится в **reel 3** микрофильмированной _Merritt collection on public opinion in Germany_. Раньше мы исходили из того, что reels 2–3 в Internet Archive недоступны, но reel 3 на самом деле существует отдельным объектом `674036_3`. Внутри него есть полный **Report No. 122, “Prejudice and Anti-Semitism”, 22 May 1948**, а не двухстраничное сокращение из книги Merritt. [Интернет Архив](https://archive.org/stream/674036_3/674036_3_djvu.txt)

[Internet Archive — Merritt collection, reel 3](https://archive.org/details/674036_3?utm_source=chatgpt.com)

### И главное: таблица на p. 9 действительно там

Перед таблицей сам отчёт говорит, что молодёжь **15–19 лет демонстрирует больше антисемитизма, чем любая другая возрастная группа**, после чего сообщает, что подтверждающие цифры приведены на следующей странице. [Интернет Архив](https://archive.org/stream/674036_3/674036_3_djvu.txt)

В таблице возрастные группы указаны **непосредственно**:

|Возраст|Group IV: Anti-Semites|Group V: Intense Anti-Semites|IV + V|
|---|---|---|---|
|**15–17**|29%|22%|**51%**|
|**18–19**|32%|21%|**53%**|
|**20–29**|22%|16%|**38%**|
|**30–39**|23%|15%|**38%**|
|**40–49**|16%|12%|**28%**|
|**50–59**|13%|13%|**26%**|
|**60+**|19%|16%|**35%**|

Это читается непосредственно из оригинальной таблицы. [Интернет Архив](https://archive.org/stream/674036_3/674036_3_djvu.txt)

И это даёт нам **два важных исправления** к тому, что мы до сих пор знали через Reuband.

### 1. Загадка `18–29` окончательно решена

У Reuband в сноске действительно напечатано:

> 15–17: 51%; **18–29: 53%**; 20–29: 38%...

Мы предполагали, что `18–29` — опечатка и должно быть **18–19**. Теперь это не предположение: **в первичном Report No. 122 совершенно чётко стоит `18–19`**. [Интернет Архив](https://archive.org/stream/674036_3/674036_3_djvu.txt)

То есть эту оговорку из нашего предыдущего обсуждения можно убрать окончательно. Раньше мы могли говорить лишь «почти наверняка 18–19». Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD

### 2. Обнаружилась ещё одна ошибка у Reuband — более существенная

Вот это неожиданнее.

Reuband пишет для **30–39 лет — 28%**. [d-nb.info](https://d-nb.info/118684521X/34)

Но оригинальная таблица Report 122 даёт:

**23% Anti-Semites + 15% Intense Anti-Semites = 38%.**

То есть правильная строка:

> **30–39 → 38%, а не 28%.**

И это не похоже на ошибку OCR Internet Archive. В оригинальной строке также указан **Gradient Score = 126.0**, который согласуется именно с `23` в Group IV. [Интернет Архив](https://archive.org/stream/674036_3/674036_3_djvu.txt)

Следовательно, в короткой сноске Reuband, по всей видимости, сразу **две опечатки/ошибки транскрипции**:

|Reuband 2008|Report 122 p. 9|
|---|---|
|`18–29`|**18–19**|
|30–39 → `28%`|**38%**|

Остальные приведённые им суммы совпадают с оригиналом.

Это немного меняет картину возрастного контраста. Раньше у нас было:

**51, 53, 38, 28, 28, 26, 35%**,

теперь первичный источник даёт:

**51, 53, 38, 38, 28, 26, 35%.**

То есть 15–19-летние всё равно остаются **явно самой антисемитской группой**, но разрыв с 30–39-летними не +23–25 п.п., а +13–15 п.п.

### Нашлось и общее N

В приложении к самому Report 122 есть **“Basic Table Used for Objective Estimate of Frequency of Anti-Semitism”**. Сумма наблюдений в ней:

**Total = 3001.** [Интернет Архив](https://archive.org/stream/674036_3/674036_3_djvu.txt)

Это впервые даёт нам непосредственно из первичного документа твёрдый размер основной таблицы анализа — **N = 3001**.

Но есть ограничение: **на самой возрастной таблице p. 9 размеры отдельных возрастных групп `N(15–17)`, `N(18–19)` не напечатаны** — там только проценты по пяти категориям и gradient score. Поэтому вопрос, сколько конкретно подростков стояло за 51% и 53%, **одна p. 9 пока не решает**.

Зато теперь у нас есть весь 11-страничный отчёт, включая приложение. Значит, можно уже целенаправленно проверить, **можно ли восстановить N каждой возрастной группы из остальных таблиц этого же Report 122 или соседних технических материалов OMGUS**.

И ещё одно: p. 9 не содержит перекрёстной таблицы **`возраст × регион`**. Возраст и регионы в отчёте анализируются отдельно. Поэтому наш старый вопрос о том, сохранялся ли пик 15–19-летних внутри каждого Regierungsbezirk, эта находка сама по себе не закрывает.

В общем, это существенный прогресс: **первичный источник найден, Reuband теперь можно проверять независимо, `18–19` подтверждено непосредственно, и при этой проверке обнаружилась ещё одна ошибка Reuband — 38% вместо напечатанных им 28% для 30–39-летних.**

# 22. Распределение данных по возрасту из исходного отчёта Report No. 122

> ==Попробуй восстановить из исходного отчёта кол-во человек для каждой возрастной группы.==

Точно восстановить численность возрастных групп из отчёта нельзя: авторы указали только проценты, округлённые до целого, но не основания строк — то есть не написали, сколько человек составляло 100% в каждой строке.

Тем не менее наиболее правдоподобная реконструкция выглядит так:

|Возраст|Оценочное число респондентов|Доля выборки|
|---|---|---|
|15–17|**191**|6,4%|
|18–19|**122**|4,1%|
|20–29|**527**|17,6%|
|30–39|**587**|19,6%|
|40–49|**601**|20,0%|
|50–59|**441**|14,7%|
|60 лет и старше|**532**|17,7%|
|**Всего**|**3001**|**100%**|

Как получена оценка:

- В приложении к исходному отчёту указан общий объём основной выборки: **3001 человек**. Исходный отчёт доступен в [Internet Archive](https://archive.org/details/674036_3). Локальная копия: [674036_3.pdf](674036_3.pdf)
- Я распределил эти 3001 человека пропорционально возрастному составу населения американской оккупационной зоны по переписи 29 октября 1946 года. Данные взяты из официального баварского статистического ежегодника за 1947 год: [Statistisches Jahrbuch für Bayern 1947](https://www.statistischebibliothek.de/mir/receive/BYHeft_mods_00013011). Локальная копия: [[Statistisches_Jahrbuch_Bayern_1947.pdf]]
- Для 15-летних в переписи не было отдельной строки: они входили в категорию «младше 16». Поэтому численность 15-летних пришлось оценить как половину численности группы 16–17 лет. Из-за этого результат для группы **15–17 лет менее надёжен**, чем для остальных.
- Затем я проверил полученные числа обратным расчётом. Для них существуют целочисленные распределения ответов, которые после округления точно воспроизводят все проценты возрастной таблицы, а для респондентов 18+ одновременно воспроизводят общую строку отчёта: `21–20–26–19–14`.

Есть также исправление к предыдущему прочтению: для возраста **20–29 лет** в оригинале напечатано `16–23–23–22–16`, а не `18–23–23–22–16`. Ошибка возникла при автоматическом распознавании скана.

Итог: для дальнейших расчётов я бы использовал **191, 122, 527, 587, 601, 441 и 532 человека**, но обязательно называл бы их _реконструированными оценками_, а не точными размерами групп. Реальные значения могли отличаться на несколько десятков человек.
# 23. Распределение данных "возраст × регион" из исходного отчёта Report No. 122

> ==А теперь попробуй восстановить таблицу "возраст × регион".==

Удалось восстановить вероятный численный каркас таблицы — сколько респондентов могло находиться в каждой комбинации «возраст × регион». Но это ещё не таблица уровня антисемитизма внутри этих ячеек: таких перекрёстных результатов исходник не публикует.
### Реконструированное число респондентов

Регионы расположены примерно в порядке убывания регионального `gradient score` из Report No. 122.

|Регион (`Regierungsbezirk`)|15–17|18–19|20–29|30–39|40–49|50–59|60+|Всего|15–19, %|Региональный gradient|
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
|Нижняя Бавария и Верхний Пфальц|**27**|**17**|65|67|65|47|57|**345**|12,8%|154,5|
|Верхняя Бавария|**25**|**16**|80|90|90|65|73|**439**|9,3%|138,0|
|Вюртемберг|**26**|**16**|69|83|81|59|73|**407**|10,3%|129,0|
|Швабия|**14**|**9**|38|42|43|32|38|**216**|10,6%|124,5|
|Верхняя и Средняя Франкония|**27**|**17**|73|80|85|62|75|**419**|10,5%|120,0|
|Кассель|**14**|**10**|40|42|42|31|39|**218**|11,0%|113,5|
|Нижняя Франкония|**13**|**8**|32|34|34|25|30|**176**|11,9%|110,0|
|Баден|**16**|**10**|45|49|51|38|45|**254**|10,2%|103,0|
|Дармштадт|**14**|**10**|39|45|48|34|44|**234**|10,3%|93,5|
|Висбаден|**16**|**10**|48|55|61|46|57|**293**|8,9%|77,5|
|**Итого**|**192**|**123**|**529**|**587**|**600**|**439**|**531**|**3001**|**10,5%**|—|

Исходный отчёт даёт региональные показатели для этих десяти округов и общий размер основной выборки `N = 3001`, но не размеры отдельных регионально-возрастных ячеек.

Для реконструкции использованы опубликованные результаты переписи 29 октября 1946 года по тем же `Regierungsbezirke`. Для возрастов 20 лет и старше границы переписных групп совпадают с группами

Расчёт сделан так:

1. Основная выборка `3001` распределена между округами пропорционально численности населения 15+.
2. Внутри каждого округа она распределена по возрастному составу переписи.
3. Перепись не делила возраст 6–19 лет по отдельным годам на уровне округов. Поэтому группы 15–17 и 18–19 распределены внутри каждого округа по соответствующим пропорциям его земли — Баварии, Гессена или Вюртемберг-Бадена.
4. Числа округлены согласованно: сумма каждой строки и каждого возрастного столбца сохранена, итог равен 3001.

### Уточнение к прошлой реконструкции

В предыдущем ответе я использовал переписной итог американской зоны вместе с Бременом. Однако Report No. 122 рассматривает Бремен как отдельную дополнительную выборку; `3001` — основная выборка трёх земель американской зоны. После исключения Бремена возрастные итоги немного изменились:

- 15–17: 191 → **192**
- 18–19: 122 → **123**
- 20–29: 527 → **529**
- 30–39: остаётся **587**
- 40–49: 601 → **600**
- 50–59: 441 → **439**
- 60+: 532 → **531**

### Что это говорит о возможном региональном смешении

По реконструкции доля 15–19-летних колеблется от **8,9% в Висбадене** до **12,8% в Нижней Баварии и Верхнем Пфальце**. Некоторое смещение молодых в сторону более антисемитских округов действительно возможно.

Но его величина получается небольшой:

- средний региональный gradient для распределения молодёжи: приблизительно **120,6**;
- для распределения респондентов 20+: приблизительно **119,3**;
- разница, создаваемая одним лишь региональным составом: около **1,3 пункта**.

При этом непосредственно в возрастной таблице:

- средний gradient групп 15–19: около **151,4**;
- средний gradient респондентов 20+: около **117,2**;
- наблюдаемая возрастная разница: приблизительно **34 пункта**.

Следовательно, в этой реконструкции неравномерное распределение возрастов по регионам объясняет лишь порядка **4% возрастного разрыва**. География сама по себе выглядит слишком слабой, чтобы создать весь молодёжный пик.

Однако доказать, что пик присутствовал **внутри каждого региона**, всё ещё нельзя. В молодёжных региональных ячейках ожидается всего от 8 до 27 человек для отдельных возрастных групп, а исходный отчёт не сообщает, как именно их ответы распределялись по категориям I–V. Многие совершенно разные таблицы ответов могут одновременно воспроизводить опубликованные возрастные и региональные итоги.

# 24. Оценка влияния базового уровня антисемитизма на группу 15-19 лет в опросе 1948 года

> ==Теперь я хочу, чтобы ты проверил насколько сильно в опросе 1948 года базовый уровень антисемитизма в регионе влиял на уровень антисемитизма в возрастной группе 15-19 лет. Насколько надёжно можно оценить то, насколько сильно влияла именно государственная пропаганда (по состоянию на 1948 год)?==

Главный вывод: высокий антисемитизм 15–19-летних почти наверняка нельзя объяснить тем, что в выборке они чаще происходили из антисемитских регионов. Но установить, усиливал ли региональный фон восприимчивость молодёжи, и тем более отделить эффект государственной пропаганды, по опубликованным таблицам 1948 года невозможно.

### Что удаётся оценить

Я объединил группы IV и V — «антисемиты» и «убеждённые антисемиты».

|Показатель|Оценка|
|---|---|
|Антисемитизм среди 15–19-летних|**≈51,7%**|
|Среди всех респондентов 20+|**≈33,2%**|
|Необработанный возрастной разрыв|**≈18,6 п.п.**|
|Разрыв с ближайшей группой 20–29 лет|**≈13,9 п.п.**|
|Разрыв, создаваемый составом по регионам|**≈0,5 п.п.**|
|Остаток после поправки на состав регионов|**≈18,1 п.п.** против всех 20+|

По 300-балльному `gradient score` результат аналогичен:

- молодёжь: **151,4**;
- взрослые: **117,2**;
- разрыв: **34,2 пункта**;
- региональный состав объясняет приблизительно **1,3 пункта**, то есть около **4% разрыва**.

Иными словами, если бы молодёжь просто воспроизводила средний уровень того округа, из которого она происходила, различия в её географическом распределении повысили бы результат лишь примерно с 34,5% до 35,1%. До реально наблюдавшихся 51–52% это очень далеко.

Расчёт основан на полном Report No. 122 674036_3.pdf и возрастной структуре округов по переписи 1946 года Statistisches_Jahrbuch_Bayern_1947.pdf.

Ориентировочный 95-процентный интервал для возрастного разрыва составляет:

- примерно **от +13 до +24 п.п.** против всех 20+;
- примерно **от +7 до +21 п.п.** против группы 20–29 лет.

Это упрощённые интервалы: они предполагают обычную случайную выборку и используют реконструированные размеры возрастных групп. Реальная погрешность могла быть несколько больше из-за группировки респондентов по населённым пунктам и неизвестных весов выборки.

### Чего оценить нельзя

Отчёт публикует отдельно:

- антисемитизм по возрастам;
- антисемитизм по десяти округам.

Но он не публикует ключевую таблицу:

> возраст × регион × ответы на вопросы.

Более того, исходные перфокарты с индивидуальными данными впоследствии были утрачены. Это прямо отмечают составители сборника OMGUS. [Merritt & Merritt, описание выборки и утраченных данных](https://libsysdigi.library.uiuc.edu/OCA/Books2009-07/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr.pdf).

Поэтому связь регионального фона с ответами самой молодёжи не идентифицируется. Это можно показать конструктивно. Я подобрал три распределения ответов по округам, каждое из которых совместимо с опубликованными возрастными и региональными процентами после их целочисленного округления:

|Возможное распределение|Молодёжь в самом антисемитском округе|В наименее антисемитском|Связь с региональным фоном|
|---|---|---|---|
|Положительное|≈66%|≈35%|почти идеально положительная|
|Практически ровное|≈52%|≈50%|содержательно отсутствует|
|Отрицательное|≈39%|≈69%|почти идеально отрицательная|

Это не три правдоподобные оценки, а доказательство недостаточности данных: один и тот же опубликованный отчёт допускает противоположные результаты. Поэтому нельзя честно сообщить ни коэффициент влияния региона, ни даже знак этого влияния.

### Можно ли остаток назвать эффектом пропаганды?

Нет. **18,1 процентного пункта после региональной поправки — это остаточный когортный разрыв, а не оценка пропаганды.**

Для причинного вывода мешают несколько вещей.

1. **«Региональный уровень 1948 года» — не исходный фон.**  
    Его уже могли изменить двенадцать лет нацистского режима. Если контролировать его как «базовый», можно вместе с ним удалить часть искомого воздействия. Настоящий исходный уровень следовало бы измерять до 1933 года.
    
2. **Нет контрольной группы без государственной индоктринации.**  
    Родившиеся приблизительно в 1928–1933 годах учились при нацистах, но одновременно переживали войну, Hitlerjugend/BDM, семейную социализацию, крах режима, оккупацию и послевоенный кризис.
    
3. **Возраст смешан с поколением.**  
    Опрос проведён один раз. Поэтому неизвестно, были ли эти люди антисемитичнее из-за социализации при нацизме или молодые люди вообще отвечали иначе в конкретной ситуации 1948 года.
    
4. **Сравнительная группа тоже подвергалась пропаганде.**  
    Значительная часть 20–29-летних также училась и социализировалась при нацистах. Поэтому разрыв отражает только различие между интенсивностью или возрастом воздействия, а не полный эффект режима.
    
5. **Нет измерений конкретных каналов.**  
    Опрос не сообщает продолжительность участия в Hitlerjugend, характер школы, интенсивность прослушивания радио, чтение прессы или посещение кино.
    
6. **Возможна осторожность ответов.**  
    Респонденты знали, что исследование проводится оккупационной администрацией. Позднейший методический эксперимент OMGUS обнаружил иногда заметные различия ответов в зависимости от того, кто назывался организатором опроса. При этом неизвестно, была ли такая осторожность одинаковой у молодёжи и взрослых.
    

Сама выборка была для своего времени качественной: населённые пункты отбирались систематически, а респонденты — по спискам продовольственных карточек. Поэтому описательный вывод о необычно высоком показателе молодёжи заслуживает серьёзного внимания. [Публикация результатов OMGUS Германским историческим институтом](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948).

### Что добавляют более поздние исследования

Voigtländer и Voth используют уже другой дизайн: опросы 1996 и 2006 годов, место проживания, довоенное голосование за антисемитские партии и взаимодействие этого показателя с поколением, выросшим при нацизме. Они действительно находят, что поколенческий пик был намного сильнее там, где антисемитизм существовал задолго до прихода нацистов. Это поддерживает механизм «пропаганда особенно эффективна, когда подтверждает уже существующие местные убеждения». [Статья в PNAS](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/).

Однако даже эта значительно более сильная работа:

- не может непосредственно разделить школу и Hitlerjugend/BDM;
- не обнаруживает положительного объясняющего эффекта региональных различий в доступности радио, кино или силе местной партийной организации;
- поэтому говорит, что школа и молодёжные организации были **вероятными**, а не экспериментально доказанными каналами. [Дополнительные расчёты авторов](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination_Online_Appendix.pdf).

Итоговая оценка надёжности:

- **молодёжный пик антисемитизма:** достаточно убедительный описательный результат;
- **объяснение пика составом регионов:** вероятно, очень слабое — около 3–4% разрыва;
- **влияние регионального фона внутри молодёжи:** по данным 1948 года не оценивается;
- **причинный эффект всей государственной индоктринации:** из опроса 1948 года — низкая доказательность;
- **вывод, что нацистская социализация внесла существенный вклад:** умеренно убедителен только при объединении опроса 1948 года с более поздними когортно-региональными исследованиями;
- **точная доля эффекта школы, Hitlerjugend, радио или иной пропаганды:** надёжно не установлена.

# Дополнительные факторы влияния работы 2008 года и опросов 1946 и 1948 годов

> ==Вроде мы довольно подробно обсудили опросы 1946 и 1948 годов, а также связанную работу 2008 года. Проанализируй, не упущено ли что-то ещё в обсуждении этих опросов/работ, что имеет отношение к исходному тезису SnowBeaver про влияние на детей государственной пропаганды нацистской Германии?==

Да. После повторного просмотра всего обсуждения и самой работы Reuband 2008 я вижу **несколько упущенных вещей, причём одна из них довольно существенная**. Общий итог нашего прежнего разбора я бы не менял — мы пришли к формуле «реальный и устойчивый, но неоднородный эффект; точный вклад школы/официальной пропаганды отдельно от семьи и среды не идентифицирован». Но теперь эту формулу можно обосновать заметно лучше.

### Самый большой пропуск: мы недоиспользовали саму работу Reuband 2008

В обсуждении Reuband 2008 почти целиком фигурировал как человек, который вернулся к **OMGUS 1948, p. 9** и пересчитал возрастные проценты. Это действительно полезная часть статьи, и ей мы посвятили очень много внимания. Но **основной собственный эмпирический материал статьи Reuband вообще другой**: общегерманский опрос Institut für Demoskopie **1949 года, N=1915**, причём Reuband располагал его исходными individual-level данными. Это была quota sample, интервью face-to-face. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

И в этом опросе есть вопрос, который почти идеально попадает в спор со SnowBeaver:

> как национал-социализм изменил ваше собственное отношение к евреям?

Результат по возрасту у Reuband:

|Возраст в 1949|Ответили, что анти-еврейская пропаганда была ими воспринята **с верой**|
|---|---|
|до 30|**30%**|
|30–50|**19%**|
|50–65|**17%**|
|65+|**13%**|

Причём Reuband сам интерпретирует это осторожно именно как свидетельство того, что, **по собственному ретроспективному восприятию респондентов, молодые были сильнее индоктринированы антисемитской идеологией**. И сразу оговаривает: их исходный уровень антисемитизма до воздействия неизвестен. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Это, на мой взгляд, один из наиболее непосредственно относящихся к тезису SnowBeaver результатов во всём нашем материале, и мы его пропустили.

Он важен потому, что SnowBeaver фактически противопоставляет **внешнее подчинение** и **внутреннее усвоение**. А здесь людей спрашивают не просто «читали ли вы пропаганду?» и не просто измеряют их антисемитизм после войны. Они сами сообщают, что антисемитское сообщение **принимали за правду**, причём молодая когорта сообщает это намного чаще старших.

Разумеется, 30% — не доказательство, что «30% были перепрограммированы государством». Это ретроспективный self-report 1949 года, без pre-treatment baseline и без контрфактической группы. Но для сильной версии SnowBeaver — «дети в основном изображали лояльность, а внутренне всё понимали» — это довольно неудобное свидетельство.

### И тот же опрос 1949 года независимо воспроизводит молодёжный эффект

В нём была и обычная оценка отношения к евреям. Доля демонстративно антисемитских/негативных/дистанцированных ответов составляла:

**до 30 — 42%; 30–50 — 39%; 50–65 — 38%; 65+ — 27%.**

То есть и через четыре года после краха режима самая молодая группа снова оказывается наиболее антисемитской. По более сложной антисемитской шкале картина менее монотонная, но группа до 30 всё равно имеет наибольшее среднее значение. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Ещё интереснее, что **в декабре 1952 года** Institut für Demoskopie повторил общий вопрос. В сырых долях между группами 18–29, 30–44 и 45–59 разница уже была очень маленькой, но у молодых было больше неопределившихся. Если исключить респондентов без мнения, градиент сохранялся: чем моложе группа, тем чаще антисемитские ответы; 60+ снова были наименее антисемитскими. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

То есть последовательность теперь выглядит не как один странный результат OMGUS-1948:

**1946 → 1948 → 1949 → 1952**

и в нескольких разных исследованиях молодая/сформированная при нацизме часть населения снова и снова выглядит как минимум не более «иммунной» к антисемитизму, чем старшие.

### Более того: OMGUS-1948 был не единственным ранним OMGUS с молодёжным эффектом

Это ещё один пропуск. Reuband разбирает **три** ранних исследования OMGUS — условно 1946b, декабрьское исследование 1946 года (позднее Report 49) и Report 122 1948 года — и прямо пишет, что **во всех трёх молодые респонденты чаще старших демонстрировали расистские/антисемитские установки**. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Это существенно повышает вес результата 1948 года. Раньше можно было опасаться:

> вдруг эти 51–53% в Report 122 — аномалия конкретной выборки, конкретной шкалы или конкретного момента?

Теперь мы знаем, что общий возрастной паттерн повторялся в нескольких ранних OMGUS-исследованиях, хотя формулировки вопросов и операционализация различались.

К этому добавляется ещё один OMGUS-ряд, который вообще не про антисемитизм, зато очень близок к вопросу SnowBeaver «куда делись эти нацисты после краха режима?». В августе **1947 года 68% лиц младше 30 лет** соглашались с формулой, что национал-социализм был **«хорошей идеей, плохо осуществлённой»**. Это была одна из самых высоких долей среди демографических групп. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-4094) ^872b89

Здесь нельзя говорить «68% молодых были нацистами»: формулировка вопроса намного мягче партийной самоидентификации, а группа «до 30» широка. Но это ещё один сильный аргумент против модели **«исчезло принуждение — исчезли внутренние симпатии»**.

---

### Второй очень полезный кусок Reuband — _Der Stürmer_

Здесь впервые появляется не только когорта, но и **измеренная экспозиция к конкретной пропаганде**.

В опросе 1949 года **57%** сообщили, что читали _Der Stürmer_; ещё 5% говорили, что вообще его не знали. Reuband отмечает, что реальный контакт, вероятно, был даже несколько шире. Особенно релевантно для нашего вопроса, что часть респондентов вспоминала предоставление газеты в **Hitlerjugend/BDM**, а некоторые — использование самого _Stürmer_ или его статей **на школьных уроках**. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Читатели _Stürmer_ в 1949 году действительно были более антисемитски настроены:

- с общей оценкой евреев: `r = .08`;
- с составной антисемитской шкалой: **`r = .11`**;
- в регрессии с контролем пола, возраста, образования и конфессии связь сохраняется: соответственно `β=.06` и **`β=.11`**. [d-nb.info](https://d-nb.info/118684521X/34)

И здесь получается очень полезный **симметричный вывод**.

С одной стороны, данные прямо не согласуются с представлением, что контакт с пропагандой оставлял только внешний ритуальный след. Более частое чтение _Stürmer_ также связано с большей вероятностью ретроспективно сказать, что человек **верил антисемитской пропаганде**. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

С другой стороны, **эффект небольшой**. И Reuband специально запрещает причинно интерпретировать эти `r=.08–.11`: антисемиты сами могли охотнее читать _Stürmer_, а читатели _Stürmer_ одновременно получали больше другой нацистской пропаганды. Он считает наиболее правдоподобным взаимное усиление — первоначальная склонность повышает потребление пропаганды, а повторное потребление в свою очередь укрепляет установки. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Это очень хорошо ложится именно на нашу итоговую картину: **не «магическая промывка мозгов», но и не «чистая показная конформность»**.

### Есть и пропущенные факты, которые ослабляют слишком сильную версию нашего контраргумента

Самый важный — **нет хорошего dose-response именно для школы**.

В данных 1949 года Reuband специально проверяет образование. Для некоторых показателей отношения к национал-социализму у молодых ранее обнаруживался характерный эффект, который можно было связывать с более интенсивной социализацией через нацистскую школу/HJ. Но **для антисемитизма внутри самой молодой когорты усиленного образовательного эффекта он не находит** — ни по общему вопросу, ни по составной шкале, ни после учёта пола. Он прямо пишет, что эффект, который можно было бы связать с NS-школой/HJ, здесь «больше не обнаруживается». [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Это важно. Работа Voigtländer–Voth делает школу и молодёжные организации **наиболее правдоподобными** каналами прежде всего потому, что региональная интенсивность радио, кино и местной партийной организации не объясняет когортный эффект, тогда как школа/HJ были практически универсальны. Но это всё равно доказательство методом исключения, а не измерение индивидуальной дозы школьной пропаганды. Их appendix именно так и формулирует аргумент. [UCLA Anderson School of Management](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination_Online_Appendix.pdf)

Поэтому формулу

> «мы знаем, что именно школа сделала этих детей антисемитами»

я бы теперь отвергал ещё увереннее.

А формулу

> «совокупная нацистская социализация, в которой школа и молодёжные организации были универсальными государственными каналами, внесла вклад»

— наоборот, считаю хорошо согласующейся с совокупностью данных.

### Семья в Report 122 тоже заслуживает гораздо большего внимания

В самом резюме OMGUS-1948 есть почти затерявшийся результат: **родители немецкой молодёжи чаще являлись носителями предубеждений, чем бездетные пары**. Там же говорится, что географическая среда была для предубеждений важнее образования. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-4607)

Мы довольно много рассуждали об исходном региональном антисемитизме, но почти не использовали этот конкретный семейный результат.

Он важен прежде всего как **предупреждение против причинной атрибуции**. Если ребёнок одновременно слышит антисемитское сообщение от учителя, HJ, газет и родителей, возрастной пик 1948 года нельзя разложить на:

`X% школа + Y% семья + Z% HJ`.

Причём «родители более предубеждены» — тоже не чистое измерение передачи от родителей детям: здесь возможны возрастные и семейно-статусные различия. Но он делает модель Voigtländer–Voth с **усилением государственной пропаганды совместимой социальной средой** ещё более правдоподобной.

### Ещё один интересный пропуск из Voigtländer–Voth: «эхо» в послевоенных поколениях

Это уже не OMGUS/Reuband, но мы обсуждали работу 2015 года подробно и эту часть почти не использовали.

В supplementary appendix авторы берут **только людей, родившихся уже после 1945 года**, и спрашивают: связан ли их антисемитизм с тем, насколько антисемитской в том же городе оказалась когорта 1930-х годов рождения?

Связь обнаруживается даже после контроля исторической поддержки антисемитских партий до Первой мировой войны и обычных covariates. Для широкого индекса антисемитизма городской показатель поколения 1930-х остаётся значимым даже при последовательном ограничении выборки людьми, родившимися после **1945, 1955, 1965 и 1975 годов**. Авторы называют это persistence/echo effect. [UCLA Anderson School of Management](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination_Online_Appendix.pdf)

Это **не доказательство передачи «родитель → ребёнок»**: анализ городской, а не семейный, и возможны другие механизмы местной культурной устойчивости. Но результат интересен именно для тезиса о долговременности. Он предполагает, что усиление антисемитизма у социализированной нацистами когорты могло не только пережить режим, но и оставить след в последующей локальной среде.

---

### Что в итоге меняется

В нашем файле исходный тезис в конце был разумно формализован как **«официальная индоктринация детей при нацизме оказала лишь небольшой долговременный эффект на их последующие убеждения»**. После найденных сейчас вещей я бы сказал, что доказательная картина стала **немного хуже для SnowBeaver**, чем мы считали в конце прошлого обсуждения.

Если под его тезисом понимать **«большинство детей не превратились навсегда в убеждённых нацистов»**, ничего из этого тезис не опровергает. Это и так практически несомненно.

Если понимать его сильнее — **«в основном была внешняя конформность; после исчезновения давления усвоенные установки быстро рассыпались; внутренний и долговременный эффект государственной обработки детей был мал»** — совокупность материала с ним уже очень плохо согласуется. У нас теперь есть не один OMGUS-1948, а повторяющийся молодёжный паттерн в нескольких ранних OMGUS; очень высокая терпимость молодых к самой идее национал-социализма в 1947; прямой self-report 1949 года, где **30% молодых говорят, что антисемитскую пропаганду принимали с верой**; сохранение молодёжного градиента в 1952; связь с потреблением конкретного пропагандистского СМИ; и затем намного более поздний когортный след в ALLBUS.

Но одновременно стало ещё яснее, **где проходит предел доказательства**: из этих материалов нельзя получить надёжную численную причинную оценку вроде «нацистская государственная пропаганда повысила антисемитизм детей на 18 п.п.». Те самые ≈18 п.п. из нашего разбора OMGUS-1948 — это **когортный разрыв**, а не causal treatment effect; в файле это было правильно оговорено. Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD Ни OMGUS, ни Allensbach не отделяют государство от семьи, peer environment, войны и самоотбора, а прямой результат по _Stürmer_ как раз показывает, насколько опасно превращать корреляцию в эффект.

Поэтому я бы сейчас поставил три утверждения по степени защищаемости так: **«быстро всё осыпалось / эффект был пренебрежимо мал» — данные скорее опровергают; «нацистская социализационная система существенно повлияла как минимум на часть детей и эффект у части сохранился» — хорошо поддерживается совокупностью данных; «мы можем установить, насколько именно государственная школьная пропаганда причинно изменила ребёнка» — нет, имеющиеся исследования этого не позволяют.**

И самым важным дополнением к прошлому обсуждению я считаю именно **Allensbach-1949 внутри Reuband 2008**. Если продолжать разбор, я бы следующим шагом разобрал этот массив так же тщательно, как мы разбирали Report 122: **точную формулировку вопроса о “glauben aufgenommen”, возрастные категории и N, все показатели антисемитизма, таблицы _Stürmer_ × возраст и то, насколько из исходных microdata Reuband можно выжать квази-dose-response именно для людей, бывших детьми при нацизме**. Это потенциально информативнее ещё одного раунда реконструкций OMGUS-1948. ^863147

# 25. Отношение к утверждению "национал-социализм был хорошей идеей, просто плохо осуществлённой"

[[#^872b89]]
> ==Дай полное разбиение ответов на этот вопрос по возрастным группам.==

Проверил. Здесь мне нужно **поправить мой предыдущий ответ**: точное число **68% для респондентов младше 30 лет** подтверждается, но **полного возрастного разбиения августовского опроса 1947 года в доступной публикации Merritt/GHDI нет**. Поэтому сейчас привести остальные возрастные проценты без домысливания я не могу.

Из Report No. 68 в опубликованном виде известно следующее:

|Группа, август 1947|«Национал-социализм — хорошая идея, плохо осуществлённая»|«Плохая идея»|Остальные ответы|
|---|---|---|---|
|**Вся выборка**|**55%**|**35%**|≈10%*|
|**младше 30 лет**|**68%**|не опубликовано|не опубликовано|
|остальные возрастные группы|**не опубликовано**|не опубликовано|не опубликовано|

* 10% — арифметический остаток между двумя опубликованными категориями; краткое резюме Report No. 68 отдельно не говорит, как именно он был классифицирован. В более ранних сводках OMGUS третьей категорией обычно было отсутствие определённого мнения, но именно для этой августовской таблицы я бы без оригинала это не утверждал. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-4094?utm_source=chatgpt.com)

Сам источник формулирует результат именно так: в августе 1947 года среди групп с **наибольшей** долей ответа «good idea badly carried out» были люди с восьмилетним образованием — 60%, **люди младше 30 — 68%**, протестанты — 64%, сторонники LDP/DVP — 68%. То есть утверждение, что 68% было необычно высоким показателем, надёжно. Но он **не сообщает**, сколько дали, например, 30–39-, 40–49-, 50–59- и 60+-летние. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47?utm_source=chatgpt.com)

Причина в том, что доступный нам текст — это **сокращение**. Оригинальный OMGUS **Report No. 68, “Trends in Attitudes toward National Socialism”, 10 October 1947**, имел **5 страниц**, а Merritt & Merritt пересказали его на pp. 171–172 своей книги. Каталог микрофильмированной Merritt Collection указывает, что **оригинальные OMGUS surveys находятся на reels 2–3**. [Open Library](https://openlibrary.org/books/OL23336190M/Merritt_collection_on_public_opinion_in_Germany) В отличие от Report No. 122 за 1948 год, детальные страницы Report No. 68 мне пока не удалось извлечь из индексируемой копии.

Поэтому я бы сейчас **исправил мой прошлый пассаж** так:

> В августе 1947 года 68% опрошенных младше 30 лет считали национал-социализм «хорошей идеей, плохо осуществлённой», тогда как во всей выборке такой ответ дали 55%. OMGUS относил молодых к группам с наиболее высокой поддержкой этой формулировки. **Однако доступное сокращённое издание не приводит ответов остальных возрастных групп, поэтому величину и форму полного возрастного градиента по этому опросу мы пока не знаем.**

Это довольно существенная оговорка. **68 против 55%** уже интересно для нашего вопроса, но из этого нельзя пока говорить, например, что показатель последовательно падал `68 → 60 → 50 → 40` с возрастом.

### Прямые ссылки

- [GHDI — OMGUS Survey of Trends in Attitudes toward National Socialism (1945–47)](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47?utm_source=chatgpt.com)
- [Merritt & Merritt, Public Opinion in Occupied Germany — Report No. 68, pp. 171–172](https://libsysdigi.library.uiuc.edu/OCA/Books2009-07/publicopinionino00merr/publicopinionino00merr.pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Open Library — Merritt Collection; оригинальные OMGUS surveys указаны на reels 2–3](https://openlibrary.org/books/OL23336190M/Merritt_collection_on_public_opinion_in_Germany)
- [Немецкая версия того же материала GHDI](https://germanhistorydocs.org/de/die-besatzungszeit-und-die-entstehung-zweier-staaten-1945-1961/omgus-umfragen-trends-in-der-einstellung-zum-nationalsozialismus-1945-47?utm_source=chatgpt.com)

И да — **дальше ссылки буду давать именно отдельно таким образом**, а не объединять несколько источников в одно отображение с «+1».

# 26. Разбор Allensbach-1949

[[#^863147]]
> ==Разбери.==
## 1. Что это за опрос Allensbach 1949

Речь об исследовании Institut für Demoskopie Allensbach **«Ist Deutschland antisemitisch? Ein diagnostischer Beitrag zur Innenpolitik. Herbst 1949»**, IfD-Bericht 37.

Reuband в статье 2008 года использовал здесь не только опубликованные таблицы, а **восстановленные individual-level данные опроса**. Общая выборка — **N = 1915**, quota sample, личные интервью.

В одной из таблиц Reuband возрастное распределение выглядит так:

|Возраст в 1949|N|Примерные годы рождения|Возраст в 1933|Возраст в 1945|
|---|---|---|---|---|
|**18–29**|**443**|~1920–1931|~2–13|~14–25|
|30–49|752|~1900–1919|~14–33|~26–45|
|50–64|422|~1885–1899|~34–48|~46–60|
|65+|199|≤1884|≥49|≥61|

Сумма здесь 1816, а не 1915, поэтому это, видимо, число валидных наблюдений именно для соответствующей таблицы, а не N всей выборки.

Первая группа особенно интересна: **все её участники были детьми или подростками, когда нацисты пришли к власти**.

## 2. Самый интересный вопрос: поверил ли человек нацистской антисемитской пропаганде

Reuband описывает вопрос как просьбу оценить, **как национал-социализм изменил собственное отношение респондента к евреям**.

В общей выборке ответы распределялись примерно так:

|Реакция на антисемитскую пропаганду|Доля|
|---|---|
|Она осталась безразлична|**52%**|
|Подействовала отталкивающе|**27%**|
|**Ей поверили**|**21%**|

Но самое интересное — возрастная разбивка:

|Возраст|Сообщили, что поверили антисемитской пропаганде|
|---|---|
|**до 30**|**30%**|
|30–49|**19%**|
|50–64|**17%**|
|65+|**13%**|

Это один из самых непосредственно относящихся к спору со SnowBeaver результатов.

Если его модель примерно такая:

> детей принуждали внешне демонстрировать лояльность, но внутренне они в основном не верили,

то здесь мы имеем **прямой ретроспективный self-report**, согласно которому среди наиболее молодой группы **30% сами говорили, что антисемитской пропаганде поверили**.

Причём это приблизительно в 2,3 раза чаще, чем у старейшей группы: 30% против 13%.

Но это не causal estimate. Мы не знаем исходного антисемитизма этих людей до нацистского воздействия, а в 1949 году они ретроспективно реконструировали собственное отношение.

Поэтому корректный вывод:

**данные хорошо показывают существование внутреннего усвоения пропаганды, особенно среди молодых, но не позволяют определить, какую долю этого эффекта вызвала сама государственная пропаганда.**

## 3. Были ли молодые в 1949 году действительно антисемитичнее

Да, по наиболее прямому вопросу об отношении к евреям.

Reuband приводит следующую долю негативных ответов:

|Возраст|Негативное отношение к евреям|
|---|---|
|**до 30**|**42%**|
|30–49|**39%**|
|50–64|**38%**|
|65+|**27%**|

Если поставить рядом два результата:

|Возраст|«Поверил пропаганде»|Негативное отношение в 1949|
|---|---|---|
|**<30**|**30%**|**42%**|
|30–49|19%|39%|
|50–64|17%|38%|
|65+|13%|27%|

видно любопытное различие.

Возраст особенно хорошо предсказывает **самоотчёт о принятии именно нацистской пропаганды**. Для текущего антисемитизма возрастной градиент заметно слабее.

Это вполне логично: антисемитизм существовал задолго до 1933 года, поэтому антисемитизм старших людей нельзя автоматически связывать с нацистами.

## 4. У Allensbach была не одна мера антисемитизма

Reuband использует шесть индикаторов:

|№|Индикатор|
|---|---|
|1|Общее отношение к евреям|
|2|Выбор между еврейским и нееврейским магазином|
|3|Готовность вступить в брак с человеком еврейского происхождения|
|4|Объяснение причин антисемитизма|
|5|Нужно ли возвращать бывшему еврейскому владельцу приобретённое после 1933 имущество|
|6|Есть ли у Германии обязанность возмещения перед немецкими евреями|

Из них Reuband строит общий фактор антисемитизма.

По нему средние показатели возрастных групп:

|Возраст|Factor score|
|---|---|
|**<30**|**+0.20**|
|30–49|+0.02|
|50–64|+0.12|
|65+|−0.01|

Самая молодая группа опять имеет максимум, **но простого линейного возрастного градиента уже нет**: 50–64-летние выше 30–49-летних.

Это полезная оговорка. Allensbach не показывает примитивную картину:

> чем моложе человек был при нацизме, тем по всем возможным показателям он обязательно антисемитичнее.

Паттерн гораздо неоднороднее.

## 5. Кто читал _Der Stürmer_

В общей выборке:

- **57%** читали;
- 38% не читали;
- 5% говорили, что вообще не знали эту газету.

По возрасту:

|Возраст|Читал неоднократно|Один раз|Не читал|Принципиально не читал|Хотя бы раз|
|---|---|---|---|---|---|
|**18–29**|**45%**|12%|37%|6%|**57%**|
|30–49|48%|16%|28%|8%|**64%**|
|50–64|46%|13%|28%|13%|**59%**|
|65+|37%|19%|32%|13%|**56%**|

И здесь появляется очень важный отрицательный результат:

**молодые не читали _Stürmer_ чаще остальных.**

Напротив, максимум — 64% — у группы 30–49.

Следовательно, повышенные 30% признаний «я поверил пропаганде» среди молодых нельзя объяснить просто:

> молодые больше читали _Stürmer_.

Если возрастной эффект отражает реальное различие восприимчивости, искать его надо шире: школа, HJ/BDM, семья, сверстники, вся окружающая информационная система и возраст в момент воздействия.

## 6. _Stürmer_ действительно попадал к детям через школу и молодёжные организации

В открытых ответах респонденты вспоминали разные способы контакта с газетой:

- покупку и подписку;
- экземпляры на работе;
- публичные _Stürmerkästen_;
- распространение через **Hitlerjugend и BDM**;
- в отдельных случаях — использование самого _Stürmer_ или его статей **на школьных занятиях**.

Но это только подтверждает существование такого канала.

Из данных нельзя получить:

> ученик X видел газету N раз в школе → его антисемитизм вырос на Y.

То есть эти воспоминания **подтверждают экспозицию, но не измеряют её причинный эффект**.

## 7. Связано ли чтение _Stürmer_ с последующим антисемитизмом

Да, но связь небольшая.

Простые корреляции:

|Связь|r|
|---|---|
|Чтение _Stürmer_ × общее отношение к евреям|**0,08**|
|Чтение _Stürmer_ × составной индекс антисемитизма|**0,11**|

После контроля пола, возраста, образования и конфессии связь сохраняется:

|Предиктор|Общее отношение β|Индекс антисемитизма β|
|---|---|---|
|**Чтение _Stürmer_**|**0,06**|**0,11**|

Вся модель объясняет около **2% дисперсии**.

Поэтому это совершенно не похоже на огромный эффект в стиле:

> прочитал пропаганду → был радикально перепрограммирован.

Но и нулевого результата нет.

Люди, читавшие _Stürmer_, через несколько лет **в среднем действительно были несколько антисемитичнее**.

## 8. Самое интересное — есть намёк на dose-response

Reuband сообщает, что люди, которые **чаще читали _Stürmer_**, в 1949 году чаще говорили, что **верили антисемитской пропаганде во времена национал-социализма**.

То есть направление зависимости такое:

**больше чтения _Stürmer_ → выше вероятность ответа «я поверил пропаганде».**

Но здесь есть существенная проблема: Reuband **не публикует саму таблицу и коэффициент**.

Поэтому мы не знаем величину эффекта.

Она могла выглядеть, например, как:

- 10% → 20% → 35%,

а могла как:

- 19% → 21% → 24%.

Обе зависимости формально соответствовали бы его словесному описанию.

Следовательно, это интересное свидетельство, но **не количественная dose-response оценка**.

## 9. И сама «доза» измерена плохо

Частоту чтения _Stürmer_ стандартным вопросом не измеряли.

Категории вроде «часто» и «один раз» Reuband восстанавливал из дополнительных комментариев респондентов и уточнений отдельных интервьюеров.

Поэтому шкала:

**не читал → один раз → часто**

не является аккуратным экспериментальным или даже стандартным survey-показателем экспозиции.

Ещё хуже категория **«принципиально не читал»**. Такой человек уже отличается от обычного «нечитателя» собственным отношением к газете и, возможно, к нацизму.

Поэтому для основных расчётов Reuband предпочитает более грубое:

**читал / не читал.**

## 10. Главная проблема — self-selection

Даже корреляция `r = 0,11` не говорит нам, что её создал _Stürmer_.

Возможна обратная причинность:

**исходный антисемитизм → больший интерес к _Stürmer_.**

Возможна общая третья причина:

**сильная вовлечённость в нацистскую среду → одновременно больше _Stürmer_, больше другой пропаганды и больше антисемитизма.**

И возможна петля обратной связи:

**первоначальная склонность → чтение → усиление убеждений → ещё больший интерес к подобной пропаганде.**

Именно последнюю модель Reuband считает весьма правдоподобной.

Поэтому `r = 0,11` — это **не causal effect газеты**.

## 11. Есть ещё показатель, относящийся непосредственно ко времени нацизма

Людей спрашивали, как они реагировали на введение **жёлтой звезды** для евреев.

Чтение _Stürmer_ связано и с этой переменной:

**r = 0,08.**

А воспоминание о реакции на жёлтую звезду связано с антисемитизмом 1949 года заметно сильнее:

- с общим отношением к евреям: **r = 0,28**;
- с составной шкалой: **r = 0,37**.

Это согласуется с некоторой устойчивостью установок между нацистским периодом и 1949 годом.

Но обе переменные спрашивались **в 1949 году**, поэтому остаётся retrospective consistency bias: современный антисемит может вспоминать собственное прошлое более антисемитским, чем оно реально было.

## 12. Что получается именно с нацистской школой

Здесь важный результат, который **ослабляет слишком сильную версию нашего контраргумента SnowBeaver**.

Reuband проверяет, можно ли обнаружить у наиболее молодой когорты особую связь между **уровнем образования** и антисемитизмом, которую можно было бы интерпретировать через более продолжительное воздействие NS-школы/HJ.

Он такого эффекта **не обнаруживает**.

Ни для прямого отношения к евреям, ни для общей шкалы антисемитизма.

Это не значит:

> школа не воздействовала.

Уровень образования — очень плохой proxy количества школьной пропаганды. Все дети всё равно проходили через нацифицированную школьную систему.

Но означает:

> **Allensbach-1949 не предоставляет отдельного положительного доказательства, что именно школа была главным причинным каналом.**

Это важно сохранять в финальной аргументации.

## 13. Можно ли из исходных микроданных сделать анализ именно бывших детей

Теоретически — да.

Наиболее интересная подвыборка:

**18–29 лет, N ≈ 443.**

Можно было бы посмотреть внутри одной этой возрастной группы:

**частота чтения _Stürmer_ → вероятность сказать «я поверил пропаганде»**

и отдельно:

**частота чтения _Stürmer_ → антисемитизм в 1949 году.**

С контролями пола, образования, конфессии, размера населённого пункта и т. п.

Особенно интересно было бы увидеть монотонность:

**не читал < один раз < регулярно**

по обоим outcomes.

Но даже такой результат оставался бы **observational dose-response**, а не квазиэкспериментом, потому что экспозиция к газете не была случайной.

## 14. Что этот массив реально добавляет к спору со SnowBeaver

Я бы ранжировал результаты так:

|Утверждение|Что говорит Allensbach-1949|
|---|---|
|Дети могли просто внешне выполнять требования, внутренне не принимая пропаганду|**Плохо согласуется:** 30% молодых сами говорят, что поверили|
|Дети были особенно невосприимчивы|**Плохо согласуется:** признание воздействия максимально именно у молодых|
|После падения режима всё быстро исчезло|**Плохо согласуется:** в 1949 молодая группа всё ещё наиболее негативна по прямому вопросу|
|Больше пропаганды → больше антисемитизма|**Слабая поддержка:** есть корреляция с _Stürmer_, но малая и confounded|
|_Stürmer_ сделал молодёжь антисемитской|**Не доказано**|
|Именно школа была главным каналом|**Allensbach этого не показывает**|
|Нацистская пропагандистская среда внутренне повлияла хотя бы на заметную долю молодых|**С этим данные хорошо согласуются**|

### Главный вывод

Для нашего исходного вопроса я теперь считал бы самым сильным результатом Allensbach не `r = 0,11` для _Stürmer_, а вот это:

**в 1949 году 21% респондентов говорили, что поверили нацистской антисемитской пропаганде; среди людей младше 30 лет — 30%, против 19%, 17% и 13% у последовательно более старших групп. При этом молодая группа имела и самый высокий уровень негативного отношения к евреям по прямому вопросу.**

Это **не измеряет причинный размер воздействия государственной пропаганды**.

Но против сильной версии тезиса SnowBeaver — что дети главным образом лишь формально подчинялись, а после исчезновения давления внушённая картина быстро рассыпалась — это довольно серьёзное свидетельство.

### Источники

[Reuband 2008 — полный PDF, Deutsche Nationalbibliothek](https://d-nb.info/118684521X/34?utm_source=chatgpt.com)

[Reuband 2008 — копия статьи в SSOAR](https://www.ssoar.info/ssoar/bitstream/handle/document/19163/ssoar-hsr-2008-no_4__no_126-reuband-die_leserschaft_des_sturmer_im.pdf?isAllowed=y&sequence=1&utm_source=chatgpt.com)

[Bundeszentrale für politische Bildung — историческая сводка данных Allensbach](https://www.bpb.de/shop/zeitschriften/apuz/archiv/530696/demoskopie-und-geschichte/?utm_source=chatgpt.com)

[Institut für Demoskopie Allensbach — исторические Jahrbücher](https://www.ifd-allensbach.de/studien-und-berichte/allensbacher-jahrbuecher.html?utm_source=chatgpt.com)

Теперь формат должен быть нормальным; и дальше буду держать источники **отдельными ссылками**, без объединения нескольких в «+1».

# 27. Исследования нацистских/антисемитских взглядов в семье

> ==Есть ли какие-то исследования передачи нацистских/антисемитских убеждений в семье? Т.е. в данном случае особенно интересны случаи, когда родители не придерживались таких взглядах, а дети стали - т.к. тут точно получается что причина таких взглядов может быть только от среды и госпропаганды.==

Да. И здесь нашёлся материал, который очень хорошо попадает в твою идею — **вплоть до случаев, где ребёнок принимает нацистскую и расистскую идеологию вопреки антинацистской позиции отца**.

Но сначала одно важное уточнение к причинному выводу. Если родители не придерживались таких взглядов, а ребёнок их приобрёл, это действительно сильно бьёт по объяснению «он просто перенял взгляды семьи». Однако отсюда ещё не следует, что причиной могла быть **только государственная пропаганда**. Остаются сверстники, общая локальная культура, учителя, HJ/BDM, карьерные и статусные стимулы и т. п. В нацистской Германии значительная часть этих каналов контролировалась государством или партией, поэтому различение становится тонким. Наиболее точный вывод — **внесемейная социализация смогла создать убеждения вопреки домашней социализации**; затем уже надо выяснять, какая её часть была именно государственной.

## Генри Метельманн — почти ровно тот случай, который ты ищешь

Это, пожалуй, самый сильный индивидуальный пример, который я нашёл.

**Henry Metelmann родился в 1922 году** в рабочей семье под Гамбургом. Его отец был убеждённым социалистом и **ненавидел нацистов**. Сам Метельманн вступил в Hitlerjugend примерно в 12 лет и, вопреки позиции родителей, постепенно стал убеждённым сторонником нацизма. Описание его автобиографии в WorldCat прямо говорит, что «drift towards Nazism was passionately opposed by his parents», а конфликт между нацизмом сына и социализмом отца — одна из центральных тем книги. [WorldCat](https://search.worldcat.org/title/A-Hitler-youth-%3A-growing-up-in-Germany-in-the-1930s/oclc/37137230?utm_source=chatgpt.com)

Но самое ценное находится у историка пропаганды David Welch в статье 2004 года в _Journal of Contemporary History_. Welch цитирует позднее свидетельство самого Метельманна. Его отец «ненавидел нацистов и не мог понять, зачем я хочу вступить» в HJ; на собраниях мальчикам внушали превосходство Германии, они маршировали с антисемитскими песнями, а к призыву в армию Метельманн, по собственным словам, был **«full of Nazi doctrine»** и «earnestly and fully» верил в нацистские принципы. [Политическая социология](https://psi312.cankaya.edu.tr/uploads/files/Welch%2C%20Nazi%20Propaganda%20and%20Volksgemeinschaft%20%282004%29.pdf)

Это существенно сильнее случая «мальчику нравилась форма». В другом интервью Метельманн вспоминал, что в школе нацистская доктрина буквально вдалбливалась в них, а позднее, попав в СССР, он начал отказываться от усвоенной идеи расового превосходства именно потому, что личный опыт противоречил ей. То есть он описывает **реальное убеждение**, а не только ритуальную лояльность. [Гардиан](https://www.theguardian.com/education/2001/nov/16/artsandhumanities.highereducation?utm_source=chatgpt.com)

Таким образом, здесь цепочка выглядит почти идеально для нашего вопроса:

**социалистический, антинацистский отец → ребёнок получает противоположное сообщение от школы/HJ/сверстников → ребёнок отвергает политическую картину отца → принимает нацистскую расовую и националистическую идеологию.**

Разумеется, `N=1`, воспоминания записаны десятилетия спустя и никакой стандартизированной шкалы антисемитизма у 14-летнего Метельманна нет. Поэтому это **existence proof**, а не оценка распространённости явления.

Но для абсолютного тезиса SnowBeaver вида «дети прекрасно понимают, что им навязывают, и держат фигу в кармане» existence proof уже имеет значение: **по крайней мере некоторые дети усваивали идеологию вопреки прямо противоположным взглядам дома**.

## Ещё сильнее: современники фиксировали это не как единичную странность

В той же статье Welch использует тайные отчёты **Sopade** — подпольной германской социал-демократии. И там есть чрезвычайно интересное наблюдение 1934 года.

Агенты сообщали, что молодые люди, ориентируясь на Hitlerjugend, **требовали уже от своих родителей** становиться «хорошими нацистами», отказываться от марксизма и прекращать контакты с евреями. В отчёте это резюмируется примерно так: именно молодые приносили нацистский энтузиазм домой, тогда как старшие переставали иметь на них влияние. [Политическая социология](https://psi312.cankaya.edu.tr/uploads/files/Welch%2C%20Nazi%20Propaganda%20and%20Volksgemeinschaft%20%282004%29.pdf)

Это уже буквально **обратное направление социализации**:

**не родители → ребёнок, а HJ → ребёнок → давление ребёнка на родителей.**

Richard Evans, работая с тем же корпусом социал-демократических отчётов, пишет, что наблюдатели видели, как молодое поколение теряло связь с ценностями старших под воздействием **HJ и школьной индоктринации**, и что эти институты «вбивали клин» между родителями, сохранившими прежние убеждения, и их детьми. [Erenow](https://erenow.org/modern/thethirdreichinpowerrichardevans/13.php?utm_source=chatgpt.com)

Есть очень наглядное свидетельство из рабочей семьи: отец жалуется на сына — активиста HJ, — что тот **«полностью от нас отчуждён»**; сам отец как ветеран Первой мировой был против войны, тогда как сын был ею одержим, и отец ощущал его почти как «шпиона в семье». [Erenow](https://erenow.org/modern/thethirdreichinpowerrichardevans/13.php?utm_source=chatgpt.com)

Это уже не ретроспективные ALLBUS через полвека, а донесения противников режима **из самого нацистского периода**.

Оговорка необходима: Sopade — антинацистский источник, наблюдатели могли особенно замечать именно случаи конфликтов. Это не репрезентативный опрос немецких семей. Но как доказательство существования и заметности механизма это весьма существенно.

## Альфонс Хек и его брат-близнец — особенно интересный семейный «естественный контраст»

Ещё ближе к эксперименту — хотя всё равно только биографический случай — история **Alfons Heck**.

Хек и его брат-близнец Rudi родились в 1928 году, но воспитывались раздельно. Альфонс остался у бабушки, а Руди жил с родителями. Их отец был бывшим социал-демократом и резко антинацистски настроенным человеком. Альфонс видел его редко; отец открыто ругал Гитлера и после Kristallnacht предупреждал, что преследование евреев — только начало. [Гарольд Маркузе](https://marcuse.faculty.history.ucsb.edu/classes/133d/133dproj/10proj/essays/Leighton2010103.htm?utm_source=chatgpt.com)

Результаты двух братьев оказались очень разными:

**Альфонс**, практически лишённый активной политической контрсоциализации дома, стал фанатичным членом HJ и сделал там карьеру.

**Руди**, которого воспитывал тот же антинацистский отец, такого фанатизма не приобрёл. Сам Альфонс позднее именно этим объяснял разницу между ними. [Гарольд Маркузе](https://marcuse.faculty.history.ucsb.edu/classes/133d/133dproj/10proj/essays/Heck1985Leighton103.htm?utm_source=chatgpt.com)

Бабушка Альфонса тоже не была сторонницей нацизма, но, по его воспоминаниям, **политически почти не противостояла ему**. Это особенно интересно: получается различие не просто «нацистская семья / антинацистская семья», а скорее:

**пассивное домашнее несогласие + сильная внешняя индоктринация → Альфонс;**

**активная домашняя антинацистская контрсоциализация → Руди.**

Современное исследование воспоминаний HJ Tiia Sahrakorpi специально разбирает Хека. Он возлагал очень большое влияние на своего школьного учителя и жаловался именно на отсутствие достаточно активного противодействия со стороны взрослых дома. При этом Sahrakorpi справедливо предупреждает, что такие мемуары могут быть самооправдательными: бывшему нацисту психологически удобно объяснить свои поступки тем, что его «сделала таким система». [UCL Discovery](https://discovery.ucl.ac.uk/id/eprint/10054634/1/Main.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому я не назвал бы близнецов Хек «естественным экспериментом» в строгом смысле. Они росли **в разных домах и местах**, распределение к воспитателям не было случайным, и всё известно ретроспективно.

Но как качественный семейный контраст он необычайно интересен.

## Шолли показывают тот же механизм — и одновременно его обратимость

Hans и Sophie Scholl дают ещё один хорошо документированный случай.

Их отец Robert Scholl был либеральным и резко отрицательно относился к нацистскому режиму. Тем не менее **Hans и Sophie вопреки воле родителей первоначально вступили в нацистские молодёжные организации**, причём не пассивно: Hans стал руководителем в HJ, Sophie — руководительницей группы в BDM. Deutsche Biographie прямо пишет, что их первоначальная деятельность в Hitlerjugend происходила **«entgegen dem Willen der Eltern»** — против воли родителей. [Немецкая биография](https://www.deutsche-biographie.de/gnd118610317.html?language=de&utm_source=chatgpt.com)

Hans в школьные годы был сторонником национал-социализма; Sophie также первоначально верила в пропагандировавшийся нацистами идеал Volksgemeinschaft. [Deutsches Historisches Museum (DHM)](https://www.dhm.de/lemo/biografie/hans-scholl?utm_source=chatgpt.com)

Позднее они резко изменили позицию и дошли до сопротивления режиму и казни.

Поэтому случай Шоллей доказывает две вещи сразу:

**внешняя нацистская среда могла первоначально перебить прямо противоположную политическую социализацию дома;**

но **это усвоение могло оказаться обратимым**, а семейные ценности, личный опыт и столкновение с реальностью режима могли впоследствии сыграть в обратную сторону.

Для нашей дискуссии это даже полезнее, чем простой случай пожизненного фанатика: показывает, что модель должна быть не бинарной «промыли / не промыли», а динамической.

При этом Шолли — плохой пример именно для **антисемитизма**: источники достаточно хорошо показывают первоначальное принятие национал-социализма и HJ/BDM, но из этого нельзя автоматически сделать вывод, что Hans или Sophie лично стали убеждёнными антисемитами.

## Что дают количественные исследования именно о семье

Здесь ситуация хуже, чем хотелось бы.

Я **не нашёл большого исследования типа**:

> отношение родителей к евреям измерено в 1932/1933 → конкретные дети привязаны к этим родителям → спустя несколько лет измерено отношение детей → можно отдельно посмотреть детей неантисемитских родителей.

Насколько я сейчас могу установить, такого matched parent-child массива для Германии 1930–40-х просто нет в доступной исследовательской литературе. Ранние OMGUS/Allensbach опрашивают отдельных людей, а не пары «родитель—ребёнок» с довоенным baseline.

Есть, однако, очень близкая работа **Voigtländer & Voth 2012, _(Re-) Shaping Hatred_**. Авторы специально разделяют **vertical transmission** — семья — и **horizontal transmission** — сверстники и локальная среда. В ALLBUS-1996 людей спрашивали о согласии взглядов на иностранцев внутри семьи и среди друзей. Около 75% сообщали о семейном консенсусе и 69% — о консенсусе друзей. Историческая устойчивость антисемитских установок была заметно сильнее там, где внутри семьи существовало согласие, и была слабой или отсутствовала там, где такого согласия не было. [Эконометрика в Беркли](https://eml.berkeley.edu/~webfac/eichengreen/Voth.pdf)

Но авторы находят также **горизонтальную передачу**. Особенно умный тест — иммигранты второго поколения. Взгляды первого поколения с местными немецкими взглядами почти не связаны, а дети иммигрантов, выросшие уже в Германии, заметно сходятся с установками немецкого населения своего города; причём связь усиливается с продолжительностью воздействия местной среды. Авторы прямо называют школу одним из естественных возможных каналов. [Эконометрика в Беркли](https://eml.berkeley.edu/~webfac/eichengreen/Voth.pdf)

Это не про 1930-е, но методологически подтверждает именно механизм, который тебя интересует:

**убеждения ребёнка не обязаны быть копией убеждений родителей; локальная внесемейная среда способна систематически сдвигать их.**

## Но работа 2015 года добавляет важное ограничение к твоей гипотезе

Здесь, мне кажется, важно не выбирать только данные, удобные против SnowBeaver.

Voigtländer & Voth обнаруживают, что нацистская индоктринация оставила **намного больший долгосрочный след там, где антисемитизм существовал ещё до нацистов**. И наоборот, в местах с малым предвоенным уровнем расовой враждебности воздействие оставило значительно меньший след. [UCLA Anderson School of Management](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Авторы сами интерпретируют это как **magnification effect**: пропаганда особенно хорошо закрепляется, когда она подтверждается уже существующими представлениями социальной среды. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Это означает, что совокупные количественные данные **не поддерживают особенно простую модель**

> государство само с нуля превратило массу детей неантисемитских семей в антисемитов.

Они скорее поддерживают:

> государственная индоктринация могла создавать или усиливать установки, но особенно эффективно она работала, когда ребёнок слышал совместимое сообщение ещё и вне официальных институтов.

Именно поэтому случаи Метельманна и Хека так интересны: они дают то, чего агрегатные данные Voigtländer–Voth не дают, — примеры **расхождения ребёнка с домашней политической средой**.

## А семейная передача сама по себе действительно существует

Есть ещё одна работа Voigtländer & Voth 2012, где авторы прямо заключают, что долговременная передача антисемитских установок осуществляется как **вертикально — от родителей к детям, так и горизонтально — через peers**. [SSRN](https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2066308&utm_source=chatgpt.com)

И они ссылаются на исследование Frindte, Funke & Jacob 1999: среди современных правых немцев примерно вдвое чаще сообщалось о дедах/бабках, состоявших в NSDAP или SS. [Эконометрика в Беркли](https://eml.berkeley.edu/~webfac/eichengreen/Voth.pdf)

Это не доказывает генетическую или чисто семейную причинность — семьи наследуют также место, класс, социальные сети и т. д. Но оно подтверждает, что **семейный канал важен**. Поэтому обнаружение детей, политически уходящих в противоположную сторону от родителей, действительно особенно информативно: это случаи, где простое вертикальное наследование не работает.

## Что я бы считал сейчас наиболее сильной конструкцией против SnowBeaver

Если задача именно доказать, что **государственная обработка могла изменить внутренние взгляды ребёнка вопреки семье**, я бы не начинал с ALLBUS.

Я бы строил аргумент так:

> **1. Мы знаем, что семейная социализация вообще сильна.** Поэтому нельзя автоматически списывать молодёжный пик OMGUS на школу.
> 
> **2. Но современники уже в 1930-е фиксировали обратные случаи:** дети социал-демократических и других антинацистских семей под влиянием HJ и школы начинали приносить нацистские идеи домой, вплоть до требований прекратить контакты с евреями.
> 
> **3. Есть конкретные хорошо документированные биографии.** Henry Metelmann вырос с социалистическим антинацистским отцом, но сам принял нацистское расовое мировоззрение и позднее прямо говорил, что верил в нацистские принципы. Hans и Sophie Scholl первоначально увлеклись нацизмом вопреки родителям. Alfons Heck стал фанатиком в условиях слабой домашней контрсоциализации, тогда как его близнец, выросший с активным антинацистским отцом, — нет.
> 
> **4. Поэтому утверждение «семья всё равно нейтрализует школьное внушение, дети лишь формально играют роль» эмпирически неверно как универсальное.** Внесемейная социализация иногда явно побеждала семью.
> 
> **5. Но мы пока не можем сказать, как часто это происходило и сколько процентов эффекта причинили именно школа и государственная пропаганда.**

Последний пункт принципиален. **Самый сильный защищаемый вывод здесь — не «мы доказали, что государство превращало неантисемитских детей в антисемитов с вероятностью X%», а «мы документально знаем, что нацистская социализационная система была способна перебивать противоположную социализацию семьи и создавать искреннюю нацистскую убеждённость; это происходило не только в единичных воспоминаниях, но фиксировалось современными наблюдателями как более широкий поколенческий конфликт».**

И, пожалуй, **Метельманн — самая ценная новая находка именно для твоей формулировки вопроса**. Я бы следующим шагом глубоко разобрал его первичные воспоминания и Sopade-Berichte, особенно исходный том 1934 года, стр. 117: там может оказаться больше конкретных случаев `антинацистские родители → нацифицированные дети`, чем то, что Welch процитировал в одной фразе.

### Прямые ссылки

- [David Welch, “Nazi Propaganda and the Volksgemeinschaft”, Journal of Contemporary History, 2004](https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/0022009404042129?utm_source=chatgpt.com)
- [Полный PDF статьи Welch с цитатами Metelmann и Sopade](https://psi312.cankaya.edu.tr/uploads/files/Welch,%20Nazi%20Propaganda%20and%20Volksgemeinschaft%20\(2004\).pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Henry Metelmann, A Hitler Youth — описание WorldCat](https://search.worldcat.org/title/A-Hitler-youth-%3A-growing-up-in-Germany-in-the-1930s/oclc/37137230?utm_source=chatgpt.com)
- [Интервью Henry Metelmann в The Guardian](https://www.theguardian.com/education/2001/nov/16/artsandhumanities.highereducation?utm_source=chatgpt.com)
- [Alfons Heck, The Burden of Hitler’s Legacy — Google Books](https://books.google.com/books/about/The_Burden_of_Hitler_s_Legacy.html?id=KUloAAAAMAAJ&utm_source=chatgpt.com)
- [UCL: Tiia Sahrakorpi, Memory of the Third Reich in Hitler Youth Memoirs](https://discovery.ucl.ac.uk/id/eprint/10054634/1/Main.pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Deutsche Biographie — Sophie Scholl и конфликт с родительской позицией](https://www.deutsche-biographie.de/gnd118610317.html?utm_source=chatgpt.com)
- [Voigtländer & Voth 2012, (Re-) Shaping Hatred — полный working paper](https://eml.berkeley.edu/~webfac/eichengreen/Voth.pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Voigtländer & Voth 2015, Nazi indoctrination and anti-Semitic beliefs in Germany](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)
- [Heidi Rosenbaum — проект Kinderalltag im Nationalsozialismus](https://www.uni-goettingen.de/de/205097.html?utm_source=chatgpt.com)

# 28. Цель ответа SnowBeaver'у

> ==Единичный случай хорош как просто пример, но не как доказательная база. Важнее именно статистика. Исходное утверждение SnowBeaver кажется мне просто абсурдным. Тем не менее, у меня нет цели подгонять данные под желаемый ответ - я бы хотел написать честный и полный ответ ему. Причём я абсолютно уверен что он и так покажет что я прав. Но хотелось бы чтобы этот ответ был наиболее аргументированным с точки зрения данных.==

Именно так я бы и строил дальнейшую работу: **не искать эффектные истории, а заранее задать критерии, при которых мы готовы признать данные как подтверждающими, так и ослабляющими нашу гипотезу**. После дополнительного поиска есть важный вывод: статистика в целом действительно выглядит очень плохо для сильной версии тезиса SnowBeaver, но идеального исследования `неантисемитские родители → дети под нацизмом → измеренные убеждения детей` я пока не нашёл.

И это надо честно сказать в итоговом ответе.

## Какой эксперимент нам хотелось бы иметь

Идеальный массив выглядел бы так:

**1932:** измеряем отношение родителей к евреям →  
**1933–45:** дети получают разную интенсивность NS-школы/HJ →  
**1945/48:** измеряем тех же детей →  
сравниваем детей антисемитских и неантисемитских родителей.

Если бы оказалось, например, что дети исходно неантисемитских родителей после 10 лет нацистской школы заметно чаще становятся антисемитами, чем сходная контрольная группа, это было бы почти прямым ответом.

**Такого longitudinal parent-child dataset для нацистской Германии, насколько мне удалось установить, нет.** Поэтому нам приходится собирать причинную картину из нескольких исследований с разными сильными и слабыми сторонами.

И здесь это скорее преимущество аргумента, если результаты сходятся: они получены разными выборками, в разные годы и разными методами.

---

## Что я бы поставил в центр доказательной базы

Я бы выделил четыре уровня.

|Данные|Что они проверяют|Сила для нашего вопроса|
|---|---|---|
|**OMGUS 1948**|Остались ли установки после исчезновения режима?|**Очень сильное описательное свидетельство**|
|**Allensbach 1949 / Reuband**|Считали ли сами люди, что они внутренне поверили пропаганде?|**Очень релевантное прямое свидетельство**|
|**Voigtländer–Voth 2015**|Остался ли когортный след через 50–60 лет?|**Самое сильное свидетельство долговременности**|
|**Voigtländer–Voth 2012 + исследования family/peer transmission**|Насколько убеждения определяются семьёй и насколько — внешней средой?|**Полезно для механизма, но не изолирует NS-школу**|

Биографии я бы оставил буквально одной фразой в конце: «существуют и хорошо документированные индивидуальные случаи». Они не нужны, чтобы держался основной аргумент.

---

## 1. OMGUS-1948 очень трудно совместить с «дети просто держали фигу в кармане»

Это наш наиболее чистый ранний факт.

Через три года после полного уничтожения нацистского государства:

|Возраст в 1948|Anti-Semites + Intense Anti-Semites|
|---|---|
|**15–17**|**51%**|
|**18–19**|**53%**|
|20–29|38%|
|30–39|38%|
|40–49|28%|
|50–59|26%|
|60+|35%|

Это особенно сильный результат потому, что **15–19-летние родились примерно в 1928–1933 годах**. Их практически всё сознательное детство прошло при нацистах.

Мы уже отдельно проверяли возможное географическое смешение. Оно может существовать, но различия в возрастном составе регионов слишком малы, чтобы объяснить наблюдаемый молодёжный пик.

Однако я бы никогда не писал:

> «Следовательно, нацистская пропаганда повысила антисемитизм на 18 процентных пунктов».

Это неправильно.

Правильно:

> **«Через три года после прекращения государственного давления наиболее полностью социализированная при нацизме молодая когорта не демонстрировала ожидаемого “осыпания” установок; наоборот, она была наиболее антисемитской возрастной группой».**

Это уже непосредственно противоречит самому сильному утверждению SnowBeaver о быстром исчезновении навязанных убеждений.

[Полный оригинальный OMGUS Report No. 122 — Internet Archive, reel 3](https://archive.org/details/674036_3?utm_source=chatgpt.com)

[GHDI — сокращённое официальное изложение Report No. 122](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-4607?utm_source=chatgpt.com)

---

## 2. Allensbach-1949 бьёт по различению «внешнее послушание / внутренняя вера»

Этот результат мне теперь кажется почти обязательным для итогового ответа.

По ретроспективному вопросу о воздействии антисемитской пропаганды доля сообщивших, что они **ей поверили**, составляла:

|Возраст|«Поверил антисемитской пропаганде»|
|---|---|
|**до 30**|**30%**|
|30–49|19%|
|50–64|17%|
|65+|13%|

И одновременно по прямому вопросу о текущем отношении к евреям:

|Возраст|Негативное отношение к евреям|
|---|---|
|**до 30**|**42%**|
|30–49|39%|
|50–64|38%|
|65+|27%|

Это не доказывает, что пропаганда **создала** все эти убеждения: самоотчёт ретроспективный, исходных взглядов людей мы не знаем.

Но для тезиса:

> «они на самом деле не верили, а просто приспосабливались»

30% самой молодой группы, прямо отвечающих, что **поверили**, — очень неудобный результат.

Причём он получен уже другим исследовательским центром, не OMGUS.

[Karl-Heinz Reuband 2008 — полный текст статьи](https://d-nb.info/118684521X/34?utm_source=chatgpt.com)

---

## 3. Voigtländer–Voth 2015 закрывает вопрос о том, было ли всё это только краткосрочным эффектом

Это главный компонент для слова **«долгосрочный»**.

В ALLBUS 1996/2006 когорта родившихся в **1930–1939 годах**, которой в конце войны было 6–15 лет, дала примерно **10% committed antisemites**.

У родившихся после 1950-х — порядка 3–4%.

В регрессии после индивидуальных контролей:

**+5,8 процентного пункта** для когорты 1930-х при базовом уровне около **3,6%**.

То есть в относительных терминах частота крайнего последовательного антисемитизма примерно удваивается или утраивается в зависимости от сравнения. И эффект есть также по **непрерывному broad antisemitism**, а не только среди крайних 4–10%. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

Вот это уже очень трудно назвать:

> «малый долговременный эффект, который после исчезновения давления осыпался».

При этом я бы чуть осторожнее формулировал вывод, чем сами авторы. Они пишут довольно уверенно о причинном эффекте indoctrination. Дизайн действительно хороший для исторического observational study, но это всё же **не рандомизированный treatment**. Когорта 1930-х отличается от соседних не только количеством школьной пропаганды.

Поэтому для форума сильнее написать:

> **«Через полвека сохранился специфический когортный след, статистически связанный именно с поколением детства при нацизме и устойчивый к набору индивидуальных и региональных контролей».**

а не:

> «Мы точно знаем, что школа увеличила антисемитизм на 5,8 п.п.».

[Voigtländer & Voth 2015 — полный текст PNAS/PMC](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

---

## 4. Теперь самое интересное для твоего вопроса: насколько семья вообще всё объясняет?

Здесь появляется очень полезная, но одновременно **неудобная для слишком простой нашей версии** статистика.

## Общая литература: родительские взгляды важны, но совершенно не определяют ребёнка

Есть крупный метаанализ Degner & Dalege 2013:

- **131 исследование**;
- более **45 000 пар parent–child**;
- межгрупповые установки, предубеждения и стереотипы.

Средняя корреляция между взглядами родителей и детей:

**r ≈ 0,29**.

После поправки на ненадёжность измерений:

**r ≈ 0,38**.

То есть семейная передача реальна и довольно заметна, но совпадение далеко не детерминированное. [PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23379964/?utm_source=chatgpt.com)

Важно не превращать `r=.29` в «родители объясняют ровно 8% убеждений» — корреляция не является причинной декомпозицией. Но тезис

> «убеждения ребёнка практически просто копируются с родителей»

из этой литературы точно не следует.

[Degner & Dalege 2013 — PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23379964/?utm_source=chatgpt.com)

---

## 5. Voigtländer–Voth 2012 специально пытаются разделить семью и peers

Это, пожалуй, наиболее интересный найденный мной статистический материал по твоему текущему вопросу.

В ALLBUS 1996 людей спрашивали, существует ли общее согласие во взглядах на иностранцев:

- внутри **семьи**;
- среди **друзей**.

О семейном консенсусе сообщили примерно **75%**, о консенсусе друзей — **69%**.

Авторы затем смотрят, насколько исторические локальные антисемитские установки предсказывают антисемитизм современного респондента.

Когда в семье есть согласие, историческая локальная культура предсказывает установки существенно сильнее.

**Когда семейного согласия нет, историческая persistence становится слабой или нулевой.**

И практически тот же паттерн возникает для согласия среди друзей. Авторы поэтому заключают, что работают **оба канала**:

**vertical transmission — семья;**

**horizontal transmission — peers / окружающая среда.** [Econ Papers](https://econ-papers.upf.edu/papers/1344.pdf)

Но здесь очень важная оговорка самих авторов: причинное направление не установлено. Возможно, семейный консенсус помогает передаче установок, а возможно, высокая культурная однородность одновременно создаёт и консенсус, и persistence.

Поэтому это **не** искомая нами таблица:

`неантисемитский родитель → антисемитский ребёнок`.

Зато она показывает, что сами данные требуют учитывать одновременно семью и внесемейную среду.

[Voigtländer & Voth 2012 — полный working paper](https://econ-papers.upf.edu/papers/1344.pdf?utm_source=chatgpt.com)

---

## 6. У них же есть очень хороший статистический тест внесемейной социализации

И вот этот результат мне кажется концептуально очень сильным.

Они используют **иммигрантов первого и второго поколения**.

Логика:

Если убеждения в основном идут от родителей/культуры происхождения, то дети иммигрантов не должны особенно подстраиваться под специфический уровень предубеждений немецкого города, где они выросли.

Результат:

### Первое поколение

`N = 323`

Связь между их ксенофобией и средней ксенофобией местных немцев:

**β = 0,260, SE = 0,159 — статистически незначимо.**

### Второе поколение

`N = 290`

Та же связь:

**β = 0,503, SE = 0,111, p < .01.**

И авторы обнаруживают её как у младшей, так и у старшей половины второго поколения:

- младшие: **0,347**, `p<.05`;
- старшие: **0,481**, `p<.01`.

То есть **дети иммигрантов, выросшие в Германии, начинают походить по ксенофобии на местную немецкую среду**, тогда как поколение их родителей — нет. [Econ Papers](https://econ-papers.upf.edu/papers/1344.pdf)

Это не антисемитизм и не 1930-е. Поэтому я бы не использовал это как прямое доказательство нацистской индоктринации.

Но как тест утверждения SnowBeaver более общего вида

> «убеждения ребёнка гораздо сильнее определяются семьёй, а внешняя социализация в основном рождает только конформность»

это крайне неприятный результат: **внешняя локальная среда систематически сдвигает межгрупповые установки второго поколения относительно первого**.

---

## 7. А вот Nazi-specific результат о семейной/социальной среде заставляет нас сделать важную оговорку

Voigtländer–Voth 2012 проводят ещё один особенно хороший анализ.

Берут поколение:

**1920–1939 гг. рождения**,

то есть людей, чьи formative years частично пришлись на нацистский период.

И смотрят, зависит ли повышенный антисемитизм этой когорты от того, каким был политический климат города **до консолидации нацистской власти**.

В качестве показателя антинацистской среды берут голоса за:

- SPD;
- KPD.

Получается сильное взаимодействие.

Для broad antisemitism:

- основной эффект когорты 1920–39: около **+0,577**;
- interaction с долей левых голосов: **−1,278**, `p<.05`.

В альтернативной спецификации:

- `+0,566`;
- interaction **−1,314**, `p<.05`.

В городах с максимальной долей левых голосов около 35% дополнительный эффект когорты практически исчезает:

\[ 0.577 - 1.278\times0.35 \approx 0.13. \]

Авторы получают около `0.115` в соседней спецификации и отмечают, что это уже статистически не отличается от нуля. [Econ Papers](https://econ-papers.upf.edu/papers/1344.pdf)

И наоборот: там, где до нацистов было больше center/right support, взаимодействие с нацистской когортой **положительное**.

### Почему это крайне важно

Это не подтверждает простую картину:

> «государственная пропаганда с одинаковой лёгкостью переделывала детей независимо от родителей и окружения».

Скорее наоборот.

Оно говорит:

> **нацистская индоктринация была гораздо эффективнее там, где окружающая социальная среда с ней хотя бы отчасти согласовывалась, и существенно менее эффективна там, где существовала сильная противодействующая политическая культура.**

Именно это затем стало одним из центральных результатов статьи 2015 года: **magnification effect**.

Для честного ответа SnowBeaver это надо обязательно включить. Это не слабость нашего аргумента — это описание реального механизма.

---

## 8. Но left-wing city — ещё не «неантисемитские родители»

Это принципиальный предел.

Человек мог жить в городе, где SPD/KPD набирали 30%, и иметь нацистского отца.

И наоборот, мог жить в правом городе в антинацистской семье.

Поэтому Table 11 нельзя использовать как:

> «мы статистически сравнили детей антинацистских и нацистских родителей».

Мы сравнили **социально-политическую среду городов**.

Именно нужной нам индивидуальной переменной:

**`parental antisemitism before treatment`**

в ALLBUS нет.

---

## 9. Есть ещё интересный почти современный нацистской эпохе сравнительный материал — но я бы его поставил ниже

McGranahan & Janowitz обследовали немецких подростков **14–18 лет уже в июле 1945 года**.

Основные группы:

- Friedberg: `N=135`;
- Offenbach: `N=256`;
- молодые немецкие POW: `N=285`;
- плюс небольшая специальная группа девушек, обучавшихся во время нацизма в **антинацистской частной школе**.

Основные подростковые выборки демонстрировали остатки нацистских представлений о расе, власти и национальном превосходстве.

Девушки из антинацистской школы были, напротив, **менее механически проамериканскими, но более демократическими и более внутренне согласованными в своих ответах**. [ResearchGate](https://www.researchgate.net/publication/47595367_Studies_of_German_youth?utm_source=chatgpt.com)

Это очень интересное различие образовательных сред непосредственно после падения режима.

Но я бы **не делал из него центральный causal argument**, потому что:

- антинацистская школа — маленькая специальная выборка;
- поступление туда явно не случайно;
- семьи учеников такой школы почти наверняка тоже были необычными;
- точный размер этой подвыборки даже в доступном тексте не указан.

То есть это хороший supporting evidence, но не доказательство уровня OMGUS или ALLBUS.

[McGranahan & Janowitz 1946 — PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/21010590/?utm_source=chatgpt.com)

---

## Получается интересный итог именно по семье

Твоя первоначальная логика была:

> если родители не антисемиты, а ребёнок стал антисемитом, семейную передачу можно исключить и остаётся внешняя социализация.

**Да, это был бы чрезвычайно сильный дизайн.**

Но я бы поправил последнюю часть:

не

> «значит, причиной могла быть только государственная пропаганда»,

а

> **«значит, источник изменения находился вне вертикальной передачи взглядов от родителей».**

Потому что остаются:

**государственная школа + HJ/BDM + друзья + соседи + массовые медиа + местные нормы + собственный опыт ребёнка.**

В условиях Третьего рейха государство сознательно контролировало очень большую часть первых пяти каналов, поэтому пространство между «внешняя среда» и «государственная социализация» действительно сильно сужается. Но логически они всё равно не идентичны.

---

## Что в результате я бы утверждал SnowBeaver

После всего поиска я вижу довольно чёткую границу между тем, что **данными можно утверждать уверенно**, и тем, куда нам лучше не заходить.

### Можно утверждать очень уверенно

**1. Принудительное участие не означало, что внутреннего изменения убеждений не происходило.**

Allensbach показывает прямые self-reports принятия пропаганды, причём максимум у молодых.

**2. После исчезновения режима установки не «мгновенно осыпались».**

OMGUS-1948 практически непосредственно опровергает это.

**3. След детской социализации обнаруживается не только через три-четыре года, но и через полвека.**

Это показывает ALLBUS / Voigtländer–Voth.

**4. Ребёнок формируется не только семьёй.**

Это показывает и общая parent-child literature, и статистика vertical/horizontal transmission, и особенно второй генерации иммигрантов.

**5. Эффект пропаганды был гетерогенным.**

Нацистская социализация работала гораздо лучше, когда государственное сообщение подкреплялось существующими представлениями семьи/друзей/местной культуры.

### Нельзя утверждать уверенно

**1. Что мы знаем точный causal effect нацистской государственной пропаганды.**

Не знаем.

**2. Что именно школа была ответственна за X% изменения.**

Не знаем.

**3. Что пропаганда одинаково успешно обращала детей антинацистских родителей.**

Количественных данных именно на это у нас нет.

**4. Что большинство немецких детей стали убеждёнными нацистами.**

Данные этого тоже не показывают.

---

И вот здесь, мне кажется, получается **намного более сильный ответ**, чем если пытаться доказать чрезмерную противоположность SnowBeaver.

Его тезис не нужно опровергать утверждением:

> «нацистская пропаганда полностью перепрограммировала детей».

Достаточно показать, что его гораздо более сильная модель

> **«в основном дети только приспосабливались; внутреннее воздействие было малым; после снятия давления внедрённые установки быстро рассыпаются»**

одновременно плохо согласуется **с OMGUS-1948, Allensbach-1949 и ALLBUS-1996/2006** — тремя совершенно различными наборами данных, — а общая литература о политической и межгрупповой социализации не даёт никакого основания считать детей особо иммунными к внешней среде.

При этом **наиболее неудобный для нашей собственной сильной версии результат тоже надо честно привести**: эффект нацистской индоктринации резко зависел от окружающей среды и мог быть очень слабым там, где местная политическая культура активно ей противостояла. Это делает картину сложнее, но именно поэтому итоговый аргумент становится намного надёжнее.

Я бы следующим этапом уже не искал отдельные биографии. **Я бы собрал окончательную “матрицу доказательств” по всем статистическим источникам: выборка → год → outcome → размер эффекта → что идентифицируется → главные confounders → что именно этим можно и нельзя отвечать SnowBeaver.** Из неё потом практически механически получится максимально добросовестный форумный ответ. ^d00739

# 29. Первоначальная подготовка ответа SnowBeaver'у

[[#^d00739]]
> ==Сделай это.== 

Да. После сведения всего материала в одну схему картина становится заметно яснее. В нашем предыдущем обсуждении мы удачно формализовали интересующую нас сильную версию тезиса SnowBeaver примерно как **«официальная индоктринация детей при нацизме оказала лишь небольшой долговременный эффект на их последующие убеждения»**. Но для проверки лучше разложить её на несколько отдельных эмпирических утверждений.

Я бы различал: **H1** — дети главным образом лишь внешне подчинялись, внутреннее усвоение было редким; **H2** — после прекращения принуждения усвоенные установки быстро исчезли; **H3** — через десятилетия остаточный эффект был мал/пренебрежим; **H4** — семья и исходная среда настолько важны, что государственная индоктринация мало что может изменить; **H5** — сама государственная пропаганда вообще обладает слабой причинной способностью менять установки или поведение.

Это важно, потому что разные исследования отвечают на **разные** H. Ни одно исследование не закрывает всё сразу.

## I. Ядро: данные непосредственно о поколениях, живших при нацизме

|Источник|Дизайн и выборка|Что измеряется / размер эффекта|Что из этого действительно следует|Главные ограничения|Вес для спора|
|---|---|---|---|---|---|
|**OMGUS 1946, Report 49**|Декабрь 1946; 3006 в американской зоне + 409 в Западном Берлине|В общей выборке: 21% `anti-Semites`, 18% `intense anti-Semites`, 22% `racists`|Через ~1,5 года после краха режима значительный массив расистских/антисемитских установок сохраняется|Здесь нет нужной нам хорошей возрастной таблицы; сама шкала Гутмана методологически спорна|**Контекст**, слабый самостоятельно|
|**OMGUS 1947, Report 68**|Август 1947; взрослое население американской зоны/Берлина|«Национал-социализм — хорошая идея, плохо осуществлённая»: **55% в целом, 68% среди <30**|Очень плохо согласуется с картиной тотального моментального разочарования после поражения|`<30` — широкая группа; вопрос не об антисемитизме и не отделяет детское воздействие|**Среднее supporting evidence**|
|**OMGUS 1948, Report 122**|Апрель 1948; основная выборка **N=3001**, американская зона|`Anti-Semites + Intense`: **15–17 = 51%; 18–19 = 53%; 20–29 = 38%; 30–39 = 38%; 40–49 = 28%; 50–59 = 26%; 60+ = 35%**|Через 3 года после режима именно практически полностью социализированная при нём молодёжь — наиболее антисемитская группа|Одномоментный cohort comparison; нет pre-1933 baseline конкретных семей; нет `age×region`; шкала несовершенна; нельзя назвать разницу «эффектом пропаганды»|**Очень сильное против H2; среднее против H1**|
|**McGranahan & Janowitz 1945/46**|Немецкие подростки 14–18 лет вскоре после войны; несколько выборок школьников и молодых POW|На очевидных демократических вопросах ответы часто «правильные», но другие вопросы обнаруживали остаточные расовые/авторитарные установки; антинацистская частная школа отличалась от остальных|Хорошо показывает разрыв между поверхностно социально желательным ответом и более глубокими установками|Небольшие/неидеальные выборки; нет единого treatment effect; антинацистская школа сильно self-selected|**Интересно, но вспомогательно**|
|**Allensbach 1949 / Reuband 2008**|Общегерманский face-to-face survey, **N=1915**; Reuband использует respondent-level data|«Антиеврейскую пропаганду воспринял с верой»: **<30 = 30%; 30–49 ≈19%; 50–64 ≈17%; 65+ = 13%**. Негативное отношение к евреям: **42/39/38/27%**|Наиболее прямое свидетельство того, что **внутреннее принятие пропаганды реально существовало и было наиболее распространено у молодых**|Ретроспективный self-report; неизвестен исходный уровень антисемитизма; возможна послевоенная реконструкция собственного прошлого|**Сильное против H1; сильное supporting evidence против H2**|
|**Allensbach 1952**|Повтор глобального вопроса об отношении к евреям|Без исключения undecided различия 18–29 / 30–44 / 45–59 ≤~2 п.п.; после исключения undecided антисемитские ответы снова чаще по мере уменьшения возраста; 60+ ниже всех|Молодёжный паттерн полностью не исчез и через 7 лет, но стал менее контрастным|Нет опубликованной полной таблицы; специальный пересчёт для Reuband|**Слабое–среднее supporting evidence**|
|**Bergmann & Erb 1987**|Репрезентативная Западная Германия, **N=2102**|Для 18–44 / 45–54 / 55–64 / 65+: строгий порог **3/7/8/14%**, средний **6/10/16/26%**, широкий **23/34/43/51%**|Pre-1945 поколения явно антисемитичнее послевоенных; эффект не «испарился»|**Самыми антисемитскими являются старейшие, а не нацистские дети**; возрастные интервалы режут когорту 1930-х пополам; age/cohort/pre-Nazi socialization смешаны|**Важнейший честный контрвес**|
|**ALLBUS 1996/2006 — Voigtländer & Voth 2015**|Репрезентативные survey; регрессии `N=4452` для committed и `N=4286` для broad AS|Когорта **1930–39: +5,75 п.п.** committed AS `(SE 1,14 п.п.)`; вне неё committed ≈3,6%, т.е. предсказанный уровень ≈9,4%. Broad AS: **+0,350** на шкале 1–7 `(SE=.0496)`|Через 50–60 лет сохраняется специфический сильный когортный след; не только у экстремистов, но и по средней установке|Не рандомизированное воздействие; cohort≠только школа; война, смертность, миграция и т. п.; канал школа/HJ нельзя разделить|**Самое сильное против H3**|
|**ALLBUS 2016 / Binstok–Gould–Kaplan 2024**|Более поздняя независимая волна ALLBUS|Родившиеся 1930–45 снова выглядят более антисемитскими; после явного линейного контроля возраста first-stage становится слабым — коэффициент порядка **+0,23 пункта**, лишь около 10%-уровня|Паттерн V&V не исчезает полностью ещё в одной волне, но намного слабее|Не специальная репликация V&V; очень старые когорты уже сильно селективны по выживанию; слабый first-stage|**Полезная репликация, но не ядро**|

Точная возрастная таблица Report 122 теперь проверена по самому первичному отчёту; заодно выяснилось, что Reuband допустил две ошибки транскрипции — `18–29` вместо `18–19` и 28 вместо **38%** для 30–39-летних. Сам GHDI независимо резюмирует главное качественное наблюдение: 15–19-летние были более антисемитскими, чем остальные возрастные группы. [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)

### Что особенно важно в этой первой таблице

Если бы у SnowBeaver была только сравнительно слабая гипотеза

> «далеко не все дети внутренне усваивали пропаганду»,

эти исследования её **не опровергают**. Более того, Allensbach-1949 сообщает, что 30% молодых признали принятие пропаганды — не 80–90%.

Но тезис становится совсем другим, если он утверждает:

> «подавляющая масса лишь приспосабливается, внутренний эффект мал, а после прекращения давления всё быстро рассыпается».

Вот эту конструкцию данные поддерживают плохо.

Особенно потому, что мы имеем **не один странный поздний опрос**, а последовательность:

**1945 → 1947 → 1948 → 1949 → 1952 → 1987 → 1996/2006 → 2016.**

Методы и конкретные показатели разные, поэтому цифры нельзя механически сравнивать по времени. Но они совершенно не образуют картину «режим исчез — поколенческий след исчез».

---

## II. Механизм: семья, внешняя среда и конкретная пропаганда

Это отдельная матрица. Она отвечает уже не столько на вопрос **«сохранился ли эффект?»**, сколько на **«почему мы вправе вообще подозревать государственную/внесемейную социализацию?»**

|Исследование|Дизайн|Размер результата|Что позволяет заключить|Что не позволяет|
|---|---|---|---|---|
|**Reuband 2008: чтение _Der Stürmer_**|Allensbach-1949 individual-level data; exposure `читал/не читал`|Чтение × global AS: **r=.08**; × общий AS-index: **r=.11**. После пола, возраста, образования, конфессии: **β=.06 и β=.11**; вся модель `R²≈.02`|Экспозиция к конкретной NS-пропаганде связана с последующим антисемитизмом; чаще читавшие также чаще говорили, что поверили пропаганде|**Нельзя считать causal effect**: self-selection, другие NS-медиа, плохое измерение dose. Сам Reuband это прямо подчёркивает|
|**Adena et al. 2015, QJE — Nazi radio**|Квазиэкспериментальная географическая вариация доступности радиосигнала до/после перехода радио под контроль нацистов|Нацистское радио увеличивало членство в партии, антисемитские действия и доносы; эффекты антисемитской пропаганды в местах с историческими погромами были примерно **2,6–3,8×** сильнее среднего|**Очень сильное свидетельство, что государственная пропаганда сама способна причинно менять реальное поведение**, а не только отражать уже существующие установки|Не про детей; не про убеждения через десятилетия; outcomes — поведение/доносы/насилие, а не чистый attitude score|
|**Adena et al.: heterogeneity/backfire**|Тот же дизайн|Максимум эффекта там, где сообщение согласуется с прежними предрассудками; при исторически низком антисемитизме эффект мог становиться **отрицательным**|Пропаганда не является одинаково работающей «инъекцией»: исходная среда радикально модифицирует действие|Не доказывает, что семья является конкретным moderator|
|**V&V 2015: pre-1914 antisemitism × Nazi cohort**|Историческая поддержка антисемитских партий до WWI × принадлежность к NS-child cohort|Для 1930–39 взаимодействие с довоенным AS значительно положительное; например для broad AS около **+2.03** на единицу исторической доли голосов после контролей|Очень сильный **magnification effect**: NS-когорта особенно отклоняется там, где пропаганда совпадает с прежней локальной культурой|Экологический historical proxy, а не убеждения конкретного родителя|
|**V&V 2015: radio/cinema/NSDAP channels**|Сравнение пространственной интенсивности радио, кино, партийного членства|Взаимодействия с NS-cohort около нуля / статистически незначимы|Пространственная вариация этих каналов не объясняет специфический долговременный child-cohort effect; школа/HJ остаются наиболее правдоподобными универсальными каналами|**Это не доказательство именно школы**. Общенациональный radio effect мог существовать без достаточной пространственной вариации; школа и HJ не разделены|
|**V&V 2012: family/friend consensus**|ALLBUS-1996; согласие во взглядах на иностранцев в семье и среди друзей|≈**75%** сообщают family consensus, ≈**69%** friend consensus; историческая persistence значительно сильнее при consensus и слабая/нулевая без него|И vertical, и horizontal transmission правдоподобны; семейная согласованность усиливает культурную persistence|Consensus измерен одновременно с outcome; направление причинности не установлено; не parent–child panel|
|**V&V 2012: политическая среда до нацизма × NS cohort**|Доля SPD/KPD до консолидации диктатуры × birth 1920–39|Broad AS: основной cohort ≈**+.577**, interaction с left vote ≈**−1.278**; при ~35% левого голосования дополнительный эффект становится около **+.13** и статистически неотличим от нуля|Сильная противодействующая локальная среда могла резко ослаблять след NS-социализации|«Левый город» ≠ «неантисемитские родители»; ecological treatment|
|**V&V 2012: 1-е vs 2-е поколение иммигрантов**|Сравнение того, насколько ксенофобия иммигрантов совпадает с местными немцами|1-е поколение: связь ≈**.26**, ns; 2-е, выросшее в Германии: ≈**.50**, высокозначима|Очень хорошее статистическое свидетельство **внесемейной аккультурации**: выросшее в местной среде поколение приближается к её установкам сильнее родителей|Не нацистская Германия и outcome — xenophobia, не антисемитизм|
|**Degner & Dalege 2013**|Метаанализ **131 исследования, >45 000 parent–child dyads**|Средняя parent–child correlation intergroup attitudes **r≈.29**; после поправки на reliability **≈.38**|Семья действительно важна, но взгляды детей далеко не детерминированы взглядами родителей|Современная общая литература, не Германия 1933–45; корреляция ≠ доля причинного влияния семьи|

По _Stürmer_ особенно ценно, что Reuband сам предупреждает против чрезмерной интерпретации: `r=.08–.11` включает самоотбор — уже антисемитичный человек мог охотнее читать газету, а частые читатели могли одновременно получать больше другой нацистской информации. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34) В то же время чаще читавшие действительно чаще сообщали, что во время режима **поверили** антисемитской пропаганде. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

Это хороший пример того, как должен выглядеть честный аргумент: **связь существует; причинную величину из неё не извлекаем**.

---

## III. Самое сильное причинное исследование государственной пропаганды — Adena et al.

Эту работу я бы обязательно включил в итоговый ответ, хотя она не является исследованием детей.

Её ценность в том, что она закрывает совершенно отдельную лазейку:

> «А вообще откуда мы знаем, что централизованная государственная пропаганда способна причинно влиять на людей, а не просто льётся в пустоту?»

Авторы используют географические и временные различия в доступности радио. До захвата радио нацистами радио с провеймарским содержанием **снижало** поддержку нацистов; после перехода радио под контроль режима знак воздействия меняется. При диктатуре доступ к нацистскому радио связан с ростом вступлений в NSDAP, доносов на евреев и антисемитских действий. [OUP Academic](https://academic.oup.com/qje/article-abstract/130/4/1885/1916582?login=true&utm_source=chatgpt.com)

Особенно важен не сам средний эффект, а heterogeneity:

**там, где антисемитские predispositions были сильны, пропаганда работала намного сильнее; там, где они были особенно слабы, она могла дать обратный эффект.** [МИКРО ЭКОНОМИКА](https://micro.econ.kit.edu/downloads/AdenaRadioAndTheRiseOfRadioInPrewarNaziGermany.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Это почти идеальная эмпирическая поправка к обеим крайностям.

Не работает модель:

**«пропаганда ничего внутренне не меняет».**

Но не работает и модель:

**«одинаковое сообщение одинаково перепрошивает любого человека».**

Работает гораздо более реалистичная:

**propaganda × prior beliefs × social environment.**

И именно такую же структуру через совсем другой дизайн находят V&V для долгосрочного эффекта на детей. В PNAS они получают сильное положительное взаимодействие NS-child cohort с **антисемитизмом, измеренным ещё до Первой мировой войны**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)

---

## IV. Что в итоге говорит каждая группа данных о тезисах SnowBeaver

|Проверяемый тезис|Лучшие данные|Вердикт|
|---|---|---|
|**H1. «Дети в основном лишь внешне подчинялись; внутреннее усвоение было ничтожным»**|Allensbach-1949: 30% <30 прямо сообщают, что поверили антисемитской пропаганде; OMGUS-1948: 51–53% самых молодых оказываются в двух антисемитских категориях|**Сильная версия не поддерживается.** Но нельзя доказать противоположность «большинство детей внутренне поверило»|
|**H2. «После исчезновения принуждения внушённые установки быстро/мгновенно осыпаются»**|OMGUS-1948; Allensbach-1949; частично 1952|**Наиболее уверенно опровергаемая часть тезиса**|
|**H3. «Долгосрочный эффект через десятилетия мал/пренебрежим»**|V&V 2015; Bergmann & Erb 1987; слабее ALLBUS-2016|**Данные скорее против.** Через 50–60 лет 1930s cohort имеет +5,75 п.п. committed AS при baseline 3,6% и +0,35 по broad scale|
|**H4. «Семья/окружение важнее, поэтому пропаганда почти бессильна»**|V&V 2012/2015; Degner–Dalege|Первая половина **верна**: семья и местная среда важны. Вывод «поэтому пропаганда бессильна» **не следует**|
|**H5. «Государственная пропаганда сама по себе мало способна менять людей»**|Adena et al. 2015|**Против:** квазиэкспериментальная вариация радио показывает причинные изменения политического и антисемитского поведения|
|**«Пропаганда одинаково работает независимо от исходной среды»**|Adena; V&V 2012/15|**Явно неверно.** Есть очень сильная effect heterogeneity и даже backfire|
|**«Именно нацистская школа была главным каналом»**|V&V 2015 + косвенно Reuband|**Правдоподобно, но не доказано напрямую**|
|**«Можно количественно сказать, сколько процентов антисемитизма детям создало государство»**|Ни один из найденных массивов|**Нет**|

Вот этот последний столбец, на мой взгляд, и есть основа максимально честного ответа.

---

## V. Как я бы ранжировал доказательства

Если убрать всё второстепенное, мой рейтинг по полезности именно для ответа SnowBeaver теперь такой.

**1. Voigtländer & Voth 2015 — главный источник о долговременности.** Он имеет наилучший дизайн для вопроса, сохранился ли специфический след детства при нацизме спустя полвека. Когорта 1930–39 после контролей имеет **+5,75 п.п. committed antisemitism**, тогда как среди людей вне этой когорты показатель около 3,6%; broad antisemitism выше на **0,35 пункта из 7**. [PubMed Central (PMC)](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com) Это довольно большая **относительная** разница, но не превращение большинства поколения в фанатичных антисемитов — принципиальное различие.

**2. OMGUS-1948 — главный источник против «мгновенно осыпается».** Здесь почти нет необходимости строить сложный рассказ: государство уничтожено, NSDAP запрещена, прошло три года — и 15–19-летние оказываются самой антисемитской возрастной группой. Точные первичные значения 51% и 53% теперь нами проверены непосредственно в Report 122.

**3. Allensbach-1949/Reuband — главный источник против «внутренне никто не верит».** Его уникальность — не просто наблюдение антисемитизма, а **самоотчёт о воздействии пропаганды**: 30% молодых против 19/17/13% старших сказали, что антисемитская пропаганда была ими принята с верой. Reuband при этом совершенно корректно оговаривает неизвестный baseline. [DNB](https://d-nb.info/118684521X/34)

**4. Adena et al. 2015 — главный источник о причинной силе самой государственной пропаганды.** Он не закрывает детскую долговременность, зато гораздо сильнее остальных показывает, что изменение пропагандистского радио **может причинно изменять поведение населения**. [OUP Academic](https://academic.oup.com/qje/article-abstract/130/4/1885/1916582?login=true&utm_source=chatgpt.com)

**5. V&V 2012/2015 heterogeneity — главный источник против нашей собственной возможной крайности.** Государственная индоктринация не действовала в вакууме. В местах с сильной противодействующей средой её долгосрочный след резко слабее; в местах с совместимыми предубеждениями — намного сильнее. Рабочая версия 2012 года особенно наглядно показывает отрицательное взаимодействие NS-cohort с довоенной левой политической средой. [Эконометрика в Беркли](https://eml.berkeley.edu/~webfac/eichengreen/Voth.pdf?utm_source=chatgpt.com)

**6. Bergmann & Erb 1987 — обязательный неудобный результат.** Он не воспроизводит красивый тезис «бывшие нацистские дети всегда были самой антисемитской когортой»: старейшая группа явно выше. Но и бывшая HJ-age группа 1923–32 значительно выше послевоенной молодёжи — например, по широкому критерию **43% против 23%**. Поэтому эта работа корректирует, но не переворачивает общую картину.

**7. Всё остальное — corroboration и механизм**, а не то, на чём должен висеть ответ: OMGUS-1947, Allensbach-1952, McGranahan–Janowitz, ALLBUS-2016, _Stürmer_, общий метаанализ parent–child.

---

## VI. Самая важная методологическая оговорка

Я бы прямо написал её SnowBeaver **сам**, не дожидаясь, пока он её предъявит.

Из OMGUS-1948 нельзя получить:

$\text{causal effect государственной пропаганды}=51.7-33.2=18.5\text{ п.п.}$

Мы уже подробно разобрали, почему этот расчёт недопустим: нет untreated control, возраст смешан с когортой, сравнительные группы также были экспонированы режиму, нет индивидуальных данных о школе/HJ/радио, а семья и война являются confounders.

И даже V&V-2015 я бы подавал чуть осторожнее, чем их собственное довольно сильное причинное выражение «indoctrination was highly effective». Это очень хорошее historical observational study, но оно всё-таки не рандомизирует ребёнка между нацистской и ненасцистской школой.

Поэтому **наиболее защищаемый причинный тезис должен быть слабее**:

> Совокупность независимых данных делает весьма неправдоподобной гипотезу, что нацистская государственная социализация детей имела лишь поверхностный и быстро исчезающий эффект. Полностью выросшие при режиме молодые когорты отличались повышенным антисемитизмом сразу после его падения; молодые непропорционально часто сами сообщали, что поверили антисемитской пропаганде; специфический когортный след обнаруживается ещё через полвека. Отдельные квазиэкспериментальные исследования нацистской государственной пропаганды подтверждают, что она могла причинно менять поведение. Но имеющиеся данные не позволяют разложить долгосрочный эффект детей на точные доли школы, HJ, СМИ, семьи и сверстников.

Это практически совпадает с осторожным итогом, к которому мы пришли в приложенном обсуждении: **реальный, устойчивый, но гетерогенный эффект; точный вклад школы относительно семьи и окружения неизвестен**. Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD

## VII. И где именно SnowBeaver, по-моему, переходит границу данных

Парадоксально, но после всей этой проверки я бы **не спорил** с ним по формуле:

> «принудительная пропаганда далеко не всегда производит внутреннюю убеждённость; часть детей остаётся скептичной, часть лишь приспосабливается; семья и окружающая среда могут сильно снизить эффект».

Для этого есть хорошие основания.

Я бы спорил именно с переходом от неё к:

> **«поэтому внутренний эффект у детей мал; дети в основном просто держат фигу в кармане; когда принуждение исчезает, навязанная картина мира быстро осыпается».**

Это уже не осторожная психологическая гипотеза. Она имеет довольно конкретные эмпирические предсказания. Например, она плохо предсказывает **51–53% у молодых в 1948-м**, плохо предсказывает **30% признаний принятия пропаганды у молодых в 1949-м**, и особенно плохо предсказывает **специфический 1930s-cohort effect через 50–60 лет**.

При этом heterogeneity — не спасение этой гипотезы. Наоборот, Adena и V&V показывают более сложный механизм: **пропаганда способна существенно влиять, но её эффект зависит от того, подтверждает ли её семья и локальная среда или сопротивляется ей**. [OUP Academic](https://academic.oup.com/qje/article-abstract/130/4/1885/1916582?login=true&utm_source=chatgpt.com)

То есть научно наиболее вероятная картина выглядит не как:

**«дети иммунны»**

и не как:

**«дети программируются государством как компьютеры»**,

а как:
$\boxed{\text{эффект пропаганды} =f(\text{возраст},\ \text{доза},\ \text{предшествующие установки},\ \text{семья},\ \text{peers},\ \text{локальная среда})}$
Причём имеющиеся данные показывают, что этот эффект **иногда достаточно велик, чтобы сохраняться десятилетиями**.

### Прямые ссылки на основные источники

- [OMGUS Report No. 122 — полный оригинал, Internet Archive](https://archive.org/details/674036_3?utm_source=chatgpt.com)
- [OMGUS 1948 — GHDI, сокращённое опубликованное резюме](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948?utm_source=chatgpt.com)
- [OMGUS Report No. 68 — Trends in Attitudes toward National Socialism, GHDI](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47?utm_source=chatgpt.com)
- [Reuband 2008 — Die Leserschaft des Stürmer, полный PDF](https://d-nb.info/118684521X/34?utm_source=chatgpt.com)
- [Voigtländer & Voth 2015 — Nazi indoctrination and anti-Semitic beliefs in Germany, PNAS/PMC](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/?utm_source=chatgpt.com)
- [Voigtländer & Voth 2015 — авторская PDF-версия](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination.pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Voigtländer & Voth 2012 — (Re-) Shaping Hatred, полный working paper](https://econ-papers.upf.edu/papers/1344.pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Adena et al. 2015 — Radio and the Rise of the Nazis, Quarterly Journal of Economics](https://academic.oup.com/qje/article-abstract/130/4/1885/1916582?utm_source=chatgpt.com)
- [Adena et al. — открытая working-paper версия](https://www.ifo.de/DocDL/cesifo1_wp5330.pdf?utm_source=chatgpt.com)
- [Bergmann & Erb — Antisemitismus in der Bundesrepublik Deutschland](https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-322-91415-6?utm_source=chatgpt.com)
- [McGranahan & Janowitz 1946 — Studies of German Youth, PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/21010590/?utm_source=chatgpt.com)
- [Degner & Dalege 2013 — meta-analysis parent–child intergroup attitudes, PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23379964/?utm_source=chatgpt.com)
- [Binstok, Gould & Kaplan 2024 — ALLBUS 2016 analysis, JEEA](https://academic.oup.com/jeea/article/22/5/2329/7613578?utm_source=chatgpt.com)

Следующим шагом я бы уже **не искал новые исследования вслепую**. Из этой матрицы можно собрать собственно ответ SnowBeaver: сначала точно процитировать его сильные утверждения, затем к каждому поставить **одно наиболее подходящее исследование**, а не заваливать его десятком ссылок; после этого отдельным абзацем добровольно перечислить ограничения доказательной базы. Именно такой ответ будет и короче, и существенно труднее атаковать методологически.

# 30. Другие исследования детской восприимчивости к пропаганде

> ==Есть ли ещё какие-то исследования влияния госпропаганды на детей (необязательно в нацистской Германии)? Особенно интересно, чтобы было исследование с учётом взглядов семьи и окружающей среды (как с левыми германскими городами).==

Да. После поиска я бы выделил **два исследования, которые особенно близко подходят к твоему вопросу**, и ещё несколько полезных как контрольные случаи. Причём результаты интересны тем, что они **не складываются в удобную однонаправленную историю**: иногда семья усиливает государственное воздействие, иногда государственная школа сильнее действует именно тогда, когда семейная/местная среда _не_ поддерживает нужную установку, а иногда семья отвечает контрсоциализацией и государственная политика получает эффект противоположного знака.

Это, по-моему, очень полезно для честного ответа SnowBeaver.

## 1. Китай: Kao 2021 — практически прямой тест «государственная школа × семья»

Это, пожалуй, **самое близкое исследование к тому, что ты запросил**.

Jay C. Kao, _Family Matters: Education and the (Conditional) Effect of State Indoctrination in China_, _Public Opinion Quarterly_, 2021.

Китай в 2004–2010 годах поэтапно вводил в разных провинциях новые учебники политического образования. Их содержание специально должно было усиливать:

- принятие государственного вмешательства в жизнь граждан;
- официальное понимание социалистической демократии;
- доверие государственным чиновникам.

Поскольку разные провинции переходили на программу в разные годы, Kao использует комбинацию **провинция × год рождения**: соседние когорты внутри одной провинции оказываются либо непосредственно перед реформой, либо после неё. В анализе **2092 респондента**, из них 868 учились по новой программе. [Jay C. Kao](https://www.jaykao.com/files/POQ-2021.pdf)

### Самое интересное — семейная переменная

В опросе известно, **где работали родители, когда ребёнку было 14 лет**.

Kao выделяет детей, у которых хотя бы один родитель работал:

- в партийном аппарате;
- государственном органе;
- государственно финансируемом public institution.

Таких было **11,4%** выборки. Это не текущая политическая самоидентификация родителей, а дополитическая относительно treatment характеристика семьи. [Jay C. Kao](https://www.jaykao.com/files/POQ-2021.pdf)

Получается очень резкий результат:

**у детей семей, связанных с государством, новая программа сдвигает все три целевые установки в предусмотренную государством сторону.**

У детей остальных семей — **статистически обнаружимого эффекта нет**; по двум outcomes point estimates даже имеют противоположный знак. В объединённой выборке средний эффект тоже близок к нулю. [Jay C. Kao](https://www.jaykao.com/files/POQ-2021.pdf)

То есть схематически:

|Семейный фон|Эффект новых политических учебников|
|---|---|
|Родители связаны с государством|**Есть, в желаемую режимом сторону**|
|Родители не связаны с государством|**Не обнаруживается**|
|Все вместе|Почти нулевой|

Это **очень полезный результат в пользу более умеренной версии позиции SnowBeaver**. Было бы нечестно его скрывать.

Но есть тонкость: Kao **не измеряет политические убеждения родителей непосредственно**. Работа в государстве — proxy того, что семья имеет более благоприятную к режиму predisposition. Автор отдельно проверяет на других данных, что государственные служащие действительно в среднем более прорежимны, но это всё равно не `attitude father = X`.

И Kao сам предлагает возможный механизм:

> учебник и семья могут быть **комплементами** — родители дома повторяют и подтверждают то, что ребёнок слышит в школе.

Он прямо говорит, что доступные данные не позволяют эту гипотезу исключить. [Jay C. Kao](https://www.jaykao.com/files/POQ-2021.pdf)

### Что это означает для нашего спора

Работа отлично опровергает слишком простую противоположную SnowBeaver гипотезу:

> «Достаточно государству написать что-нибудь в учебнике — и дети это усвоят независимо от семьи».

Нет.

Но она совершенно не доказывает:

> «государственная индоктринация вообще не работает».

Она показывает **conditional effect**:

$\text{эффект школы} \times \text{семейная predisposition}.$

И это чрезвычайно похоже на magnification effect V&V в Германии, только вместо «антисемитский город» здесь используется **микроуровневая характеристика конкретной семьи**.

[Kao 2021 — полный PDF статьи](https://www.jaykao.com/files/POQ-2021.pdf?utm_source=chatgpt.com)

[Kao 2021 — страница Public Opinion Quarterly](https://academic.oup.com/poq/article/85/1/54/6314574?utm_source=chatgpt.com)

---

## 2. Тайвань 1997 — ещё интереснее: школа сработала сильнее там, где семья и среда были менее благоприятны

А вот это исследование даёт **почти противоположный результат**, и именно поэтому оно особенно ценно.

Wei-Lin Chen, Ming-Jen Lin & Tzu-Ting Yang, _Curriculum and national identity: Evidence from the 1997 curriculum reform in Taiwan_, _Journal of Development Economics_, 2023.

В 1997 году в средней школе ввели серию учебников **Knowing Taiwan**, резко увеличившую содержание о собственно Тайване и изменившую историческую перспективу.

Авторы используют очень хороший regression discontinuity design.

Правило поступления в школу имело отсечку по дате рождения. Поэтому ребёнок, родившийся непосредственно по одну сторону cutoff, получал старые учебники, а почти идентичный по возрасту ребёнок по другую — новые.

Основной результат:

**обучение по новым учебникам повышает вероятность самоидентификации именно как Taiwanese примерно на 18 процентных пунктов**, при исходном уровне около 61%. [ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0304387823000330?utm_source=chatgpt.com)

Но дальше авторы делают именно тот анализ, о котором ты спрашиваешь.

## Местная среда

Они берут долю **Hoklo** в городе/посёлке, где ребёнок рос.

Hoklo в среднем значительно чаще имели выраженную Taiwanese identity. Поэтому низкая доля Hoklo используется как proxy того, что ребёнок рос в среде, где необходимая новому учебнику «тайваньская» установка была **слабее**.

Результаты полностью контролируемой спецификации:

|Среда детства|Эффект новых учебников на Taiwanese identity|
|---|---|
|**Низкая доля Hoklo**|**+35,1 п.п.**|
|Высокая доля Hoklo|+5,7 п.п., статистически незначимо|

Разница между treatment effects — примерно **+30,9 п.п.**, статистически значима. В разных спецификациях interaction составляет примерно +30–35 п.п. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это почти зеркально противоположно нацистскому результату V&V:

**V&V:** совместимая местная установка усиливает воздействие.

**Taiwan:** воздействие сильнее там, где нужная установка исходно слабее.

Авторы интерпретируют это через Bayesian/belief-based learning: когда человек и так уже получает такое же сообщение от среды, учебник мало что может добавить; когда prior слабее, новой информации есть куда сдвинуть убеждение. [ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0304387823000330?utm_source=chatgpt.com)

---

## 3. В этой же работе есть анализ непосредственно семейного происхождения

И он ещё интереснее.

Авторы разделяют людей:

1. **оба родителя Hoklo**;
2. **хотя бы один родитель не Hoklo**.

Почему это важно: на независимых более старых выборках люди с хотя бы одним не-Hoklo родителем заметно реже идентифицировали себя как Taiwanese. То есть это proxy **семейной среды с более слабой предварительной Taiwanese identity**. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Результаты:

|Родители|Эффект новых учебников|
|---|---|
|**Хотя бы один не-Hoklo**|**+38,5 → +56,9 п.п.** в зависимости от спецификации|
|Оба Hoklo|**+8,5 → +11,2 п.п.**, статистически незначимо|

В наиболее насыщенной спецификации:

**+56,9 п.п. против +9,6 п.п.**

А interaction `Textbook × non-Hoklo parent` составляет примерно **+30–33 п.п.** и значим на 10%-уровне. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это чрезвычайно интересный результат применительно к твоей гипотезе.

Он показывает случай, где государственный образовательный контент **сильнее всего изменяет идентичность именно детей, чья семейная принадлежность статистически связана с более слабой исходной поддержкой этой идентичности**.

То есть государственная школа совершенно не обязана лишь «эхом повторять родителей».

### Но здесь крупная оговорка

Подвыборка маленькая:

**N=118** для хотя бы одного non-Hoklo родителя против 309 для двух Hoklo.

Кроме того, авторы прямо предупреждают, что:

**этничность родителей сильно коррелирует с этническим составом места проживания.**

Поэтому они **не могут отделить**

> эффект семейного фона

от

> эффекта локальной среды.

Именно поэтому сами авторы больше доверяют результату `low-Hoklo town`, чем результату `non-Hoklo parent`. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

И, конечно, **этничность родителей ≠ непосредственно измеренное политическое убеждение родителей**.

Тем не менее это, на мой взгляд, пока **лучший найденный нами статистический аналог конструкции «семья не даёт ребёнку нужной государству установки, но школа всё равно её создаёт»**.

[Chen, Lin & Yang 2023 — опубликованная статья](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0304387823000330?utm_source=chatgpt.com)

[Полная авторская PDF-версия со всеми таблицами family/hometown heterogeneity](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf?utm_source=chatgpt.com)

---

## 4. И эта же тайваньская работа даёт прекрасный результат о долговременности

Через 11–20 лет различие между получавшими старые и новые учебники **исчезает**:

коэффициенты около **+0,01–0,02**, статистически нулевые. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

На первый взгляд — находка в пользу SnowBeaver.

Но причина особенно интересна:

**не получившие новые учебники возвращаются назад, а контрольная группа их догоняет.**

То есть Taiwanese identity у treatment group не исчезает. Просто за последующие годы **вся окружающая тайваньская общественная среда движется в том же направлении**, и люди со старыми учебниками в итоге приходят к похожему уровню. Именно такую интерпретацию дают авторы. [ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0304387823000330?utm_source=chatgpt.com)

Это очень хорошая иллюстрация того, почему нельзя оценивать пропаганду по простой формуле:

> различие между когортами через 20 лет исчезло → школа ничего не сделала.

Различие может исчезнуть потому, что **control group позднее получила тот же сигнал из других источников**.

---

## 5. Fouka 2020: семья может не просто блокировать школу — она способна вызвать backlash

Это другая сторона той же проблемы.

Vasiliki Fouka изучает запреты преподавания немецкого языка в американских школах после Первой мировой войны.

Цель государства была ассимиляционная:

**убрать немецкую культурную социализацию из школы → сделать немецко-американских детей более «американскими».**

Используя различия законодательства между штатами и когортами, она находит **обратный долговременный эффект**. Экспонированные дети позднее:

- реже добровольно шли воевать во Второй мировой;
- чаще заключали брак с этническими немцами;
- чаще давали своим детям подчёркнуто немецкие имена. [OUP Academic](https://academic.oup.com/restud/article-abstract/87/1/204/5472346?utm_source=chatgpt.com)

Но самое интересное — heterogeneity.

### Семья

У детей **двух немецких родителей** backlash выражен сильно.

У детей смешанных пар он **намного слабее или исчезает/меняет знак**.

### Локальная среда

Backlash зависит и от структуры сообщества:

- меняется с долей немцев в округе;
- сильнее при высокой роли немецкого лютеранства;
- связан с доступностью параллельной немецкой религиозной социализации.

Fouka находит даже свидетельства того, что после школьного запрета родители стали **увеличивать альтернативные инвестиции в социализацию ребёнка** — например, через воскресные школы. [CEP](https://cep.lse.ac.uk/seminarpapers/21-05-16-VF.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Это очень важный механизм:

$\text{State pressure} \rightarrow \text{parental counter-socialization} \rightarrow \text{backlash}.$

То есть отсутствие ожидаемого государством эффекта вовсе не обязательно означает:

> ребёнок иммунен к социализации.

Иногда оно означает:

> **государственное воздействие заставило семью социализировать ребёнка ещё сильнее в противоположную сторону.**

Для нашей дискуссии это крайне важно, потому что SnowBeaver любит интерпретировать failure of intended persuasion как evidence of children's immunity. Это логически не одно и то же.

[Fouka 2020 — Review of Economic Studies](https://academic.oup.com/restud/article/87/1/204/5472346?utm_source=chatgpt.com)

[Полная working-paper версия с анализом семьи и локальной среды](https://cep.lse.ac.uk/seminarpapers/21-05-16-VF.pdf?utm_source=chatgpt.com)

---

## 6. Каталония: школьное воздействие сохраняется даже при некаталонском происхождении родителей

Clots-Figueras & Masella изучают реформу 1983 года, после которой каталонский язык стал значительно шире использоваться в школьном образовании.

Чем больше лет человек был экспонирован к каталонскому обучению, тем сильнее позднее выражал **Catalan identity**; менялись также политические предпочтения и взгляды на устройство государства.

Для нашего вопроса главное: авторы отдельно сообщают, что эффект **сохраняется среди людей, родители которых не имеют каталонского происхождения**. [Wiley Online Library](https://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/ecoj.12051?utm_source=chatgpt.com)

То есть это ещё один статистический пример:

$\text{school environment} \rightarrow\text{identity shift}$

даже когда происхождение семьи не совпадает с продвигаемой школой идентичностью.

Но опять-таки:

**происхождение родителей ≠ измеренные политические взгляды родителей.**

И языковая политика — гораздо более широкое воздействие, чем «урок пропаганды»: меняется ежедневная языковая среда ребёнка.

[Clots-Figueras & Masella 2013 — Economic Journal](https://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/ecoj.12051?utm_source=chatgpt.com)

---

## 7. Северная Ирландия: здесь взгляды родителей измерены непосредственно

Это уже **не исследование государственной пропаганды**, зато оно ценно именно для построения модели `родители + школа + peers`.

Stringer et al. 2010 обследовали:

- **1732 школьника**;
- **800 родителей**.

Измерялись:

- политические/межгрупповые установки родителей;
- group membership;
- контакты ребёнка с другой группой **в школе**;
- такие же контакты **за школой**;
- установки самого ребёнка.

В совокупности parental attitudes, group membership и межгрупповые контакты объясняли около **58% вариации политических установок детей**. [PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/19906329/?utm_source=chatgpt.com)

Это очень полезно для нашего общего вывода:

**ни семья, ни школа по отдельности не являются исчерпывающим объяснением.**

При этом здесь непосредственно измерены attitudes родителей — то, чего нам так не хватает в исторических исследованиях Германии.

Но исследование cross-sectional, поэтому причинный вывод намного слабее, чем в тайваньском RD или китайском quasi-DiD.

[Stringer et al. 2010 — PubMed](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/19906329/?utm_source=chatgpt.com)

---

## 8. Есть ещё сильные исследования именно авторитарной школьной индоктринации, но без семьи

Их я тоже добавил бы в нашу общую базу.

### Авторитарный Тайвань — Bai & Li 2020

До демократизации KMT насыщала начальные и средние школы партийной идеологией. После отмены военного положения в 1987 году значительная часть этого содержания была быстро удалена.

Авторы используют **дату рождения относительно школьного cutoff**, из-за которой люди одного года рождения получили разное количество лет старой авторитарной программы.

Около **2000 респондентов**.

Каждый дополнительный год авторитарного образования впоследствии связан с:

- меньшим политическим участием;
- большей поддержкой и вероятностью голосования за KMT;
- меньшей вероятностью Taiwanese identity относительно Chinese.

Эффекты сохранялись спустя много лет после демократизации. [ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0272775720305306?utm_source=chatgpt.com)

Это очень сильный материал против общего тезиса «официальная школьная индоктринация не способна оставлять долговременный след».

Но взаимодействия с убеждениями родителей здесь нет.

[Bai & Li 2020 — Economics of Education Review](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0272775720305306?utm_source=chatgpt.com)

### Польша — коммунистическая школьная индоктринация

В 2024 году в _European Economic Review_ вышла работа, использующая реформу середины 1950-х, которая **убрала политическую индоктринацию из польских школ, оставив остальной curriculum практически неизменным**.

Опять применяется variation через школьные cutoff dates.

Ослабление индоктринации повлияло на дальнейшее получение среднего/высшего образования и участие в рынке труда даже примерно **через 50 лет**. [ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0014292123002696?utm_source=chatgpt.com)

Outcome здесь не политические beliefs, поэтому для SnowBeaver эта работа второстепенна. Но она показывает, насколько долговременные последствия может иметь изменение именно идеологического компонента школы.

[Long-lasting effects of indoctrination in school — European Economic Review, 2024](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0014292123002696?utm_source=chatgpt.com)

---

## Самое интересное: исследования дают три разных типа взаимодействия «государство × семья/среда»

И вот это, по-моему, важнее отдельных цифр.

|Механизм|Пример|Что происходит|
|---|---|---|
|**Complementarity**|Китай Kao; нацистская Германия V&V|Семья/среда подтверждает государственное сообщение → эффект **сильнее**|
|**Information / room to persuade**|Taiwan 1997|Семья/среда ещё не сформировала нужную установку → государственная школа даёт **больший сдвиг**|
|**Counter-socialization / backlash**|Немцы в США, Fouka|Семья противодействует государственному воздействию → эффект **ослабляется или переворачивается**|

То есть нет даже общего закона:

> «несогласная семья всегда делает пропаганду бессильной».

Taiwan — хороший контрпример.

И нет закона:

> «пропаганда всегда преодолевает семью».

Kao и Fouka — хорошие контрпримеры.

Гораздо лучше данные соответствуют модели:

$$\text{результат для ребёнка} = f( \text{государственное воздействие}, \text{семейные priors}, \text{силa семейной социализации}, \text{peers}, \text{локальная культура}, \text{интенсивность воздействия}, \text{последующая среда} ).$$

---

## А есть ли именно идеальное исследование, которое ты ищешь?

**Пока я такого не нашёл.**

Идеальная конструкция была бы:

1. до treatment непосредственно измерить политические/этнические взгляды **матери и отца**;
2. получить экзогенную или почти случайную разницу в экспозиции детей к государственной идеологической программе;
3. затем измерить убеждения **этих же детей**;
4. отдельно оценить:

$Treatment\times ParentalAttitude$

и

$Treatment\times LocalEnvironment.$

В авторитарном историческом контексте такой dataset чрезвычайно трудно получить.

Из найденного:

- **Kao** имеет хороший quasi-experimental treatment, но family variable = работа родителей на государство, **не убеждения**;
- **Taiwan 1997** имеет отличный RD и одновременно family + hometown variables, но family variable = **этничность родителей**, не их убеждения;
- **Stringer** непосредственно измеряет убеждения родителей и школьную/peer-среду, но нет экзогенного государственного treatment;
- **Fouka** имеет сильный policy design и хорошую семейную heterogeneity, но family variable опять относится к **этническому происхождению/инвестициям в идентичность**, а не к baseline attitude.

Поэтому пока **единственного исследования, идеально отделяющего «ребёнок неантисемитских/антинацистских родителей + почти случайное попадание под государственную индоктринацию»**, у нас нет.

Но комбинация **Kao + Taiwan 1997 + Fouka** уже очень информативна.

И особенно **Taiwan 1997 я бы разобрал дальше очень подробно**. Для нашего спора это неожиданно ценный кейс: там есть одновременно довольно чистая причинная вариация школьного curriculum, **локальная среда и семейное происхождение**, причём результат показывает большой сдвиг именно среди детей с **менее благоприятными для продвигаемой идентичности priors**. Это наиболее близко к статистической версии твоего примера «родители не внушили X, а школа смогла».

# 31. Исследование в Тайване

> ==Разбери исследование про Тайвань.==

Да. Это исследование действительно очень полезно для нашей темы, но после внимательного чтения я бы **заметно осторожнее использовал семейный результат**, чем в предыдущем ответе. Сильнейшая часть работы — причинный эффект школьной программы и его зависимость от **локальной среды**. Анализ семьи интересен, но статистически гораздо слабее.

Речь о Wei-Lin Chen, Ming-Jen Lin & Tzu-Ting Yang, **“Curriculum and national identity: Evidence from the 1997 curriculum reform in Taiwan”**, _Journal of Development Economics_, 2023. Это нормальная рецензируемая количественная работа в профильном экономическом журнале; авторы предоставляют данные/репликационные материалы. [ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0304387823000330?utm_source=chatgpt.com)

## 1. Что именно произошло на Тайване

До реформы школьная история была сильно **China-centered**. В junior high ученики примерно полтора года изучали историю Китая и полтора — мировую историю; Тайваню в китайской части были посвящены лишь одна глава и часть другой, около **16 страниц**. Новая серия _Knowing Taiwan_, введённая для поступивших в junior high осенью 1997 года, отвела первому году отдельный курс истории Тайваня — **116 страниц**, а Китай и мировую историю перенесла на последующие годы. Кроме того, новый учебник последовательно разделял понятия «Taiwan» и «China», тогда как старый часто называл Китай «нашей страной». [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Реформа касалась не только истории, а всей серии социальных предметов — History, Geography, Society. Поэтому строго говоря treatment здесь:

**новая государственная социально-историческая учебная программа**, а не одна конкретная фраза в учебнике. Авторы сами подчёркивают, что не могут определить, какой именно компонент реформы дал эффект. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Важная оговорка для нашего спора: это **не аналог нацистской пропаганды один к одному**. Тайвань к 1997 году уже был демократизирующимся/демократическим обществом. Более того, старый curriculum сам был результатом прежней KMT-политики «синификации». То есть эксперимент скорее сравнивает **две государственные версии национальной истории**, чем «пропаганду против нейтрального образования».

---

## 2. Почему здесь вообще можно говорить о причинном эффекте

Самое сильное место работы — очень удачный **regression discontinuity design**.

В Тайване учебный год начинается в сентябре. Дети, родившиеся после школьной отсечки, поступают на год позже.

Поэтому:

- родившийся в **августе 1984** попадал в последний набор со старыми книгами;
- родившийся в **сентябре 1984** — в первый набор с _Knowing Taiwan_.

При этом родители, разумеется, не могли в 1984 году планировать месяц рождения ребёнка в зависимости от реформы, объявленной только десять лет спустя. Авторы сравнивают людей, родившихся совсем рядом с этой отсечкой. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Главная выборка:

- годы рождения: сентябрь 1982 — август 1986;
- surveys: **2003–2005**;
- возраст при опросе: **18–23 года**;
- то есть результат измеряется примерно через **5–10 лет после чтения учебников**;
- `N = 427`;
- treatment: 173;
- control: 254. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Исход — очень простой вопрос Taiwan Social Change Survey:

> считает ли человек себя Taiwanese, Chinese или both?

Авторы кодируют:

**1 = исключительно Taiwanese;  
0 = Chinese или both.**

То есть речь идёт именно о переходе к **исключительной тайваньской самоидентификации**. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

---

## 3. Главный результат — около +18 процентных пунктов

Основная таблица:

|Спецификация|Эффект новой программы|
|---|---|
|Только RD + year FE|**+16,2 п.п.**|
|+ этнические controls|**+17,3 п.п.**|
|+ демография/семья|**+18,3 п.п.**|
|+ регион|**+18,2 п.п.**|
|Baseline|**60,8%**|
|N|**427**|

В preferred specification:

**+18,2 п.п., SE = 8,4 п.п., p < .05.**

То есть эффект примерно в **2,2 стандартной ошибки** — вполне значимый, но выборка не огромная. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это важно правильно читать. Нельзя просто сказать:

> «61% превратились в 79%».

`60,8%` — среднее контрольной группы, а `+18,2` — локальный RD-скачок в точке отсечения; это не совсем обычная разница двух средних.

Но по порядку величины речь действительно идёт об очень большом сдвиге.

Авторы дополнительно рассчитывают **persuasion rate = 46,4%**. Я бы эту цифру в споре SnowBeaver **не использовал**. Это специальная нормировка:

$\frac{0.182}{1-0.608}\approx46.4\%.$

Она не означает буквально:

> «46% детей государство убедило».

Чистые **+18 п.п.** намного прозрачнее.

---

## 4. Насколько RD выглядит надёжно

Здесь работа сделана довольно хорошо.

Авторы проверяют, нет ли около сентября 1984 других скачков в характеристиках людей:

- пол;
- собственное образование;
- образование отца;
- образование матери;
- этничность родителей;
- этнический состав места проживания.

Почти всё непрерывно. Единственное исключение — доля Hoklo в hometown падает примерно на **7,5 п.п.** справа от cutoff, но лишь с `p<.10`; авторы затем явно контролируют эту переменную, и основной результат почти не меняется. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Они также проверяют плотность рождений около cutoff: скачка нет. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Есть ещё хороший placebo-тест: они ставят ложные школьные отсечки в сентябре **1980, 1981, 1982 и 1983**. Никакого похожего эффекта там нет:

- −4,3 п.п.;
- −2,6 п.п.;
- +0,6 п.п.;
- +0,3 п.п.

в наиболее полной спецификации. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

А затем делают большой permutation test: из **384 фиктивных реформ** только четыре дают оценку больше настоящих +18 п.п.; эмпирический `p≈.01`. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это сильная проверка против объяснения:

> «у людей, родившихся после сентября, почему-то вообще и без реформы другая идентичность».

---

## 5. Но compliance не идеален

В TSCS нет информации, когда конкретно человек реально пошёл в школу. Поэтому treatment присваивается **по месяцу рождения**, а не по фактически прочитанному учебнику.

На более поздних PISA-данных авторы проверяют соблюдение школьной отсечки и получают примерно **95% compliance**. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

То есть RD здесь фактически немного похож на intent-to-treat.

Это скорее должно **размывать**, а не создавать эффект, если оставшиеся 5% нарушений случайны. Но всё же нельзя утверждать, что каждому человеку treatment известен на 100%.

---

## 6. Результат устойчив, но не без слабых мест

При quadratic RD оценки остаются примерно:

**+18,6 … +20,9 п.п.**

однако из-за больших standard errors часть становится значимой только на 10%-уровне. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Есть и заметный момент: график заставляет подозревать, что результат частично тянут несколько когорт, родившихся весной 1984. Когда авторы убирают март–май 1984, preferred estimate уменьшается:

**+13,3 п.п., SE=.076, p<.10.** [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

То есть результат **не исчезает**, но становится менее статистически убедительным.

Я бы поэтому оценил основной causal result как:

**хороший и правдоподобный, но не «железобетонный на N=100 000».**

---

## 7. Очень интересный механизм: кто сильнее учил учебники

Авторы делят респондентов на academic и vocational track.

Идея: ученики академического трека обычно гораздо интенсивнее зубрили материалы для вступительных экзаменов.

Получается:

|Трек|Эффект curriculum|
|---|---|
|**Academic, N=219**|**+30,8 п.п.**, SE=.138|
|Vocational, N=208|+4,0 п.п., SE=.114|
|Разница effects|**+32,3 п.п.**, SE=.160|

Разница значима на 5%-уровне в наиболее полной модели. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это прекрасно согласуется с механизмом:

**больше внимания/запоминания содержания → больший эффект.**

Но я бы здесь был осторожнее авторов. Academic/vocational track определяется **после junior high**, то есть формально это post-treatment characteristic. Кроме того, он связан с способностями, семейным классом, мотивацией и т. д.

Поэтому это хороший **механистический намёк**, но не чистый causal dose-response.

---

## 8. Теперь самое ценное для нашего спора: окружающая среда

Вот здесь исследование действительно очень интересно.

Авторы знают, **где человек прожил большую часть времени до 15 лет**. Это принимается за его hometown. Затем к этому township привязывается доля этнических Hoklo. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Почему Hoklo?

В независимых дореформенных/старших данных:

- Hoklo: около **39%** идентифицируют себя исключительно как Taiwanese;
- Hakka: 25%;
- Aboriginal: 27%;
- Mainlander: **8%**. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Следовательно, доля Hoklo — proxy того, насколько много ребёнок до школы/в школе был окружён **Taiwan-oriented социальной средой**.

Авторы делят hometowns по медиане:

**77,1% Hoklo.**

И сначала проверяют независимо: до реформы в low-Hoklo towns Taiwanese identity действительно примерно на **10–15 п.п. ниже**, чем в high-Hoklo towns. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

А затем проводят RD отдельно.

### Получается очень сильное различие

|Среда детства|Эффект нового curriculum|
|---|---|
|**Low-Hoklo hometown**, N=193|**+35,1 п.п.**, SE=.123, p<.01|
|High-Hoklo hometown, N=234|+5,7 п.п., SE=.104, n.s.|
|**Разница эффектов**|**+30,9 п.п.**, SE=.152, p<.05|

Это, пожалуй, самая ценная цифра работы для нашего спора.

### Что она означает

Дети, которые до школы жили в среде, **менее насыщенной Taiwanese identity**, реагируют на учебную программу гораздо сильнее.

То есть:
$$\text{слабее социальный prior} \Rightarrow \text{сильнее эффект учебника}.$$

Это прямо противоположно паттерну Voigtländer–Voth для нацистской Германии, где пропаганда сильнее закреплялась там, где **исходная среда уже была антисемитской**.

Авторы сами это замечают в conclusion. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

И это очень важный общий урок:

> **нет универсального закона, что пропаганда работает только тогда, когда семья и среда её подтверждают.**

В одном контексте согласующаяся среда даёт reinforcement; в другом — если среда уже и так сформировала нужное убеждение, государству просто **нечего дополнительно менять**, и самый большой marginal effect возникает у детей со слабым prior.

---

## 9. Насколько хорошо измерена сама «окружающая среда»

Не идеально.

Hometown — место, где человек прожил дольше всего до 15. Это достаточно разумно. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Но ethnic composition township берётся из большого опроса **2004 года**, `N=37 693`, примерно по 100 человек на township, тогда как дети росли там преимущественно в конце 1980-х — 1990-х. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

То есть исследование предполагает, что этногеографическая структура достаточно стабильна.

Кроме того:

**Hoklo share — не непосредственное измерение политических взглядов окружения.**

Low-Hoklo town может отличаться от high-Hoklo town ещё и:

- урбанизацией;
- экономикой;
- партийной историей;
- миграцией;
- школами;
- media environment.

Авторы добавляют региональные controls, и результат остаётся. Но полностью разложить эти факторы нельзя.

Поэтому правильная формулировка:

> **эффект curriculum сильно зависит от proxy исходной локальной Taiwan-oriented среды.**

А не:

> «мы точно измерили убеждения друзей и соседей».

---

## 10. И теперь семейный анализ — здесь я бы сильно понизил уверенность

Это тот результат, который в прошлый раз выглядел особенно заманчиво.

Авторы делят людей на:

1. **оба родителя Hoklo**;
2. **хотя бы один родитель non-Hoklo**.

На независимой более старой выборке люди с двумя Hoklo-родителями значительно чаще имеют Taiwanese identity:

**39% против 18%.** [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

То есть ethnicity родителей используется как proxy семейного prior.

Результаты RD:

|Родители|N|Effect|
|---|---|---|
|**≥1 non-Hoklo parent**|**118**|**+56,9 п.п.**, SE=.162|
|оба Hoklo|309|+9,6 п.п., SE=.103|
|interaction|427|**+32,2 п.п.**, SE=.177|

На первый взгляд это фантастически сильный результат:

> ребёнок из семьи, менее связанной с Taiwanese identity → школа сдвигает его сильнее.

Но здесь четыре серьёзные проблемы.

### Первая: N=118

Подвыборка с non-Hoklo родителем очень маленькая.

Авторы сами прямо предупреждают, что считают family analysis менее надёжным и **больше доверяют hometown analysis**. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

### Вторая: heterogeneity только на 10%-уровне

Сам treatment внутри non-Hoklo подгруппы очень значим.

Но именно интересующий нас тест:

> действительно ли эффект у двух типов семей различается?

даёт interaction:

**+32,2 п.п., SE=.177, p<.10.**

То есть evidence suggestive, а не strong.

### Третья: этничность родителей — совсем не убеждения родителей

Это принципиально.

Мы **не знаем**, считал ли отец Taiwanese/Chinese, голосовал ли за KMT/DPP, что говорил дома ребёнку и т. д.

Non-Hoklo ancestry только статистически связано с более слабой Taiwanese identity.

Поэтому нельзя писать:

> «дети родителей, которые были против Taiwanese identity, были переубеждены школой».

Данных на это нет.

### Четвёртая: family ethnicity тесно связана с hometown ethnicity

Сами авторы признают:

> они не способны чётко разделить семейный и локальный механизм. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

То есть человек с non-Hoklo родителем чаще также растёт в low-Hoklo районе.

Именно поэтому **семейная таблица — robustness check к основной regional result, а не самостоятельное доказательство overriding of parental beliefs.**

---

## 11. Есть ещё одна странность семейной таблицы, которую стоит заметить

В независимой старшей выборке:

- оба Hoklo parents → 39% Taiwanese;
- ≥1 non-Hoklo → 18%.

Разница огромная — 21 п.п. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Но в **контрольной части основной молодой выборки** baseline means:

- оба Hoklo: **61,7%**;
- ≥1 non-Hoklo: **59,2%**.

Разница всего **2,5 п.п.** [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это не обязательно ошибка: общество быстро менялось, выборки/возраст различаются, а baseline mean — не локальный RD intercept.

Но это лишний повод **не трактовать parent ethnicity как точное измерение actual prior данной конкретной семьи**.

И оценка `+56,9 п.п.` на бинарном outcome при baseline ~59% ещё раз показывает, насколько нестабилен маленький subgroup RD: коэффициент нельзя буквально складывать с этим baseline как обычные вероятности.

---

## 12. Что произошло с эффектом через 10–20 лет

И вот это, пожалуй, самый важный результат для честного разговора со SnowBeaver.

Авторы берут те же birth cohorts, но уже surveys **2010–2015**:

- возраст 24–33;
- **11–20 лет** после учебников;
- `N=822`.

Получают:

**+1,1 п.п., SE=4,9 п.п.**

То есть статистически **ноль**. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Если остановиться здесь, можно сказать:

> «Вот — школьный эффект со временем исчез».

Но динамика интереснее.

Простые cohort means:

|2003–05|2010–15|
|---|---|---|
|Старые учебники |**61%**|**79%**|
|Новые учебники|**71%**|**83%**|
|Разница|10 п.п.|4 п.п.|

То есть treatment cohort **не откатилась назад**:

**71 → 83%.**

Это control cohort поднялась:

**61 → 79%.**

Авторы поэтому предполагают, что общественная среда со временем «догнала» воздействие нового учебника. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

### Но здесь тоже надо быть точным

Это **не panel**.

В 2003 и 2015 спрашивали не тех же самых конкретных людей, а разные репрезентативные выборки из тех же birth cohorts.

Поэтому нельзя сказать:

> «мы видим, что каждый убеждённый ребёнок сохранил убеждение».

Мы видим только, что **среднее treatment cohorts не упало**, а среднее control cohorts выросло.

И авторы сами признают: они не могут непосредственно проверить, произошло ли catch-up из-за:

- общего тренда Taiwanese identity;
- peer spillovers;
- политических событий;
- другой новой информации. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

---

## 13. Это исследование скорее за SnowBeaver или против?

На разные части его тезиса — по-разному.

### Очень сильно против:

> «Школьное политическое содержание практически не способно изменить внутреннюю установку ребёнка».

Здесь есть довольно чистый RD:

**+18 п.п. в самоидентификации спустя 5–10 лет.**

Это не школьное поведение «сказал учителю правильную фразу», а ответ взрослого человека в независимом национальном survey спустя годы.

### Ещё сильнее против:

> «Если семья/среда не поддерживает сообщение, школа почти бессильна».

Локальный результат показывает обратное:

**+35 п.п. в low-prior environment против ≈+6 п.п. в high-prior environment.**

То есть в этом контексте школа имеет **больше**, а не меньше пространства для persuasion.

### Но скорее в пользу более умеренной версии SnowBeaver:

> «Эффект школы не обязательно сохраняется как отдельный когортный след десятилетиями».

Да.

Через 11–20 лет **различие treatment/control статистически исчезло**.

Однако это не произошло посредством «осыпания» treatment. Общество догнало их.

---

## 14. И ещё очень важная вещь: identity изменилась, но политика почти нет

Новые учебники заметно меняют **self-identification**, но почти не меняют:

- unconditional support for independence: `+5,6 п.п.`, n.s.;
- поддержку pro-independence parties: `−7,4 п.п.`, n.s.;
- поддержку independence при отсутствии войны: `+4,5 п.п.`, n.s.

Только **strong support for independence if no war** даёт около `+13,1 п.п.`, но лишь на 10%-уровне. [Wei Lin Chen](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf)

Это очень полезная граница.

Школьный curriculum способен заметно изменить одну важную внутреннюю категорию:

**«кто я?»**

но из этого не следует автоматическое изменение всей связанной идеологии:

**«какую внешнюю политику я поддерживаю?»**

Для нашего случая с нацизмом аналогия такая:

> даже если школа меняет расовую/национальную идентичность или конкретные стереотипы, нельзя автоматически предполагать такой же эффект на полный пакет нацистских политических убеждений.

---

## 15. Насколько это исследование ценно именно для нашей германской дискуссии

Я бы поставил его **очень высоко как внешний causal evidence**, но использовал бы строго ограниченно.

Оно показывает почти экспериментально:

> **изменение содержания государственной школьной программы может причинно изменить политически значимую самоидентификацию ребёнка, причём эффект измерим много лет после школы.**

Это непосредственно разрушает универсальное утверждение:

> «классный руководитель/учебник ребёнка внутренне не переубедит».

Причём самое интересное:

> **эффект может оказаться наиболее сильным именно там, где исходная социальная среда менее поддерживает продвигаемый взгляд.**

Но оно **не доказывает**, что:

- нацистские учебники имели такой же effect size;
- государство всегда побеждает семью;
- родители в тайваньском исследовании придерживались противоположных взглядов;
- эффект обязательно сохраняется всю жизнь;
- изменение идентичности равно изменению глубоких моральных или идеологических убеждений.

---

## Моя оценка по компонентам

|Элемент исследования|Оценка|
|---|---|
|Причинная идентификация **общего эффекта curriculum**|**Сильная**|
|Размер кратко-/среднесрочного эффекта|**Большой, но N небольшой**|
|Robustness основного результата|**Хорошая**|
|Доказательство dose/attention mechanism|**Среднее**|
|Heterogeneity по локальной среде|**Довольно сильное**|
|Heterogeneity именно по семье|**Слабое–умеренное / suggestive**|
|Доказательство overriding противоположных взглядов родителей|**Нет**|
|Долговременный differential effect через 11–20 лет|**Нет — ≈0**|
|Доказательство, что treatment сам «выветрился»|**Нет; данные скорее показывают catch-up контроля**|
|Полезность против универсального тезиса SnowBeaver|**Очень высокая**|

### Для ответа SnowBeaver я бы сформулировал этот кейс примерно так

> **Есть даже значительно более чистые, чем исторические немецкие, квазиэкспериментальные данные. На Тайване школьная реформа 1997 года попала по календарной отсечке одним почти одинаковым когортам и не попала другим. Через 5–10 лет получившие новые учебники примерно на 18 п.п. чаще идентифицировали себя исключительно как тайваньцы. Причём эффект составлял около 35 п.п. у выросших в местностях, где исходная тайваньская идентичность была слабее, и практически отсутствовал там, где она уже была сильной. То есть школьное содержание способно менять внутреннюю политически значимую идентичность даже тогда, когда окружающая среда изначально её слабее поддерживает. При этом через 11–20 лет разница между когортами исчезла — не потому, что обработанная группа вернулась назад, а потому, что контрольная группа догнала её на фоне общего общественного сдвига. Это хороший пример того, почему реальный эффект индоктринации может быть большим, зависеть от priors и при этом не оставлять вечной разницы между когортами.**

Это, по-моему, гораздо сильнее и честнее, чем просто сказать «пропаганда работает».

### Прямые ссылки

[Опубликованная статья — Journal of Development Economics / ScienceDirect](https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0304387823000330?utm_source=chatgpt.com)

[Полная авторская версия статьи с Online Appendix и таблицами](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf?utm_source=chatgpt.com)

[Исходная диссертация Wei-Lin Chen в National Taiwan University](https://tdr.lib.ntu.edu.tw/handle/123456789/2384?mode=full&utm_source=chatgpt.com)

# 32. Другие релевантные исследования послевоенной Германии

> ==Какие ещё существуют исследования о нацизме/антисемитизме в послевоенной Германии, релевантные к нашему случаю? Сделай краткую сводку, и обязательно укажи степень релевантности и то, опровергает или подтверждает это мой тезис.==

Да. Я сопоставил новые источники именно с тем, что уже подробно разобрано в файле. Поэтому ниже **не повторяю** OMGUS 1946/1948, Allensbach-1949/Reuband, Bergmann & Erb 1987, Voigtländer–Voth 2012/2015, Adena et al. и т. п. — они у нас уже входят в основную матрицу доказательств.

Под **твоим тезисом** дальше понимаю не максималистскую версию «нацистская школа навсегда перепрограммировала большинство детей», а более защищаемую: **нацистская социализация детей оказала на заметную часть из них реальное внутреннее воздействие, которое не свелось к внешнему конформизму и у части людей пережило падение режима; эффект при этом был неоднородным и мог впоследствии ослабевать.** Это соответствует осторожному итогу нашего прошлого разбора. Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD

Шкала релевантности ниже: **5/5** — почти непосредственно отвечает на наш вопрос; **3/5** — важный косвенный материал; **1/5** — только общий фон.

|Исследование|Что нового даёт|Релевантность|Отношение к твоему тезису|
|---|---|---|---|
|**Frankfurter Gruppenexperiment, 1950–51; Pollock 1955**|137 групповых дискуссий, свыше 1600 участников. Исследование специально пыталось выяснить, насколько национал-социализм, расизм и антисемитизм пережили 1945 год, причём методом, рассчитанным на выявление не только публично допустимых ответов. Современный повторный анализ одной молодёжной группы показывает любопытную комбинацию: молодые эмоционально отмежёвывались от NS, но могли сохранять антидемократические, расистские и антисемитские чувства в изменённой форме. [IFS Universität Frankfurt](https://www.ifs.uni-frankfurt.de/projektdetails/id-83-die-postnazistische-gesellschaft-das-gruppenexperiment-des-instituts-fur-sozialforschung-erschliessung-edition-forschung.html?utm_source=chatgpt.com)|**4/5**|**Подтверждает.** Очень хорошо против модели «режим исчез → внутренние установки исчезли». Но это прежде всего качественный материал, а не причинная оценка эффекта школы.|
|**Peter Schönbach, 1961 — антисемитская волна 1959/60**|232 жителя Франкфурта. Около 16% были классифицированы как сочувствующие антисемитским позициям; особенно интересен результат, что **самый высокий открытый антисемитизм обнаруживался у нижнего среднего класса младше 30 лет**. В 1960-м эти люди были рождены после ~1930 года, т. е. всё их детство пришлось на нацистскую эпоху. Но выборка небольшая и нерепрезентативная для всей ФРГ, а outcome — прежде всего реакция на антисемитские инциденты. [Amazon S3](https://s3-euw1-ap-pe-df-pch-content-store-p.s3.eu-west-1.amazonaws.com/9781315082202/7c636ddc-101f-454b-8ebd-b10274f064b3/preview.pdf?AWSAccessKeyId=ASIAQFVOSJ57SI6OF4DU&Expires=1773720469&Signature=M6TihX3Py2nRa1jwEsdPlcMZX6k%3D&response-content-disposition=attachment%3B+filename%3D%2210.4324_9781315082202_previewpdf.pdf%22&x-amz-security-token=IQoJb3JpZ2luX2VjEBgaCXVzLWVhc3QtMSJHMEUCIQC%2FVTAgHwTF7lYfJ6JLpXopT0xCpW46seBkzYgiskrNnAIgV3lzsJOfZDRR7CAWJ3QiZ9WbxTD%2BZJx33eo%2FhdRhv00qlgQI4f%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2FARAEGgwwMTIxNzcyNjQ1MTEiDA7d06KkK6NgzPNJMyrqA3dmZwNsMKZ5vRM%2F3QFvEGjGz9oy3qex3GydbfzKngWevzBzDW1TPW9Rh%2BHI9fhvLH7tSOnWPY2Jx6TBPCCXjKXqAqBNPvVo4PtKQPLg%2BEpazkz7%2B6UccVW%2Fn9IcIWaU39Apmwvz25M6xvB342x812PQ%2B1m9XALoa3x2OAEKdOJjnBHiPKgmibcYooPAn5KqospIkm4YVpsggVOhRFZnhwSZ7fsat%2FtgOi4WLwBuCu7yVU%2Bij%2B8SlNVW1URMLwjK66EcbwEeHWrcaIA23zxI5FYKE7IuKamvmFyXTTI7q2DmecftF0JyXN7cg6jo0PJ0%2BJ870QEUB28NgnU%2Bjb2uSswzjjZQTh51pIoOD1ZxZ7pFp29vCP4ujGa%2FQeT5SKR7wcIm6xr6i%2B082SVm0xNsHOJ%2FSJ2xsYGit3ffv0c6qopQTxNyxhrBrA9XCbM3vqyH3QZSHjwRoGZHMQEr43wfsha9Sf0sm2zuByCPO77%2BUmcBROq5qmVSNIBdIbe7Wj4kFuEz7FoRQ90UxKnXqTdiAoAiFGiKrE1udvGTb%2BhkvSUkuGp%2Ftt5dC5uSpCfrdnTnjG4vm%2FwtXNyVAM7TxIZqdrWb34iBxji3tKqXEXGkFQCO2LFOM4CHmMCRHOfuEz1paGThs1QuzsPLlbQw6q3izQY6pQHtZJ6EzIHW5rxKCcV658FFxuUsAVwr7yfZLuvp3gDo%2FNgZwWXUxH15adhQGoZB6H4gXLwleJNyTP510ByygxljeRQ4LjawlXPxEQJq797Y4HaBhM9PcLjNSDODqavJhNdh1CdrT9%2Ff7OD5l9AK5ue9927rgquZTO%2FsV62jreO9nzm7mRY6ta3KQMLBS5g6WfOA9uVQU2M36XrodHZP8wMTrM2A5nE%3D&utm_source=chatgpt.com)|**4/5**|**Скорее подтверждает.** Ещё через 15 лет после режима среди части именно бывшей детской когорты наблюдается выраженный антисемитизм. Но это существенно слабее V&V как доказательство когортного эффекта.|
|**Schmidt & Becker 1961 / von Freyhold 1971 — Eichmann-Prozess**|Две репрезентативные волны во время процесса Эйхмана. Позже von Freyhold использовала эти и другие данные и обнаружила **ясную связь антисемитизма с симпатиями к национал-социализму**; антисемитизм трактовался отчасти как способ рационализации отношения к NS-прошлому. [Amazon S3](https://s3-euw1-ap-pe-df-pch-content-store-p.s3.eu-west-1.amazonaws.com/9781315082202/7c636ddc-101f-454b-8ebd-b10274f064b3/preview.pdf?AWSAccessKeyId=ASIAQFVOSJ57SI6OF4DU&Expires=1773720469&Signature=M6TihX3Py2nRa1jwEsdPlcMZX6k%3D&response-content-disposition=attachment%3B+filename%3D%2210.4324_9781315082202_previewpdf.pdf%22&x-amz-security-token=IQoJb3JpZ2luX2VjEBgaCXVzLWVhc3QtMSJHMEUCIQC%2FVTAgHwTF7lYfJ6JLpXopT0xCpW46seBkzYgiskrNnAIgV3lzsJOfZDRR7CAWJ3QiZ9WbxTD%2BZJx33eo%2FhdRhv00qlgQI4f%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2FARAEGgwwMTIxNzcyNjQ1MTEiDA7d06KkK6NgzPNJMyrqA3dmZwNsMKZ5vRM%2F3QFvEGjGz9oy3qex3GydbfzKngWevzBzDW1TPW9Rh%2BHI9fhvLH7tSOnWPY2Jx6TBPCCXjKXqAqBNPvVo4PtKQPLg%2BEpazkz7%2B6UccVW%2Fn9IcIWaU39Apmwvz25M6xvB342x812PQ%2B1m9XALoa3x2OAEKdOJjnBHiPKgmibcYooPAn5KqospIkm4YVpsggVOhRFZnhwSZ7fsat%2FtgOi4WLwBuCu7yVU%2Bij%2B8SlNVW1URMLwjK66EcbwEeHWrcaIA23zxI5FYKE7IuKamvmFyXTTI7q2DmecftF0JyXN7cg6jo0PJ0%2BJ870QEUB28NgnU%2Bjb2uSswzjjZQTh51pIoOD1ZxZ7pFp29vCP4ujGa%2FQeT5SKR7wcIm6xr6i%2B082SVm0xNsHOJ%2FSJ2xsYGit3ffv0c6qopQTxNyxhrBrA9XCbM3vqyH3QZSHjwRoGZHMQEr43wfsha9Sf0sm2zuByCPO77%2BUmcBROq5qmVSNIBdIbe7Wj4kFuEz7FoRQ90UxKnXqTdiAoAiFGiKrE1udvGTb%2BhkvSUkuGp%2Ftt5dC5uSpCfrdnTnjG4vm%2FwtXNyVAM7TxIZqdrWb34iBxji3tKqXEXGkFQCO2LFOM4CHmMCRHOfuEz1paGThs1QuzsPLlbQw6q3izQY6pQHtZJ6EzIHW5rxKCcV658FFxuUsAVwr7yfZLuvp3gDo%2FNgZwWXUxH15adhQGoZB6H4gXLwleJNyTP510ByygxljeRQ4LjawlXPxEQJq797Y4HaBhM9PcLjNSDODqavJhNdh1CdrT9%2Ff7OD5l9AK5ue9927rgquZTO%2FsV62jreO9nzm7mRY6ta3KQMLBS5g6WfOA9uVQU2M36XrodHZP8wMTrM2A5nE%3D&utm_source=chatgpt.com)|**3.5/5**|**Подтверждает косвенно.** Через 16 лет антисемитизм всё ещё статистически сцеплен именно с благоприятным отношением к нацизму. Но здесь нет чистого сравнения «дети NS ↔ другие поколения».|
|**Melvin Tumin, 1961 — Racist and Antisemitic Prejudices, Germany (ZA0194)**|Вот это потенциально **очень важная находка**. Немецкая выборка `N=577`, возраст **14–50**, многоступенчатая случайная выборка; есть антисемитские индексы, возраст, образование, социальное происхождение и показатели политической социализации. Исследование специально сравнивало **youth and adults** в Германии, Франции и Англии. [АРДА](https://thearda.com/data-archive/religion-resource-single-item?resourceInternalName=ZA0194&utm_source=chatgpt.com)|**5/5**|**Пока без вердикта.** Доступные сводки не дают нужной нам немецкой таблицы `возраст × антисемитизм`. Здесь я бы **не угадывал результат**, а разобрал сами данные ZA0194. Это один из лучших кандидатов на следующий этап.|
|**Walter Jaide, 1958–62**|660 подробных интервью + репрезентативный quota-survey примерно **2000 молодых людей**, родившихся в 1940–46. В 1961 году по вопросу о Гитлере/NS: 3% — «следует признать», 7% — больше хорошего, чем плохого; 37% — больше плохого; ещё 37% — полностью осуждали. Главной самостоятельно названной причиной негативной оценки была **преследование евреев — 45%**. [Zeitgeschichte Hamburg](https://zeitgeschichte-hamburg.de/files/public/FZH/Publikationen_digital/Ursula%20Buettner%20Die%20Deutschen%20und%20die%20Judenverfolgung.pdf?utm_source=chatgpt.com)|**3.5/5**|**Смешанно; ограничивает сильную версию твоего тезиса.** Это поколение почти не успело пройти нацистскую школьную социализацию и формировалось уже после войны. Оно показывает, насколько сильно **новая среда способна изменить поколенческий профиль**. Но тезис SnowBeaver о слабости воздействия _на нацистских детей_ отсюда не следует.|
|**Frederick Weil — анализ опроса 1969 года**|Факторный анализ обнаруживает в ФРГ ещё в 1969 году отдельный, внутренне связный кластер **National Socialist Ideology**, одним из компонентов которого был антисемитизм. Но автор подчёркивает: придерживалась этого комплекса уже **очень небольшая часть населения**. [LSU](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil90AntisemitismFourNation-BergmannErb.pdf?utm_source=chatgpt.com)|**4/5**|**Смешанно, но скорее подтверждает умеренный тезис.** Нацистский идейный пакет через четверть века не исчез бесследно — но стал маргинальным. Очень хорошее свидетельство формулы **«persistence ≠ permanence»**.|
|**Silbermann & Sallen, 1974**|Большое западногерманское исследование антисемитизма, данные сохранены в GESIS. В последующем сравнительном анализе Weil: люди **до 30 лет были на 18 п.п. менее антисемитскими, чем 55+**, а люди с университетским образованием — на 35 п.п. менее антисемитскими, чем с минимальным школьным образованием. При этом антисемитизм в общей популяции оставался далеко не исчезнувшим. [Da-Ra](https://www.da-ra.de/dara/study/web_show?detail=true&lang=&max=&mdlang=en&offset=&q=&res_id=3071&v=1&widget=&widgetclient=&utm_source=chatgpt.com)|**5/5**|**Очень важный смешанный результат.** **Подтверждает долговременный когортный след**, потому что поколения с довоенной/нацистской социализацией значительно выше послевоенных. Но одновременно показывает сильное **ослабление через смену поколений и образование**. Против «всё осыпалось» — да; против «эффект почти необратим» — тоже да.|
|**Gerda Lederer, 1982 — авторитаризм 1945→1979**|Сопоставляет западногерманских подростков 1945, 1960-х и 1979 годов. Авторитаризм существенно падает; падение в Западной Германии сильнее, чем в США. В 1945 немецкие подростки намного авторитарнее американских, к 1979 картина фактически переворачивается. [Sage Journals](https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/0022002182013003002?utm_source=chatgpt.com)|**3/5**|**Скорее ограничивает твой тезис.** Очень хорошо показывает способность послевоенной социализации постепенно демонтировать авторитарные установки. Но outcome — **авторитаризм**, а не антисемитизм, поэтому прямым контраргументом к долговременному антисемитскому следу это не является.|
|**Beyer & Krumpal 2010 — «Aber es gibt keine Antisemiten mehr»**|Не про поколение 1930-х, но методологически чрезвычайно полезно. Эксперимент на 241 немецком школьнике 14–18 лет: когда респондентам сначала активировали представление об антисемитских взглядах их друзей, подростки из антисемитских peer-групп сообщали существенно больше собственного антисемитизма — **3,3 → 4,0 пункта**, `p<.001`. Авторы прямо показывают проблему **социально желательных ответов и underreporting** антисемитизма после 1945. [Springer Nature](https://link.springer.com/article/10.1007/s11577-010-0115-0)|**3.5/5**|**Подтверждает важную часть твоей критики SnowBeaver.** Публичное «я не антисемит/не нацист» — плохой прямой измеритель внутренней установки в обществе, где такая позиция санкционируется. Но само по себе исследование ничего не доказывает о детской индоктринации 1933–45.|

### Что из этого наиболее важно

На мой взгляд, **новые источники не переворачивают нашу прежнюю картину, а делают её лучше определённой**.

Самая сильная новая поддержка твоего тезиса — не в том, что нашёлся ещё один опрос с гигантским молодёжным пиком. Гораздо интереснее, что **на разных дистанциях после 1945 года снова обнаруживается остаток прежних установок**, но одновременно видно его постепенное размывание. Gruppenexperiment показывает сохранение скрытых/трансформированных установок уже в 1950–51; Schönbach обнаруживает их в бывшей детской когорте в 1960; Weil ещё в 1969 обнаруживает связный NS-идеологический кластер; Silbermann/Sallen в 1974 показывают очень сильный поколенческий градиент. [Cambridge University Press](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/issue/27701B863C4BF7332FB10A679B3CDB91?utm_source=chatgpt.com)

Но **Jaide, Lederer и тот же Silbermann/Sallen запрещают делать следующий, более сильный вывод**: будто однажды усвоенная в детстве нацистская социализация оставалась практически неизменной всю жизнь. Молодые послевоенные поколения очень сильно отходят от неё, авторитаризм падает, образование связано с гораздо меньшим антисемитизмом. [Zeitgeschichte Hamburg](https://zeitgeschichte-hamburg.de/files/public/FZH/Publikationen_digital/Ursula%20Buettner%20Die%20Deutschen%20und%20die%20Judenverfolgung.pdf?utm_source=chatgpt.com)

Поэтому баланс я бы сейчас сформулировал так:

> **Новые данные скорее подтверждают твой умеренный тезис:** нацистская социализация не была просто внешним спектаклем, который закончился 8 мая 1945 года; связанные с ней антисемитские и авторитарные установки сохранялись у части населения годами и десятилетиями.  
> **Но они опровергали бы его сильную версию**, если сформулировать её как «воздействие было почти необратимым» или «бывшие нацистские дети должны были навсегда оставаться самой антисемитской группой». Послевоенная ресоциализация явно была мощной.

И ещё одна находка, которую я считаю **приоритетнее почти всего остального для дальнейшей работы**. Помимо Tumin ZA0194 существует оцифрованная серия **пяти Allensbach-опросов 1950–1952 годов**: суммарно **9471 респондент, более 400 вопросов и 2370 переменных**, включая остаточные симпатии к нацизму и антисемитизм. [Roper Center](https://ropercenter.cornell.edu/post-war-german-survey-series?utm_source=chatgpt.com) Это уже не готовая статья с удобным выводом, а **сырой массив**, на котором потенциально можно самостоятельно построить `возраст/год рождения × антисемитизм × отношение к NS × образование` и посмотреть, воспроизводится ли эффект OMGUS/Allensbach-1949 в нескольких последовательных волнах.

**Именно Tumin-1961 и Allensbach-1950–52 я бы разбирал следующими.** У первого дизайн почти идеально заточен под сравнение молодёжи и взрослых, у второго огромный для того времени массив и несколько близких по времени волн. Они способны добавить к нашему ответу существенно больше, чем ещё один общий опрос «сколько процентов немцев были антисемитами».

# 33. Исследования Tumin-1961 и Allensbach-1950–52

> ==Разбери Tumin-1961 и Allensbach-1950–52.==

Да. После более глубокого разбора вывод получился полезнее, чем я ожидал: **Allensbach-1952 стоит добавить в основную доказательную базу уже сейчас, но именно как смешанный результат; Tumin-1961 пока нельзя использовать так уверенно, как я предполагал в прошлом ответе.** У Tumin потенциально почти идеальный для нас массив, но опубликованных возрастных результатов я пока не нашёл — и здесь принципиально не стоит додумывать их.

Напомню критерий: нас интересуют прежде всего H1–H3 из прошлой матрицы — было ли внутреннее усвоение, исчезло ли оно быстро после 1945 года и остался ли специфический долговременный след у социализированных при нацизме детей.

## 1. Tumin: что это на самом деле за исследование

Правильнее называть его не просто «Tumin-1961», а международным проектом Melvin Tumin **Intergroup Attitudes of Youth and Adults in England, France and Germany / Education, Social Class, and Intergroup Attitudes in England, France, and Germany**. Немецкий массив GESIS датирует **ноябрём 1961 года**, а сравнительный отчёт был оформлен в 1964 году. Сам проект специально ставил три вопроса: как образовательные системы воздействуют на убеждения, чем отличаются установки молодёжи и взрослых и насколько установки молодых напоминают установки взрослых. [АРДА](https://thearda.com/data-archive/religion-resource-single-item?resourceInternalName=ZA0194&utm_source=chatgpt.com)

Немецкая часть очень интересна:

|Параметр|Tumin / ZA0194|
|---|---|
|Место|ФРГ, включая Западный Берлин|
|Время|ноябрь 1961|
|Возраст|**14–50 лет**|
|N|**577**|
|Выборка|многоступенчатая случайная|
|Метод|стандартизированное личное интервью|
|Есть в данных|возраст, образование, социальное происхождение, религия родителей, оценка режима Гитлера, отношение к евреям, социальная дистанция|
|Индексы|**антисемитизм, этноцентризм, авторитаризм**, аномия, оптимизм|

Особенно важно, что архив прямо содержит одновременно **оценку режима Гитлера, отношение к евреям и возраст**. Это делает массив потенциально очень подходящим именно для нашей задачи. Однако GESIS предупреждает: сохранившийся сегодня dataset содержит только часть исходных переменных, преимущественно итоговые значения индексов. [АРДА](https://www.thearda.com/data-archive/religion-resource-single-item?resourceInternalName=ZA0194)

### Почему возрастной диапазон почти идеален

В 1961 году:

- 14–16-летние родились уже примерно в 1945–47 годах и **не проходили нацистскую школу**;
- 17–28-летние родились примерно в 1933–44 годах — это главным образом дети нацистской эпохи, хотя «доза» очень разная;
- 29-летние и старше родились до прихода Гитлера и были уже старше при начале режима.

То есть теоретически можно было бы построить почти то, чего нам не хватает в других ранних исследованиях:

**послевоенные дети ↔ дети Третьего рейха ↔ люди, входившие в нацистский период уже подростками/взрослыми.**

Причём outcome — не только отношение к нацизму, но собственно **индекс антисемитизма**. Это значительно интереснее простого вопроса «был ли нацизм хорошей идеей».

Но тут возникает проблема: в метаданных возраст указан как **classified**, а опубликованную таблицу `age × antisemitism` мне обнаружить не удалось. Мы пока даже не должны предполагать, какие именно возрастные интервалы сохранились в ZA0194. [АРДА](https://thearda.com/data-archive/religion-resource-single-item?resourceInternalName=ZA0194&utm_source=chatgpt.com)

## 2. Что Tumin фактически обнаружил

Из более позднего обзора Bergmann & Erb известно, что по индексу антисемитизма во всех трёх странах — Англии, Франции и ФРГ — получались **примерно сопоставимые большие доли респондентов с антисемитскими установками**, в диапазоне приблизительно **46–61%** в зависимости от страны. Но доступный текст не позволяет мне надёжно привязать конкретную цифру из этого диапазона именно к Германии, поэтому делать это я не буду. [Amazon S3](https://s3-euw1-ap-pe-df-pch-content-store-p.s3.eu-west-1.amazonaws.com/9781315082202/7c636ddc-101f-454b-8ebd-b10274f064b3/preview.pdf?AWSAccessKeyId=ASIAQFVOSJ57SI6OF4DU&Expires=1773720469&Signature=M6TihX3Py2nRa1jwEsdPlcMZX6k%3D&response-content-disposition=attachment%3B+filename%3D%2210.4324_9781315082202_previewpdf.pdf%22&x-amz-security-token=IQoJb3JpZ2luX2VjEBgaCXVzLWVhc3QtMSJHMEUCIQC%2FVTAgHwTF7lYfJ6JLpXopT0xCpW46seBkzYgiskrNnAIgV3lzsJOfZDRR7CAWJ3QiZ9WbxTD%2BZJx33eo%2FhdRhv00qlgQI4f%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2FARAEGgwwMTIxNzcyNjQ1MTEiDA7d06KkK6NgzPNJMyrqA3dmZwNsMKZ5vRM%2F3QFvEGjGz9oy3qex3GydbfzKngWevzBzDW1TPW9Rh%2BHI9fhvLH7tSOnWPY2Jx6TBPCCXjKXqAqBNPvVo4PtKQPLg%2BEpazkz7%2B6UccVW%2Fn9IcIWaU39Apmwvz25M6xvB342x812PQ%2B1m9XALoa3x2OAEKdOJjnBHiPKgmibcYooPAn5KqospIkm4YVpsggVOhRFZnhwSZ7fsat%2FtgOi4WLwBuCu7yVU%2Bij%2B8SlNVW1URMLwjK66EcbwEeHWrcaIA23zxI5FYKE7IuKamvmFyXTTI7q2DmecftF0JyXN7cg6jo0PJ0%2BJ870QEUB28NgnU%2Bjb2uSswzjjZQTh51pIoOD1ZxZ7pFp29vCP4ujGa%2FQeT5SKR7wcIm6xr6i%2B082SVm0xNsHOJ%2FSJ2xsYGit3ffv0c6qopQTxNyxhrBrA9XCbM3vqyH3QZSHjwRoGZHMQEr43wfsha9Sf0sm2zuByCPO77%2BUmcBROq5qmVSNIBdIbe7Wj4kFuEz7FoRQ90UxKnXqTdiAoAiFGiKrE1udvGTb%2BhkvSUkuGp%2Ftt5dC5uSpCfrdnTnjG4vm%2FwtXNyVAM7TxIZqdrWb34iBxji3tKqXEXGkFQCO2LFOM4CHmMCRHOfuEz1paGThs1QuzsPLlbQw6q3izQY6pQHtZJ6EzIHW5rxKCcV658FFxuUsAVwr7yfZLuvp3gDo%2FNgZwWXUxH15adhQGoZB6H4gXLwleJNyTP510ByygxljeRQ4LjawlXPxEQJq797Y4HaBhM9PcLjNSDODqavJhNdh1CdrT9%2Ff7OD5l9AK5ue9927rgquZTO%2FsV62jreO9nzm7mRY6ta3KQMLBS5g6WfOA9uVQU2M36XrodHZP8wMTrM2A5nE%3D&utm_source=chatgpt.com)

Это само по себе интересный и **неудобный для чрезмерно сильной версии нашего аргумента** результат. Если в 1961 году Германия по этому индексу уже не выделялась радикально на фоне Англии и Франции, то нельзя рассказывать историю вида:

> «нацистская обработка детей сделала послевоенных немцев уникально антисемитскими на десятилетия».

Tumin такого не показывает.

Но и противоположный вывод:

> «значит, нацистская индоктринация детей ничего долговременного не сделала»

совершенно не следует. Чтобы это проверить, нужно сравнивать **когорты внутри Германии**, а не средний уровень Германии с другими странами, где антисемитизм тоже существовал независимо от Гитлера.

Есть и последующее свидетельство: Badi Panahi в исследовании 1977–78 годов систематически сопоставлял свои результаты с Tumin и пришёл к выводу, что **в целом установки немцев между 1961/62 и 1977/78 изменились сравнительно мало**. Это уже говорит об устойчивости предубеждений как таковых, но опять же не устанавливает специфический эффект нацистского детства. [Персе](https://www.persee.fr/doc/assr_0335-5985_1981_num_52_2_2238_t1_0273_0000_2)

### Поэтому мой вердикт по Tumin меняется

В предыдущем ответе я дал ему примерно **5/5 по релевантности**. Теперь я бы разделил две вещи:

|Оценка|Tumin|
|---|---|
|**Потенциальная релевантность самого массива**|**5/5**|
|**Релевантность уже опубликованных доступных результатов для нашего тезиса**|**2.5–3/5**|
|Подтверждает ли долговременное существование антисемитизма?|**Да**|
|Показывает ли специфический повышенный эффект у детей нацизма?|**Пока неизвестно**|
|Опровергает ли тезис SnowBeaver?|**Сам по себе — нет**|
|Может ли после reanalysis стать очень сильным источником?|**Да**|

То есть **Tumin пока лучше не вставлять в форумный ответ как доказательство**. Самое ценное здесь — не опубликованная цифра, а наличие массива ZA0194, который потенциально можно пересчитать.

И есть ещё один методологический момент: даже если мы обнаружим связь `образование → антисемитизм`, это **не будет эффектом нацистской школы**. В 1961 году образование респондента смешивает довоенную, нацистскую и послевоенную школу. Гораздо интереснее именно взаимодействие **год рождения/возраст × антисемитизм**, а затем уже образование внутри когорт.

[Описание немецкого массива Tumin ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194?utm_source=chatgpt.com)

---

## 3. Allensbach 1950–1952: сначала важное уточнение

Здесь я раньше тоже немного переоценил простоту материала.

Roper Center оцифровал **пять отдельных опросов** Institut für Demoskopie Allensbach:

|Волна|Дата|
|---|---|
|1|февраль–март 1950|
|2|май–июнь 1950|
|3|июнь 1951|
|4|сентябрь 1951|
|5|август 1952|

Совокупно это **9471 респондент, более 400 вопросов и 2370 переменных**. Они содержат вопросы о причинах прихода нацистов, оценке войны, выборе имперского или федерального флага, национальном гимне и непосредственно об антисемитизме. [Roper Center](https://ropercenter.cornell.edu/post-war-german-survey-series)

Но это **не панель одних и тех же 9471 человек**, которую можно просто проследить с 1950 до 1952. Roper представляет пять отдельных survey waves; кроме того, набор вопросов менялся. Поэтому нельзя взять динамику некоторого процента между волнами и автоматически назвать её изменением убеждений у одних и тех же людей.

И, что важнее, из открытой страницы Roper пока нельзя установить, **в какой именно из первых четырёх волн стояли все интересующие нас антисемитские вопросы и как они разбивались по возрасту**. Поэтому я не буду искусственно превращать всю серию 1950–52 в единый антисемитский longitudinal dataset. [Roper Center](https://ropercenter.cornell.edu/post-war-german-survey-series)

Зато для **1952 года** есть значительно более подробные независимые публикации.

## 4. Насколько силён антисемитизм в 1952 году

У нас есть как минимум две довольно разные меры.

### Общая оценка отношения к евреям

По реконструкции Bergmann & Erb из Allensbach, в 1949 году в явно антисемитскую часть классификации попадало примерно **23%**, а в 1952-м — уже **34%**. Авторы считают, что с учётом части «сдержанных» и не давших определённого ответа реальная распространённость антисемитских установок в ранней ФРГ могла находиться примерно на уровне 30–40%. [Amazon S3](https://s3-euw1-ap-pe-df-pch-content-store-p.s3.eu-west-1.amazonaws.com/9781315082202/7c636ddc-101f-454b-8ebd-b10274f064b3/preview.pdf?AWSAccessKeyId=ASIAQFVOSJ57SI6OF4DU&Expires=1773720469&Signature=M6TihX3Py2nRa1jwEsdPlcMZX6k%3D&response-content-disposition=attachment%3B+filename%3D%2210.4324_9781315082202_previewpdf.pdf%22&x-amz-security-token=IQoJb3JpZ2luX2VjEBgaCXVzLWVhc3QtMSJHMEUCIQC%2FVTAgHwTF7lYfJ6JLpXopT0xCpW46seBkzYgiskrNnAIgV3lzsJOfZDRR7CAWJ3QiZ9WbxTD%2BZJx33eo%2FhdRhv00qlgQI4f%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2F%2FARAEGgwwMTIxNzcyNjQ1MTEiDA7d06KkK6NgzPNJMyrqA3dmZwNsMKZ5vRM%2F3QFvEGjGz9oy3qex3GydbfzKngWevzBzDW1TPW9Rh%2BHI9fhvLH7tSOnWPY2Jx6TBPCCXjKXqAqBNPvVo4PtKQPLg%2BEpazkz7%2B6UccVW%2Fn9IcIWaU39Apmwvz25M6xvB342x812PQ%2B1m9XALoa3x2OAEKdOJjnBHiPKgmibcYooPAn5KqospIkm4YVpsggVOhRFZnhwSZ7fsat%2FtgOi4WLwBuCu7yVU%2Bij%2B8SlNVW1URMLwjK66EcbwEeHWrcaIA23zxI5FYKE7IuKamvmFyXTTI7q2DmecftF0JyXN7cg6jo0PJ0%2BJ870QEUB28NgnU%2Bjb2uSswzjjZQTh51pIoOD1ZxZ7pFp29vCP4ujGa%2FQeT5SKR7wcIm6xr6i%2B082SVm0xNsHOJ%2FSJ2xsYGit3ffv0c6qopQTxNyxhrBrA9XCbM3vqyH3QZSHjwRoGZHMQEr43wfsha9Sf0sm2zuByCPO77%2BUmcBROq5qmVSNIBdIbe7Wj4kFuEz7FoRQ90UxKnXqTdiAoAiFGiKrE1udvGTb%2BhkvSUkuGp%2Ftt5dC5uSpCfrdnTnjG4vm%2FwtXNyVAM7TxIZqdrWb34iBxji3tKqXEXGkFQCO2LFOM4CHmMCRHOfuEz1paGThs1QuzsPLlbQw6q3izQY6pQHtZJ6EzIHW5rxKCcV658FFxuUsAVwr7yfZLuvp3gDo%2FNgZwWXUxH15adhQGoZB6H4gXLwleJNyTP510ByygxljeRQ4LjawlXPxEQJq797Y4HaBhM9PcLjNSDODqavJhNdh1CdrT9%2Ff7OD5l9AK5ue9927rgquZTO%2FsV62jreO9nzm7mRY6ta3KQMLBS5g6WfOA9uVQU2M36XrodHZP8wMTrM2A5nE%3D&utm_source=chatgpt.com)

Сам факт роста `23 → 34%` не надо трактовать как:

> «нацистская пропаганда продолжала действовать и усилила людей после войны».

Это были разные поперечные выборки и очень разный политический момент. В начале 1950-х шли тяжёлые споры о компенсациях Израилю и евреям; кроме того, могла меняться готовность открыто выражать антисемитизм.

### «Лучше ли Германии вообще без евреев?»

В 1952 году Allensbach опросил около **2000 западных немцев**:

> было бы лучше для Германии, если бы евреев здесь не было?

**37% ответили «да».** Лишь 19% — «нет», остальные не занимали чёткой противоположной позиции. В 1956 году «да» уже давали около 26–29%, в 1958/59 — 22%. [JTA](https://www.jta.org/archive/anti-jewish-attitudes-are-declining-in-west-germany-polls-show?utm_source=chatgpt.com)

Для тезиса SnowBeaver это довольно серьёзный фон. Через **семь лет после полного уничтожения нацистского государства** более трети населения всё ещё прямо одобряли отсутствие евреев в стране.

Но это пока **ничего не говорит именно о детях**.

И вот здесь появляется самое интересное.

## 5. Возрастная разбивка Allensbach-1952

Reuband получил от Institut für Demoskopie **специальную возрастную разбивку именно опроса 1952 года**.

Результат принципиально важен и заметно менее эффектен, чем OMGUS-1948.

Для групп:

- **18–29**
- **30–44**
- **45–59**

если считать **всех респондентов**, включая не сформулировавших мнение, различия в антисемитских ответах составляли **не более примерно двух процентных пунктов**.

**60+ были наименее антисемитской группой.**

Но у молодых гораздо чаще отсутствовало определённое мнение. Когда Reuband исключил людей без содержательного ответа из знаменателя, снова появился градиент:

> **чем моложе респондент, тем чаще среди сформулировавших мнение встречался антисемитский ответ.**

Это не моя реконструкция — Reuband прямо описывает специальный расчёт Allensbach таким образом. [SSOAR](https://www.ssoar.info/ssoar/bitstream/handle/document/19163/ssoar-hsr-2008-no_4__no_126-reuband-die_leserschaft_des_sturmer_im.pdf?isAllowed=y&sequence=1&utm_source=chatgpt.com)

Это очень важное дополнение ко всему нашему расследованию.

## 6. Сравним OMGUS-1948 и Allensbach-1952

В нашей прежней матрице наиболее впечатляющим ранним результатом был OMGUS:

|Возраст в 1948|Anti-Semites + Intense|
|---|---|
|15–17|**51%**|
|18–19|**53%**|
|20–29|38%|
|30–39|38%|
|40–49|28%|
|50–59|26%|
|60+|35%|

То есть там существовал **очень выраженный молодёжный пик**.

А спустя четыре года Allensbach даёт качественно другую картину:

**18–29 ≈ 30–44 ≈ 45–59 по сырой доле; 60+ ниже; после удаления неопределившихся сохраняется молодой антисемитский градиент.**

Это нельзя игнорировать.

### Ослабляет ли это наш тезис?

**Да — одну его сильную версию.**

Если мы утверждали бы:

> «поколение, индоктринированное детьми, должно десятилетиями оставаться резко более антисемитским, чем все соседние поколения»,

Allensbach-1952 уже спустя четыре года после OMGUS выглядит **неудобно** для такой формулы.

Резкий разрыв `≈52% против 26–38%` в новом исследовании не воспроизводится.

Но это **не подтверждает SnowBeaver** по нескольким причинам.

Во-первых, возрастные группы стали совершенно другими. OMGUS изолировал **15–17 и 18–19**. Allensbach смешал всех **18–29**. В 1952 году это люди, родившиеся приблизительно в **1923–1934 годах**: одним в 1945-м было 11 лет, другим — уже 22. То есть наиболее интересные «чистые нацистские дети» разбавлены людьми, которые при Гитлере прошли уже поздний подростковый возраст и раннюю взрослость.

Во-вторых, инструменты измерения различались. OMGUS использовал свою иерархическую шкалу; Allensbach — другой глобальный вопрос/классификацию.

В-третьих, география различалась: Report 122 был опросом **американской зоны**, Allensbach — ФРГ в целом.

И, наконец, это не panel. Мы не наблюдаем одних и тех же 18-летних 1948 года в возрасте 22 лет в 1952-м.

Поэтому вывести:

> «молодёжный эффект уменьшился с 52 до X»

**невозможно**.

Но вполне допустим более осторожный вывод:

> **очень резкий возрастной пик, наблюдавшийся OMGUS сразу после войны, к 1952 году не воспроизводится в столь же выраженной форме в другом общенациональном исследовании.**

И это стоит добровольно привести SnowBeaver — именно потому, что мы не подгоняем данные.

## 7. Но есть у Allensbach-1952 одна неприятная для SnowBeaver деталь

При его гипотезе можно ожидать, что после семи лет новой политической среды бывшая нацистская молодёжь должна хотя бы начать выглядеть **явно менее** антисемитской, чем взрослые, если дети особенно хорошо распознают навязывание и «держат фигу в кармане».

Этого нет.

Даже в наиболее благоприятном для SnowBeaver прочтении:

**18–29-летние примерно на одном уровне с 30–59-летними.**

А если сравнивать только людей, реально высказавших позицию:

**именно молодые остаются более антисемитскими**, а не менее. [SSOAR](https://www.ssoar.info/ssoar/bitstream/handle/document/19163/ssoar-hsr-2008-no_4__no_126-reuband-die_leserschaft_des_sturmer_im.pdf?isAllowed=y&sequence=1&utm_source=chatgpt.com)

И старейшая группа 60+ снова оказывается **наименее антисемитской** — очень похожая странность была уже в Allensbach-1949, где у 65+ негативное отношение было 27% против 42% у младше 30. В нашем прежнем разборе это уже фигурировало как независимое воспроизведение необычного раннего молодёжного эффекта. Влияние пропаганды на детей в нацистской Германии — обсуждение ответа SnowBeaver'у.mdMD

Так что Allensbach-1952 скорее говорит:

> **молодёжный excess стал значительно менее драматичным, но никакого разворота к модели «бывшие дети Рейха оказались особенно невосприимчивыми» не произошло.**

## 8. Что дают тогда пять волн 1950–52 вообще

Они важны в другом качестве.

В них есть целый набор индикаторов остаточной нацистской/националистической культуры: предпочтение старых имперских цветов, отношение к первому куплету Deutschlandlied, объяснения поражения, причины прихода NSDAP, оценки роста/снижения антисемитизма после 1945 года. [Roper Center](https://ropercenter.cornell.edu/post-war-german-survey-series)

Это потенциально позволяет построить намного более интересный показатель, чем один вопрос о евреях:

**возраст × антисемитизм × остаточная симпатия к NS/национализму.**

Если, например, в 1950–52 именно поколение нацистского детства одновременно чаще:

1. даёт антисемитские ответы;
2. предпочитает символически близкие старому режиму позиции;
3. положительнее оценивает некоторые стороны NS;

это значительно сильнее аргумента, чем отдельная возрастная таблица антисемитизма.

Но **открытая сводка Roper не публикует эти cross-tabs**, поэтому сейчас я не буду делать вид, что результат нам уже известен.

## 9. Итог по двум исследованиям

|Вопрос|Tumin 1961|Allensbach 1950–52|
|---|---|---|
|**Насколько релевантно к детям NS?**|Потенциально **5/5**, фактически пока **3/5**|**4.5/5**|
|Внутреннее усвоение существовало?|Сам Tumin пока не позволяет доказать именно child effect|Косвенно совместимо, но Allensbach-1949 для этого намного сильнее|
|Всё быстро исчезло после 1945?|**Плохо совместимо** с высоким AS в 1961, но неспецифично к детям|**Явно плохо совместимо:** в 1952 антисемитизм всё ещё массовый|
|Дети NS были особенно антисемитичны?|**Пока неизвестно без ZA0194**|**Слабо да:** в raw shares 18–59 почти одинаковы; среди имеющих мнение младшие выше|
|Воспроизводит пик OMGUS 15–19?|Неизвестно|**Нет, не воспроизводит его резкость**|
|Доказывает причинный эффект государственной пропаганды?|**Нет**|**Нет**|
|Поддерживает тезис SnowBeaver о малом эффекте?|**Не устанавливает**|**Нет**, но ослабляет сильный контртезис о постоянно огромном когортном разрыве|
|Полезность в финальном ответе|Пока скорее резерв|**Высокая — именно как честный смешанный результат**|

## Как это меняет общую картину

Я бы сейчас чуть уточнил нашу прежнюю формулу.

До этого наиболее удобная последовательность выглядела так:

**OMGUS-1948: огромный молодой пик → Allensbach-1949: молодые чаще говорят, что поверили пропаганде → V&V-1996/2006: специфический след 1930-х через полвека.**

Теперь между первыми двумя и поздним результатом появляется полезная деталь:

> **к 1952 году резкий ранний возрастной разрыв заметно менее очевиден.**

Это делает картину правдоподобнее, а не слабее:

**эффект существовал → не исчез мгновенно → но подвергался послевоенной ресоциализации и мог существенно уменьшаться → у некоторой части поколения остаток обнаруживается даже десятилетия спустя.**

Именно такую динамическую модель данные поддерживают гораздо лучше, чем обе крайности:

**SnowBeaver:** «в основном всё внешнее и быстро осыпается»;

или противоположную:

**«государство перепрошило детей, и эффект практически неизменен всю жизнь».**

### Что я бы использовал в ответе SnowBeaver

**Allensbach-1952 — обязательно**, но именно так:

> Через семь лет после падения режима антисемитизм оставался очень распространённым: 37% западных немцев соглашались, что Германии было бы лучше вообще без евреев. При этом специальная возрастная разбивка не воспроизводит огромного пика подростков, который OMGUS видел в 1948 году: среди 18–29, 30–44 и 45–59-летних сырые различия были максимум около двух пунктов. Однако бывшая молодая когорта не стала и менее антисемитской: после исключения не определившихся антисемитские ответы снова тем чаще встречались, чем моложе были респонденты, а 60+ были наименее антисемитской группой. Это указывает не на «мгновенное осыпание», а скорее на постепенное ослабление первоначально очень сильного поколенческого контраста. [JTA](https://www.jta.org/archive/anti-jewish-attitudes-are-declining-in-west-germany-polls-show?utm_source=chatgpt.com)

**Tumin пока я бы в основной аргумент не ставил.** Для него следующий содержательный шаг — не читать ещё одну вторичную сводку, а **получить ZA0194 и буквально пересчитать антисемитский индекс по возрастным категориям**. Если в сохранившемся массиве возрастная переменная нарезана удачно, это может оказаться одним из наиболее информативных промежуточных измерений между 1952 и 1987 годами.

# 34. Подробное рассмотрение Tumin-1961

> ==Найди ZA0194 и примени данные из него к моей задаче.==

Главный результат: прежний вывод заметки «Tumin пока нельзя использовать без пересчёта исходных данных» нужно исправить. В опубликованном томе `Basic Tabulations` уже имеются таблицы `возраст × антисемитские установки`.

## Что представляет собой ZA0194

Это западногерманская часть международного исследования Мелвина Тьюмина. Опрос проводил институт DIVO в декабре 1961 — январе 1962 года методом личных интервью по многоступенчатой вероятностной выборке.

Возрастные группы были специально сформированы так:

- **14–18 лет** — почти полностью послевоенное поколение, родившееся примерно в 1943–1947 годах;
- **19–35 лет** — родившиеся примерно в 1926–1942 годах: именно дети и подростки нацистского периода;
- **36–50 лет** — старшая когорта, значительная часть которой встретила нацизм уже подростками или взрослыми.

Первоначальная выборка возрастных таблиц составляет **753 человека**: 255, 251 и 247 в трёх группах. Число **577** в вашей заметке относится к нынешнему архивному кодплану GESIS. Почему из архивного массива исчезла часть исходных наблюдений, доступная документация не объясняет. Поэтому приведённые ниже результаты следует считать опубликованными таблицами для исходных 753 интервью, а не пересчётом массива из 577 наблюдений.

## Что получилось

Все числа ниже — проценты от соответствующей возрастной группы.

|Показатель|14–18: послевоенные|19–35: дети NS|36–50: старшие|
|---|---|---|---|
|Смогли назвать какую-либо «лучшую сторону» режима Гитлера|53%|**73%**|84%|
|Назвали расизм, антисемитизм или преследование евреев худшей стороной режима|38%|**35%**|30%|
|Считали евреев менее честными в делах|34%|**43%**|43%|
|Считали евреев более замкнутой, обособленной группой|49%|**51%**|62%|
|Считали евреев более жадными|25%|**28%**|29%|
|Выражали прямо отрицательное личное отношение к евреям|7%|**8%**|11%|
|Не хотели бы видеть еврея другом/подругой|22%|**25%**|27%|
|Не хотели бы видеть еврея своим зятем|44%|**41%**|56%|

Получается довольно ясная, но смешанная картина.

Во-первых, **специального антисемитского пика у поколения нацистского детства нет**. Группа 19–35 лет обычно немного антисемитичнее послевоенных подростков, но не антисемитичнее старшей группы. Иногда она равна старшей группе, иногда заметно уступает ей.

Следовательно, ZA0194 не подтверждает сильный тезис:

> «Именно обработанные нацистской школой дети сохранили особенно высокий антисемитизм по сравнению со всеми другими поколениями».

Но исследование хорошо работает против противоположной крайности — утверждения, будто после исчезновения давления режима усвоенные представления «мгновенно осыпались». Через 16 лет после краха нацизма среди поколения, выросшего при режиме:

- 43% всё ещё приписывали евреям меньшую честность;
- 51% — повышенную групповую замкнутость;
- 25% отвергали еврея в качестве близкого друга;
- 41% — в качестве зятя;
- 73% могли назвать хотя бы одну положительную сторону гитлеровского режима.

Последний показатель нельзя приравнивать к поддержке нацизма: человек мог осуждать режим в целом, но признавать, например, строительство дорог или снижение безработицы. Тем не менее он показывает устойчивость благоприятных элементов памяти о режиме.

Есть и прямой материал о социализации. На вопрос, насколько различные источники повлияли на отношение к евреям, ответили «очень» или «довольно сильно»:

- влияние учителей: 20%, **10%**, 4%;
- влияние родителей: 27%, **29%**, 19%.

Жирным снова выделена группа 19–35 лет. Это противоречит категорической формуле SnowBeaver’а, будто учитель практически не может воздействовать на убеждения ребёнка. Однако вопрос не показывает направление воздействия: учитель мог как распространять предубеждения, так и бороться с ними. Кроме того, часть младших представителей группы 19–35 лет училась уже после 1945 года.

## Как это меняет ваш итог

Для вашей задачи я бы присвоил ZA0194:

- **фактическая релевантность: 4/5**;
- **вердикт: смешанный, но поддерживает умеренный тезис**;
- **для причинного доказательства воздействия нацистской школы: недостаточно**.

Использовать его в основном ответе SnowBeaver’у теперь можно — но как промежуточное, ограничивающее обе крайности свидетельство:

> В репрезентативном западногерманском исследовании DIVO 1961–1962 годов поколение 19–35-летних, проведшее детство или юность при нацизме, не демонстрировало отдельного пика антисемитизма по сравнению со старшими немцами. Однако антисемитские стереотипы и социальная дистанция среди него отнюдь не исчезли: 43% считали евреев менее честными в делах, 51% — более группово замкнутыми, 25% не хотели бы видеть еврея близким другом, а 41% — своим зятем. Поэтому ZA0194 не доказывает, что нацистская школа навсегда «перепрограммировала» детей, но плохо совместим и с представлением, будто после падения режима внутренние установки быстро и полностью рассыпались. Данные скорее показывают сохранение предубеждений у заметной части поколения при одновременном постепенном размывании возрастного контраста.

Иными словами, фразу из заметки **«Tumin пока я бы в основной аргумент не ставил»** следует заменить на:

> **Tumin следует использовать как честный смешанный результат: он подтверждает долговременное сохранение установок у части бывшей детской когорты, но не обнаруживает её исключительного превосходства над старшими поколениями и сам по себе не устанавливает причинный эффект нацистской школы.**

Точный пересчёт единого антисемитского индекса по отдельным годам рождения всё ещё потребует микроданных: GESIS не предоставляет их прямое скачивание и предлагает обращаться в службу данных. Официальная карточка исследования: [GESIS ZA0194](https://search.gesis.org/research_data/ZA0194), [DOI 10.4232/1.0194](https://doi.org/10.4232/1.0194).

[[ZA0194_cdb.pdf]] 
[[ZA0194_cod.pdf]]

# 35. Обзор других релевантных исследований послевоенной Германии

> ==Кроме Tumin-1961 были упомянуты ещё несколько работ/опросов. Изучи их и сделай краткую выжимку результатов относительно исследуемого нами вопроса. Выдели те работы/опросы, которые настолько релевантны, что требуют более подробного рассмотрения.==

Итог: совокупность этих исследований хорошо поддерживает умеренный тезис заметки — после 1945 года усвоенные при нацизме установки не исчезли мгновенно, у части людей они сохранялись или принимали менее открытые формы. Но одновременно исследования показывают постепенное ослабление установок, сильное влияние послевоенной социализации и большие различия внутри поколений. Причинный эффект именно нацистской школы ни одна из этих работ не изолирует.

Allensbach-1949/1952 здесь повторно не рассматриваю: он уже подробно разобран в заметке.

## Краткая выжимка

1. **Frankfurter Gruppenexperiment, 1950–1951 — требует подробного рассмотрения**

Было проанализировано 121 групповое обсуждение с 1635 участниками. Провокационное вводное сообщение должно было вывести наружу мнения, которые люди неохотно выражали в обычном интервью. Выборка не была репрезентативной, поэтому проценты нельзя переносить на население ФРГ. [Описание материалов Университетом Франкфурта](https://sammlungen.uni-frankfurt.de/objekt/unterlagen-zur-sogenannten-gruppenstudie), [английское издание отчёта](https://www.jstor.org/stable/j.ctv322v4hr).

Особенно интересна недавно заново исследованная дискуссия восьми учеников школы моды. Семеро родились во второй половине 1920-х годов, то есть детство и подростковый возраст провели при нацизме. Они эмоционально отмежёвывались от национал-социализма, но одновременно воспроизводили представления о расовой несовместимости, нежелательности смешанных браков, особости евреев и преимуществах «государства вождя». Старые установки не просто повторялись, а приспосабливались к новым общественным нормам и маскировались гуманными или аполитичными аргументами. [Подробный анализ Jonas Knatz](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).

**Значение:** одно из лучших свидетельств именно по вопросу «внешнее подчинение или внутреннее усвоение». Оно показывает сохранение эмоциональных и мировоззренческих элементов после исчезновения давления режима. Но это качественное свидетельство, а не оценка распространённости.

**Почему нужно продолжать:** большая часть исходных протоколов до сих пор полностью не опубликована. В 2026 году IfS начал многолетний проект их расшифровки и публикации. Особенно ценными будут все группы, состоявшие из людей 1925–1935 годов рождения. [Проект IfS](https://www.ifs.uni-frankfurt.de/projektdetails/id-83-die-postnazistische-gesellschaft-das-gruppenexperiment-des-instituts-fur-sozialforschung-erschliessung-edition-forschung.html).

---

2. **Peter Schönbach, 1961 — требует подробного рассмотрения**

Через несколько дней после волны антисемитских надписей 1959–1960 годов были опрошены 232 взрослых жителя Франкфурта. Это была квотная выборка, приблизительно воспроизводившая городское население по возрасту, полу и социальному положению, но не репрезентативная для всей ФРГ.

Распределение реакций:

- 16% проявили сочувствие антисемитским позициям;
- 19% решительно им противостояли;
- 41% отмежёвывались слабо;
- 24% не проявили определённой реакции.

При этом наибольший открытый антисемитизм обнаружился среди представителей нижнего среднего класса младше 30 лет. В 1960 году это приблизительно люди 1931–1942 годов рождения — наиболее интересная для нас когорта нацистского детства. [Современная рецензия на книгу](https://resolve.cambridge.org/core/services/aop-cambridge-core/content/view/E81169663EE859EB607033A6A68F7017/S0020859000002108a.pdf/bibliography.pdf), [последующий разбор методики](https://www.agpolpsy.de/wp-content/uploads/2011/09/stender-ideologische-syndrome.pdf).

Важная оговорка: 16% — не оценка распространённости любых антисемитских убеждений. Измерялась реакция на конкретные публичные инциденты, а не полный набор стереотипов и социальной дистанции. Кроме того, выделенные возрастно-классовые подгруппы должны быть очень небольшими.

**Значение:** результат совместим с долговременным сохранением установок именно у бывших нацистских детей. Кроме того, Schönbach описал «вторичный антисемитизм»: оправдание собственных или родительских представлений через раздражение по поводу вины, возмещения и постоянного напоминания о преступлениях.

**Почему нужно продолжать:** необходимо получить исходную монографию и проверить точные размеры ячеек `возраст × класс`, сами проценты и способ классификации. Пока формула «максимум у младших 30» содержательно важна, но статистически оценить её надёжность невозможно.

---

3. **Schmidt и Egon Becker, 1961–1962**

Здесь в предыдущей сводке требуются два исправления:

- речь идёт об **Эгоне Беккере и Регине Шмидт**, а не о Хельмуте Беккере;
- это отдельное исследование, которое не следует объединять с работой von Freyhold.

Опросы изучали реакцию на процесс Эйхмана и обращение немцев с чувством вины. Они относились к так называемым _quickies_ — быстро организованным исследованиям различного масштаба, иногда только во Франкфурте, иногда шире. Методические сведения и размеры выборок в книге изложены недостаточно подробно. [Архивная карточка проекта](https://wiki.studiumdigitale.uni-frankfurt.de/SOZFRA/index.php/Soziologische_Lehrveranstaltungen_von_1949-1973_-_Archivbestaende_der_Goethe-Universitaet_Frankfurt), [подробная рецензия 1969 года](https://inkrit.de/mediadaten/archivargument/DA051/DA051.pdf).

Главный вывод авторов: далёкий процесс над Эйхманом позволял многим осудить конкретного преступника, не связывая преступления с собственным прошлым и устройством немецкого общества. Более широкий корпус опросов 1961 года показывает сходную двойственность: 67% поддерживали смерть или пожизненные каторжные работы для Эйхмана, но 59% соглашались с позицией «я лично к этому отношения не имел и больше не хочу об этом слышать»; 88% отвергали какую-либо личную сопричастность как немцев. [Сводка Frederick Weil](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil90AntisemitismFourNation-BergmannErb.pdf).

**Значение:** хорошо показывает сочетание публичного осуждения нацизма с защитой собственного и группового прошлого. Но без возрастных таблиц почти ничего не сообщает именно об эффекте на нацистских детей.

**Приоритет:** средний. Подробный разбор оправдан только в том случае, если в книге или архиве сохранились результаты по возрасту.

---

4. **Michaela von Freyhold, 1971**

Von Freyhold разрабатывала западногерманскую шкалу авторитаризма и применяла её в четырёх исследованиях 1961–1966 годов. Главный содержательный результат состоял в изменении формы авторитаризма: относительно немногие авторитарно настроенные люди были открытыми противниками демократии; гораздо чаще встречались политическая апатия, избегание ответственности и скрытая готовность принять авторитарный порядок.

Авторитаризм был связан с предубеждениями и скрытой близостью к национал-социалистическому прошлому, но эта связь не была полной: существовали как неавторитарные аполитичные люди, так и авторитарные респонденты без открытого антисемитизма. [Библиографическое описание книги](https://books.google.com/books?id=C2NIAQAAIAAJ), [современная реконструкция выводов](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).

**Значение:** поддерживает идею трансформации, а не простого исчезновения авторитарных установок. Но авторитаризм — не то же самое, что антисемитизм, и результаты не выделяют когорту нацистского детства.

**Приоритет:** ниже среднего.

---

5. **Walter Jaide, исследования 1958–1962 годов**

Jaide сочетал 660 подробных интервью с опросом более 2000 молодых людей 15–20 лет. Они родились в 1940–1946 годах и почти не могли пройти систематическую нацистскую школьную социализацию.

В 1961 году отношение к Гитлеру и национал-социализму распределялось так:

- 3% — «заслуживает признания»;
- 7% — больше хорошего, чем плохого;
- 37% — больше плохого, чем хорошего;
- 37% — полностью осуждали;
- 16% не ответили.

Среди самостоятельно названных причин отрицательной оценки 45% упомянули преследование евреев. Одновременно Jaide оценивал долю молодых людей с цельной агрессивной идеологией фашистского типа в 1–3%, а более широкие автократические склонности — в 10–20%. [Историческая реконструкция результатов](https://zeitgeschichte-hamburg.de/files/public/FZH/Publikationen_digital/Ursula%20Buettner%20Die%20Deutschen%20und%20die%20Judenverfolgung.pdf), [собственный отчёт Jaide](https://www.bpb.de/system/files/apuz_files/1964-06-/APuZ_1964_06_Das_Verh_ltnis_der_Jugend_zur_Politik.pdf).

**Значение:** не проверяет воздействие на нацистских детей. Зато показывает, насколько быстро и сильно могла действовать новая послевоенная социализация: у большинства первого послевоенного поколения сформировалось отрицательное отношение к нацизму, хотя небольшое фашистское меньшинство сохранилось.

**Приоритет:** подробный разбор для текущего вопроса не требуется; это прежде всего важное ограничивающее свидетельство.

---

6. **Frederick Weil — анализ опроса 1969 года**

Среди респондентов, имевших мнение:

- 11% полностью соглашались, что евреи снова имеют слишком много власти и влияния;
- 19% считали это отчасти верным;
- 69% не соглашались.

Антисемитский ответ давали 36% потенциальных избирателей NPD, 17% сторонников прекращения процессов над нацистскими преступниками и 20% отрицательно относившихся к гастарбайтерам.

Факторный анализ — метод выявления связанных между собой ответов — обнаружил отдельный комплекс «национал-социалистической идеологии». В него входили антисемитизм, враждебность к гастарбайтерам и отношение к преследованию нацистских преступников. Однако этого цельного комплекса придерживалась уже очень небольшая часть населения. [Полный текст Weil](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil90AntisemitismFourNation-BergmannErb.pdf).

**Значение:** превосходно подтверждает формулу «сохранение не означает неизменность». Через 24 года цельный нацистский мировоззренческий пакет ещё существовал, но был маргинальным. Возрастного анализа здесь нет.

**Приоритет:** дополнительного глубокого разбора не требует.

---

7. **Silbermann и Sallen, 1974 — главный кандидат на подробный пересчёт**

Это большой стандартизированный опрос населения ФРГ старше 16 лет, проведённый EMNID. Выборка была квотной, а не строго случайной. Архив ZA0838 содержит 128 переменных: антисемитские стереотипы, экономическую дискриминацию, социальную дистанцию, отношение к вине, религиозный антисемитизм, национализм, образование и возраст. [Официальная карточка ZA0838](https://www.da-ra.de/dara/study/web_show?detail=true&lang=&max=&mdlang=en&offset=&q=&res_id=3071&v=1&widget=&widgetclient=).

В опубликованных результатах:

- около 27% населения были отнесены к антисемитской части шкалы;
- люди младше 30 лет были на 18 процентных пунктов менее антисемитскими, чем люди старше 55 лет;
- обладатели университетского образования — на 35 пунктов ниже людей с минимальным школьным образованием;
- доля не желавших покупать в еврейском магазине снизилась с 25% в 1949 году до 14% в 1974-м. [Рецензия на исследование Sallen](https://www.persee.fr/doc/assr_0335-5985_1979_num_48_2_2199_t1_0344_0000_1), [сравнительный анализ Weil](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil90AntisemitismFourNation-BergmannErb.pdf).

Но сравнение `<30` и `>55` не отвечает на наш вопрос напрямую:

- младше 30 — преимущественно родившиеся после 1944 года;
- старше 55 — родившиеся до 1919 года, то есть уже не дети при приходе Гитлера;
- интересующая нас когорта нацистского детства находится преимущественно **между ними**, среди 30–54-летних.

**Значение:** опубликованное сравнение показывает смену поколений и эффективность послевоенной социализации, но ещё не доказывает специфический эффект нацистского детства.

**Почему нужно продолжать:** ZA0838 доступен для скачивания. Нужно построить полную зависимость `возраст → антисемитизм`, отдельно выделив приблизительно родившихся в 1925–1944 годах, и проверить, сохраняется ли результат после учёта образования, класса и религии. Из всех ещё не пересчитанных массивов это наиболее перспективный.

---

8. **Gerda Lederer, 1982**

Lederer сравнила подростковые опросы 1945-го, 1960-х и 1979 года в Западной Германии и США. Авторитаризм существенно снизился в обеих странах, но в ФРГ гораздо сильнее: немецкие подростки в 1945 году были заметно авторитарнее американских, а к 1979 году — уже несколько менее авторитарны. Результат сохранялся при раздельном сравнении социальных слоёв. [Статья Lederer](https://www.researchgate.net/publication/247723376_Trends_in_Authoritarianism_A_Study_of_Adolescents_in_West_Germany_and_the_United_States_Since_1945).

Это разные поколения, а не наблюдение за одними людьми. Кроме того, немецкая выборка 1979 года была школьной и неслучайной, а измерялся общий авторитаризм, не антисемитизм.

**Значение:** сильное свидетельство против максималистской идеи необратимой «перепрошивки». Оно показывает, что новая политическая и образовательная среда способна радикально изменить поколенческий профиль. Умеренному тезису не противоречит.

**Приоритет:** низкий для отдельного глубокого рассмотрения.

---

9. **Beyer и Krumpal, 2010**

Рандомизированный эксперимент проводился с 241 учеником 9–10-х классов в Саксонии. Одной половине сначала задавали вопросы о предполагаемых взглядах друзей, другой — сначала о собственных взглядах.

Среди 89 подростков, считавших друзей в какой-то степени антисемитами, предварительное напоминание о мнении друзей увеличивало собственный сообщаемый антисемитизм с 3,3 до 4,0 балла по шестибалльной шкале. Среди подростков с неантисемитскими друзьями эффекта почти не было: 1,9 против 2,0. [Полный текст статьи](https://link.springer.com/article/10.1007/s11577-010-0115-0).

**Значение:** послевоенные опросы могут недооценивать установки, выражение которых общественно осуждается. Однако эксперимент доказывает влияние контекста вопросов на **сообщаемый** ответ, а не позволяет непосредственно увидеть «истинное убеждение». Он ничего не устанавливает о нацистской школе.

**Приоритет:** методологическая оговорка, отдельный глубокий разбор не нужен.

---

10. **Badi Panahi, 1977–1978**

Репрезентативный опрос об отношении к евреям и иностранным рабочим систематически сравнивался с Tumin. Panahi обнаружил, что общий уровень предубеждений между 1961/62 и 1977/78 изменился сравнительно мало; предубеждения были связаны с авторитаризмом, этноцентризмом и религиозностью. [Рецензия на исследование](https://www.persee.fr/doc/assr_0335-5985_1981_num_52_2_2238_t1_0273_0000_2).

**Значение:** подтверждает долговременную устойчивость предубеждений вообще, но без возрастных результатов ничего не говорит о специфическом эффекте нацистского детства.

## Что действительно следует разбирать дальше

^e9cb36

В порядке приоритета:

1. **Silbermann–Sallen / ZA0838** — лучший количественный массив: можно непосредственно исследовать промежуточные возрастные когорты, пропущенные сравнением `<30 ↔ >55`.
    
2. **Schönbach-1961** — наиболее интригующий опубликованный результат именно по бывшей детской когорте. Нужны исходные таблицы, размеры подгрупп и проверка устойчивости результата.
    
3. **Frankfurter Gruppenexperiment** — наиболее ценный материал для различения публичного отмежевания и сохранявшихся внутренних установок. Особенно важны ещё не исследованные молодёжные группы, но количественной оценки он всё равно не даст.
    

Остальные работы полезны как подтверждающий фон или ограничения. Они уточняют общую картину, но вряд ли существенно изменят основной аргумент без обнаружения неопубликованных возрастных таблиц.

Самая аккуратная совокупная формула теперь выглядит так:

> Нацистские установки после 1945 года не исчезли автоматически: у части бывшей молодёжи сохранялись антисемитские, расовые и авторитарные представления, иногда в замаскированной или преобразованной форме. Однако поколенческие различия постепенно размывались, а послевоенная социализация заметно снижала антисемитизм и авторитаризм. Эти данные поддерживают реальное и долговременное воздействие на часть детей, но не доказывают ни необратимость эффекта, ни его происхождение именно от школы.

# 36. Подробное рассмотрение исследований из п. 35

[[#^e9cb36]]
> ==Сделай разбор.==

Сделал углублённый разбор. Он немного меняет первоначальную расстановку акцентов: ZA0838 действительно содержит полезную возрастную разбивку; Frankfurter Gruppenexperiment даёт наиболее наглядные свидетельства сохранения усвоенных установок; результат Schönbach важен, но статистически гораздо менее надёжен, чем могло показаться по краткому упоминанию. Аннотация 1

## 1. Silbermann–Sallen / ZA0838

### Что именно исследовали

ZA0838 — общегерманский опрос «Антисемитизм и социальные установки», проведённый институтом EMNID в октябре 1974 года:

- 2 084 жителя ФРГ и Западного Берлина от 16 лет;
- устные стандартизированные интервью;
- квотная выборка — интервьюеры набирали заданное количество людей разных полов, возрастов, профессий и т. д., но не посредством строгого случайного отбора;
- 20 вопросов об антисемитских представлениях, а также шкалы этноцентризма, авторитарности и антидемократических установок.

Описание исследования доступно в [каталоге GESIS](https://search.gesis.org/research_data/ZA0838). Оригинальный отчёт: [[ZA0838_report.pdf]] Кодировка переменных и размеры возрастных групп: [[ZA0838_codebook.pdf]]

### Главный результат по возрасту

В отчёте есть таблица, объединяющая категории «сильная» и «очень сильная» выраженность установок:

|Возраст в 1974 году|Антидемократические|Этноцентристские|Антисемитские|
|---|---|---|---|
|до 24 лет|48,3%|25,9%|22,4%|
|25–39 лет|52,7%|35,6%|21,9%|
|40–54 года|63,6%|39,0%|32,3%|
|55 лет и старше|71,6%|40,5%|43,7%|

Численность групп соответственно составляла приблизительно 383, 562, 556 и 583 человека.

Для нашей темы особенно важна группа 40–54 лет. В 1974 году это родившиеся примерно в 1920–1934 годах: почти все они прошли значительную часть детства или подросткового возраста при нацизме. Антисемитские установки у них встречались заметно чаще, чем у группы 25–39 лет: 32,3% против 21,9%.

Это свидетельство в пользу межпоколенческого изменения: в поколениях, социализированных до войны и при нацизме, предубеждения были распространены сильнее, чем среди выросших преимущественно после войны.

Но здесь есть важное ограничение: результат не показывает особого «нацистского пика». У старшей группы — людей, многие из которых сформировались ещё до 1933 года, — антисемитизм был ещё выше: 43,7%. Поэтому таблица совместима по меньшей мере с тремя объяснениями:

1. нацистская социализация детского поколения действительно оставила долговременный след;
2. старшие поколения вообще были традиционнее и авторитарнее, независимо от школьной пропаганды;
3. послевоенные поколения получили более продолжительное демократическое образование и потому демонстрировали меньше предубеждений.

Вероятнее всего, действовали все три процесса.

### Почему простое сравнение возрастов недостаточно

Возраст в этом опросе тесно связан с другими характеристиками. Сильный антисемитизм составлял:

- 39,2% в населённых пунктах до 5 тысяч жителей, но 18,6% в городах свыше 500 тысяч;
- 47% среди фермеров;
- 40,8% среди людей только с начальным образованием и без профессиональной подготовки, но 4,3% среди обладателей университетского диплома;
- 35,1% в нижней доходной группе, но 20,4% в верхней.

Старшие респонденты в среднем были менее образованными, чаще жили в сельской местности и принадлежали к другим профессиональным слоям. Такие факторы называют «смешивающими»: они связаны и с возрастом, и с исследуемыми установками. В опубликованном отчёте нет полноценной статистической модели, которая отделяла бы их влияние от собственно принадлежности к поколению.

Есть и проблема измерения. Авторы помещали нейтральные ответы и «не знаю/нет позиции» в среднюю точку шкалы. Затем они интерпретировали даже слабое согласие или отсутствие ясного отвержения как остаток предубеждения. Поэтому их расширенная оценка, согласно которой примерно три четверти населения сохраняли хотя бы следы антисемитизма, слишком зависит от способа кодирования. Более осторожный итог самого отчёта:

- около 15–20% имели отчётливо выраженные предубеждения;
- ещё примерно у 30% авторы предполагали латентные, то есть не всегда открыто выражаемые, установки.

### Итог по ZA0838

ZA0838 надёжно показывает, что к 1974 году антисемитские и антидемократические установки не исчезли и были сильнее в старших когортах. Он умеренно поддерживает гипотезу о длительном эффекте социализации, но сам по себе не доказывает, что причиной была именно детская нацистская пропаганда.

Это наиболее перспективный источник для дальнейшей количественной проверки. В исходных данных есть пятилетние возрастные интервалы, позволяющие отдельно рассмотреть родившихся:

- в 1935–1939 годах;
- в 1930–1934 годах;
- в 1925–1929 годах.

Именно эти группы намного точнее соответствуют детям школьного возраста и участникам HJ/BDM, чем опубликованное объединение 40–54 года. Для этого потребуется скачать исходный массив через учётную запись GESIS и одновременно учитывать образование, профессию, размер населённого пункта, доход, пол, религию и регион.

## 2. Schönbach, 1961

### Что исследовали

Петер Шёнбах изучал реакцию населения Франкфурта на волну антисемитских и неонацистских надписей зимой 1959–1960 годов.

Исследование включало 232 стандартизированных интервью. Выборку подбирали так, чтобы приблизительно воспроизвести состав населения Франкфурта по полу, возрасту и социальному происхождению. По всему содержанию интервью респондентов классифицировали в зависимости от отношения к антисемитизму и авторитаризму.

Основные результаты:

- 19% решительно отвергали антисемитизм;
- 41% в той или иной степени отмежёвывались от него;
- у 24% определённой реакции выявить не удалось;
- 16% выражали сочувствие антисемитским позициям;
- отдельно около 21% были отнесены к авторитарному типу.

Антисемитизм и авторитарность пересекались, но не были одним и тем же явлением. Подробный разбор исследования приводит Герхард Штендер в работе об авторитарном синдроме и «вторичном антисемитизме» ([PDF](https://www.agpolpsy.de/wp-content/uploads/2011/09/stender-ideologische-syndrome.pdf)).

### Почему работа важна для нашей гипотезы

По вторичному библиографическому описанию, наиболее высокая доля открытого антисемитизма была обнаружена среди представителей нижнего среднего слоя моложе 30 лет. В 1960 году это были главным образом родившиеся приблизительно в 1930–1942 годах — именно детская когорта нацистского периода.

Ещё интереснее качественный результат. Большинство антисемитов не одобряли публично нанесение свастик и антисемитских надписей. Они формально осуждали нацизм, но затем:

- сводили происшествия к «детским шалостям»;
- преуменьшали их политическое значение;
- намекали, что евреи сами привлекают к себе внимание;
- релятивизировали преступления нацизма;
- выражали стереотипы косвенно, после обязательного публичного отмежевания.

Это важный контраргумент против схемы «режим исчез — навязанные им убеждения исчезли». Исчезнуть мог прежде всего допустимый язык их выражения. Сами представления могли сохраняться, приспосабливаясь к новой общественной норме.

### Почему возрастной результат пока нельзя считать доказательством

У исследования серьёзные ограничения:

- всего 232 интервью;
- это Франкфурт, а не вся ФРГ;
- подгруппа «нижний средний слой моложе 30» могла быть очень малой;
- в доступных пересказах нет её точного размера и процента антисемитов;
- категории присваивались исследователями на основании интерпретации всего интервью;
- опрос измерял реакцию на конкретные происшествия, а не общую распространённость всех антисемитских убеждений.

Кроме того, часть родившихся после 1937 года была слишком мала, чтобы испытать продолжительную школьную или организационную социализацию при нацизме.

### Итог по Schönbach

Это важный промежуточный источник. Он связывает детскую когорту нацистского времени с послевоенным антисемитизмом и одновременно показывает, как убеждения меняли форму под давлением нового публичного табу.

Однако заявление «бывшие нацистские дети оказались наиболее антисемитской группой» пока преждевременно. Сначала необходимы оригинальные таблицы Шёнбаха: размеры возрастно-классовых подгрупп, критерии классификации и распределение неопределённых ответов.

## 3. Frankfurter Gruppenexperiment

### Устройство исследования

В 1950–1951 годах Институт социальных исследований во Франкфурте провёл серию групповых дискуссий. Участникам зачитывали провокационное письмо американского оккупационного чиновника, критиковавшего политическое состояние послевоенной Германии, после чего ведущие старались вызвать не только формальные ответы, но и эмоциональные, спонтанные реакции.

По разным подсчётам, было проведено около 137 групповых бесед; основной корпус включает 121 расшифровку с участием примерно 1 635 человек. Различие объясняется, вероятно, тем, что не все проведённые беседы вошли в обработанный корпус. Материалы хранятся в [архиве Института социальных исследований](https://sammlungen.uni-frankfurt.de/objekt/unterlagen-zur-sogenannten-gruppenstudie).

Название «эксперимент» здесь несколько обманчиво: участников не распределяли случайным образом на контрольную и экспериментальную группы. По современным стандартам это серия направляемых групповых интервью.

В опубликованной классификации:

- около 10% высказывались определённо в пользу демократии;
- около 20% — явно антидемократически;
- примерно две трети занимали противоречивую, колеблющуюся позицию.

Это не проценты населения ФРГ: группы набирались через социальные связи и отдельные профессиональные среды.

### Молодёжная группа № 72

Особенно релевантна дискуссия, проведённая 11 декабря 1950 года в одной из франкфуртских школ моды. В ней участвовали восемь человек — шесть женщин и двое мужчин. Почти все родились во второй половине 1920-х годов и провели детство и подростковый возраст при нацизме.

Современный подробный анализ этой группы сделал Томас Кнац в статье [The Perils of Privacy and Passivity](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).

Участники говорили, что с детства были полностью «организованы»: школа, BDM и HJ показывали им мир таким, каким его хотели представить власти. Но из этого они выводили преимущественно собственную пассивность и невиновность:

- «мы ничего не могли знать»;
- «нам всё показывали только с одной стороны»;
- «мы были слишком молоды»;
- обычный человек не имел возможности действовать самостоятельно.

Это может быть правдивым воспоминанием о сильной социализации, но одновременно является удобным послевоенным самооправданием. Поэтому такие рассказы нельзя принимать буквально без критической проверки.

### Что обнаружилось под публичным отмежеванием

Участники признавали преступность Холокоста и возмущённо отрицали собственный антисемитизм. Однако при обсуждении браков и семейных отношений появлялись представления о:

- фундаментальном различии между евреями и немцами;
- нежелательности «смешения»;
- возможном «вырождении» потомства;
- том, что еврей «в конце концов всё равно остаётся евреем».

Эти представления подавались не как ненависть, а как якобы практическая забота о детях, семейных трудностях и будущем супругов. Иными словами, старая расовая схема сохранялась, но была переведена на новый, социально приемлемый язык.

Аналогичная картина возникала в отношении демократии. Некоторые участники считали, что немцев должен сначала «научить демократии» новый сильный руководитель. Это соединяло формальное принятие демократии с сохраняющейся потребностью в авторитарной опеке.

Особенно показательно воспоминание участницы, которая в десять лет пережила факельное нацистское шествие. Послевоенное участие в политическом митинге вызывало у неё ощущение почти нравственного проступка. Усвоенный опыт здесь не привёл к продолжению нацистского активизма, но превратился в политическую пассивность: безопаснее не участвовать ни в чём.

### Итог по Gruppenexperiment

Это самый сильный из трёх источников для раскрытия механизма:

> нацистская социализация могла сохраниться не как сознательная верность Гитлеру, а как расовые категории, привычка к авторитету, политическая беспомощность и отрицание собственной ответственности.

Материал прямо опровергает простую дихотомию «внешнее повиновение или внутреннее убеждение». После 1945 года люди могли искренне отвергать нацизм и одновременно продолжать мыслить некоторыми усвоенными при нём категориями.

Но группа № 72 — всего восемь человек. Она подтверждает существование такого механизма, а не его распространённость. Для более общего вывода необходимо изучить остальные молодёжные группы корпуса. Франкфуртский институт сейчас проводит его расширенную архивную обработку и публикацию в рамках [нового проекта](https://www.ifs.uni-frankfurt.de/projektdetails/id-83-die-postnazistische-gesellschaft-das-gruppenexperiment-des-instituts-fur-sozialforschung-erschliessung-edition-forschung.html).

## Общий вывод

Три исследования хорошо дополняют друг друга:

1. **Frankfurter Gruppenexperiment, 1950–1951** показывает непосредственно после войны, как у нацистски социализированной молодёжи сохранялись расовые категории, авторитарные ожидания и чувство политической беспомощности.
    
2. **Schönbach, 1960** показывает следующий этап: открытый нацизм уже неприемлем, поэтому предубеждения выражаются через преуменьшение, намёки, самооправдание и обвинение жертв.
    
3. **ZA0838, 1974** показывает, что ещё через четверть века антисемитизм, этноцентризм и антидемократические установки остаются статистически заметными и сильнее распространены среди старших поколений.
    

Вместе они достаточно уверенно подтверждают умеренную версию нашей гипотезы:

- нацистская социализация детей могла формировать реальные внутренние установки, а не только внешнее послушание;
- поражение режима не уничтожило эти установки автоматически;
- они могли ослабевать, скрываться и менять форму;
- у части людей они сохранялись как расовые стереотипы, авторитарность, политическая пассивность и защитное отрицание ответственности.

Но эти работы ещё не позволяют установить, какая именно доля детей была долговременно изменена пропагандой или отделить влияние школы и HJ/BDM от семьи, социальной среды, довоенного антисемитизма и последующего жизненного опыта.

По приоритету дальнейшего изучения я бы теперь расположил материалы так:

1. **ZA0838 — исходные данные:** лучший шанс количественно проверить именно детские когорты.
2. **Молодёжные расшифровки Gruppenexperiment:** лучший материал для понимания механизма и глубины внутреннего усвоения.
3. **Оригинальная книга Schönbach:** необходима для проверки интригующего, но пока плохо документированного результата о молодых представителях нижнего среднего слоя.

# 37. Рассмотрение ZA0838

> ==Изучи ZA0838.==

Изучил всю доступную документацию ZA0838. Итог: это сильное свидетельство сохранения антисемитских представлений спустя 29 лет после падения нацизма, но лишь косвенное свидетельство долговременного воздействия нацистской социализации на детей. Опубликованные результаты не обнаруживают особого «пика поколения HJ» — они показывают преимущественно общий возрастной градиент.

Я сверил 86-страничный предварительный отчёт 1975 года ZA0838_report.pdf, архивный кодбук с частотами ответов ZA0838_codebook.pdf, оригинальную анкету ZA0838_questionnaire.pdf и опубликованное описание построения шкал ZA0838_method_report.pdf.

## Что представляло собой ZA0838

Опрос проводился EMNID в октябре 1974 года на территории ФРГ, включая Западный Берлин:

- 2 084 респондента от 16 лет;
- личные стандартизированные интервью;
- квотная выборка по возрасту, полу и профессии;
- 128 архивных переменных;
- 20 утверждений об евреях, вопросы об экономической дискриминации, расовых представлениях, авторитарности, образовании, религии, доходе и источниках информации.

Официальная карточка и DOI: [GESIS, ZA0838](https://search.gesis.org/research_data/ZA0838).

«Квотная выборка» означает, что интервьюеры должны были заполнить заданные категории населения, но конкретные люди внутри категорий не выбирались случайно. Поэтому выборка широкая и социально разнообразная, однако обычные доверительные интервалы и формальные оценки статистической погрешности здесь строго неприменимы.

Принципиальное ограничение: в анкете нет вопросов о членстве в HJ или BDM, годах обучения в нацистской школе, чтении пропагандистских материалов или политических установках родителей. Нацистское воздействие можно реконструировать только приблизительно — по возрасту.

## Что люди отвечали в 1974 году

Ниже приведена доля согласившихся, полностью или частично, среди всех 2 084 респондентов. Отказы и ответы «не знаю» остаются в знаменателе, поэтому при их исключении проценты были бы выше.

|Утверждение|Согласились|
|---|---|
|Влияние евреев в деловом мире непропорционально их численности|59,9%|
|Международные крупные банки находятся под сильным еврейским влиянием|57,9%|
|Евреи чаще других прибегают к нечестным приёмам|52,6%|
|Евреи избегают тяжёлого физического труда|52,2%|
|Еврея можно узнать по внешности|45,2%|
|Недостатки евреев врождённые и «лежат в крови»|42,3%|
|Почти все евреи одинаковы|39,6%|
|Евреи стремятся к переворотам и революции|22,2%|
|За евреями нужно особо следить из-за опасности «левого проникновения»|24,3%|
|Страдания евреев были Божьим наказанием за распятие Христа|27,9%|

Особенно нагляден вопрос о предполагаемой сделке с еврейским предпринимателем:

- 14,3% советовали вообще отказаться от сделки;
- 38,7% — согласиться, но особенно внимательно следить за партнёром;
- 35,9% отвечали, что еврейские предприниматели не отличаются от остальных;
- 6,4% называли их особенно надёжными;
- 4,7% не отвечали.

То есть 53% выразили непосредственную готовность учитывать еврейское происхождение партнёра при экономическом решении.

На вопрос о преследовании евреев:

- 62,9% признавали, что евреи много пострадали не по своей вине;
- 17,8% считали их частично виновными;
- 15,9% отвечали, что они пострадали не больше других;
- 3,5% не отвечали.

Это не означает, что половина населения представляла собой убеждённых идеологических нацистов. Но результаты однозначно показывают, что биологические, экономические и конспирологические стереотипы были в 1974 году вполне живыми.

## Возрастные результаты

В таблице 13 отчёта авторы объединили две верхние категории интенсивности:

|Возраст в 1974 году|Примерный год рождения|N|Антидемократические|Этноцентристские|Антисемитские|
|---|---|---|---|---|---|
|16–24|1950–1958|383|48,3%|25,9%|22,4%|
|25–39|1935–1949|562|52,7%|35,6%|21,9%|
|40–54|1920–1934|556|63,6%|39,0%|32,3%|
|55+|до 1920|583|71,6%|40,5%|43,7%|

Группа 40–54 года чрезвычайно релевантна нашей теме. Все или почти все её представители были детьми либо младшими подростками в момент прихода Гитлера к власти. Внутри неё находятся:

- 35–39 лет, `n=204`: родившиеся приблизительно в 1935–1939 годах;
- 40–44 года, `n=134`: приблизительно 1930–1934;
- 45–49 лет, `n=217`: приблизительно 1925–1929;
- 50–54 года, `n=205`: приблизительно 1920–1924.

Самая чистая группа для проверки школьной и HJ/BDM-социализации — рождённые приблизительно в 1925–1934 годах, то есть 40–49-летние в момент опроса. Их в выборке 351 человек.

Но опубликованный отчёт слил их с 50–54-летними. Поэтому мы знаем только, что у всей группы 40–54 года сильные антисемитские тенденции встречались у 32,3% — на 10,4 процентного пункта чаще, чем у 25–39-летних.

### Что эта таблица действительно показывает

Она показывает существенное поколенческое различие:

- до 40 лет: приблизительно 22%;
- 40–54 года: 32,3%;
- 55 лет и старше: 43,7%.

Это согласуется с гипотезой, что сформированные до 1945 года представления сохранялись десятилетиями, а послевоенные поколения постепенно от них отходили.

Но нет отдельного максимума у детей нацистского периода. Самая высокая доля обнаружена у старшей группы, социализация которой началась до нацизма. Форма зависимости похожа на общий подъём с возрастом, а не на специфический выступ поколения, подвергавшегося нацистской школьной пропаганде.

Поэтому формулировка «ZA0838 обнаруживает специфический след нацистской обработки детей» была бы слишком сильной.

## Что смешивается с возрастом

В отчёте обнаружены очень большие социальные различия.

### Образование

Сильные антисемитские тенденции:

- 40,8% — начальная школа без законченного профессионального обучения;
- 4,3% — университетское образование.

Этноцентризм соответственно снижался с 41,2% до 18,5%.

### Размер населённого пункта

Сильные антисемитские тенденции:

- до 5 тысяч жителей — 39,2%;
- 5–50 тысяч — 29,8%;
- 50–500 тысяч — 28,2%;
- свыше 500 тысяч — 18,6%.

### Профессия

- фермеры — 47%;
- самостоятельно занятые — 35,1%;
- рабочие — 32,6%;
- неработающие — 29,1%;
- государственные служащие — 25,2%;
- наёмные служащие — 23%.

### Доход

- до 1 500 марок — 35,1%;
- 1 500–2 500 — 28,6%;
- свыше 2 500 — 20,4%.

Это критически важно: старшие респонденты одновременно чаще имели низкое образование, жили в сельской местности и принадлежали к социальным группам с более высоким уровнем предубеждений.

Такие переменные называют «смешивающими факторами». Мы не знаем, выше ли показатель у старших именно из-за довоенной и нацистской социализации или потому, что их образование и социальная структура отличались от младших поколений.

Авторы не построили многомерную модель, одновременно учитывающую возраст, образование, профессию, город, доход и регион. В одном месте они попытались контролировать несколько переменных при анализе размера семьи, но отказались от интерпретации из-за слишком малых ячеек. Для возрастного эффекта аналогичной проверки в отчёте нет.

## Насколько хороша антисемитская шкала

Здесь результаты неоднозначные.

Сильная сторона: ответы на разные утверждения действительно были связаны между собой. Коэффициент внутренней согласованности 17-пунктовой шкалы — `α = 0,916`. У отдельных тематических шкал:

- расовый антисемитизм — `0,761`;
- экономический — `0,820`;
- политический — `0,770`;
- религиозно-культурный — `0,736`;
- общий личностный — `0,847`.

Коэффициент альфа показывает, насколько согласованно люди отвечают на вопросы одной шкалы. Значение около 0,9 высокое. Но оно не доказывает, что выбранная граница правильно отделяет «антисемитов» от остальных.

Проблемы следующие:

1. Все антисемитские утверждения сформулированы в одном направлении. Человек с общей склонностью соглашаться с предлагаемыми фразами автоматически получает более высокий результат. Авторы сами признавали эту проблему.
    
2. Интервью проводились лично. Публичная неприемлемость антисемитизма могла уменьшать число откровенных ответов.
    
3. Одновременно формулировки были достаточно внушающими: интервьюер сообщал, что это мнения, которые «иногда приходится слышать», а затем предлагал степень согласия. Это могло нормализовать стереотип и увеличивать слабое согласие.
    
4. Отдельного нейтрального ответа в анкете не было: только сильное/слабое согласие, сильное/слабое несогласие и «не знаю». При построении шкалы неопределённые и пропущенные ответы помещались в середину.
    
5. Авторы затем интерпретировали середину не просто как неопределённость, а как возможный латентный антисемитизм.
    
6. Предварительный отчёт говорит о 20 пунктах, но позднее опубликованная общая шкала включает 17. Из неё исключены три наиболее двусмысленных утверждения. Поэтому разные известные проценты получены не совершенно одинаковым способом.
    

Отсюда возникают несколько конкурирующих итогов:

- первоначальная таблица: 23,6% отвергающих, 46,4% слабо принимающих, 25,6% со средним и 4,5% с сильным принятием;
- авторы объединяли последние две категории и получали 30,1% «сильного» согласия;
- в заключении того же отчёта они осторожнее говорят о 15–20% с выраженными предубеждениями и ещё примерно 30% с латентными;
- позднейший обзор Бергмана и Эрба описывает ещё одну классификацию, объединявшую шкалу с поведенческими вопросами: около 30% толерантных, 20% выраженных антисемитов и 50% латентной группы ([ретроспективный обзор](https://www.perlego.com/book/1382968/antisemitism-in-germany-the-postnazi-epoch-from-194595-pdf)).

Следовательно, знаменитые «20%, 30% или 50%» — не простые результаты одного вопроса, а продукты разных правил классификации. Для нашей задачи надёжнее опираться на конкретные ответы и возрастную таблицу, а не на один громкий итоговый процент.

## Что ZA0838 говорит о нашем тезисе

|Проверяемый вопрос|Вердикт|
|---|---|
|Исчезли ли антисемитские представления сразу после падения режима?|**Нет. Уверенное опровержение:** спустя 29 лет многие открыто соглашались с расовыми и экономическими стереотипами.|
|Были ли люди, выросшие до 1945 года, антисемитичнее послевоенных поколений?|**Да, описательно:** около 22% у младших против 32,3% у 40–54-летних и 43,7% у 55+.|
|Обнаружен ли особый след именно у детей, прошедших нацистскую школу и HJ/BDM?|**Пока нет:** нужные пятилетние когорты в опубликованной таблице объединены.|
|Доказывает ли опрос причинное воздействие нацистской пропаганды?|**Нет:** отсутствует индивидуальная мера воздействия и нет надёжной контрольной группы.|
|Совместим ли результат с нашей умеренной гипотезой?|**Да:** он показывает сохранение связанных с нацизмом представлений у части населения и их постепенное поколенческое ослабление.|
|Поддерживает ли максималистскую версию о необратимом «перепрограммировании большинства»?|**Нет:** молодые поколения намного толерантнее, а образование и послевоенная среда очень сильно связаны со снижением предубеждений.|

## Что я исправляю в прежней оценке

Во-первых, промежуточные когорты не полностью отсутствуют в отчёте: там есть четыре широкие возрастные группы. В самом массиве возраст разбит ещё точнее — на 13 интервалов.

Во-вторых, ZA0838 пока нельзя называть доказательством «специфического долговременного когортного следа». Он показывает общий возрастно-поколенческий градиент. Специфический след возник бы, если бы рождённые примерно в 1925–1934 годах заметно отклонялись вверх от плавной возрастной тенденции.

В-третьих, лучше не повторять вторичную формулу «до 30 лет на 18 пунктов ниже, чем 55+» как основной результат. Оригинальная таблица не содержит отдельной группы «до 30»:

- 16–24 против 55+ дают разницу 21,3 пункта;
- 25–39 против 55+ — 21,8 пункта.

Точную группу младше 30 лет можно получить только из исходных индивидуальных данных.

## Наиболее точная формулировка для нашей работы

> В квотном опросе 2 084 жителей ФРГ 1974 года сильные антисемитские тенденции были выявлены примерно у 22% респондентов моложе 40 лет, у 32,3% людей 40–54 лет и у 43,7% респондентов старше 55 лет. Группа 40–54 года в основном состояла из людей, бывших детьми и подростками при нацизме. Результат согласуется с долговременным сохранением установок, сформированных до 1945 года, но не изолирует воздействие нацистской детской пропаганды: возраст смешан с образованием, профессией, доходом и сельской средой, а старшая донацистская когорта демонстрирует ещё более высокий показатель.

Для полноценного повторного анализа нужен файл данных `.dta` или `.sav`; GESIS выдаёт его после входа в учётную запись. Тогда можно отдельно проверить 40–44- и 45–49-летних, восстановить 17-пунктовую шкалу и установить, остаётся ли предполагаемый эффект поколения 1925–1934 годов после учёта образования, профессии, дохода, региона и размера города.

# 38. Честность ответов в опросах и несмещённость выборки

Да. Это один из главных источников неопределённости во всей совокупности опросов. Причём здесь действуют два разных механизма:

1. **Социально желательный ответ:** человек участвует, но скрывает или смягчает свои взгляды.
2. **Смещение из-за неучастия:** человек с определёнными взглядами вообще отказывается от интервью, поэтому его нет в выборке.

Они не делают исследования бесполезными, но требуют существенно осторожнее трактовать проценты и особенно различия между поколениями.

## Мы знаем, что сокрытие действительно происходило

Это не только теоретическое предположение.

В эксперименте Beyer и Krumpal порядок вопросов распределялся случайно. Когда подросткам с антисемитски настроенными друзьями сначала напоминали о мнениях друзей, их сообщаемый антисемитизм повышался примерно с 3,3 до 4,0 балла. Авторы заключили, что часть установок обычно остаётся «коммуникационно латентной»: существует в частном кругу, но скрывается в ситуации опроса. При учёте этого механизма уменьшились даже привычные различия по образованию и политической ориентации. [Beyer & Krumpal, 2010](https://link.springer.com/article/10.1007/s11577-010-0115-0)

Другой эксперимент Krumpal, телефонный опрос 2041 человека, сравнивал прямые вопросы с методом рандомизированного ответа, обеспечивающим респонденту дополнительную защищённость. Защищённый метод обнаруживал больше ксенофобских и антисемитских ответов, причём разница росла с чувствительностью вопроса. [Krumpal, 2012](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23017963/)

Это довольно сильное подтверждение: **обычные прямые опросы действительно недоучитывают часть антисемитских установок**. Но величину недоучёта в опросах 1948, 1961 или 1974 года из позднейших экспериментов вычислить нельзя.

## По отдельным исследованиям

|Исследование|Социально желательные ответы|Отказы и состав выборки|Как теперь следует понимать результат|
|---|---|---|---|
|**OMGUS 1946–1948**|Риск чрезвычайно высокий: личный опрос проводился американской оккупационной администрацией в условиях денацификации. Признание в нацизме или антисемитизме могло казаться не только постыдным, но и опасным.|Выборка строилась достаточно тщательно — населённые пункты и люди отбирались по спискам продовольственных карточек. Но полноценного современного анализа отказов нет; кроме того, многие мужчины ещё находились в плену.|Наблюдавшиеся антисемитские ответы нельзя считать полной распространённостью. То, что молодёжный максимум всё-таки обнаружился вопреки сильному давлению к сокрытию, поддерживает вывод о существовании сохранившихся установок. Но 51–53% — показатель конкретной спорной шкалы среди опрошенных, а не бесспорная доля «убеждённых антисемитов». [OMGUS 1948](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)|
|**Allensbach 1949**|Высокий риск. Особенно чувствительны вопросы о собственном антисемитизме и признание «я поверил пропаганде». Последний ответ мог как скрываться, так и использоваться для самооправдания: «меня обманули». Поэтому даже его нельзя считать строгой нижней границей.|Квотная выборка. Отказавшегося человека интервьюер мог заменить похожим по полу и возрасту, поэтому итоговая таблица выглядит репрезентативно, но политически мотивированные отказы остаются невидимыми.|30% молодых, признавших воздействие пропаганды, — серьёзное свидетельство существования внутреннего усвоения, но не точная оценка его распространённости. [Reuband, анализ Allensbach](https://d-nb.info/118684521X/34)|
|**Allensbach 1950–1952**|Та же проблема; кроме того, публичная антинацистская норма постепенно укреплялась, поэтому временное снижение открытых ответов могло отражать не только изменение убеждений, но и усвоение нового языка.|Квотные опросы, подробного анализа отказов в доступных материалах нет.|Падение открытого антисемитизма нельзя целиком считать исчезновением убеждений. Но нельзя и автоматически считать всех отрицавших антисемитизм скрытыми антисемитами.|
|**Tumin / ZA0194, 1961–1962**|Личные интервью по весьма прямым вопросам. Стереотипы вроде «евреи менее честны» могли занижаться. Разные поколения могли понимать социально приемлемый ответ неодинаково.|Формально сильнее Allensbach: многоступенчатая вероятностная выборка. Но нет доступного анализа отказавшихся; кроме того, опубликованные таблицы содержат 753 интервью, а архивный файл — 577, и происхождение расхождения не объяснено.|Показатели 43%, 51%, 25% и т. д. — доли ответов участников, а не установленные доли всего поколения. Отсутствие особого пика группы 19–35 лет сохраняет значение только при допущении, что поколения скрывали взгляды примерно одинаково. [GESIS ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194)|
|**Frankfurter Gruppenexperiment**|Исследование как раз пыталось преодолеть формальные ответы, вызывая свободную и эмоциональную дискуссию. Но присутствие других людей могло как подавлять антисемитизм, так и, в подходящей группе, легитимировать его.|Это не случайная выборка населения, а специально привлечённые естественные группы. Возможен очень сильный самоотбор.|Особенно ценно как доказательство механизма: публичное отмежевание могло сосуществовать со спонтанно проявлявшимися расовыми и авторитарными представлениями. Совершенно непригодно для ответа «какой процент немцев так думал».|
|**Schönbach, 1960–1961**|Риск высокий, но исследователь классифицировал не один ответ, а всё интервью, включая уклончивость, преуменьшение и самооправдание. Это частично помогает обнаруживать замаскированные установки.|232 франкфуртца, квотная городская выборка; отказы не проанализированы. Возрастно-классовые подгруппы чрезвычайно малы.|Результат о молодых представителях нижнего среднего слоя содержательно интересен, но количественно непрочен. Обнаруженные 16% открытого антисемитизма, вероятно, не охватывают все скрытые предубеждения.|
|**Schmidt–Becker и von Freyhold**|Вопросы о вине, демократии и отношении к нацистскому прошлому особенно подвержены нормативным ответам. Косвенные авторитарные шкалы несколько уменьшают проблему, но добавляют зависимость от формулировок и склонности со всем соглашаться.|Состав и отказы в доступных публикациях документированы недостаточно.|Полезны для понимания самооправдания и трансформации установок, но их проценты нельзя считать надёжными оценками населения.|
|**Jaide, 1958–1962**|Подростков опрашивали взрослые исследователи в образовательном контексте. Они уже хорошо знали официально правильную оценку нацизма. 16% вообще не ответили на вопрос о режиме — заметный сигнал чувствительности темы.|Школьные выборки и подробные интервью; охват не всей молодёжи. Возможен отбор через школы, классы и согласие на участие.|Вывод о сильной послевоенной переориентации правдоподобен, но её масштаб мог быть преувеличен за счёт нормативных ответов.|
|**Weil 1969; Panahi 1977–1978**|Прямые антисемитские утверждения, следовательно, вероятно некоторое занижение. Выявление связанного комплекса ответов устойчивее, чем отдельный процент, но тоже не свободно от самоцензуры.|В доступных нам результатах нет анализа отношения отказов к антисемитизму.|Надёжнее говорить, что согласованный антисемитско-авторитарный комплекс продолжал существовать, чем утверждать точную долю его носителей.|
|**ZA0838, 1974**|Авторы сами обсуждали две встречные ошибки: социальная желательность уменьшает согласие с антисемитскими утверждениями, а склонность механически соглашаться с утверждениями увеличивает его. Полностью разделить эффекты они не смогли.|Квотная выборка из 2084 человек. Число первоначальных контактов, отказов и характеристики отказавшихся не опубликованы. Квоты этого не исправляют: отказавшегося антисемита можно заменить неантисемитом того же пола и возраста.|22–44% по возрастам — **сообщаемые**, а не истинные установки. Более того, старшие могли быть просто откровеннее, а образованные — лучше понимать социально правильный ответ. Поэтому часть возрастного и образовательного градиента может быть коммуникативной. Это прямо согласуется с позднейшим результатом Beyer–Krumpal. [Методический отчёт ZA0838](C:/MyPrograms/111/ZA0838_method_report.pdf)|
|**Lederer, 1945–1979**|Особенно уязвимо сравнение во времени: между 1945 и 1979 годом резко изменилась допустимость авторитарных и нацистских высказываний. Снижение шкалы может отражать одновременно реальные изменения и лучше усвоенные демократические ответы.|Разные поколения и разные школьные выборки; немецкая выборка 1979 года неслучайная.|Это свидетельство сильной поколенческой перемены, но не чистая мера изменения внутренних убеждений.|
|**Bergmann–Erb 1987; ALLBUS 1996/2006; Voigtländer–Voth**|ALLBUS до 2021 года проводился в личных интервью, поэтому прямые антисемитские вопросы сохраняют этот риск. «Убеждённый антисемит» у Voigtländer–Voth должен был дать крайние ответы сразу на несколько вопросов: это почти исключает случайные ложноположительные результаты, но создаёт много ложноотрицательных.|Выборки ALLBUS 1996/2006 были вероятностными и строились по регистрам населения — намного лучше ранних квотных опросов. Однако доля ответивших составляла приблизительно 54% в 1996 и 43% в 2006 году. [Методика ALLBUS](https://www.gesis.org/en/allbus/about-allbus), [технический отчёт GESIS](https://www.gesis.org/fileadmin/upload/forschung/publikationen/gesis_reihen/gesis_methodenberichte/2014/TechnicalReport_2014-09.pdf)|Абсолютные 5% «убеждённых антисемитов» почти наверняка уже, чем весь круг носителей установок. Когортный результат в 2–3 раза устойчив, если поколения скрывают взгляды одинаково; если старшие откровеннее молодых, он может быть завышен. Авторы дополнительно обнаружили селективную гибель мужчин радикальной когорты 1920-х, что, наоборот, могло занизить эффект. [Voigtländer & Voth](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)|
|**Adena et al.**|Эта конкретная проблема почти отсутствует: измерялись не признания респондентов, а голоса, вступление в NSDAP, доносы и антисемитские действия.|Нет добровольного участия в опросе. Остаются другие проблемы — качество архивной регистрации и корректность причинного сравнения территорий.|Очень важная независимая проверка: пропаганда действительно влияла на наблюдаемое поведение. Но работа не измеряет долговременные убеждения детей. [Adena et al.](https://academic.oup.com/qje/article-abstract/130/4/1885/1916582)|

## Насколько опасны отказы

Предложенный тобой механизм вполне возможен:

> люди с нацистскими или антисемитскими взглядами сильнее не доверяют исследователям и чаще отказываются → в готовой выборке их меньше.

Масштаб потенциально может быть большим. Чисто иллюстративный пример: если опрос показывает 20% антисемитских ответов, но носители таких взглядов соглашались участвовать вдвое реже остальных, истинная доля при прочих равных была бы около 33%. При наблюдаемых 30% — около 46%.

Но это **не поправка, которую можно применить к нашим данным**, а демонстрация чувствительности. Мы не знаем, действительно ли антисемиты отказывались вдвое чаще. Возможен и обратный отбор: люди с сильными взглядами иногда охотнее участвуют, чтобы их выразить.

Кроме того, сама доля ответивших не показывает величину ошибки. Смещение возникает только тогда, когда склонность участвовать связана с исследуемым убеждением. Метаанализ 59 методических исследований не нашёл простой сильной зависимости между процентом ответивших и величиной смещения; внутри одного опроса разные показатели могут быть искажены совершенно по-разному. [Groves & Peytcheva](https://academic.oup.com/poq/article-abstract/72/2/167/1920564?login=false) Поэтому отсутствие сведений об отказах означает **не доказанное занижение, а неустранимую неопределённость**.

## Что это меняет в нашем основном выводе

Социальная желательность и возможные отказы действуют несимметрично на разные утверждения.

- **«После войны внутренние установки у всех быстро исчезли».** Опросы этого не доказывают. Низкая открытая поддержка нацизма могла означать как реальное изменение, так и новую самоцензуру. Gruppenexperiment и эксперименты Beyer–Krumpal прямо показывают возможность такого расхождения.
    
- **«У заметной части людей установки сохранились».** Этот вывод остаётся достаточно сильным. Значительное число людей открыто давали антисемитские ответы даже в неблагоприятной нормативной обстановке; качественные дискуссии обнаруживали те же конструкции за публичным отмежеванием; поведенческие исследования дают независимое подтверждение эффективности пропаганды.
    
- **«Мы знаем точный процент сохранивших установки».** Нет. Практически ни один ранний опрос этого не позволяет. Числа следует называть долями ответов среди участников, а не истинной распространённостью убеждений.
    
- **«Поколение нацистского детства было антисемитичнее именно вследствие пропаганды».** Это наиболее уязвимый переход. Различия могут отражать не только убеждения, но и неодинаковую откровенность, отказы, образование, смертность, войну, семейную и местную среду. OMGUS и Voigtländer–Voth дают серьёзные когортные свидетельства, но не полностью устраняют эти объяснения.
    
- **«Именно школа была главным каналом».** Проблема нечестных ответов здесь вторична: опросы в принципе плохо разделяют школу, HJ/BDM, семью, сверстников и общую пропагандистскую среду.
    

Итоговая формулировка должна быть такой:

> Опросы измеряют прежде всего готовность сообщить установку в конкретной ситуации, а не дают прямой доступ к «истинному убеждению». В послевоенной Германии публичное осуждение антисемитизма, вероятно, занижало открыто сообщаемые предубеждения; возможен и дополнительный отбор из-за отказов, особенно в квотных и оккупационных опросах, но его величина и иногда даже направление неизвестны. Поэтому точные проценты и часть возрастных различий следует считать неопределёнными. Вместе с тем эти искажения не объясняют появление значительного числа открыто антисемитских ответов, скрытых стереотипов в групповых обсуждениях и независимых поведенческих эффектов пропаганды. Совокупность данных поддерживает существование долговременного воздействия на часть людей, но не позволяет надёжно определить его распространённость или изолировать причинный вклад нацистской школы.

То есть твоя оговорка **существенно ослабляет количественные и когортные выводы**, но скорее делает ещё менее убедительным аргумент «люди после войны отрицали нацизм — значит, внутренне от него полностью отказались».

# 39. Неявное влияние пропаганды на детей

> ==А возможен ли такой механизм влияния пропаганды на детей: родители, которые базово не были антисемитами, затем под воздействием пропаганды *поверили/частично поверили/вели себя одобряемым образом/просто не вели неодобряемым образом конкретно* во время периода нацизма; дети это видели и это оказывало на них идеологический отпечаток. Потом же, после поражения Германии, взрослые "очнулись ото сна" — и с мыслями примерно "ну да, я же всегда знал что это плохо, и как я только поверил в это" стали отвечать на вопросы соответствующе, а вот дети, у которых не было другого примера, действительно продолжали верить. Т.о. пропаганда оказывала влияние не непосредственно, при этом выявить такой механизм нельзя по прямым ответам родителей относительно их отношения к нацизму/антисемитизму после войны.==

Да. Более того, это один из наиболее правдоподобных механизмов, который имеющиеся опросы почти не способны обнаружить. Его можно назвать **опосредованной семейной социализацией**:

```
государственная пропаганда + поощрения + страх наказания
                         ↓
        публичное поведение и молчание родителей
                         ↓
 ребёнок воспринимает это как описание нормального мира
                         ↓
       формируется собственная устойчивая установка
```

После 1945 года цепочка могла разойтись:

```
родители: прежний жизненный опыт + новая норма + самооправдание
          → отказ от нацистских взглядов или их отрицание

дети: сформированная в детстве картина мира
      → более медленное и неполное изменение
```

При этом семья была бы не альтернативой государственной пропаганде, а **одним из каналов её воздействия**.

## Родителям необязательно было верить

Здесь важно различить передачу убеждения и передачу нормы.

Возможны по меньшей мере три варианта:

1. **Родитель действительно временно поверил**, а после поражения пересмотрел взгляды.
2. **Родитель частично поверил и частично приспосабливался**, а позднее реконструировал своё прошлое как «я всегда понимал, что это неправильно».
3. **Родитель вообще не верил**, но публично делал то, что требовалось: использовал принятый язык, разрывал контакты, не возражал против дискриминации, участвовал в ритуалах, избегал защиты преследуемых.

Третий вариант особенно важен. Ребёнок не имеет доступа к скрытым мыслям родителя. Он видит:

- отец приветствует власть установленным образом;
- мать объясняет, почему теперь нельзя общаться с определённой семьёй;
- взрослые не возражают против исчезновения еврейского учителя или соседа;
- никто дома не оспаривает школьные объяснения;
- антисемитские правила выполняются как нечто само собой разумеющееся.

Даже если взрослый внутренне думает: «это несправедливо, но спорить опасно», ребёнок может вывести совершенно другое:

> «Так устроен мир; взрослые знают, что это правильно».

Экспериментальные исследования развития показывают, что маленькие дети действительно склонны превращать наблюдаемое поведение взрослых из «так делают» в «так следует делать» — то есть самостоятельно выводить предписывающую норму из увиденного действия. [Schmidt et al., 2016](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/27634004/)

Поэтому приватная «фига в кармане» родителей защищает ребёнка гораздо слабее, чем **явное и последовательное сопротивление дома**.

## Почему эффект мог закрепиться у детей сильнее

Такая асимметрия между взрослыми и детьми психологически вполне осмысленна.

- У взрослого существовала **донацистская точка отсчёта**. Он помнил другой общественный порядок и мог после 1945 года вернуться к прежней картине мира.
- У ребёнка такой точки отсчёта могло не быть. Нацистский порядок становился не временным отклонением, а первым известным ему устройством общества.
- Ребёнок получал согласованные сигналы сразу от школы, HJ/BDM, сверстников, прессы и поведения взрослых. Даже молчащий родитель не создавал противовеса.
- Ранняя установка могла связываться не только с отдельным суждением о евреях, но и с доверием к авторитету, групповым разделением «свои — чужие», эмоциональными реакциями и представлением о нормальном социальном порядке.
- После войны взрослый мог сознательно пересмотреть политические суждения. Ранние эмоциональные ассоциации ребёнка могли меняться медленнее.

Общая литература подтверждает заметное, хотя далеко не абсолютное сходство межгрупповых установок родителей и детей: метаанализ 131 исследования и более 45 000 пар обнаружил связь средней силы. Особенно важно, что результаты зависели от приватности измерения и от того, кто сообщал взгляды родителей — сами родители или дети. [Degner & Dalege, 2013](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23379964/)

Исследования политической социализации также показывают: передача особенно эффективна, когда семья политизирована и ребёнок получает от родителей **последовательные сигналы во времени**. [Jennings, Stoker & Bowers, 2009](https://www.journals.uchicago.edu/doi/abs/10.1017/S0022381609090719?mobileUi=0) Отсюда следует важная обратная мысль: родителю недостаточно внутренне не соглашаться с режимом — чтобы осуществлять контрсоциализацию, несогласие должно быть каким-то образом доступно ребёнку.

## Почему послевоенный ответ родителя механизм не выявит

Ты совершенно правильно указываешь на проблему измерения. Для проверки цепочки понадобились бы четыре разные величины:

1. взгляды родителя **до 1933 года**;
2. его слова и поведение **в 1933–1945 годах**;
3. то, что видел и как понимал ребёнок;
4. взгляды обоих **после 1945 года**.

Наши опросы обычно измеряют только пункт 4, иногда дополняя его поздним воспоминанием о пунктах 1–3.

Один и тот же послевоенный ответ родителя — например, «я всегда был против» — совместим с совершенно разными историями:

- действительно всегда противостоял;
- был против, но всё время публично приспосабливался;
- частично поверил, а затем отказался от взглядов;
- продолжает придерживаться взглядов, но скрывает их;
- искренне переписал собственное воспоминание и теперь воспринимает себя как давнего противника режима.

Статистически эти случаи выглядят одинаково. Поэтому послевоенное мнение родителя нельзя использовать как надёжное измерение семейной среды, которую ребёнок наблюдал десятью годами ранее.

Исследования семейной памяти о национал-социализме действительно обнаруживают не простую передачу неизменных воспоминаний, а их совместное переоформление в разговорах между поколениями. Семейный рассказ приспосабливается к потребностям группы, а собственные родственники часто выводятся из категории участников и приспособленцев. [Tschuggnall & Welzer](https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/1354067X02008001625)

Это не доказывает предложенную тобой причинную цепочку, но показывает, почему позднейшее родительское воспоминание является ненадёжным заместителем реального поведения при нацизме.

## Что говорят рассмотренные нами данные

Предложенный механизм хорошо совместим с частью результатов, но ни один массив его прямо не проверяет.

- **OMGUS 1948:** необычно высокий антисемитизм 15–19-летних совместим с тем, что эта когорта воспринимала публичное приспособление взрослых как нормальный мир. Но в данных нет связанных пар «родитель — ребёнок» и довоенных взглядов родителей.
    
- **Allensbach 1949:** молодые чаще старших говорили, что поверили нацистской антисемитской пропаганде. Это также совместимо с отсутствием у них донацистской точки отсчёта. Но неизвестно, что их родители думали до 1933 года, как вели себя дома и что отвечали после войны.
    
- **Tumin / ZA0194:** у поколения нацистского детства 29% сообщили о сильном или довольно сильном влиянии родителей на отношение к евреям. Но вопрос не устанавливает направление влияния и основан на воспоминании самого ребёнка спустя 16 лет. Он не отличает убеждённого антисемита-родителя от внешне приспосабливавшегося родителя.
    
- **Frankfurter Gruppenexperiment:** публичное отмежевание молодых участников от нацизма сочеталось с воспроизведением расовых и авторитарных категорий. Это хорошо соответствует идее, что усваиваются не только открытые лозунги, но и неявные правила социальной среды.
    
- **Voigtländer–Voth:** особый пик когорты 1930-х годов согласуется с более устойчивым детским усвоением, а зависимость эффекта от довоенного антисемитизма местности показывает значение подкрепляющей среды. Но местный результат голосования 1890–1912 годов — не индивидуальные взгляды конкретных родителей. Даже раздел приложения, озаглавленный «Parental Political Preferences», в опубликованной таблице не содержит нужной переменной `довоенное мнение родителей → их поведение при режиме → мнение ребёнка`; там фактически повторяется анализ местной исторической среды на разных выборках. [Статья](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/), [приложение](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination_Online_Appendix.pdf)
    

Но есть и ограничивающие результаты:

- Tumin не обнаруживает исключительного антисемитского максимума бывшей детской когорты относительно старших.
- В ZA0838 старейшие респонденты были антисемитичнее людей, бывших детьми при нацизме.
- Значит, модель «взрослые быстро очнулись, а дети сохранили убеждения» не может объяснять всё население. Многие взрослые либо не пересмотрели установки, либо оставались не менее предубеждёнными.

Кроме того, имеются документированные случаи обратного типа: ребёнок становился убеждённым нацистом вопреки ясно выраженному сопротивлению родителей. Например, Генри Метельманн описывал конфликт между собственным нацизмом и социалистическими, антинацистскими взглядами отца. [Его автобиография](https://books.google.com/books/about/A_Hitler_Youth.html?id=MuafAAAAMAAJ) Следовательно, семейное посредничество могло быть важным каналом, но не было обязательным: школа, HJ и сверстники иногда преодолевали домашнее сопротивление.

## Как это можно было бы проверить

Для прямой проверки потребовался бы редкий связанный массив:

- независимые документы о взглядах родителей до 1933 года — партийная принадлежность, голосование, письма, дневники;
- сведения об их поведении при режиме — участие в организациях, разрыв связей, приобретение «аризированного» имущества, доносы, сопротивление;
- contemporaneous свидетельства ребёнка, а не воспоминания через десятилетия;
- послевоенные измерения родителей и детей;
- желательно братья и сёстры разного возраста, росшие у одних родителей, но получившие разную продолжительность нацистской социализации.

Особенно сильным был бы дизайн, сравнивающий внутри одной семьи старшего ребёнка, уже сформировавшегося до 1933 года, и младшего, который не знал другой системы. В рассмотренных нами данных такого дизайна нет.

## Итоговый вердикт

Предложенный тобой механизм:

- **психологически правдоподобен;**
- **согласуется с общей литературой о детском усвоении норм;**
- **совместим с молодёжными результатами OMGUS, Allensbach и Voigtländer–Voth;**
- **не идентифицируется прямыми послевоенными ответами родителей;**
- **но пока не доказан как специфический исторический механизм на индивидуальном уровне.**

И я бы добавил важное следствие для исходного спора:

> Даже если большинство родителей внутренне сохраняло дистанцию от нацистской идеологии, это ещё не означает, что их дети получали антинацистскую семейную социализацию. Невысказанное несогласие взрослого ребёнок мог вообще не увидеть. Напротив, публичное приспособление родителей могло усиливать государственное воздействие, создавая впечатление всеобщего согласия.

Поэтому противопоставление «государственная пропаганда или семья» здесь ошибочно. Более реалистична система обратной связи:

> **государство меняет видимое поведение взрослых → это поведение легитимирует государственное сообщение для детей → дети усваивают его глубже, чем сами приспосабливающиеся взрослые.**

Это пока сильная и правдоподобная гипотеза механизма, а не установленная количественная причина обнаруженного когортного эффекта.

# 40. Влияние госпрограммы денацификации

> ==Должны ли мы учитывать тот эффект, что государством проводилась программа денацификации общества? Т.е. что это не просто естественное изменение взглядов после свержения режима, а в какой-то мере результат целенаправленной пропаганды антинацизма и антиантисемитизма? Есть ли работы, где пытыятся оценить влияние этого эффекта?==

Да, этот эффект необходимо учитывать. После 1945 года Германия не перешла из состояния «нацистская пропаганда» в состояние «никакого идеологического воздействия». Началась новая, хотя и непоследовательная, государственная и оккупационная социализация.

Но точнее говорить не об одной программе денацификации, а о нескольких разных воздействиях:

- уголовное преследование, интернирование, увольнения и проверка бывших нацистов;
- запрещение НСДАП, нацистских организаций, символики и печати;
- демонстрация материалов о концлагерях и освещение Нюрнбергского процесса;
- перестройка прессы, радио, школы и молодёжных организаций;
- создание демократических институтов и новых публичных норм;
- позднее — судебные процессы, историческое образование и культура памяти 1960–1970-х годов.

В литературе первые меры обычно называют _denazification_, а образовательные и информационные — _reeducation_ или _reorientation_. Слово «пропаганда» допустимо в нейтральном аналитическом смысле, но оно скрывает то, что воздействие включало также суды, кадровую политику, изменение институтов и предъявление фактов о преступлениях.

## Как это меняет нашу интерпретацию

Любой послевоенный показатель представляет собой приблизительно такую сумму:

> сохранившийся результат нацистской социализации
> 
> - послевоенная контрсоциализация
> - последствия поражения и разрушения режима
> - экономические и политические изменения
> - изменение допустимости ответов.

Следовательно:

1. Снижение антисемитизма после 1945 года нельзя автоматически называть «естественным угасанием» нацистских убеждений.
    
2. Но и приписывать всё снижение денацификации нельзя: разгром режима, открытие преступлений, смерть Гитлера, исчезновение прежней системы поощрений и наказаний сами по себе могли менять оценки.
    
3. Послевоенная политика могла менять не только убеждения, но и язык ответов. Человек мог научиться не быть антисемитом — либо только научиться не говорить как антисемит.
    
4. Направление смещения не обязательно одинаково для поколений. Взрослые чаще непосредственно сталкивались с проверками и санкциями; дети и подростки — с новой школой и молодёжной средой.
    

Поэтому сравнение поколений после войны фактически сопоставляет не просто разную продолжительность нацистской пропаганды, но и разный вид послевоенного воздействия.

Например, в Tumin/ZA0194:

- 14–18-летние учились почти полностью после войны;
- 19–35-летние сочетали нацистское детство с послевоенной переориентацией;
- старшие могли непосредственно пройти денацификационные проверки и одновременно обладали донацистской точкой отсчёта.

Возрастную разницу невозможно однозначно отнести только к одному из этих факторов.

## Что показывают исследования

### 1. OMGUS и исследования Мерриттов — обязательно рассмотреть подробно

Англо-американские власти систематически измеряли мнение населения в ходе собственной программы переориентации. Нюрнбергский процесс действительно передавал новую информацию: 29% опрошенных говорили, что именно тогда впервые узнали о концлагерях. Первоначально около восьми из десяти считали процесс справедливым. Это подтверждает влияние информационной кампании по меньшей мере на знание фактов. [OMGUS о Нюрнбергском процессе](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi%3Adocument-3877)

Однако глубокого и линейного изменения взглядов опросы не показывают:

- в 1945–1947 годах примерно половина населения продолжала считать национал-социализм «хорошей идеей, плохо осуществлённой»;
- доля придерживавшихся такого мнения достигла 55% в августе 1947 года;
- к 1948 году средний показатель был ещё выше, чем в 1946-м;
- удовлетворённость денацификацией упала с 57% в марте до 34% в декабре 1946 года. [Тренды отношения к национал-социализму](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47), [общие тренды 1945–1949](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-german-public-opinion-1945-49)

В антисемитской шкале между декабрём 1946 и апрелем 1948 года открытый антисемитизм немного уменьшился:

- категория антисемитов — с 21 до 19%;
- радикальных антисемитов — с 18 до 14%.

Но одновременно расистские установки выросли с 22 до 26%. То есть улучшение открытых ответов не сопровождалось однозначным исчезновением лежащего под ними мировоззрения. [OMGUS 1948](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948)

Richard Merritt в книге _Democracy Imposed_ интерпретирует весь комплекс опросов как свидетельство того, что внешне стимулируемое изменение общества было трудным, но не невозможным. Однако это историко-статистическая реконструкция, а не эксперимент: она не отделяет воздействие программы от поражения, голода, экономического восстановления и начинавшейся холодной войны. [Merritt, 1995](https://www.jstor.org/stable/j.ctt2250vmt)

### 2. McGranahan и Janowitz, _Studies of German Youth_ — чрезвычайно релевантно

В 1945 году авторы сравнили четыре группы 14–18-летних, в том числе 285 молодых военнопленных, проходивших американскую программу перевоспитания.

Именно перевоспитываемые пленные особенно часто демонстрировали проамериканские и формально демократические ответы. Но в вопросах, где «правильный» ответ был менее очевиден, сохранялись расовые и властно-авторитарные категории. Авторы заключили, что это могло быть не внутренним обращением в демократию, а привычным подчинением новой авторитетной власти. [McGranahan & Janowitz, 1946](https://www.researchgate.net/publication/47595367_Studies_of_German_youth)

Это почти точное подтверждение нашего методологического опасения:

> послевоенная контрпропаганда могла одновременно менять часть взглядов и учить респондента воспроизводить новый социально одобряемый ответ.

Выборки здесь небольшие и неслучайные, поэтому оценить размер эффекта нельзя. Но для понимания механизма работа крайне важна.

В другой статье Janowitz обнаружил, что знакомство с фактами о преступлениях часто приводило не к принятию личной или общественной ответственности, а к её переносу исключительно на НСДАП и СС. Признаков роста готовности к личному демократическому участию было мало. [Janowitz, _German Reactions to Nazi Atrocities_, 1946](https://www.journals.uchicago.edu/doi/abs/10.1086/219961)

### 3. Ulrike Weckel и Donald Bloxham — обязательно для оценки возможного обратного эффекта

Ulrike Weckel исследовала реакции немцев на союзнические фильмы о концлагерях. Её источники особенно ценны: зрителей наблюдали, опрашивали и просили письменно комментировать фильмы.

Она не принимает простую формулу «фильмы провалились», но показывает чрезвычайно разнородные реакции. Отсутствие публичного признания вины ещё не доказывает, что фильм ничего не изменил; одновременно выраженный шок не доказывает устойчивой внутренней переориентации. [Weckel, обзор исследования](https://www.ghi-dc.org/fileadmin/publications/Bulletin/bu51.pdf)

Donald Bloxham приходит к более жёсткому выводу: англо-американское предъявление преступлений и риторика коллективной ответственности могли непреднамеренно содействовать защитной реакции — отрицанию собственной ответственности, сравнению преступлений нацистов с действиями союзников и их преуменьшению. [Bloxham, 2004](https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/0265691404044141)

Таким образом, контрсоциализация не обязана была механически уменьшать антисемитизм. Принудительное стыжение могло менять одних людей, вызывать внешнее приспособление у других и ожесточать третьих.

### 4. Capoccia и Pop-Eleches — самые сильные причинные исследования, но не антисемитизма

В работе _Democracy and Retribution_ авторы используют различия в строгости денацификации между землями и оккупационными зонами и связывают их с опросами 1953, 1955 и 1957 годов.

Результат оказался нелинейным:

- более широкие суровые наказания значимых участников режима были связаны с уменьшением поддержки демократии;
- переход от низкой к высокой региональной интенсивности таких наказаний соответствовал снижению доли противников однопартийного режима примерно на 4–6 процентных пунктов;
- более массовые, но мягкие решения в отношении «попутчиков» (_Mitläufer_) были, напротив, связаны с повышением этой доли примерно на 5–6 пунктов;
- зависимости были сильнее среди людей, чаще читавших газеты, слушавших радио и общавшихся с окружающими. [Capoccia & Pop-Eleches, 2020](https://gpop.scholar.princeton.edu/document/31)

Интерпретация авторов: наказание поддерживает новый режим, если население воспринимает его как пропорциональное; кажущаяся избирательной или несправедливой репрессия вызывает антидемократическую реакцию.

В следующей работе они отдельно изучили самих обвиняемых и членов их семей. Справедливые процедуры и отсутствие ощущения «из всех выбрали именно меня» нейтрализовали демократический дефицит обвиняемых; обнаружены и более слабые семейные последствия. [Capoccia & Pop-Eleches, 2024](https://users.ox.ac.uk/~ssfc0073/Trying%20Perpetrators%20CP.pdf)

Для нашей гипотезы это особенно интересно: послевоенная политика тоже могла передаваться детям через семью — но уже в форме рассказа родителей о несправедливом преследовании, унижении или, наоборот, о справедливом разбирательстве.

Ограничение принципиальное: эти работы измеряют отношение к демократии и возможному возрождению НСДАП, а не антисемитизм. Поэтому переносить численные эффекты на отношение к евреям нельзя.

### 5. Новое исследование британских лагерей военнопленных

Sam Erkiletian исследовал 64 британских лагеря и 489 ежемесячных отчётов за 1946–1948 годы. В лагерях, где руководителями небольших групп назначались продемократические немецкие пленные, официальные наблюдатели чаще отмечали движение к демократическим установкам. Ближайшие повседневные лидеры оказывались влиятельнее общего лагерного руководства. [Erkiletian, 2025](https://academic.oup.com/jpr/article/62/4/1205/8324568)

Это хороший пример реального механизма ресоциализации через непосредственное окружение. Но:

- речь идёт о пленных мужчинах, а не об обычном населении;
- результат оценивали чиновники программы;
- измерялась общая демократическая ориентация, а не антисемитизм;
- неизвестно, насколько изменение сохранялось после возвращения домой.

### 6. Почему нельзя считать эту программу непрерывной и одинаково сильной

Здесь необходима важная поправка к исходному предположению. В Западной Германии не существовало непрерывной, последовательно усиливавшейся антинацистской кампании с 1945 года.

Уже к 1948–1950 годам жёсткая денацификация сворачивалась. Правительство Аденауэра проводило широкую амнистию и реинтеграцию бывших членов нацистских организаций, восстанавливало уволенных чиновников и добивалось освобождения осуждённых. Одновременно формировалась юридическая и публичная граница, за которой открытый нацизм считался недопустимым. Norbert Frei описывает это сочетание как:

> социальная интеграция бывших нацистов плюс нормативное отмежевание от нацизма.

[Вrei, _Adenauer’s Germany and the Nazi Past_](https://www.jstor.org/stable/10.7312/frei11882)

Полноценное включение Холокоста в школьные учебники и более активное общественное обсуждение разворачивались главным образом с начала–середины 1960-х годов, после антисемитских инцидентов, новых процессов и поколенческого конфликта. [Falk Pingel о школьных учебниках](https://www.gcedclearinghouse.org/resources/national-socialism-and-holocaust-west-german-school-books)

Поэтому:

- OMGUS 1946–1948 измеряет население непосредственно во время сильного, но короткого оккупационного воздействия;
- Tumin 1961 приходится на момент перехода к более активному обсуждению прошлого;
- ZA0838 1974 уже отражает влияние процессов 1960-х, школьных реформ, СМИ и нового языка памяти.

## Что следует добавить к нашему общему выводу

Наиболее точная формулировка будет такой:

> После 1945 года исследуемые когорты подверглись целенаправленной контрсоциализации, поэтому послевоенная динамика установок отражает не естественное угасание нацистского воздействия, а его взаимодействие с денацификацией, демократической переориентацией, изменением публичных норм и позднейшей культурой памяти. Эти процессы могли изменять как внутренние убеждения, так и готовность признавать их в опросе.

И ещё одно важное следствие:

> Если повышенный антисемитизм нацистской детской когорты обнаруживается спустя десятилетия вопреки послевоенной контрсоциализации, это усиливает свидетельство устойчивости первоначального отпечатка. Но это не позволяет измерить его исходную величину: часть эффекта могла быть устранена контрсоциализацией, часть — только скрыта новой нормой ответов.

Итог: учитывать денацификацию нужно обязательно, но не как простую поправку, которую можно вычесть из результатов. Отдельной надёжной оценки вида «денацификация уменьшила антисемитизм на X процентов» для общего западногерманского населения я не нахожу. Лучшие количественные работы оценивают демократические установки; непосредственно антисемитизм изучается главным образом через временные ряды опросов и качественные исследования реакций. Поэтому это остаётся важным, но не полностью идентифицированным конкурирующим объяснением.

# 41. Предварительные итоги

> ==Изучи приложенный файл. В итоге - можем ли мы как-то количественно, хотя бы очень приблизительно (или хотя бы словами - типа нет/крайне незначительно/незначительно и т.д.) оценить вклад следующих факторов:==
> 
> - ==семьи;==
> - ==окружения;==
> - ==госпропаганды;==
> 
> ==в:==
> 
> - ==показываемые убеждения;==
> - ==реальные убеждения==;
> 
> ==поколения, чьё сознательное детство проходило при нацистской власти в:==
> 
> - ==краткосрочной перспективе (до 3-4 лет после свержения режима);==
> - ==среднесрочной перспективе (до 10 лет после свержения режима);==
> - ==долгосрочной перспективе (10-20 лет после свержения режима);==
> - ==пожизненной перспективе (более 20 лет после свержения режима)?==

## Короткий вывод

Количественно разложить результат на условные «35% семья, 25% окружение, 40% государственная пропаганда» нельзя. Такие цифры были бы псевдоточностью.

Но осторожная качественная оценка возможна:

- Нацистская социализация оставила сильный краткосрочный след у значительной части воспитанной режимом молодёжи.
- В следующие 10–20 лет этот след заметно размывался: публичный отказ от нацизма происходил быстрее, чем исчезновение отдельных антисемитских, националистических и авторитарных установок.
- Пожизненно сохранился небольшой или умеренный средний остаток, но гораздо более заметный среди наиболее убеждённого антисемитского меньшинства.
- Семья, окружение и государство не просто складывали воздействия, а усиливали или нейтрализовали друг друга. Государственная индоктринация была особенно действенной там, где сообщение подтверждалось родителями и местной культурой.
- После 1945 года показываемые убеждения сильнее всего зависели уже от новой общественной нормы: что допустимо сказать интервьюеру, коллегам или соседям. Поэтому быстрое исчезновение нацистской риторики не равнозначно столь же быстрому внутреннему переубеждению.

Наилучшая общая модель — не «пожизненная перепрошивка» и не «пропаганда почти не повлияла», а:

> сильный ранний след → существенное послевоенное размывание → устойчивый остаток у меньшинства.

## Что именно здесь оценивается

Ниже:

- «семья» — родители и домашняя среда;
- «окружение» — сверстники, местность, церковь, знакомые, позднее работа и послевоенные социальные нормы;
- «госпропаганда» в широком смысле — не только радио и газеты, но школа, Hitlerjugend/BDM, ритуалы, цензура, награды и санкции;
- «показываемые» — зарегистрированные ответы и публичное поведение;
- «реальные» — латентные, частные установки, которые непосредственно измерить невозможно.

Оценки относятся преимущественно к антисемитизму и близким авторитарно-националистическим установкам. Их нельзя автоматически распространить на всю совокупность убеждений человека.

Кроме того, почти все качественные средне- и долгосрочные данные относятся к ФРГ и Западному Берлину. Для ГДР нужна отдельная оценка.

## Осторожная матрица влияния

Это не проценты, а моя итоговая оценка вероятной силы канала. Уверенность в точном ранжировании семьи, окружения и государства низкая; уверенность в существовании совокупного воздействия заметно выше.

### На показываемые убеждения

|Фактор|0–4 года|5–10 лет|10–20 лет|Более 20 лет|
|---|---|---|---|---|
|Семья|Умеренное; особенно в частном кругу|Умеренное|Небольшое–умеренное|Небольшое–умеренное|
|Окружение и текущая публичная норма|Сильное–очень сильное|Сильное–очень сильное|Умеренное–сильное|Умеренное–сильное|
|Остаток нацистской государственной социализации|Умеренное–существенное как источник содержания, но сильно фильтруется новой нормой|Небольшое–умеренное|Небольшое|Небольшое в среднем; заметное среди крайних убеждений|

Здесь окружение оценивается высоко не обязательно потому, что оно глубже всех формировало личность, а потому, что публичное высказывание само является социальным поведением: человек учитывает санкции, ожидания собеседника и допустимый язык.

### На латентные, частные убеждения

|Фактор|0–4 года|5–10 лет|10–20 лет|Более 20 лет|
|---|---|---|---|---|
|Семья|Умеренное|Умеренное|Умеренное|Небольшое–умеренное|
|Окружение|Умеренное–существенное|Умеренное–существенное|Умеренное|Умеренное|
|Нацистская государственная социализация в широком смысле|Существенное у заметной части когорты; средняя величина неизвестна|Умеренное–существенное|Небольшое–умеренное|Небольшое–умеренное в среднем, но относительно большое среди убеждённого меньшинства|

Знак влияния семьи и окружения не фиксирован. Нацистски настроенная семья усиливала государственное сообщение; антинацистская могла частично защищать ребёнка от него. То же относится к церкви, друзьям и местной культуре.

## Что действительно показывают числа

### 1. Первые 3–4 года: остаточные установки были массовыми

В апреле 1948 года OMGUS опросил 3001 человека в американской зоне. В двух наиболее антисемитских категориях построенной исследователями шкалы оказались:

- 51% 15–17-летних;
- 53% 18–19-летних;
- 38% 20–29-летних;
- 38% 30–39-летних;
- 28% 40–49-летних;
- 26% 50–59-летних;
- 35% людей 60 лет и старше.

Это сильное свидетельство раннего молодёжного превышения. Но 51–53% — не доля людей, прямо назвавших себя антисемитами, и тем более не «процент, созданный пропагандой»: это исследовательская классификация ответов на несколько вопросов. [Сводка GHDI](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607), [скан исходного сборника OMGUS](https://archive.org/details/674036_3).

В приложенной заметке правильно обнаружена ошибка у Reuband: в оригинальной таблице стоит возраст 18–19, а не 18–29, и для 30–39-летних — 38%, а не 28%.

Другой опрос OMGUS показывал, что в августе 1947 года 68% опрошенных младше 30 лет выбрали формулу «национал-социализм был хорошей идеей, плохо осуществлённой», против 55% по всей выборке. Это говорит о сохранении позитивного мифа о режиме, но не означает, что 68% поддерживали весь комплекс нацистской идеологии или желали восстановления режима. [OMGUS, 1945–47](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47).

В общенациональном, но квотном опросе Allensbach 1949 года, N=1915:

- 42% людей младше 30 лет получили отрицательную или сдержанную классификацию отношения к евреям;
- 30% младше 30 ретроспективно сказали, что поверили нацистской антиеврейской пропаганде;
- среди старших групп соответствующий самоотчёт составлял 19%, 17% и 13%.

Однако эти 30% — ни нижняя, ни верхняя граница эффекта: человек мог скрывать прежние взгляды, ошибаться в памяти или использовать оправдательное объяснение «меня обманули». [Reuband, 2008](https://d-nb.info/118684521X/34).

Итого для первых лет: остаток был не «крайне незначительным», а существенным и местами массовым; молодёжный избыток достаточно убедителен. Его разделение между государством, семьёй и местной средой невозможно.

### 2. Через 5–10 лет: открытый ярлык ослабевал быстрее компонентов

В повторном опросе Allensbach 1952 года резкий пик молодых уже не воспроизводился: среди групп 18–29, 30–44 и 45–59 лет сырые различия в отрицательных высказываниях составляли не более примерно двух процентных пунктов. Правда, молодые чаще не давали содержательного ответа; после исключения неопределившихся возрастной градиент частично возвращался. Это не панель с теми же людьми и не строго сопоставимый вопрос, поэтому считать разницу 1948–1952 скоростью переубеждения нельзя. [Reuband, 2008](https://d-nb.info/118684521X/34).

Групповые дискуссии 1950–1951 годов показывают механизм: словесное дистанцирование от национал-социализма могло сочетаться с сохранением антисемитских, расистских и антидемократических представлений, переформулированных в более приемлемом языке. Но это качественный, нерепрезентативный материал, не источник процентов. [Разбор Frankfurter Gruppenexperiment](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).

Итого: цельная публичная пронацистская идентичность уже была мнением меньшинства, но отдельные стереотипы и положительные мифы о режиме оставались распространёнными. Молодёжная специфика стала слабее и нестабильнее.

### 3. Через 10–20 лет: установки сохранялись, но особого «пика детей НС» уже не видно

В исследовании Tumin 1961–1962 годов опубликованные возрастные таблицы дают для групп 14–18 / 19–35 / 36–50 лет:

- «евреи менее честны в деловых отношениях»: 34 / 43 / 43%;
- не хотели бы еврея другом: 22 / 25 / 27%;
- не хотели бы еврея зятем: 44 / 41 / 56%;
- смогли назвать какую-либо положительную сторону гитлеровского режима: 53 / 73 / 84%.

Группа 19–35 лет слишком широка: в 1945 году её членам было от 3 до 19 лет. Тем не менее вывод достаточно ясен: предубеждения далеко не исчезли, но воспитанная при нацизме группа не была последовательным максимумом по сравнению со старшими.

В той же группе 19–35 лет 29% назвали влияние родителей на своё отношение к евреям «сильным/очень сильным», влияние учителей — 10%. Это особенно легко неправильно прочитать:

- 29% — не «29% убеждений создала семья»;
- вопрос не устанавливал, было влияние про- или антисемитским;
- он не отделял нацистский период от последующих лет;
- это ретроспективная самоатрибуция, а не причинный эксперимент.

[Описание и данные Tumin, ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194).

Итого: отдельные стереотипы и социальная дистанция сохранялись у заметной части населения, но отдельный государственный вклад к этому моменту уже особенно плохо отделим от семьи, среды и послевоенной жизни.

### 4. Пожизненно: небольшой средний, но явный когортный остаток

В опросе 1974 года «сильная антисемитская тенденция» была классифицирована у:

- 21,9% людей 25–39 лет;
- 32,3% людей 40–54 лет;
- 43,7% людей 55 лет и старше.

Следовательно, воспитанная при нацизме возрастная корзина показывала больше антисемитизма, чем послевоенные взрослые, но старшая когорта показывала ещё больше. Это больше похоже на общий возрастно-когортный градиент, чем на уникальный эффект Hitlerjugend. Сама группа 40–54 также смешивает тех, кому в 1945 году было от 11 до 25 лет. [GESIS ZA0838](https://search.gesis.org/research_data/ZA0838).

Самое сильное пожизненное свидетельство — анализ ALLBUS 1996 и 2006 годов Voigtländer и Voth. Для родившихся в 1930–1939 годах они нашли:

- скорректированное превышение доли «убеждённых антисемитов» на 5,75 процентного пункта;
- вне этой когорты соответствующая доля составляла около 3,6%;
- по широкой шкале антисемитизма — превышение на 0,35 пункта на шкале 1–7 при среднем 3,15 у остальных когорт.

То есть в среднем разница умеренная, но для крайнего антисемитского хвоста относительное превышение очень большое. [Voigtländer & Voth, PNAS](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/).

Однако +5,75 процентного пункта — не коэффициент именно школьной или государственной пропаганды. Это остаточная разница когорты, в которую могли войти:

- семья и местная культура;
- война, эвакуация, бомбардировки, отсутствие отца;
- послевоенная среда;
- миграция и различия в смертности;
- особенности возраста на момент позднего опроса.

Авторы интерпретируют результат как след индоктринации школой и молодёжными организациями главным образом потому, что региональные показатели радио, кино и партийной организации не объяснили дополнительный когортный пик. Это разумный вывод по совокупности данных, но не прямое измерение школьного эффекта.

## Как ранжировать три фактора

### Семья: вероятнее всего умеренный и условный вклад

Прямого исследования, где были бы измерены довоенные установки конкретных родителей и позднейшие установки именно их детей, нет.

Лучшее историческое число — самооценка Tumin: 29% представителей широкой группы 19–35 лет называли родительское влияние сильным. Внешняя, не германская калибровка — метаанализ 131 исследования и более 47 тысяч пар родителей и детей: средняя корреляция межгрупповых установок составляла около \(r=0{,}29\). Это умеренное сходство, но не причинная доля: общими могут быть место жительства, образование, религия, социальное положение и наследуемые особенности. [Degner & Dalege](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23379964/).

Поэтому «семья не влияла» — явно неверно; «семья дала X%» — недоказуемо.

### Окружение: умеренный–сильный вклад, особенно в публичное выражение

OMGUS считал место проживания более важным предиктором антисемитских ответов, чем образование. Voigtländer и Voth находят, что пожизненный когортный остаток особенно велик в местностях с высоким антисемитским голосованием ещё до нацистов. Это наиболее убедительно поддерживает модель окружения как усилителя: одно и то же государственное сообщение лучше закреплялось там, где оно подтверждало уже существовавшую локальную норму.

На показываемые убеждения текущая среда, вероятно, была сильнейшим непосредственным фильтром во все периоды.

### Государственная пропаганда: широкий аппарат — существенен; одни СМИ — заметно слабее

Здесь необходимо различать два определения.

Если считать «пропагандой» только радио, газеты, плакаты и фильмы, оценку следует снизить примерно на одну категорию. Например, чтение _Der Stürmer_ в опросе 1949 года было связано с антисемитскими установками лишь слабо: \(r=0{,}08–0{,}11\), причём читатели сами отбирали себя в аудиторию; автор прямо пишет, что причинный эффект из этого вывести нельзя. [Reuband](https://d-nb.info/118684521X/34).

При этом радио действительно могло причинно менять массовое поведение: исследование различий в качестве сигнала показывает воздействие на поддержку нацистов, членство и антисемитские действия. Но оно не изучает детей, послевоенную устойчивость или частные убеждения. [Adena и соавторы](https://academic.oup.com/qje/article/130/4/1885/1916582).

Если же речь обо всём государственном аппарате социализации — школе, HJ/BDM, СМИ, ритуалах, цензуре и системе санкций, — его ранний вклад, вероятно, был существенным. Но и он действовал главным образом как усилитель сообщения, уже поддержанного либо оспоренного семьёй и окружением.

## Почему «показываемые» нельзя пересчитать в «реальные»

Исторический контекст интервью мог менять ответы весьма заметно. В эксперименте OMGUS 1948 года указание разного организатора опроса на отдельных чувствительных вопросах давало различия вплоть до 17,1 процентного пункта; средняя разница по всему набору специально чувствительных вопросов составляла 6,6 пункта и не была статистически значимой. Ни одна версия ответа при этом не известна как «истинная».

Современный немецкий эксперимент с защищённой техникой опроса также получил больше ксенофобных и антисемитских признаний, чем при прямых вопросах. Но его нельзя использовать как коэффициент поправки к 1948 или 1961 году. [Krumpal, N=2041](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/23017963/).

Поэтому зарегистрированный процент, вероятно, часто занижает частные предубеждения, но не является строгой нижней границей: возможны также бравада, протест против оккупантов, автоматическое согласие с формулировкой и непонимание вопроса.

## Что я бы исправил или особенно подчеркнул в приложенной заметке

Основное направление её рассуждений верно, но некоторые числа нельзя называть эффектами:

- 51–53% OMGUS — категории конкретной шкалы ответов, не установленная доля «реальных антисемитов».
- 30% Allensbach — ретроспективная самооценка «поверил пропаганде», не доля причинного вклада государства.
- 29% Tumin — люди, назвавшие влияние родителей сильным, не «29% влияния семьи».
- \(r=0{,}08–0{,}11\) для _Stürmer_ — слабая корреляция, не размер пропагандистского эффекта.
- +5,75 процентного пункта у Voigtländer–Voth — долговременный когортный остаток, а не чистый эффект школы, HJ или СМИ.
- Опросы 1948, 1949, 1952, 1961, 1974 и 1996/2006 годов — не наблюдение за одними людьми. Меняются выборки, зоны, вопросы, возрастные интервалы и допустимый язык, поэтому соединять их в точную линию угасания нельзя.

Наконец, в трёхфакторной схеме отсутствует обязательный четвёртый фактор: послевоенное государство и контрсоциализация — оккупационная политика, новые законы, образование, медиа, позднее процессы над преступниками и общественное обсуждение Холокоста. На показываемые убеждения этот фактор воздействовал сильно почти сразу; частные установки менял медленнее и не всегда линейно.

Итоговая уверенность:

- высокая — что влияние не исчезло вместе с режимом;
- высокая — что публичные ярлыки менялись быстрее частных компонентов убеждений;
- умеренно высокая — что у когорты 1930-х годов существовал пожизненный описательный остаток;
- низкая — в точном размере этого остатка;
- практически нулевая — в возможности численно разделить его между семьёй, окружением и государством.

# 42. Предварительный конспект ответа SnowBeaver'у

> ==С учётом всего этого, составь конспект, который я использую для ответа SnowBeaver'у на его утверждения о том что детей не пронять пропагандой в школе, и о том что немцы, бывшие детьми во времена нацистской Германии не были нацистами уже в 1955 и т.д.==

## 1. Главный тезис

Утверждения «школьная пропаганда детей не проняла» и «к 1955 году бывшие дети нацистской Германии уже не были нацистами» сформулированы слишком категорично.

Корректнее говорить так:

> Нацистская социализация не превращала каждого ребёнка в убеждённого нациста и не была необратимой. Но она заметно повышала вероятность усвоения антисемитских, националистических и авторитарных установок. После 1945 года открытая нацистская идентичность исчезала значительно быстрее, чем отдельные усвоенные убеждения. В дальнейшем они постепенно размывались, но у некоторого меньшинства сохранялись десятилетиями.

Это промежуточная позиция между двумя одинаково неверными крайностями:

- «пропаганда полностью перепрограммировала всех детей»;
- «пропаганда практически ни на кого не подействовала».

## 2. Сначала нужно развести четыре разных вопроса

Нельзя пользоваться словом «нацист» как единым измеримым показателем. Оно может означать совершенно разные вещи:

1. Человек открыто называет себя нацистом.
2. Человек хотел бы восстановления нацистского режима.
3. Человек положительно оценивает Гитлера или отдельные стороны режима.
4. Человек сохраняет отдельные антисемитские, расистские, националистические или авторитарные установки.

В 1955 году ответы на эти вопросы могли сильно различаться. Человек мог отвергать название «нацизм», не желать новой войны и не состоять в неонацистской организации — но одновременно считать евреев нечестными, оправдывать отдельные действия режима или верить, что «идея была хорошей, просто её плохо осуществили».

Поэтому фраза «они уже не были нацистами» без определения слова почти бессодержательна.

## 3. Что можно признать за SnowBeaver’ом

Полезно сразу сделать несколько уступок — они повышают точность ответа.

- Нельзя доказать, что именно школьные уроки, отдельно от семьи, Hitlerjugend, сверстников, кино, радио и всей общественной системы, дали определённый процент результата.
- Не каждый ребёнок верил пропаганде. Были равнодушные, приспосабливавшиеся и сопротивлявшиеся.
- К 1955 году большинство, вероятно, уже нельзя было назвать последовательными нацистами в строгом смысле: людьми, принимавшими всю идеологию и желавшими восстановления режима.
- Послевоенная ресоциализация действительно работала: поражение, разоблачение преступлений, новая школа, новые законы и общественная среда меняли как поведение, так и взгляды.
- Резкий молодёжный пик, обнаруженный в 1948 году, позднее не воспроизводился с той же силой.

Но из этих оговорок не следует, что первоначального воздействия не было или что оно исчезло к 1955 году.

## 4. Ответ на тезис «детей школьной пропагандой не пронять»

### 4.1. Это слишком сильное утверждение

Для его опровержения не требуется доказывать, что школа изменила каждого ребёнка. Достаточно показать, что систематическая социализация изменила распределение убеждений в поколении — то есть увеличила вероятность определённых установок хотя бы у части детей.

Источники именно это и показывают.

### 4.2. Речь шла не об одном школьном уроке

Следует говорить не о «школьной пропаганде» как изолированном воздействии, а о широком государственном аппарате социализации:

- школьная программа и учебники;
- учителя и школьные ритуалы;
- Hitlerjugend и BDM;
- радио, кино, пресса и плакаты;
- сверстники, уже усвоившие тот же язык;
- исключение альтернативной информации;
- награды за конформность и санкции за отклонение.

Ребёнок слышал одно и то же сообщение от нескольких авторитетных источников. Эффект такой системы нельзя приравнивать к эффекту одной газеты или одного урока.

### 4.3. Самое сильное раннее свидетельство: OMGUS, 1948 год

В американской зоне в двух наиболее антисемитских категориях исследовательской шкалы оказались:

- 51% 15–17-летних;
- 53% 18–19-летних;
- 38% 20–29-летних;
- 38% 30–39-летних;
- 28% 40–49-летних;
- 26% 50–59-летних;
- 35% людей 60 лет и старше.

То есть подростки, почти полностью сформировавшиеся при нацистской власти, показывали самый высокий результат. Это не доказывает, что разницу целиком создала школа: могли действовать семья, окружение, война и особенности выборки. Но результат явно несовместим с категорическим утверждением «пропаганда детей не проняла». [OMGUS/GHDI](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607).

Важно не писать, что «53% подростков были нацистами». Это 53% в двух категориях конкретной шкалы антисемитизма, а не доля членов воображаемой послевоенной NSDAP.

### 4.4. Самооценка поколения: Allensbach, 1949 год

В опросе 1949 года 30% людей младше 30 лет сами заявили, что поверили нацистской антиеврейской пропаганде. Среди следующих возрастных групп ответы составляли 19%, 17% и 13%.

Это не точный размер эффекта: люди могли скрывать прошлые взгляды, ошибаться в памяти или оправдывать себя формулой «меня обманули». Но это прямое свидетельство, что для заметной части молодого поколения пропаганда, по их собственному пониманию, не прошла бесследно. [Reuband, 2008](https://d-nb.info/118684521X/34).

### 4.5. Пожизненный остаток

В данных ALLBUS 1996 и 2006 годов у родившихся в 1930–1939 годах доля наиболее последовательных антисемитских ответов была статистически выше:

- среднее вне этой когорты — около 3,6%;
- скорректированное превышение когорты — 5,75 процентного пункта;
- по более широкой шкале превышение составляло 0,35 пункта на шкале 1–7.

Это не «чистый коэффициент школьной пропаганды». В него могут входить семья, местная среда, война и послевоенная биография. Но он показывает, что специфический след поколения не обязательно исчез даже через полвека. [Voigtländer & Voth](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/).

### 4.6. Влияние зависело от окружения

Те же авторы обнаружили, что остаток был намного сильнее в местностях, где антисемитизм существовал ещё до прихода нацистов.

Это поддерживает не модель «школа всем внушила одинаковое», а модель взаимодействия:

> государственная пропаганда была особенно эффективна, когда ребёнок слышал совместимое сообщение дома, от сверстников и в своём городе.

Антинацистская семья могла частично защищать ребёнка; нацистская или просто предубеждённая — усиливать школьное сообщение.

### Вывод по первому тезису

Наиболее корректная формулировка:

> Мы не можем измерить отдельный вклад школы. Но совокупность ранних и поздних данных уверенно отвергает утверждение, что государственная социализация детей не имела заметного воздействия. Воздействие было неодинаковым, обратимым и сильно зависело от семьи и местной среды — но не было нулевым.

## 5. Ответ на тезис «к 1955 году они уже не были нацистами»

### 5.1. В узком смысле это отчасти правда

Если под «нацистом» понимать человека, который:

- открыто принимает этот ярлык;
- поддерживает весь комплекс идеологии;
- хочет восстановления режима;
- готов вступить в нацистскую партию,

то к середине 1950-х это действительно было меньшинство.

Но это ничего не говорит об исчезновении отдельных усвоенных установок.

### 5.2. Открытая идентичность и внутренние компоненты менялись с разной скоростью

После 1945 года слово «нацизм» стало связано с:

- военным поражением;
- разрушением Германии;
- разоблачением массовых преступлений;
- запретом соответствующих организаций;
- риском административных и социальных последствий.

Поэтому отказаться от ярлыка было значительно проще и быстрее, чем пересмотреть все представления о евреях, демократии, расе, национальном превосходстве или подчинении авторитету.

Можно изменить ответ на вопрос «поддерживаете ли вы нацизм?» за один день. Изменение системы привычных категорий обычно занимает дольше.

### 5.3. В 1947 году положительный миф о режиме ещё был массовым

В августе 1947 года 68% опрошенных младше 30 лет согласились с формулой, что национал-социализм был «хорошей идеей, плохо осуществлённой». В целом по выборке так ответили 55%.

Это не равнозначно желанию восстановить режим, но показывает, что военное поражение само по себе не вызвало мгновенного идеологического отказа. [OMGUS, 1945–1947](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47).

### 5.4. К 1952 году молодёжный пик ослаб — но это не доказывает полного переубеждения

В Allensbach 1952 года различия в отрицательных высказываниях между группами 18–29, 30–44 и 45–59 лет составляли не более примерно двух процентных пунктов. Самые старшие были терпимее; молодые чаще не давали определённого ответа.

Это важный факт: раннее молодёжное превышение действительно быстро ослабло.

Но сравниваются:

- разные люди;
- разные выборки;
- разные вопросы;
- разные возрастные интервалы;
- разные социальные условия ответа.

Это не исследование, в котором одних и тех же подростков опросили в 1948, а затем в 1952 или 1955 году. Поэтому нельзя заключать: «за четыре года именно эти люди перестали верить».

### 5.5. Исчезновение прямого языка могло скрывать сохранение установок

Групповые дискуссии начала 1950-х показывают, что молодые западные немцы могли эмоционально дистанцироваться от национал-социализма, одновременно сохраняя расистские, антисемитские и антидемократические представления в изменённой, менее открыто нацистской форме.

Это качественный материал и не даёт процентов, но хорошо показывает механизм расхождения между словами и внутренней структурой убеждений. [Frankfurter Gruppenexperiment](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).

### 5.6. В 1961–1962 годах отдельные компоненты всё ещё были распространены

Среди 19–35-летних:

- 43% считали евреев менее честными в деловых отношениях;
- 25% не хотели бы еврея другом;
- 41% не хотели бы еврея зятем;
- 73% смогли назвать положительную сторону гитлеровского режима.

Последнее не означает, что 73% были сторонниками нацизма: человек мог назвать, например, занятость или организационную эффективность, одновременно отвергая режим. Но все показатели вместе показывают, что отдельные элементы прежнего мировоззрения не исчезли.

При этом группа 19–35 лет не была последовательным максимумом: старшие часто отвечали ещё более предубеждённо. Значит, к 1961 году уникальный «пик нацистских детей» не обнаруживается, хотя сами установки остаются распространёнными. [Tumin, ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194).

### Вывод по второму тезису

Корректный ответ:

> К 1955 году большинство бывших детей нацистской Германии, вероятно, уже не являлись последовательными и открытыми нацистами. Но отсюда не следует, что последствия нацистской социализации исчезли. Открытая идентичность ослабла быстро; отдельные антисемитские, авторитарные и апологетические установки сохранялись значительно дольше.

## 6. Краткая хронология для ответа

|Период после 1945 года|Что можно сказать|
|---|---|
|0–4 года|Отдельные нацистские и антисемитские установки сохранялись массово; у подростков наблюдалось заметное превышение|
|5–10 лет|Открытая нацистская идентичность — меньшинство; отдельные стереотипы и положительные мифы о режиме всё ещё распространены; молодёжный пик слабее|
|10–20 лет|Цельная нацистская самоидентификация маргинальна; отдельные предубеждения сохраняются у существенной доли; особого максимума бывших детей НС уже нет|
|Более 20 лет|Открытая неонацистская мобилизация мала, но пожизненный когортный остаток антисемитизма обнаруживается; в среднем он небольшой–умеренный, среди убеждённого меньшинства — намного заметнее|

## 7. Возможные возражения и ответы

### «Я знаю людей, которых школа не убедила»

Это доказывает, что воздействие не было всеобщим, но не доказывает нулевого среднего эффекта. Любая пропаганда действует неодинаково.

### «Если бы пропаганда работала, все остались бы нацистами»

Воздействие может быть реальным, но обратимым. После 1945 года началось противоположное воздействие: поражение режима, новые институты, общественные санкции и личный опыт.

### «В 1952 или 1961 году молодые не были намного хуже старших»

Это доказывает ослабление или отсутствие прежнего уникального пика, но не отсутствие первоначального воздействия. Старшие также могли иметь сильные довоенные предубеждения; кроме того, опросы несопоставимы и не наблюдают одних людей во времени.

### «Значит, всё объясняется семьёй, а не школой»

Такого разделения данные не позволяют. Более правдоподобна модель взаимодействия: школа и государственная система усиливали то, что подтверждалось семьёй и местным окружением, и хуже работали там, где дом активно сопротивлялся.

### «После войны люди просто врали американским интервьюерам»

Часть ответов действительно зависела от ситуации интервью. Но это не делает данные бессмысленными. Скорее, это ещё одна причина не отождествлять публичные ответы с частными убеждениями. Кроме того, даже в потенциально небезопасных опросах регистрировались очень высокие уровни антисемитских ответов.

## 8. Формулировки, которых лучше избегать

Не стоит писать:

- «школа сделала нацистами 53% детей»;
- «30% — точный эффект пропаганды»;
- «к 1955 году немцы всё ещё были нацистами»;
- «антисемитизм полностью создали нацисты»;
- «+5,75 процентного пункта — доказанный эффект Hitlerjugend»;
- «если люди перестали говорить как нацисты, значит они перестали так думать».

Лучше писать:

- «воспитанная режимом молодёжная когорта показывала повышенную распространённость отдельных установок»;
- «совокупная нацистская социализация имела заметный, но неоднородный эффект»;
- «отдельный вклад школы невозможно отделить от семьи, молодёжных организаций и окружения»;
- «публичное отмежевание происходило быстрее, чем исчезновение отдельных компонентов мировоззрения»;
- «долгосрочный когортный остаток установлен описательно, но не может быть целиком приписан государственной пропаганде».

## 9. Готовая краткая формулировка ответа

> Тезис, что детей в принципе нельзя пронять школьной пропагандой, не подтверждается данными. Доказать отдельный процент именно школьного воздействия действительно невозможно, потому что школа работала вместе с Hitlerjugend, СМИ, семьёй, сверстниками и всей системой санкций. Но в 1948 году наиболее антисемитскими оказались именно подростки, почти полностью социализированные при нацистах: в двух верхних категориях шкалы было 51–53%, против 26–38% в большинстве старших групп. В 1949 году 30% младших 30 лет сами говорили, что поверили нацистской антиеврейской пропаганде.
> 
> Одновременно неверно говорить, что они неизменно оставались нацистами. К середине 1950-х открытая нацистская идентичность действительно резко ослабла, а специфический молодёжный пик стал гораздо менее выраженным. Но это не означает исчезновения всех усвоенных установок: публичный ярлык «нацизм» дискредитировался быстрее, чем антисемитские, авторитарные и апологетические представления. В исследованиях 1960-х они оставались распространёнными, а в опросах 1996/2006 годов у родившихся в 1930-е всё ещё обнаруживался небольшой, но статистически выраженный когортный остаток.
> 
> Поэтому корректный вывод не в том, что пропаганда «перепрошила всех», и не в том, что она «не подействовала». Она повлияла на вероятность усвоения определённых убеждений, сильнее всего там, где её поддерживали семья и местная среда; после падения режима значительная часть эффекта постепенно ослабла, но не исчезла у всех.

# 43. Предварительный конспект ответа SnowBeaver'у

> ==Ты прочитай сам исходный пост SnowBeaver'а и сформируй ответ основываясь на этом, я же привёл тебе его утверждения не дословно, а просто общий смысл.==

Вы правы: мой предыдущий конспект отвечал на несколько усиленную версию позиции SnowBeaver’а. Я прочитал оба его сообщения — [первоначальный пост](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290210) и [ответ про нацистскую Германию](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290411), а также вопрос surtr между ними.

SnowBeaver буквально не говорил, что «школа никогда ни на кого не влияет» или что «в 1955 году не осталось ни одного нациста». Его реальная аргументация тоньше — и одновременно в одном месте гораздо сильнее.

## Что именно утверждает SnowBeaver

Его рассуждение состоит примерно из следующей цепочки:

1. Современный классный руководитель не сможет научить ребёнка «правильно любить Родину».
2. Дети ироничны и распознают навязанный официальный пафос; поэтому обязательная идеология становится для них скучным ритуалом.
3. Позднесоветская молодёжь массово участвовала в официальных ритуалах, но, повзрослев, разрушила прежнюю систему.
4. То же якобы произошло с детьми нацистской Германии: к 1955 году среди них, по подразумеваемому тезису, было уже мало нацистов.
5. Причина — после исчезновения принуждения «вся» внушённая картина мира «мгновенно осыпается».
6. Большинство людей вообще не внушаемы, а только внешне конформны.
7. Поведение молодёжи определяется видимым социальным вознаграждением; когда оно меняется, меняется и поведение.
8. Рассуждения о ветеранах, гедонизме и исчезновении долга должны объяснить содержание новой системы вознаграждений.

Самое слабое место этой цепочки — не различение веры и конформизма. Оно как раз разумно. Проблема в переходе от него к утверждениям о «подавляющем большинстве», «всей картине мира» и её «мгновенном» исчезновении.

## Как оценивать его тезисы

|Тезис|Вердикт|
|---|---|
|Один неавторитетный современный классный руководитель может оказаться малоэффективным|Вполне возможно|
|Обязательные ритуалы иногда вызывают скуку, цинизм и притворное согласие|Верно|
|Участие в ритуале не доказывает внутренней веры|Верно|
|Поэтому школьное идеологическое воздействие вообще не способно изменить убеждения|Не следует из предыдущего|
|Большинство людей только притворяются и ничего не усваивают|Не доказано|
|После снятия принуждения вся внушённая картина мира исчезает мгновенно|Противоречит данным|
|К середине 1950-х открытая поддержка нацистского режима сильно снизилась|Верно|
|Поэтому нацистская социализация детей не имела внутреннего или долговременного эффекта|Не следует из предыдущего|
|Распад СССР доказывает отсутствие советской индоктринации|Логическая ошибка|
|Социальное вознаграждение влияет на публичное поведение|Верно, но это одновременно объясняет расхождение публичных и частных убеждений|

## Главный адресный ответ

### 1. Он начинает с одного современного учителя, а затем незаметно переходит ко всем системам социализации

Первоначальный тезис SnowBeaver’а относится к современному классному руководителю, не обладающему большим авторитетом. Здесь он действительно может оказаться прав применительно к конкретному ребёнку.

Но нацистская Германия — совсем другой объект. Это не один малоуважаемый учитель, рассказывающий детям скучный официальный текст. Это одновременно:

- обязательная школьная программа;
- учителя и школьные ритуалы;
- Hitlerjugend и BDM;
- сверстники;
- радио, кино и пресса;
- цензура альтернативных объяснений;
- социальные награды и наказания;
- влияние на родителей и местные сообщества.

Более того, немного раньше SnowBeaver сам написал, что среда является настолько определяющей, что обычно перекрывает авторитет родителей. Если это так, то нацистская система как раз представляет предельный случай формирования такой среды.

То есть его аргумент может объяснять, почему один конкретный урок не сработает. Он не доказывает невосприимчивость ребёнка к согласованному воздействию всей социальной системы.

Причинные исследования школьных программ в других странах также показывают, что содержание образования способно менять политические установки. Это не доказывает эффективность конкретного современного «урока патриотизма», но опровергает универсальное «никакой руководитель ничему такому научить не сможет». [Например, Cantoni и соавторы](https://doi.org/10.1086/690951).

### 2. Скука и усвоение не исключают друг друга

Ребёнок может:

- считать школьный ритуал скучным;
- смеяться над официальной фразеологией;
- изображать лояльность из страха;
- одновременно усваивать отдельные категории: кто «свой», кто «чужой», что считается нормальной иерархией, кому можно доверять, какие группы опасны.

Ошибка SnowBeaver’а — в ложной дихотомии:

> либо искренняя вера, либо пустой конформизм.

В действительности один человек может искренне принять часть сообщения, к другой части относиться равнодушно, а третью повторять исключительно ради безопасности. Более того, многократное конформистское участие иногда способствует последующей интернализации — превращению внешней нормы во внутреннюю.

### 3. Позднесоветский пример ничего не доказывает о внутренних убеждениях

Даже если для обсуждения принять его «100% молодёжи» как разговорное преувеличение, вывод всё равно не работает.

Распад государства — это результат:

- решений политических элит;
- экономических и институциональных процессов;
- конфликтов внутри руководства;
- национальных движений;
- массового поведения разных поколений.

Он не является психологическим обследованием миллионов бывших пионеров и комсомольцев.

Люди могут отвергнуть конкретный режим, одновременно сохранив усвоенные при нём представления о государстве, власти, Западе, социальных группах или допустимых политических средствах. Поэтому переход от «СССР распался» к «советская индоктринация почти ни на кого не подействовала» логически некорректен.

### 4. Нацистский пример прямо опровергает именно слово «мгновенно»

В августе 1947 года, более чем через два года после падения режима, 68% опрошенных младше 30 лет в американской зоне и западных секторах Берлина соглашались с формулой, что национал-социализм был хорошей идеей, которую плохо осуществили. Это не означает, что 68% являлись полноценными нацистами, но с мгновенным исчезновением нацистской картины мира результат несовместим. [OMGUS, 1945–1947](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47).

В апреле 1948 года в двух наиболее антисемитских категориях шкалы оказались:

- 51% 15–17-летних;
- 53% 18–19-летних;
- 38% 20–29-летних;
- 38% 30–39-летних;
- 26–35% в старших группах.

Именно подростки, почти полностью воспитанные при нацистской власти, показали наиболее выраженный антисемитизм. Это не чистый эффект школы и не «53% нацистов», но опять-таки не мгновенное осыпание. [OMGUS, 1948](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607).

В 1949 году 30% опрошенных младше 30 лет сами ретроспективно говорили, что поверили нацистской антиеврейской пропаганде; в старших группах — 19%, 17% и 13%. Самоотчёт нельзя принимать буквально как размер причинного эффекта, но он показывает, что заметная часть поколения не описывала собственное прошлое как исключительно внешнее притворство. [Reuband, 2008](https://d-nb.info/118684521X/34).

### 5. Вопрос «много ли их было нацистами в 1955 году?» поставлен неправильно

Нужно сначала определить, кого считать нацистом:

- человека, открыто использующего этот ярлык;
- сторонника восстановления режима;
- потенциального избирателя неонацистской партии;
- поклонника Гитлера;
- носителя антисемитских или авторитарных установок;
- человека, принимающего всю идеологию целиком.

Это разные показатели.

К 1955 году NSDAP была десять лет как ликвидирована, нацистские организации запрещены, а Социалистическая имперская партия — признанный судом преемник NSDAP — была запрещена в 1952 году. Поэтому публичная самоидентификация измеряла бы одновременно внутреннее убеждение, законный риск, репутацию и новую послевоенную конформность.

Если использовать строгое значение — последовательный сторонник восстановления режима, — таких в 1955 году, вероятно, действительно было сравнительно немного. В этой ограниченной формулировке SnowBeaver близок к истине.

Но это не доказывает исчезновения всей прежней системы установок.

### 6. Самая показательная картина 1955 года — одновременное существование старых и новых установок

В западногерманских опросах 1955 года:

- около 75% поддерживали многопартийную систему;
- 70% предпочитали демократию монархии или авторитарному режиму. [Обзор bpb](https://www.bpb.de/shop/zeitschriften/apuz/archiv/534115/demokratiezufriedenheit-und-demokratische-einstellungen-in-der-bundesrepublik-deutschland/)

Это сильное свидетельство реальной и достаточно быстрой демократической ресоциализации.

Одновременно 48% соглашались с контрфактуальным утверждением, что без войны Гитлер стал бы одним из величайших государственных деятелей Германии; 36% не соглашались.

Это не означает «48% нацистов»: вопрос специально выносил войну за скобки и измерял положительный миф о якобы успешном Гитлере. Но он показывает, что принятие нового демократического порядка могло сосуществовать с сохранением отдельных центральных элементов прежней картины мира. [Сборник опросов HICOG](https://libsysdigi.library.uiuc.edu/OCA/Books2009-07/publicopinionins00merr/publicopinionins00merr.pdf).

Эти результаты могли быть получены в разных опросах, поэтому нельзя утверждать, что именно одни и те же люди одновременно дали оба ответа. Но на уровне общества они демонстрируют смешанную, а не бинарную картину.

### 7. В одном существенном отношении SnowBeaver всё-таки прав

Когортные исследования послевоенных опросов показывают, что поколение, социализированное при нацизме, в первое послевоенное десятилетие заметно чаще одобряло старый режим и скептически относилось к демократии. Но после середины 1950-х его отличие от остальных когорт по вопросам прямой поддержки нацистского режима почти исчезло. [Frederick Weil](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf).

То есть послевоенная ресоциализация действительно оказалась очень сильной.

Но:

- процесс не был мгновенным — он занял примерно десятилетие;
- исчезновение межкогортного различия не означает нулевого уровня предубеждений;
- быстрее всего исчезало прямое одобрение старого режима;
- отдельные антисемитские и авторитарные компоненты сохранялись дольше.

Именно эту уступку стоит добровольно включить в ответ: она делает аргумент значительно точнее.

### 8. Долгосрочные данные не позволяют сказать, что всё исчезло

В опросах 1996 и 2006 годов у родившихся в 1930-е сохранялся статистически выраженный остаток антисемитских установок:

- вне этой когорты около 3,6% попадали в категорию последовательно крайних антисемитских ответов;
- скорректированное превышение когорты 1930–1939 годов составляло 5,75 процентного пункта;
- по широкой шкале антисемитизма разница составляла 0,35 пункта на шкале 1–7.

Это не чистый эффект школы: полностью не отделены семья, местная среда, война, смертность, миграция и последующая биография. Но как опровержение формулы «вся картина мира мгновенно осыпается» результат очень силён. [Voigtländer & Voth](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/).

Получается важное различие:

- по прямому одобрению нацизма когортный разрыв в основном исчез к середине или концу 1950-х;
- по отдельным антисемитским компонентам остаток у части поколения мог сохраняться пожизненно.

Это не противоречие, а следствие того, что измеряются разные части мировоззрения.

## Что делать с его рассуждением о социальном вознаграждении

Это одна из наиболее разумных частей поста. Поведение действительно зависит от того, что общество поощряет и за что наказывает.

Но из неё следует скорее противоположный вывод:

1. При нацизме государство создало мощное поощрение лояльности и наказание отклонения.
2. После 1945 года система стимулов перевернулась.
3. Поэтому публичные высказывания должны были измениться быстрее внутренних убеждений.

Именно этим нельзя доказать, что прежней внутренней веры не существовало. Этот механизм объясняет, почему по числу людей, готовых в 1955 году открыто назваться нацистами, нельзя оценивать глубину предыдущей индоктринации.

Рассуждения о ветеранах, Бертолуччи, современном гедонизме и исчезновении «долга и чести» центральный тезис не подтверждают:

- художественный фильм может иллюстрировать тип поведения, но не показывает его распространённость;
- отношение к ветеранам не измеряет усвоение ребёнком школьной идеологии;
- утверждение о всеобщем современном гедонизме дано без страны, выборки и измеримых показателей.

На этих ответвлениях лучше долго не задерживаться.

## Готовый вариант ответа SnowBeaver’у

> В твоём рассуждении есть важная верная часть: обязательное участие в ритуале не доказывает искренней веры. Дети действительно могут скучать, иронизировать и демонстрировать лояльность ради безопасности. Один малоавторитетный современный классный руководитель вполне может почти ни на что не повлиять.
> 
> Но дальше ты переходишь к намного более сильному тезису: что подавляющее большинство людей только притворяется, а после устранения принуждения вся внушённая картина мира мгновенно осыпается. Вот этого ни пример СССР, ни пример Германии не показывают.
> 
> Во-первых, нацистская социализация — это не один классный руководитель. Это школа, Hitlerjugend, сверстники, радио, кино, цензура и единая система общественных наград и наказаний. Ты сам выше писал, что среда обычно перекрывает авторитет родителей. Нацистское государство как раз старалось создать такую всеохватывающую среду.
> 
> Во-вторых, ирония по отношению к ритуалу и внутреннее усвоение отдельных установок не исключают друг друга. Один и тот же ребёнок мог смеяться над пафосной речью, формально маршировать ради безопасности и одновременно усваивать представления о расах, евреях, власти и допустимом насилии. Деление людей на «искренне верящих» и «только конформистов» слишком простое.
> 
> В-третьих, слово «мгновенно» прямо не выдерживает проверки. В 1947 году 68% опрошенных младше 30 лет называли национал-социализм хорошей идеей, которую плохо осуществили. В 1948 году именно 15–19-летние показали самые высокие антисемитские результаты: 51–53% в двух верхних категориях шкалы против 26–38% в большинстве старших групп. Это не значит, что 53% были полноценными нацистами или что всё создала школа. Но это точно не похоже на мгновенное исчезновение картины мира после снятия принуждения.
> 
> Что касается 1955 года, то вопрос «много ли среди них было нацистов?» требует определения. Последовательных сторонников восстановления режима, вероятно, уже действительно было немного. К этому времени три четверти западных немцев поддерживали многопартийность, а 70% предпочитали демократию авторитарному режиму. Это серьёзная и достаточно быстрая ресоциализация, и её не нужно отрицать.
> 
> Но одновременно 48% западных немцев соглашались, что без войны Гитлер стал бы одним из величайших государственных деятелей Германии. Это не делает их всех нацистами — вопрос измерял избирательный положительный миф о Гитлере. Зато показывает, почему нельзя свести всё к бинарному «нацист / уже не нацист». Человек мог принять новую демократическую систему, перестать поддерживать восстановление режима и всё ещё сохранять антисемитские стереотипы или представление о «хорошем Гитлере, который ошибся с войной».
> 
> Более того, когортные исследования действительно показывают, что к середине или концу 1950-х прежнее отличие воспитанного при нацизме поколения по прямому одобрению старого режима в основном исчезло. Так что в ограниченном смысле ты прав: новая реальность достаточно быстро переучивала людей. Но не мгновенно и не полностью. В опросах 1996/2006 годов у родившихся в 1930-е всё ещё обнаруживался небольшой в среднем, но значительный среди крайних ответов остаток антисемитизма.
> 
> Поэтому данные поддерживают смешанную картину: часть людей только приспосабливалась, часть действительно верила, часть усваивала лишь отдельные элементы, часть сопротивлялась. После 1945 года открытая поддержка нацизма и цельная нацистская идентичность сокращались быстро; отдельные усвоенные установки менялись медленнее и у некоторого меньшинства сохранялись десятилетиями. Это сильно отличается как от «всех перепрошили навсегда», так и от «все только держали фигу в кармане, а затем всё мгновенно осыпалось».

^fd3ae9

# 44. Сводная таблица опросов для сравнения поколений

> ==Сделай сводную таблицу отношения к нацизму, антисемитизму, демократии и т.д. для поколения, сознательное детство которых пришлось на нацистский режим и более старших поколений. А затем сделай такую же таблицу, но уже сравнивающую с поколениями младше.==

Короткий итог: возрастная картина нелинейна.

- Сразу после войны дети и подростки, социализированные при нацизме, действительно выделялись повышенным антисемитизмом и остаточным одобрением национал-социализма.
- К 1960–1980-м годам они обычно уже не были хуже более старших поколений: старшие нередко оказывались такими же или более антисемитскими и авторитарными.
- Но по сравнению с выросшими после войны поколениями «нацистская детская» когорта в большинстве исследований сохраняла более неблагоприятные показатели — от нескольких до 10–20 процентных пунктов в зависимости от вопроса.
- Особенно важно: быстрое исчезновение открытого одобрения нацизма не сопровождалось столь же быстрым исчезновением антисемитских и авторитарных установок.

Под «ядром» искомого поколения разумнее всего понимать родившихся приблизительно в 1928–1939 годах. Однако опросы почти никогда не выделяли именно этот интервал, поэтому в таблицах указаны реальные возрастные границы и отмечены смешанные группы.

Все проценты ниже — показываемые в опросе ответы. Они не позволяют без остатка отделить искреннее убеждение от самоцензуры. «П.п.» означает процентные пункты: например, 30% против 20% — разница 10 п.п.

### 1. Поколение нацистского детства в сравнении с более старшими

|Год и предмет|Целевая группа|Более старшие|Результат|Насколько велико различие|
|---|---|---|---|---|
|Отношение к национал-социализму, 1947|Люди младше 30 лет — широкая и смешанная группа, рождённые примерно в 1918–1929 годах|Точная сводная доля только для старших не опубликована; во всей выборке — 55%|НС считали «хорошей идеей, плохо осуществлённой» **68% младше 30 лет против 55% всей выборки**. Следовательно, у старших совокупно показатель был ниже 55%|Заметное, но это не чистая «детская» когорта и не точное сравнение со старшими. [OMGUS, 1945–1947](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47)|
|Антисемитизм, апрель 1948|15–17 и 18–19 лет; рождённые примерно в 1928–1933 годах — наиболее чистое раннее приближение|20–29 / 30–39 / 40–49 / 50–59 / 60+|Доля отнесённых исследователями к «антисемитам» и «крайним антисемитам»: **51% и 53%** против соответственно **38%, 38%, 28%, 26%, 35%**|Очень большое: молодые превышали отдельные старшие группы на **13–27 п.п.** [OMGUS Report 122](https://archive.org/details/674036_3), [описание GHDI](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607)|
|Признанное усвоение пропаганды, 1949|18–29 лет; смешанная группа бывших детей и подростков|30–49 / 50–64 / 65+|Сказали, что поверили нацистской антиеврейской пропаганде: **30%** против **19%, 17%, 13%**|Заметное или большое: **+11–17 п.п.** [Reuband, с. 242–243](https://d-nb.info/118684521X/34)|
|Текущее отношение к евреям, 1949|Те же 18–29 лет|Те же три старшие группы|Отрицательно характеризовали своё отношение: **42%** против **39%, 38%, 27%**|Небольшое относительно ближайших групп (**+3–4 п.п.**), но заметное относительно 65+ (**+15 п.п.**)|
|Антисемитизм, 1952|18–29 лет|30–44 / 45–59 / 60+|Сырые доли антисемитских ответов у первых трёх групп различались не более чем примерно на **2 п.п.**; 60+ были наименее антисемитскими. Если исключить не имевших мнения, молодёжный градиент появлялся вновь|В сырых ответах различие с ближайшими старшими практически отсутствовало; результат зависит от учёта неопределившихся. [Reuband, примечание 47](https://d-nb.info/118684521X/34)|
|Положительная память о режиме, 1961–1962|19–35 лет, рождённые приблизительно в 1926–1942 годах — очень широкая группа|36–50 лет|Назвали какую-либо хорошую сторону гитлеровского режима: **73% против 84%**. Назвали расизм, антисемитизм или преследования худшей стороной: **35% против 30%**|Целевая группа была **менее ностальгической и немного более критичной**, чем старшая. «Назвать хорошую сторону» не означает быть нацистом. [Tumin / GESIS ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194)|
|Антисемитские стереотипы и социальная дистанция, 1961–1962|Те же 19–35 лет|36–50 лет|В порядке: «евреи менее честны / более замкнуты / более жадны / отрицательное личное отношение / не хотел бы друга-еврея / зятя-еврея»: **43 / 51 / 28 / 8 / 25 / 41%** против **43 / 62 / 29 / 11 / 27 / 56%**|Разницы от нулевой до **15 п.п. в пользу целевой группы**: старшие обычно были не терпимее, а хуже|
|Антидемократизм, этноцентризм и антисемитизм, 1974|40–54 года, рождённые примерно в 1920–1934 годах — смешанная детско-юношеская когорта|55+|«Сильная/очень сильная тенденция»: антидемократическая **63,6% против 71,6%**; этноцентрическая **39,0% против 40,5%**; антисемитская **32,3% против 43,7%**|Целевая группа лучше старшей на **8,0 / 1,5 / 11,4 п.п.** [Silbermann–Sallen / GESIS ZA0838](https://search.gesis.org/research_data/ZA0838)|
|Антисемитизм, 1987|55–64 года, рождённые примерно в 1923–1932 годах; авторы называют её «HJ-поколением»|65+|При строгом / промежуточном / широком пороге: **8 / 16 / 43%** против **14 / 26 / 51%**|Целевая группа лучше старшей на **6 / 10 / 8 п.п.** [Bergmann–Erb](https://doi.org/10.1007/978-3-322-91415-6_4)|
|Крайний антисемитизм, 1996 и 2006|Рождённые в 1930–1939 годах — наилучшее позднее совпадение с искомой когортой|Предшествующая когорта 1920-х годов|Около **10%** родившихся в 1930-е попали в строгую категорию последовательных антисемитов — более чем вдвое чаще предшествующей когорты. Скорректированная разница относительно всех остальных когорт вместе — **+5,75 п.п.**|Специфический и статистически убедительный пожизненный пик, противоречащий простой картине «чем старше, тем антисемитичнее». [Voigtländer–Voth](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)|

Вывод из первой таблицы: сразу после войны бывшие нацистские дети действительно выглядели значительно хуже большинства старших. Однако с 1960-х они обычно оказывались терпимее более старших — вероятно, потому что старшие принесли с собой ещё довоенные антисемитские, националистические и авторитарные установки. Исключение — очень узко выделенная когорта 1930-х годов, у которой в конце XX века обнаруживается отдельный пик крайнего антисемитизма.

### 2. То же поколение в сравнении с более молодыми

|Год и предмет|Целевая группа|Более молодые|Результат|Насколько велико различие|
|---|---|---|---|---|
|Прямое одобрение нацизма и неприятие демократии, 1950-е|В исследовании Вейла — более широкая «нацистская когорта»: достигшие 21 года в 1933–1948 годах, приблизительно рождённые в 1912–1927 годах|Достигшие политической зрелости уже при ФРГ|В первое послевоенное десятилетие «нацистская когорта» заметно чаще одобряла Гитлера, старый режим и авторитарное устройство и слабее поддерживала демократию. После середины 1950-х этот разрыв почти исчез|Первоначально заметное/большое, позднее малое. Но определение Вейла относится к политической зрелости, а не строго к детству. [Weil](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf)|
|Положительная память о режиме, 1961–1962|19–35 лет|14–18 лет, рождённые приблизительно в 1943–1947 годах|Назвали хорошую сторону режима: **73% против 53%**|Заметное: **+20 п.п.**|
|Осуждение расизма и преследований, 1961–1962|Те же|Те же|Назвали расизм, антисемитизм или преследования худшей стороной: **35% против 38%**|Практически отсутствующее: **−3 п.п.**|
|Отдельные антисемитские стереотипы, 1961–1962|Те же|Те же|«Менее честны»: **43 против 34%**; «более замкнуты»: **51 против 49%**; «более жадны»: **28 против 25%**|От малого до умеренного: **+2–9 п.п.** [Tumin / GESIS ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194)|
|Личное отношение и социальная дистанция, 1961–1962|Те же|Те же|Отрицательное отношение: **8 против 7%**; не хотел бы друга-еврея: **25 против 22%**; зятя-еврея: **41 против 44%**|Почти отсутствующее: от **−3 до +3 п.п.**|
|Антидемократизм, этноцентризм и антисемитизм, 1974|40–54 года|16–24 года|Целевая группа: **63,6 / 39,0 / 32,3%**; молодые: **48,3 / 25,9 / 22,4%**|Заметное: соответственно **+15,3 / +13,1 / +9,9 п.п.** [GESIS ZA0838](https://search.gesis.org/research_data/ZA0838)|
|То же, в сравнении с ближайшей младшей группой|40–54 года|25–39 лет|Молодая группа: **52,7 / 35,6 / 21,9%**|**+10,9 / +3,4 / +10,4 п.п.** у целевой когорты|
|Антисемитизм, 1987|55–64 года, рождённые в 1923–1932 годах|18–44 года, преимущественно послевоенная социализация|Строгий / промежуточный / широкий порог: **8 / 16 / 43%** против **3 / 6 / 23%**|Абсолютная разница **+5 / +10 / +20 п.п.** [Bergmann–Erb](https://doi.org/10.1007/978-3-322-91415-6_4)|
|Крайний антисемитизм, 1996 и 2006|Рождённые в 1930–1939 годах|Рождённые после 1950 года|Около **10% против примерно 3%**|Около **+7 п.п.**, но в относительном выражении — почти втрое чаще. [Voigtländer–Voth](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)|

Здесь результат значительно устойчивее: по сравнению с послевоенными поколениями бывшие дети нацистской эпохи обычно сохраняли больше положительных воспоминаний о режиме, антисемитских предубеждений, этноцентризма и авторитарно-антиплюралистических установок. Величина разницы менялась:

- по отдельным бытовым стереотипам — часто всего **0–9 п.п.**;
- по положительной памяти о режиме — около **20 п.п.**;
- по составным шкалам антисемитизма и авторитаризма — обычно **10–20 п.п.**;
- по крайне последовательному антисемитизму — приблизительно **5–7 п.п. в абсолютных числах**, но примерно в **2,5–3 раза** в относительных.

### Что это означает для тезиса о 1955 годе

К 1955 году в Западной Германии одновременно наблюдались две на первый взгляд противоречащие вещи:

- **75%** поддерживали многопартийную систему и **70%** предпочитали демократию монархии или авторитарному режиму; [обзор bpb](https://www.bpb.de/shop/zeitschriften/apuz/archiv/534115/demokratiezufriedenheit-und-demokratische-einstellungen-in-der-bundesrepublik-deutschland/)
- одновременно **48%** соглашались, что без войны Гитлер мог бы считаться одним из величайших немецких государственных деятелей. [Boynton–Loewenberg](https://doi.org/10.1017/S0007123400009662)

Следовательно, формула «к 1955 году они уже не были нацистами» слишком груба. Корректнее сказать:

> К середине 1950-х межпоколенческий разрыв по открыто выражаемой поддержке нацистского режима и по общему признанию демократии резко уменьшился. Но это не означало ни полного исчезновения благоприятных оценок Гитлера, ни исчезновения антисемитских и авторитарных элементов мировоззрения. Последние обнаруживаются у соответствующей когорты ещё через десятилетия и в среднем выражены сильнее, чем у поколений, выросших после войны.

И эти данные не доказывают отдельно эффект именно школы: когортный результат объединяет воздействие семьи, школьной программы, учителей, Hitlerjugend, сверстников, радио, кино, общей государственной среды, войны и послевоенной социализации. Но они определённо несовместимы с абсолютным утверждением, что детей школьной и государственной пропагандой «вообще не пронять».

Наконец, проценты разных строк нельзя напрямую складывать или превращать в единую временную кривую: менялись вопросы, шкалы, выборки и допустимость открытого выражения антисемитизма. Почти все ранние данные относятся к американской зоне или ФРГ, а не ко всему немецкому населению.

Проверенные PDF-копии источников: Вейл Weil94CohTransDemocGer.pdf; Boynton–Loewenberg Boynton_Loewenberg_1974.pdf. Графические данные я оставил качественными там, где публикация не позволяет честно восстановить точные проценты.

# 45. Биологические аспекты

> ==А что про утверждения SnowBeaver'а о детях говорит биология?==

Короткий вывод: биология и психология развития подтверждают только умеренную часть позиции SnowBeaver’а — дети не являются пассивными «губками» и способны внешне подчиняться, внутренне не соглашаясь. Но его сильные формулировки — что детей школьной пропагандой практически невозможно пронять, что большинство лишь притворяется и что после исчезновения принуждения навязанное мировоззрение «мгновенно рассыпается», — научными данными не подтверждаются и отчасти им прямо противоречат.

Здесь точнее говорить не только о биологии, а о нейронауке, психологии развития, памяти и социальном научении.

|Утверждение SnowBeaver’а|Что показывают исследования|Оценка|
|---|---|---|
|Дети распознают неубедительного взрослого и могут ему не верить|Уже четырёхлетние дети предпочитают ранее точного информатора неточному и могут отвергнуть слова взрослого, противоречащие увиденному собственными глазами|В основном верно, но это способность к избирательности, а не иммунитет|
|Дети «лучше взрослых держат фигу в кармане»|Дети действительно иногда публично присоединяются к группе, сохраняя частное мнение. Но в других задачах социальное влияние сильнее в детстве и раннем подростковом возрасте и уменьшается с возрастом|Первая часть возможна; сравнительное «лучше взрослых» не подтверждено|
|Школьная пропаганда не может их «пронять»|Повторение, авторитет источника, мнение ровесников и групповое подкрепление влияют на детские оценки. Эффект не гарантирован, но утверждение о невозможности противоречит данным|Неверно как общее правило|
|Участие в ритуалах показывает только внешнее приспособление|Иногда именно так; экспериментально показано различие между публичным ответом и частной оценкой|Верно как одна из возможностей|
|Подавляющее большинство лишь внешне подчиняется|Исследования обнаруживают и поверхностное согласие, и изменение последующих оценок и субъективной ценности|Не установлено; ложная дихотомия|
|Пропаганда действует только при видимой социальной выгоде|Награды, наказания и одобрение группы действительно усиливают обучение, но действуют также повторение, доверие к источнику, привычность и согласованность сообщений|Слишком сильное утверждение|
|После исчезновения принуждения навязанное мировоззрение мгновенно исчезает|Поведение и публичные ответы могут измениться быстро; ранее усвоенные ассоциации, категории и эмоциональные реакции нередко изменяются медленнее|Неверно как универсальный закон|
|Если в 1955 году человек не называл себя нацистом, значит нацистская социализация исчезла|Биология вообще не позволяет вывести это из самоидентификации. Отказ от ярлыка, публичное поведение, сознательные убеждения и автоматические ассоциации — разные показатели|Категориальная ошибка|

## В чём SnowBeaver прав

Дети действительно не верят автоматически всему, что говорит учитель. В экспериментах Клемана, Кёниг и Харриса большинство четырёхлетних различало надёжного и ненадёжного информатора; если свидетельство даже надёжного взрослого противоречило непосредственному наблюдению ребёнка, дети могли его отвергнуть. У трёхлетних избирательность была слабее. Это хороший аргумент против модели ребёнка как совершенно пассивного объекта обработки — но не против способности детей усваивать пропаганду вообще. [Clément, Koenig & Harris, 2004](https://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/j.0268-1064.2004.00263.x)

Кроме того, различие между показываемой и внутренней позицией действительно существует. В эксперименте Хауна и Томаселло четырёхлетние дети нередко публично повторяли очевидно ошибочный ответ трёх ровесников. В дополнительном эксперименте выяснилось, что частное суждение детей при этом зачастую не изменялось. То есть «фигу в кармане» наука действительно наблюдает — но только как один из возможных результатов социального давления, а не как универсальную детскую реакцию. [Haun & Tomasello, 2011](https://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/j.1467-8624.2011.01666.x)

## В чём основная ошибка SnowBeaver’а

Он превращает утверждение

> «иногда дети лишь внешне подчиняются»

в совершенно другое:

> «поэтому навязать им убеждения практически невозможно и большинство только притворяется».

Этот переход научно не обоснован.

В крупном эксперименте с 563 участниками от 8 до 59 лет все возрастные группы сдвигали собственные оценки риска в сторону предъявленного мнения окружающих. В среднем социальное влияние уменьшалось с возрастом; ранние подростки особенно ориентировались на предполагаемое мнение других подростков. Это не исследование политической пропаганды, поэтому переносить его цифры на нацизм нельзя. Но оно прямо опровергает идею особой общей невосприимчивости детей к социальному внушению. [Knoll et al., 2015](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/25810453/)

Особенно существенно повторение. В небольшом, но заранее зарегистрированном эксперименте повторное предъявление утверждения повышало вероятность признания его истинным у пятилетних, десятилетних и взрослых; предварительное знание правильного ответа не устраняло эффект. Это так называемый эффект иллюзорной истины: знакомое высказывание легче обрабатывается мозгом и поэтому может субъективно казаться более правдоподобным. Это не доказывает, что повторением можно внушить любую идеологию, но исключает тезис, что скучное и многократное повторение по определению безрезультатно. [Fazio & Sherry, 2020](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/32857670/)

## Внешнее приспособление и внутреннее усвоение могут сосуществовать

Нельзя разделить население только на «искренне верящих» и «ничему не верящих притворщиков». Возможен целый спектр:

1. человек повторяет формулу исключительно из страха;
2. считает её социально правильной, но сомневается;
3. принимает часть картины мира;
4. сознательно отказывается от доктрины, но сохраняет отдельные стереотипы;
5. сохраняет эмоциональные или автоматические ассоциации, которые сам уже считает неправильными.

В лабораторном исследовании социальной конформности мнение группы изменяло не только последующие ответы участников, но и активность участков мозга, связанных с субъективной оценкой привлекательности. Это лишь косвенный показатель, а не «сканирование истинных убеждений», но результат показывает, что групповое влияние иногда затрагивает саму оценку объекта, а не только публичную речь. [Zaki, Schirmer & Mitchell, 2011](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/21653908/)

Различное движение явных и автоматических оценок наблюдалось и в исследованиях межгрупповых установок. В одном американском исследовании явные расовые оценки с возрастом становились более равноправными, тогда как измеряемые тестом ассоциативные реакции изменялись иначе. Важно: такой тест не обнаруживает «тайное настоящее мнение» и не позволяет назвать человека расистом; он лишь показывает, что словесная позиция и скорость автоматических ассоциаций не тождественны. [Baron & Banaji, 2006](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/16371144/)

Поэтому исчезновение нацистской самоидентификации нельзя автоматически приравнивать ни к полному исчезновению всех усвоенных установок, ни, наоборот, считать доказательством тайного нацизма. Требуется отдельно измерять поддержку режима, антисемитизм, авторитарность, отношение к демократии и конкретное поведение.

## Почему «всё мгновенно рассыпается» — плохая биологическая модель

В нейронауке обучения прекращение прежнего подкрепления обычно не понимается как простое стирание памяти. Классический пример — угасание условной реакции: организм осваивает новое правило «в этом контексте прежний сигнал больше не означает прежнего последствия», но старое научение иногда возвращается после перерыва, смены контекста или повторного подкрепления. [Phelps et al., 2004](https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/15363399/)

Это исследование страха, а не политической идеологии, поэтому оно не доказывает пожизненную устойчивость нацизма. Но оно показывает принципиальную ошибочность модели:

> убрали наказание или награду → прежнее содержимое мозга немедленно стёрлось.

Гораздо правдоподобнее разные скорости изменения:

- публичные лозунги и демонстративное поведение могут измениться очень быстро;
- осознанные политические оценки — несколько медленнее;
- привычные категории, эмоциональные реакции и стереотипы — иногда ещё медленнее;
- при продолжительном новом опыте изменяться могут и они.

Именно пластичность детского мозга позволяет как усваивать пропаганду, так и впоследствии переучиваться. Это не две противоположные способности, а две стороны одного механизма обучения.

## Что можно сказать именно о школе

Биологически и психологически результат должен особенно зависеть от согласованности источников.

Если один учитель говорит ребёнку нечто, чему противоречат родители, друзья, личный опыт и остальные авторитеты, эффект действительно может быть небольшим или даже обратным.

Но нацистская социализация не была ситуацией «один скучный классный руководитель читает неубедительную лекцию». Для ребёнка могли совпадать:

- школа и учебники;
- молодёжная организация;
- сверстники;
- радио, кино и массовые ритуалы;
- государственная цензура;
- награды за лояльность и санкции за отклонение;
- иногда — убеждения собственной семьи.

С точки зрения обучения согласованное повторение через независимыми кажущиеся источники совершенно не эквивалентно одинокому назиданию учителя. Если же семья активно опровергала официальное сообщение, предоставляла альтернативное объяснение и сохраняла доверие ребёнка, её защитная роль могла быть очень существенной.

Показательно, что в одном продольном исследовании близнецов различия в политических установках в возрасте 9–17 лет в использованной модели объяснялись прежде всего средой, причём влияние общей семейной среды накапливалось в течение подросткового периода. Генетические эффекты проявились в их данных позднее. Это не универсальный закон и тем более не «ген нацизма»: наследуемость является характеристикой различий в конкретной популяции, а не мерой неизменности убеждения. [Hatemi et al., 2009](https://www.journals.uchicago.edu/doi/abs/10.1017/S0022381609090938?journalCode=jop)

## Что биология говорит о 1955 годе

Практически ничего прямого. Вопрос «были ли бывшие дети нацистами в 1955 году» является историко-социологическим и требует опросов, поведения, голосований, членства в организациях и сравнения поколений.

Биология позволяет сказать только следующее:

- быстрое исчезновение открытой нацистской самоидентификации вполне возможно;
- оно не доказывает столь же быстрого исчезновения антисемитизма, авторитарных установок и усвоенных социальных категорий;
- сохранение отдельных предрассудков, в свою очередь, ещё не означает сохранения полной нацистской идеологии;
- по одному публичному ответу невозможно безошибочно установить «реальное убеждение».

Итоговую формулировку для ответа SnowBeaver’у я бы дал такую:

> Дети не являются безвольными губками: они способны оценивать надёжность взрослых, отвергать утверждения, противоречащие опыту, и внешне подчиняться группе без внутреннего согласия. Но из этого не следует их иммунитет к пропаганде. Повторение, авторитет, согласованность семьи, школы, сверстников и медиа, социальные награды и групповая идентичность способны менять не только публичное поведение, но и оценки ребёнка. После смены режима внешнее поведение и самоидентификация могут измениться быстро, тогда как отдельные стереотипы и эмоциональные ассоциации — сохраняться дольше. Поэтому факт, что к 1955 году мало кто открыто называл себя нацистом, сам по себе не доказывает ни безрезультатность нацистской социализации, ни полное исчезновение её последствий.

# 46. Review первой версии ответа

> ==Хорошо, смотри, я составил ответ, содержательная часть которого такая:==
> =="Результаты опросов оккупационной администраций 1946 и 1948 годов:==  
> ==Racists: 22% → 26% (вера в расовую иерархию, но недостаточно прямых антиеврейских ответов для следующей категории)==  
> ==Anti-Semites: 21% → 19% (явно антисемитские ответы)==  
> ==Intense anti-Semites: 18% → 14% (наиболее выраженный антисемитизм)==  
>   
> ==И для 1948 есть разбиение по возрастным категориям:==  
> ==15-17: 51%==  
> ==18-19: 53%==  
> ==т.е. гораздо больше среднего==  
>   
> ==Также есть опрос 1947 года где называли национал-социализм хорошей идеей, которая была плохо реализована:==  
> ==68% людей младше 30 лет==  
> ==55% людей всего==  
>   
> ==В опросе 1949 года на вопрос верили ли они нацистской пропаганде ответили так:==  
> ==до 30 лет: 30% верили==  
> ==30-50: 19%==  
> ==50-65: 17%==  
> ==65+: 13%==  
>   
> ==С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось, и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение даже начинало превосходить их (но не с тем кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения), вот только есть нюанс — очень значительным был эффект, когда человек называл себя не нацистом/антисемитом, но при более тонких попытках (вопросы в которых социально одобряемый ответ не так очевиден или групповые обсуждения) выяснить его мнение, оказывалось, что человек имел очень много соответствующих убеждений (или, например, соглашался с утверждением, что если бы Гитлер не начал войну, то был бы величайшим немецким политическим деятелем).==  
>   
> ==Теперь о влиянии именно школы на такие взгляды. В опросе 1961 года на вопрос о том что и как сильно повлияло на их отношение к евреям группа людей 19-35 лет ответила "сильно" или "очень сильно:==  
> ==школа: 10%==  
> ==родители: 29%==  
>   
> ==В одной работе пытались выявить именно эффект госпропаганды, и там исследователи сделали вывод что школа, вероятно, является очень существенным фактором (это утверждение вероятно слишком сильное; кроме того по опросам ближе к рубежу веков видно сильное влияние исходного уровня антисемитизма в регионе где ребёнок жил), тем не менее, можно с очень большой уверенностью утверждать что школа оказывала влияние: об этом есть отчёты подпольных агентов Социал-демократической партии, кроме того есть и просто единичные ярко иллюстрирующие это случаи.==  
>   
> ==При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты госпропаганды на детей (с учётом взглядов их родителей), и, хотя в этих исследованиях бывают разные результаты, можно точно утверждать что отмахиваться от этого эффекта нельзя."==
> 
> ==Тут я намеренно не даю ссылок, они будут отдельно. Оцени этот ответ. Проверь его полноту, логичность и корректность утверждений. Сделай свои предложения - что добавить, что изменить, что убрать.==
> 
> ==Потом рассмотри этот ответ максимально критически и придирчиво с фактологической точки зрения, и укажи все потенциальные слабые места и некорректные формулировки.==

Краткий вердикт: фактическое ядро ответа в основном верное, а общий вывод защищаем — данные несовместимы с категорическим тезисом, что детей школьной пропагандой «не пронять» и что после исчезновения принуждения её следы мгновенно исчезают.

Но в нынешнем виде текст местами доказывает больше, чем позволяют источники. Главные уязвимости:

- смешиваются антисемитизм, расизм, симпатия к национал-социализму, поддержка восстановления режима и самоидентификация «нацист»;
- из когортных различий слишком быстро выводится воздействие именно школы;
- разные возрастные группы из разных опросов называются одним поколением;
- опросные ответы объявляются «реальными убеждениями»;
- слишком упрощённо описывается динамика после 1950-х годов.

## Проверка отдельных утверждений

|Фрагмент|Оценка|Что необходимо исправить|
|---|---|---|
|`Racists: 22% → 26%; Anti-Semites: 21% → 19%; Intense anti-Semites: 18% → 14%`|Числа верны|Это результаты двух независимых опросов американской зоны, а не изменение взглядов одних и тех же людей. Категории присваивали исследователи по составной шкале; респонденты не называли себя этими словами.|
|Определение `Racists`|Слишком уверенное|Нельзя точно переводить это как «расовая иерархия, но недостаточно прямых антиеврейских ответов». Это третья ступень несовершенной шкалы Гутмана, включавшей националистические, расовые и связанные с социальной дистанцией ответы.|
|`15–17: 51%; 18–19: 53%`|Верно|Нужно написать, что это сумма категорий IV и V — `Anti-Semites` и `Intense Anti-Semites`. Не просто проценты чего-то неопределённого.|
|«Гораздо больше среднего»|По существу верно, формально неточно|Лучше сравнить непосредственно: 51–53% против 26–38% в отдельных старших группах, то есть на 13–27 процентных пунктов выше.|
|`68% младше 30; 55% всего` в 1947 году|Верно|55% — вся взрослая выборка, включающая молодых. География — американская зона и американский и британский сектора Берлина, не вся Германия. «Младше 30» — не чистое поколение нацистского детства.|
|`30%, 19%, 17%, 13% верили пропаганде`|Цифры верны, описание вопроса неточно|Спрашивали не о нацистской пропаганде вообще, а о том, как национал-социализм изменил отношение респондента к евреям. Эти проценты сообщили, что восприняли антиеврейскую пропаганду «с верой». Возрастные интервалы: младше 30, 30–49, 50–64, 65+.|
|«Различие со старшими стиралось, а к рубежу веков старшие начали превосходить»|Следует удалить или полностью переписать|Результаты зависят от конкретного показателя. В одних опросах широкие старшие группы оказывались не лучше, в ALLBUS 1996/2006 именно рождённые в 1930-е образуют локальный пик крайнего антисемитизма. Единой инверсии «к рубежу веков» нет.|
|«Тонкие вопросы выясняли реальные убеждения»|Слишком сильное утверждение|Опросы и групповые обсуждения не дают прямого доступа к «истинному мнению». Они выявляют дополнительные компоненты установок, которые не обнаруживаются вопросом «вы нацист?».|
|`школа 10%, родители 29%`|Числа воспроизводятся, интерпретация опасна|Это субъективно вспоминаемая сила влияния рассказов учителей и родителей. Не измерялись направление влияния, причинный эффект и период, когда оно происходило.|
|Voigtländer и Voth установили значительный эффект школы|Так формулируют авторы, но дизайн этого непосредственно не доказывает|Работа обнаруживает устойчивую когортную ассоциацию. Школу и Hitlerjugend авторы считают вероятным объяснением косвенно, но не измеряют воздействие школы и не отделяют его от HJ и всей нацистской среды.|
|Исследования учитывают «взгляды родителей»|В таком виде, вероятно, неверно|В рассматриваемых квазиэкспериментальных работах обычно учитываются характеристики семьи или косвенные показатели, но не прежние политические взгляды конкретных родителей.|

Основные цифры OMGUS подтверждаются первичным [Report No. 122](https://archive.org/details/674036_3) и публикациями [German History in Documents and Images](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607). Данные 1947 года также правильно воспроизведены в [сводке OMGUS](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47). Формулировку вопроса 1949 года и возрастные проценты приводит [Карл-Хайнц Ройбанд](https://d-nb.info/118684521X/34).

## Что я рекомендую добавить

Первым абзацем нужно разделить слабый и сильный варианты позиции SnowBeaver:

> Верно, что внешнее участие в идеологических ритуалах не доказывает внутренней убеждённости, а после 1945 года происходила сильная ресоциализация. Но из этого не следует, что школьное воздействие вообще не меняло убеждения детей или что все его последствия исчезли сразу после падения режима.

Это сразу защищает вас от обвинения, будто вы утверждаете, что пропаганда «перепрограммировала всех».

Стоит также определить поколение. Например:

> Под поколением нацистского детства я буду понимать прежде всего родившихся приблизительно в 1928–1939 годах. Однако возрастные интервалы реальных опросов шире, поэтому ниже я каждый раз указываю фактический возраст респондентов.

Обязательно добавьте честную уступку относительно середины 1950-х:

> По прямым вопросам об одобрении нацизма когортный разрыв действительно довольно быстро сокращался. Анализ Фредерика Вейла показывает, что после середины 1950-х выделенная им «нацистская когорта» почти сравнялась с остальным населением в неприятии старого режима и поддержке демократии. Но Вейл определял эту когорту как достигшую 21 года в 1933–1948 годах — примерно родившихся в 1912–1927 годах. Это не строго поколение детей Третьего рейха. Кроме того, исчезновение целостной поддержки режима не равнозначно исчезновению отдельных антисемитских, расистских или авторитарных установок.

Именно такую динамику описывает [Вейл](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf). Более того, в его обзоре ранние различия по прямому одобрению Гитлера или новой нацистской партии нередко имели лишь пограничную статистическую значимость. Это лучше признать самому, чем оставить оппоненту.

## Что лучше убрать или понизить в статусе

Если ответ должен быть сравнительно коротким, я бы:

- оставил возрастное разбиение OMGUS 1948, опросы 1947 и 1949 годов и ALLBUS 1996/2006;
- убрал длинное описание изменения трёх категорий между 1946 и 1948 годами либо сделал его второстепенным;
- убрал утверждение, что старшие «к рубежу веков начали превосходить» поколение детей;
- заменил «реальные убеждения» на «установки, не улавливаемые прямой самоидентификацией»;
- либо полностью убрал Tumin, либо дал его с развёрнутыми оговорками;
- не писал, что какие-либо исследования контролировали именно взгляды родителей, если в них измерялись только семейный фон, профессия, партийность или местная политическая культура.

Tumin — особенно слабый центральный аргумент. В опубликованной таблице среди 251 человека 19–35 лет учителей назвали оказавшими очень или довольно сильное влияние 23 человека — 9,2%; родители получили 74 ответа — 29,5%. Числа 10% и 29% получаются из сложения округлённых процентов таблицы. Но:

- спрашивалось о том, насколько повлияло то, что рассказывали учителя и родители;
- не выяснялось, усиливали они антисемитизм или, наоборот, противодействовали ему;
- не выяснялось, происходило это до или после 1945 года;
- группа 19–35 лет в 1961–1962 годах включала родившихся приблизительно в 1926–1942 годах; у младших её членов нацистского школьного опыта почти или совсем не было;
- это субъективная ретроспективная атрибуция, а не измерение причинного вклада.

Поэтому корректная формулировка:

> В исследовании 1961–1962 годов около 9–10% респондентов 19–35 лет приписывали рассказам учителей очень или довольно сильное влияние на своё отношение к евреям; около 29–30% говорили то же о родителях. Это свидетельствует, что часть респондентов субъективно признавала значимость учителей, но не позволяет определить направление, период или причинную величину влияния нацистской школы.

Данные размещены в архиве [GESIS ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194). Есть дополнительная архивная странность: современное описание массива говорит о 577 случаях, тогда как первоначальная книга таблиц — о 753 интервью. Для самих 10% и 29% следует ссылаться именно на опубликованную таблицу.

## Предлагаемая редакция ответа

> Здесь необходимо разделить два утверждения. Первое — внешнее участие в идеологических ритуалах не доказывает внутренней убеждённости — совершенно верно. Второе — детей школьной пропагандой практически невозможно пронять и после исчезновения принуждения внушённые установки сразу исчезают — из первого не следует и противоречит имеющимся данным.
> 
> В двух независимых опросах американской оккупационной администрации 1946 и 1948 годов респондентов распределяли по пяти ступеням составной шкалы предубеждённости. Доли трёх верхних категорий составляли соответственно:
> 
> - `Racists`: 22% и 26%;
> - `Anti-Semites`: 21% и 19%;
> - `Intense Anti-Semites`: 18% и 14%.
> 
> Это исследовательская классификация комбинаций ответов, а не доли людей, сами назвавших себя расистами или антисемитами.
> 
> Особенно важно возрастное разбиение 1948 года. В две категории, прямо названные исследователями антисемитскими, попали 51% 15–17-летних и 53% 18–19-летних. В отдельных старших возрастных группах соответствующая доля составляла от 26 до 38%. Следовательно, в этом опросе молодёжь, всё сознательное детство которой прошло при нацистском режиме, давала антисемитские комбинации ответов заметно чаще любой из старших групп.
> 
> В августе 1947 года вариант «национал-социализм был хорошей идеей, плохо осуществлённой» выбрали 55% всей взрослой выборки американской зоны и западных секторов Берлина и 68% респондентов младше 30 лет. Это не означает, что 68% были последовательными нацистами или хотели восстановить режим. Но через два года после его краха условно положительная оценка самой «идеи» национал-социализма оставалась среди молодых массовой.
> 
> В западногерманском опросе Allensbach 1949 года спрашивали, как национал-социализм изменил отношение респондентов к евреям. О том, что они восприняли антиеврейскую пропаганду с верой, сообщили 30% младших 30 лет, 19% 30–49-летних, 17% 50–64-летних и 13% людей 65 лет и старше. Это ретроспективная самооценка, которая могла зависеть от памяти, новой социальной нормы и даже от удобного оправдания «меня обманули». Она не является процентной оценкой причинного эффекта пропаганды. Однако она несовместима с универсальной версией, согласно которой молодые лишь внешне изображали согласие и почти никто внутренне не принимал пропаганду.
> 
> Вместе с тем открытая поддержка нацизма и когортное отличие по прямым вопросам действительно быстро сокращались. К середине или второй половине 1950-х годов большая часть молодых немцев, по всей видимости, уже не была последовательными сторонниками восстановления режима. Это следует признать. Но изменение полной политической идентичности не проверяет, исчезли ли одновременно усвоенные представления о евреях, расе, авторитете и национальном превосходстве.
> 
> Поздние данные также требуют осторожности. В опросах ALLBUS 1996 и 2006 годов около 10% родившихся в 1930-е отвечали крайне антисемитски одновременно на три конкретных утверждения — почти втрое чаще родившихся после 1950 года и более чем вдвое чаще предшествующей и следующей десятилетних когорт. В скорректированной модели превышение составляло около 5,8 процентного пункта при 3,6% в остальных когортах. Это устойчивый когортный след по конкретному показателю крайнего антисемитизма, но не доля «оставшихся нацистов» и не измеренный эффект именно школы.
> 
> Менее прямые вопросы и групповые обсуждения действительно обнаруживали антисемитские, расистские и антидемократические установки, которые не улавливались одним бинарным ярлыком «нацист / не нацист». Но называть их безоговорочно «истинными убеждениями» нельзя: любое интервью остаётся социальной ситуацией. Например, Франкфуртский групповой эксперимент полезен как качественная иллюстрация противоречивого сочетания дистанцирования от нацизма с сохранением отдельных установок, но отдельная подробно исследованная молодёжная дискуссия включала всего восемь человек и не даёт оценки распространённости.
> 
> Что касается именно школы, когортные опросы не позволяют отделить её от Hitlerjugend, семьи, сверстников, местной культуры, прессы, радио, войны и общей атмосферы режима. Voigtländer и Voth считают школу и молодёжные организации наиболее вероятными каналами, поскольку использованные ими региональные показатели радио, кино и силы партийной организации не объясняли дополнительный когортный пик. Это правдоподобная, но косвенная интерпретация: школа непосредственно не измерялась и отдельно от HJ не идентифицировалась.
> 
> Современные донесения Sopade и отдельные биографии показывают, что нацистская социализация иногда действительно преодолевала противоположное влияние семьи: молодые приносили установки HJ и школы домой и пытались перевоспитывать родителей. Эти источники доказывают существование механизма, но не позволяют сказать, как часто это происходило или какую долю взглядов поколения сформировала школа.
> 
> Поэтому наиболее надёжный вывод не состоит в том, что школа «перепрограммировала большинство». Он состоит в следующем: дети не были иммунны к нацистской пропаганде; у заметной части наблюдалось не только внешнее приспособление, но и принятие отдельных её утверждений; эти установки не исчезли сразу после краха режима. При этом открытая поддержка самого режима быстро уменьшалась, а точный вклад школы по сравнению с семьёй, сверстниками и общей средой количественно неизвестен.

Долговременные цифры и точное определение «убеждённых антисемитов» находятся в статье [Voigtländer и Voth](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/). Их приложение прямо показывает, что вывод о школе основан на косвенном исключении ряда альтернативных каналов, а не на измерении школьного воздействия: [online appendix](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination_Online_Appendix.pdf).

## Максимально придирчивая проверка

Вот как ответ мог бы атаковать хорошо подготовленный оппонент.

1. **Это преимущественно не данные по всей Германии.** OMGUS относится главным образом к американской зоне и западным секторам Берлина. Нельзя без оговорки писать просто «немцы».
    
2. **Стрелка 1946 → 1948 создаёт ложное впечатление панели.** Это не одни и те же люди, прослеженные во времени, а две отдельные выборки.
    
3. **Шкала OMGUS методологически небезупречна.** Ройбанд отмечает, что для шкалы Гутмана не опубликованы коэффициенты качества масштабирования, а некоторые сочетания ответов могли классифицироваться неинтуитивно.
    
4. **Результат зависит от порога классификации.** Альтернативный расчёт в самом отчёте 1948 года дал 18% «явно антисемитских», 27% промежуточных и 55% «не антисемитских». Это не опровергает молодёжный пик, но показывает, что число «антисемитов» зависит от определения.
    
5. **Для возрастных ячеек 15–17 и 18–19 лет не опубликованы точные размеры подвыборок.** Поэтому нельзя независимо рассчитать доверительные интервалы. Разница выглядит крупной, но статистическую неопределённость нужно признать.
    
6. **Разные строки относятся к разным поколениям.** 15–19-летние в 1948 году — хорошее приближение к поколению нацистского детства; «младше 30» в 1947 и 1949 годах включают также людей, бывших при приходе Гитлера подростками; группа Tumin 19–35 включает людей практически без нацистского школьного опыта.
    
7. **Антисемитизм не равен нацизму.** Человек мог быть антисемитом, не желая восстановления режима; мог положительно оценивать некоторые стороны режима, не принимая расовой идеологии; мог быть авторитарным, не будучи нацистом.
    
8. **Антисемитизм существовал до нацистского режима.** Поэтому послевоенный антисемитизм сам по себе ещё не доказывает его создание пропагандой. Для причинного вывода важны когортные различия, региональные взаимодействия и сравнительные данные — и они тоже не идеальны.
    
9. **68% не означают 68% нацистов.** Формула «хорошая идея, плохо осуществлённая» могла отражать весьма разные представления: одобрение национального возрождения, социально-экономической политики, порядка — либо перенос всей ответственности на Гитлера, войну и исполнителей.
    
10. **30% в 1949 году — не объективно измеренная вера в прошлом.** Это воспоминание через четыре года. Оно могло как занижать принятие пропаганды из-за стыда, так и завышать его из-за самооправдательной формулы «я был обманут».
    
11. **Другие показатели того же опроса дают менее простую картину.** По многопунктовой шкале текущего антисемитизма возрастная зависимость была слабой и не монотонной: младшие 30 имели наиболее высокий результат, но следующая группа 30–49 лет — один из самых низких. Следовательно, ретроспективное признание веры нельзя автоматически приравнивать к сохранявшемуся уровню антисемитизма.
    
12. **К 1952 году ранний молодёжный пик уже заметно ослаб.** В сыром распределении различия между группами 18–29, 30–44 и 45–59 лет составляли не более двух процентных пунктов, если учитывать не ответивших. При исключении не ответивших молодёжный градиент сохранялся, но сам результат явно зависел от обработки пропусков. Это существенный контраргумент, который лучше признать.
    
13. **Нет права говорить о «реальных убеждениях».** Косвенные вопросы могут уменьшать социальную желательность, но не устраняют её. Групповые обсуждения дополнительно подвержены конформности, влиянию модератора и динамике группы.
    
14. **Вопрос о «великом Гитлере, если бы не война» не был тонким или скрытым.** Это прямое контрфактическое одобрение. Кроме того, часто приводимые 48% за 1955 год относятся ко всему взрослому населению, а не непосредственно к целевой возрастной когорте. Формулировка вопроса опубликована у [Boynton и Loewenberg](https://doi.org/10.1017/S0007123400009662).
    
15. **Франкфуртский групповой эксперимент не репрезентативен.** Он показывает формы рассуждения и сочетания установок, но не их частоту. Подробно анализируемая молодёжная группа состояла из восьми учеников, набранных методом «снежного кома». Это иллюстрация, не статистика. [Описание исследования](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).
    
16. **Из разных опросов нельзя построить одну непрерывную траекторию.** Менялись респонденты, возрастные границы, вопросы, шкалы, география, методы выборки и социальная допустимость ответов.
    
17. **Возраст, поколение и исторический момент трудно разделить.** Например, различия людей 60 и 30 лет могут объясняться не только эпохой их социализации, но и возрастом как таковым.
    
18. **Поздние выборки подвержены селективному дожитию.** Авторы Voigtländer и Voth сами предполагают, что наиболее радикальные мужчины, родившиеся в 1920-е, чаще попадали в военные формирования с высокой смертностью. Значит, сравнение доживших поколений не полностью нейтрально.
    
19. **Миграция дополнительно осложняет региональный анализ.** Место проживания в 1996/2006 году не обязательно совпадает с местом школьного детства.
    
20. **Региональный довоенный антисемитизм — не взгляды родителей.** Voigtländer и Voth используют голосование за антисемитские партии в 1890–1912 годах как показатель местной культурной среды. Это экологический индикатор, а не данные о конкретной семье.
    
21. **Voigtländer и Voth не идентифицируют школу причинно.** Отсутствие дополнительного эффекта региональной плотности радиоприёмников или кинотеатров не исключает общенационального воздействия радио и прессы. А почти всеобщий охват школой и HJ как раз не даёт хорошей необработанной контрольной группы.
    
22. **Коэффициент рождённых в 1930-е нельзя назвать «эффектом школы».** Это скорректированное когортное различие. Оно совместимо с воздействием всей системы: школы, HJ, семьи, сверстников, войны, репрессий и общей социальной нормы.
    
23. **Tumin не устанавливает даже направление влияния учителя.** Учитель мог прививать антисемитизм, опровергать его или просто сообщать исторические сведения.
    
24. **Донесения Sopade имеют отбор наблюдений.** Антинацистские наблюдатели могли особенно замечать конфликты между родителями и нацифицированными детьми. Они ценны как свидетельство существования механизма, но не как репрезентативная оценка его распространённости.
    
25. **Биографии также не дают частоты.** Хорошо документированный случай может опровергнуть утверждение «такого вообще не бывает», но не тезис «обычно это происходило редко».
    
26. **Сравнительные исследования школьных программ нельзя количественно переносить на Германию.** Например, работа о реформе китайских учебников показывает, что школьная программа способна причинно менять политические установки, но не измеряет нацистскую Германию и не контролирует сами убеждения родителей — лишь некоторые характеристики семейного фона. [Cantoni et al.](https://doi.org/10.1086/690951).
    
27. **Первоначальная сила и долговечность эффекта — разные вопросы.** Быстро ослабевший эффект мог быть сильным в 1945 году; небольшой остаток через 60 лет не показывает, насколько он был велик первоначально.
    
28. **Нужно признать результат, благоприятный для SnowBeaver.** Большинство бывших детей режима не осталось пожизненными последовательными нацистами; послевоенная ресоциализация была реальной и сильной; внешнее послушание иногда действительно было только внешним. Но это не подтверждает его более сильные слова о почти всеобщем иммунитете детей.
    

Итоговая формула, которую сложнее всего опровергнуть:

> Имеющиеся данные не позволяют утверждать, что нацистская школа сформировала убеждения большинства детей или что её вклад был больше вклада семьи и окружения. Они позволяют значительно более уверенно утверждать другое: дети не были иммунны к пропаганде; у части из них наблюдалось внутреннее принятие её отдельных положений; последствия не исчезли сразу после падения режима. При этом открытая поддержка нацизма и когортный разрыв по ней действительно существенно сократились примерно за первое послевоенное десятилетие. Поэтому тезис о полной невосприимчивости детей слишком силён, но и доказанный большой самостоятельный эффект именно школы был бы более сильным выводом, чем позволяют данные.

# 47. Review второй версии ответа

==**Ответы на твои замечания**==

> ==смешиваются антисемитизм, расизм, симпатия к национал-социализму, поддержка восстановления режима и самоидентификация «нацист»;==

==Так это же сделано специально - это всё можно объединить как "нежелательные" взгляды, а то, выясняют ли конкретные данные, является ли человек антисемитом или сторонником национал-социализма и т.п. в данном контексте абсолютно несущественно.==

> ==разные возрастные группы из разных опросов называются одним поколением;==

==Так это потому, что нет более точных данных. В любом случае - здесь важны именно люди, сознательное детство которых пришлось на нацистский режим, и, при отсутствии более точных данных, некоторое смешение кажется абсолютно допустимым.==

> ==опросные ответы объявляются «реальными убеждениями»;==

==Ну это проблема (почти) любого опроса, особенно если есть социально приемлемые ответы. Это уже проблема методологии авторов работ, я тут ничего не могу поделать.==

> ==Опросы и групповые обсуждения не дают прямого доступа к «истинному мнению». Они выявляют дополнительные компоненты установок, которые не обнаруживаются вопросом «вы нацист?».==

==Так я ровно это и сказал, я не говорил про "реальные" убеждения - а только сказал, что хотя человек не называл себя нацистом/антисемитом, при более тонком рассмотрении, оказывалось что он мог иметь убеждения, которые характерны для нацистов/антисемитов.==

> ==Это субъективно вспоминаемая сила влияния рассказов учителей и родителей. Не измерялись направление влияния, причинный эффект и период, когда оно происходило.==

==Ну да, но ведь моя формулировка никак не противоречит этому.==

> ==Работа обнаруживает устойчивую когортную ассоциацию. Школу и Hitlerjugend авторы считают вероятным объяснением косвенно, но не измеряют воздействие школы и не отделяют его от HJ и всей нацистской среды.==

==Ну так я так и говорю - это мнение авторов, и даже уточняю, что вероятно это слишком сильное утверждение для их исследования.==

> ==В рассматриваемых квазиэкспериментальных работах обычно учитываются характеристики семьи или косвенные показатели, но не прежние политические взгляды конкретных родителей.==

==Так это я уже говорю про исследования Китая, Тайваня и т.д. (пункт 30).==

> ==Обязательно добавьте честную уступку относительно середины 1950-х:==
>
> > ==По прямым вопросам об одобрении нацизма когортный разрыв действительно довольно быстро сокращался. Анализ Фредерика Вейла показывает, что после середины 1950-х выделенная им «нацистская когорта» почти сравнялась с остальным населением в неприятии старого режима и поддержке демократии. Но Вейл определял эту когорту как достигшую 21 года в 1933–1948 годах — примерно родившихся в 1912–1927 годах. Это не строго поколение детей Третьего рейха. Кроме того, исчезновение целостной поддержки режима не равнозначно исчезновению отдельных антисемитских, расистских или авторитарных установок.==

==Так я и говорю что разница постепенно стиралась. Тем не менее, добавлю про середину 1950-х явно.==

> ==убрал утверждение, что старшие «к рубежу веков начали превосходить» поколение детей;==

==Но ведь по, например, книге Bergmann'а так и было, нельзя это просто игнорировать. Тогда просто изменю формулировку на "в некоторых опросах".==

> ==либо полностью убрал Tumin, либо дал его с развёрнутыми оговорками;==

==Вот так "В опросе 1961 года на вопрос о том что и как сильно повлияло на их отношение к евреям группа людей 19-35 лет ответила "сильно" или "очень сильно:" будет корректно? Полностью убирать точно не хочу, мне кажется это прям ответ на утверждение SnowBeaver'а про "фигу в кармане". Понятно что исследование не идеально для нашего вопроса (ты перечислил проблемы), но всё же это рассмотрение самого предмета спора. Скорректируй меня, если ты не согласен или считаешь что формулировка должна быть другая.==

==**Контекст исходной дискуссии**==

==Дискуссия начинается отсюда: [https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8289794](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513\&view=findpost\&p=8289794)==

==Дальше заходит обсуждение про промывку мозгов в государственной школе, где SnowBeaver утверждает что за это не стоит переживать, и что никакой классный руководитель ничему такому научить не сможет. Именно с этим, с тем что не стоит переживать за это я и хочу поспорить, нацистская Германия тут просто как хороший интересный пример.==

==**Мой предполагаемый ответ**==

=="Ты отвечаешь на пост про то, что людям которые заботятся о своих детях стоит нанимать своим детям учителей и т.п., т.к. в школе им могут промыть мозги. И ответ твой был такой, что типа это фигня, а не причина, и даже если вы не поддерживаете то что пытаются им вбить в голову в школе, то конкретно на это забейте (не рассматривайте это как фактор). Утверждение что дети всё понимают и промыть мозги им не получится, кажется мне просто противоречащим здравому смыслу, даже не понимаю как такое можно всерьёз писать. Но то что какой-то процент детей именно такие, и то что есть разница между внешним поведением и внутренними убеждениями — да, тут согласен. Какой процент это уже другой вопрос. И, возвращаясь к первоначальному вопросу, готовы ли вы рискнуть, и проверить — входит ли ваш ребёнок в этот процент, сможет ли противостоять тому что в школе все вокруг либо одобряют это, либо просто не высказываются — тоже отдельный вопрос. И даже если мы считаем, что после смены режима, спустя какое-то время ребёнок изменит свои взгляды — лично я бы не хотел, чтобы мой ребёнок имел некоторые убеждения даже только лишь какое-то время. Если перенести тебя в ту ситуация — тебе что, реально было бы ок, что твой ребёнок был бы нацистом, условно в 1950-м, но к 1955-му бы уже не был?==

==Теперь, собственно, про детей в нацистской Германии.==
 
==Результаты опросов оккупационной администраций 1946 и 1948 годов дали такую классификацию:==
==Racists: 22% → 26% (там довольно странная и явно не лучшая шкала градаций, упрощённо можно обозначить как: вера в расовую иерархию, но недостаточно прямых антиеврейских ответов для следующей категории)==
==Anti-Semites: 21% → 19% (явно антисемитские ответы)==
==Intense anti-Semites: 18% → 14% (наиболее выраженный антисемитизм)==

==И для 1948 есть разбиение именно по "Anti-Semites + Intense anti-Semites" по возрастным категориям:==
==15-17: 51%==
==18-19: 53%==
==т.е. гораздо больше среднего.==

==Также есть опрос 1947 года где называли национал-социализм хорошей идеей, которая была плохо реализована:==
==68% людей младше 30 лет==
==55% людей всего==

==В опросе 1949 года на вопрос воспринимали ли они с верой антиеврейскую пропаганду:==
==до 30 лет: 30% верили==
==30-49: 19%==
==50-64: 17%==
==65+: 13%==

==С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось (и если говорить про середину 1950-х, то уже было действительно мало), и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение в части опросов даже начинало превосходить их (но не с тем кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения), вот только есть нюанс — очень значительным был эффект, когда человек называл себя не нацистом/антисемитом, но при более тонких попытках (вопросы в которых социально одобряемый ответ не так очевиден или групповые обсуждения) выяснить его мнение, оказывалось, что человек имел очень много соответствующих убеждений (или, например, соглашался с утверждением, что если бы Гитлер не начал войну, то был бы величайшим немецким политическим деятелем).==

==Теперь о влиянии именно школы на такие взгляды. В опросе 1961 года на вопрос о том что и как сильно повлияло на их отношение к евреям группа людей 19-35 лет ответила "сильно" или "очень сильно":==
==школа: 10%==
==родители: 29%==

==В одной работе пытались выявить именно эффект госпропаганды, и там исследователи сделали вывод что школа, вероятно, является существенным фактором (это утверждение вероятно слишком сильное; кроме того по опросам ближе к рубежу веков видно сильное влияние исходного уровня антисемитизма в регионе где ребёнок жил), тем не менее, можно с очень большой уверенностью утверждать что школа оказывала влияние: об этом есть отчёты подпольных агентов Социал-демократической партии, кроме того есть и просто единичные ярко иллюстрирующие это случаи.== 

==При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты госпропаганды на детей (с учётом взглядов их родителей), и, хотя в этих исследованиях бывают разные результаты, можно точно утверждать что отмахиваться от этого эффекта нельзя.==

==Точно определить влияния фактора школы нельзя, но практически точно можно утверждать следующее: дети не были иммунны к пропаганде и у части из них наблюдалось внутреннее принятие её отдельных положений, а последствия не исчезли сразу после падения режима (и, хоть и уменьшаются с течением времени, видны даже до конца жизни)."==

==Проанализируй всю дискуссию, мой ответ (ссылки я дам отдельным блоком, сейчас не рассматриваем это). Снова выдели слабые места моего ответа: формулировки, логические несостыковки, данные и т.д. (не как чрезмерно придирчивый критик, просто как абсолютно нейтральный наблюдатель).==

---

## Итоговая оценка

После прочтения исходной ветки мой вывод такой: ваш ответ в целом попадает в предмет спора и не строится на «соломенном чучеле». SnowBeaver действительно утверждал, что идеологического воздействия школы почти не стоит опасаться, что «никакой классный руководитель» не сможет научить ребёнка подобному, а после прекращения принуждения внушённая картина мира «мгновенно осыпается» ([первый пост](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290210), [продолжение](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8290411)).

Поэтому исторические данные, показывающие, что:

- некоторые дети действительно усваивали идеологические установки;
- эти установки не всегда были только внешним приспособлением;
- после исчезновения принуждения они не у всех исчезали мгновенно,

непосредственно относятся к его аргументу.

При этом ваш ответ пока убедительнее опровергает тезис о всеобщем детском иммунитете к пропаганде, чем доказывает практически значительную опасность именно современной государственной школы. Это главное ограничение, которое лучше прямо признать.

## В чём ваши возражения на прежнюю критику справедливы

### Объединение разных «нежелательных» взглядов

Вы правы: антисемитизм, расовая иерархия, положительная оценка национал-социализма и вера в пропаганду можно использовать совместно как сходящиеся свидетельства того, что идеологическая социализация могла оставлять след.

Но различие между ними всё же не «абсолютно несущественно». Оно определяет силу возможного вывода:

- антисемитский ответ показывает антисемитскую установку;
- положительная оценка национал-социализма показывает частичную симпатию к режиму;
- ни то ни другое само по себе не доказывает, что человек хотел восстановления режима или являлся последовательным нацистом.

Эту проблему легко снять одной оговоркой перед статистикой:

> Ниже приводятся разные показатели: антисемитские и расовые установки, положительная оценка национал-социализма и признание веры в пропаганду. Я не считаю их тождественными и не называю каждого такого респондента последовательным нацистом; для данного спора они важны как разные возможные результаты идеологической социализации.

### Несовпадающие возрастные группы

Здесь вы тоже в основном правы. При дефиците данных допустимо использовать приблизительные возрастные показатели.

Но лучше показать читателю степень приближения:

- 15–19-летние в 1948 году — очень близко к интересующей вас когорте;
- люди младше 30 лет в 1947–1949 годах — более широкая, но всё ещё содержательно релевантная группа;
- 19–35-летние в 1961–1962 годах — уже смешанная группа: от людей с полноценным нацистским школьным опытом до родившихся незадолго до конца войны.

То есть это не ошибка, если вы не называете всё «точными измерениями одной когорты».

### «Реальные убеждения»

Моё прежнее замечание действительно было сформулировано слишком жёстко: вы не утверждали, что опрос даёт прямой доступ к «истинному сознанию».

Но выражение «при более тонких попытках выяснить мнение оказывалось» звучит несколько категорично. Лучше:

> Прямое дистанцирование от ярлыков «нацист» или «антисемит» не исключало согласия с отдельными антисемитскими, расистскими или авторитарными суждениями. Менее прямые вопросы и групповые обсуждения выявляли компоненты установок, которые не обнаруживались бинарной самоидентификацией.

Это передаёт именно вашу мысль, не приписывая исследователям способность читать мысли.

### Bergmann

Убирать это не нужно. Но «старшее поколение начинало превосходить» звучит как установленная динамика во времени, которой один поперечный опрос не показывает.

Корректнее:

> В некоторых поздних опросах самые старшие группы демонстрировали не меньший, а иногда и более высокий уровень антисемитизма, чем группы, включавшие поколение нацистского детства.

Например, в исследовании Bergmann и Erb 1987 года группа 65+ действительно превосходила группы 45–54 и 55–64 лет, но обе последние группы всё равно заметно превосходили людей 18–44 лет ([Bergmann и Erb](https://link.springer.com/chapter/10.1007/978-3-322-91415-6_4)).

## Основные оставшиеся слабые места

### 1. От одного учителя вы переходите ко всей нацистской системе

Нацистский ребёнок подвергался воздействию не одного классного руководителя, а совокупности факторов:

- школы;
- Hitlerjugend или Bund Deutscher Mädel;
- сверстников;
- прессы, радио и кино;
- общественных санкций;
- государственной монополии на допустимые объяснения мира.

Поэтому этот пример не позволяет количественно оценить воздействие отдельного современного учителя. Но он вполне пригоден для опровержения универсального тезиса, что дети по своей природе распознают официальную пропаганду и внутренне ей почти не поддаются.

Стоит прямо написать:

> Я не утверждаю, что любая современная школа сопоставима с нацистской или что частный учитель автоматически решает проблему. Я оспариваю более узкий тезис: идеологическую школьную среду нельзя заранее объявить несущественной на том основании, что дети якобы всегда воспринимают её исключительно с «фигой в кармане».

Это значительно укрепит весь ответ.

Интересно и некоторое напряжение внутри позиции самого SnowBeaver: ранее он писал, что среда является настолько определяющим фактором, что часто перекрывает авторитет родителей ([пост 8289988](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&view=findpost&p=8289988)). Это не строгое противоречие — возможно, он имел в виду прежде всего сверстников, — но школа является не только учителем, а одной из сред, в которых ребёнок проводит значительную часть времени.

### 2. Начало излишне эмоционально и немного усиливает его позицию

Формулы «типа это фигня», «забейте», «не понимаю, как такое можно всерьёз писать» уступают по силе точным цитатам. SnowBeaver сказал не буквально «полностью игнорировать», а «я бы вообще за это не переживал сильно».

Лучше начать так:

> Насколько я понимаю твой ответ, ты считаешь, что риск идеологического воздействия школы при выборе образования можно практически не учитывать: дети обычно понимают, когда от них требуется только внешнее согласие, а учитель не способен существенно изменить их убеждения. С тем, что часть детей действительно сохраняет «фигу в кармане» и что внешнее поведение нельзя приравнивать к внутренним взглядам, я согласен. Но из этого не следует, что так происходит со всеми или почти со всеми детьми.

Также у вас смешиваются «ты» и «вы» — лучше оставить единое обращение.

Риторический вопрос о том, было бы SnowBeaver нормально, если бы его ребёнок «был нацистом в 1950-м», тоже сильнее имеющихся данных: антисемитские ответы ещё не позволяют назвать человека нацистом.

Можно заменить:

> Даже если после смены режима многие дети впоследствии пересматривают усвоенные взгляды, их временное принятие уже представляет собой вред. Последующая ресоциализация не делает первоначальный риск несущественным.

### 3. Результаты 1946 и 1948 годов

Основные числа верны. Но следует уточнить, что это два отдельных выборочных опроса, а не изменение взглядов одних и тех же людей.

Описание категории `Racists` сейчас слишком определённое. Безопаснее:

> `Racists`: 22% → 26% — промежуточная категория составной шкалы; её точную содержательную интерпретацию осложняет устройство самой шкалы.

Формулу «гораздо больше среднего» лучше заменить точным сравнением:

> В категории `Anti-Semites + Intense Anti-Semites` попали 51% 15–17-летних и 53% 18–19-летних — против 26–38% в каждой из групп от 20 до 59 лет.

Эти данные действительно показывают, что самые молодые респонденты не обладали иммунитетом к соответствующим установкам. Но сами по себе они не отделяют школу от семьи, молодёжных организаций и общей среды. Таблицу можно сверить с [материалами OMGUS](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607).

### 4. Данные 1947 и 1949 годов

Числа в целом переданы правильно, но желательно сказать:

- опрос 1947 года относился не ко всей послевоенной Германии;
- «хорошая идея, плохо осуществлённая» не равнозначно желанию восстановить нацистский режим;
- ответ 1949 года — ретроспективная самооценка того, принимал ли человек антиеврейскую пропаганду с верой. Он показывает признанное усвоение, но не измеряет точный причинный вклад пропаганды.

Особенно важно: эти ранние данные не доказывают, что в 1955 году среди бывших детей было много последовательных нацистов. Если понимать слово «нацист» узко — как человека, открыто поддерживающего весь прежний режим или его восстановление, — SnowBeaver, вероятно, в значительной мере прав. Но из этого не следует, что исчезли отдельные усвоенные антисемитские, расовые или авторитарные установки.

Это, пожалуй, самая честная и сильная уступка в вашем ответе.

### 5. Абзац о последующей динамике необходимо разделить

Сейчас в одном длинном предложении объединены разные показатели и разные исследования. Лучше написать так:

> В дальнейшем картина зависела от того, что именно измерялось. По прямым вопросам об одобрении национал-социализма когортный разрыв быстро сокращался. В анализе Фредерика Вейла после середины 1950-х выделенная им «нацистская когорта» почти сравнялась с остальным населением по неприятию прежнего режима и поддержке демократии. Однако Вейл относил к ней людей, достигших 21 года в 1933–1948 годах, — примерно родившихся в 1912–1927 годах. Это не строго поколение нацистского детства, а вывод нельзя автоматически переносить на антисемитские и расовые установки ([Weil](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf)).
> 
> По антисемитским установкам картина была менее линейной. В некоторых поздних опросах самые старшие группы оказывались выше средних возрастов. Одновременно в ALLBUS 1996 и 2006 годов родившиеся в 1930-е всё ещё заметно превосходили послевоенные поколения по строгому показателю последовательного антисемитизма. Поэтому нельзя описывать всё одной траекторией, но нельзя и считать, что в середине 1950-х исчезли все связанные с нацизмом когортные различия.

### 6. Пример с «великим государственным деятелем»

Его можно оставить, но:

- вопрос не был особенно «тонким» или косвенным;
- это показатель всего взрослого населения, а не отдельно вашей когорты;
- формулировка была про «одного из величайших немецких государственных деятелей», а не просто «величайшего».

Поэтому этот пример лучше отделить от утверждения о скрытых взглядах целевой возрастной группы.

### 7. Tumin можно и стоит оставить

Ваша формулировка не ложна, но `школа` лучше заменить на `то, что рассказывали учителя`. Опрос проводился в 1961–1962 годах, а не только в 1961-м.

Оптимальная версия:

> В западногерманском опросе 1961–1962 годов респондентов спрашивали, насколько то, что им рассказывали учителя и родители, повлияло на их отношение к евреям. Среди людей 19–35 лет около 10% оценили влияние учителей как довольно сильное или очень сильное; около 29% так же оценили влияние родителей. Это ретроспективная самооценка: вопрос не устанавливал направление или время воздействия, а группа включала людей с разным объёмом нацистского школьного опыта. Поэтому 10% нельзя считать оценкой эффекта именно нацистской школы. Но результат показывает, что заметное меньшинство самих респондентов не считало влияние учителей нулевым.

В таком виде исследование релевантно абсолютному утверждению, что учитель вообще не может повлиять на убеждения. Оно гораздо слабее как измерение именно антисемитского воздействия нацистской школы ([GESIS ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194)).

### 8. Voigtländer и Voth

Ваше изложение авторской интерпретации в основном корректно. Но нужно исправить две вещи:

- авторы не отделяют школу от Hitlerjugend и всей остальной нацистской среды;
- они использовали место проживания респондента в 1996/2006 годах, а не достоверно установленный регион его детства.

Лучше:

> Voigtländer и Voth обнаружили поздний когортный пик антисемитизма среди родившихся в 1930-е и его особенно сильную связь с историческим антисемитизмом соответствующей местности. Школу и нацистские молодёжные организации авторы считают наиболее вероятными общенациональными каналами воздействия. Однако это косвенная интерпретация: исследование не измеряет школьное воздействие непосредственно и не отделяет его от Hitlerjugend. Кроме того, населённый пункт определялся по месту проживания респондента во время позднего опроса, а не по подтверждённому месту его детства.

Так утверждение будет точно соответствовать исследованию ([основная статья](https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4491745/)).

Сообщения агентов Sopade и отдельные случаи позволяют с высокой уверенностью утверждать, что школа действительно влияла хотя бы на часть детей. Но они показывают существование механизма, а не среднюю величину эффекта для всего поколения.

### 9. «С учётом взглядов родителей» нужно изменить

Это одно из немногих действительно фактологически некорректных мест. Исследования Китая и Тайваня, на которые вы ссылаетесь, обычно учитывали характеристики семьи — профессию или государственную занятость родителей, этническое происхождение, социальное положение, — но не прежние политические убеждения конкретных родителей.

Лучше:

> Квазиэкспериментальные исследования школьной политической социализации в других странах также обнаруживают ненулевые, но сильно зависящие от контекста эффекты государственных учебных программ. Некоторые из них учитывают характеристики семьи и местной среды, но обычно не измеряют прежние политические взгляды родителей напрямую. Эти результаты нельзя количественно переносить на нацистскую Германию, однако они также несовместимы с предположением, что школьное идеологическое воздействие можно заранее считать нулевым.

Либо этот абзац следует сделать конкретнее, назвав исследования, либо убрать: в нынешнем общем виде он добавляет мало и может вызвать побочный спор.

### 10. «До конца жизни» сильнее данных

Опросы ALLBUS 1996/2006 обнаруживают различие более чем через полвека, когда родившимся в 1930-е было приблизительно 57–76 лет. Но это:

- не наблюдение за одними людьми на протяжении жизни;
- не доказательство, что позднее различие вызвала именно школа;
- не буквально измерение «до конца жизни».

Корректное заключение:

> Точно количественно оценить самостоятельный вклад школы по этим данным нельзя. Однако с высокой уверенностью можно утверждать, что дети и подростки не обладали всеобщим иммунитетом к пропаганде и что по крайней мере часть из них принимала отдельные её положения не только внешне. Открытая поддержка национал-социализма после 1945 года быстро уменьшалась, но соответствующие установки исчезли не сразу, а по некоторым показателям когортные различия обнаруживались и более чем через полвека. Эти данные совместимы с долговременными последствиями социализации, хотя не позволяют отделить школу от семьи, молодёжных организаций и общей среды.

И завершить непосредственно по предмету спора:

> Поэтому разумный вывод состоит не в том, что государственная школа обязательно «перепрограммирует» ребёнка, а в том, что её идеологическую среду нельзя без рассмотрения объявлять несущественным фактором.

## Ещё один пропущенный аргумент SnowBeaver

Он ссылался на поздний СССР как на пример всеобщего официального ритуала, не породившего искренней убеждённости. Полностью игнорировать этот пример не стоит. Достаточно короткой уступки:

> Опыт позднего СССР действительно показывает, что обязательные идеологические ритуалы могут порождать скуку, цинизм и чисто внешнее согласие. Но он не показывает, что так реагируют все дети, что никто не усваивает отдельных положений идеологии или что влияние полностью исчезает сразу после отмены ритуалов.

Это подчеркнёт, что вы не отрицаете феномен «фиги в кармане», а спорите с его превращением в универсальное правило.

В целом ответ уже содержательно сильный. Перед публикацией я бы счёл обязательными пять изменений: точно ограничить предмет доказывания, переписать абзац о временной динамике, снабдить Tumin короткой оговоркой, исправить «регион детства» и «взгляды родителей», а также убрать формулу «до конца жизни». Остальное — главным образом улучшение ясности и тона.

# 48. Подготовка финального ответа

Некоторые твои замечания учёл, некоторые сознательно нет, т.к. это лишает текст "человечности". Итого, хочу отправить такой текст:

"Ты отвечаешь на пост про то, что людям которые заботятся о своих детях стоит нанимать своим детям учителей и т.п., т.к. в школе им могут промыть мозги. И ответ твой был такой, что типа это фигня, а не причина, и даже если вы не поддерживаете то что пытаются им вбить в голову в школе, то не переживайте особо за это. Утверждение что дети всё понимают и промыть мозги им не получится, честно говоря, кажется мне просто противоречащим здравому смыслу, даже не понимаю как такое можно всерьёз писать. Но то что какой-то процент детей именно такие, и то что есть разница между внешним поведением и внутренними убеждениями — да, тут согласен. Какой процент это уже другой вопрос. И, возвращаясь к первоначальному вопросу, готовы ли вы рискнуть, и проверить — входит ли ваш ребёнок в этот процент, сможет ли противостоять тому что в школе все вокруг либо одобряют это, либо просто не высказываются — тоже отдельный вопрос. И даже если мы считаем, что после смены режима, спустя какое-то время ребёнок изменит свои взгляды — лично я бы не хотел, чтобы мой ребёнок имел некоторые убеждения даже только лишь какое-то время. Если перенести тебя в ту ситуация — тебе что, реально было бы ок, что твой ребёнок был бы нацистом, условно в 1950-м, но к 1955-му бы уже не был?

Теперь, собственно, про детей в нацистской Германии.

Результаты опросов аммериканской оккупационной администрации 1946 и 1948 годов дали такую классификацию:
Racists: 22% → 26% (там довольно странная и явно не лучшая шкала градаций, упрощённо можно обозначить как: вера в расовую иерархию, но недостаточно прямых антиеврейских ответов для следующей категории; короче, некоторая промежуточная категория составной шкалы)
Anti-Semites: 21% → 19% (явно антисемитские ответы)
Intense anti-Semites: 18% → 14% (наиболее выраженный антисемитизм)

И для 1948 есть разбиение именно по "Anti-Semites + Intense anti-Semites" по возрастным категориям:
15-17: 51%
18-19: 53%
т.е. гораздо больше среднего.

Также есть опрос 1947 года где называли национал-социализм хорошей идеей, которая была плохо реализована:
68% людей младше 30 лет
55% людей всего

В опросе 1949 года на вопрос воспринимали ли они с верой антиеврейскую пропаганду:
до 30 лет: 30% ответили что верили
30-49: 19%
50-64: 17%
65+: 13%

С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось (и если говорить про середину 1950-х, то по одобрению нацистского режима и поддержке демократии уже было действительно довольно мало; правда в опросе, демонстрировавшем это разбиение на возрастные группы не выделяло только это поколение, а захватывало также немного более старших людей), и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение в некоторых опросах даже показывало более высокие уровни антисемитизма (но не стиралось с теми кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения).

Вот только есть нюанс — существование эффекта, когда, хотя человек не называл себя нацистом/антисемитом, при более тонких попытках (менее прямые вопросы в которых социально одобряемый ответ не так очевиден или групповые обсуждения) выяснить его взгляды, оказывалось, что человек имел очень много соответствующих убеждений (или, ещё пример: в 1955 48% опрошенных соглашались с утверждением, что если бы Гитлер не начал войну, то был бы одним из величайших немецким политических деятелей).

Теперь о влиянии именно школы на такие взгляды. В опросе 1961 года на вопрос о том что и как сильно повлияло на их отношение к евреям группа людей 19-35 лет ответила "сильно" или "очень сильно":
учителя: 10%
родители: 29%
Тут есть некоторые проблемы — часть этой группы не застало нацистский период, не спрашивали в какую сторону повлияли и т.п., но это всё равно показывает что по мнению части самих людей, учителя имели на них влияние.

В одной работе пытались выявить именно эффект госпропаганды, и там исследователи сделали вывод что школа/Hitlerjugend, вероятно, является существенным фактором (для их исследования, это утверждение, вполне возможно, слишком сильное; кроме того по опросам ближе к рубежу веков видно сильное влияние исходного уровня антисемитизма в регионе где ребёнок жил на взгляды людей того поколения во времена проведения опроса), тем не менее, по совокупности данных, можно с очень большой уверенностью утверждать что школа действительно оказывала влияние (вообще, непосредственно об этом также есть отчёты подпольных агентов Социал-демократической партии, кроме того есть и просто задокументированные единичные ярко иллюстрирующие это случаи).&#x20;

При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты госпропаганды на детей (с учётом взглядов их родителей по косвенным признакам), и, хотя в этих исследованиях бывают разные результаты, можно точно утверждать что отмахиваться от этого эффекта нельзя.

Точно определить влияния фактора школы нельзя, но практически точно можно утверждать следующее: дети не были иммунны к пропаганде и у части из них наблюдалось внутреннее принятие её отдельных положений, а последствия не исчезли сразу после падения режима (хотя открытая поддержка национал-социализма после 1945 года довольно быстро уменьшалась, соответствующие установки исчезли не сразу, и различия обнаруживались даже полвека).

Поэтому все эти утверждения про фигу в кармане и незначительность фактора школы, в лучшем случае, преувеличены."

Тут уже прошу тебя проверить именно на ошибки и ключевые вещи, я понимаю что в ответе есть некоторые небольшие пробелы, которые требуют уточнения; проблема в том, что это будет плохо для формата ответа на форуме, а именно принципиально/существенно они не влияют.

---

Итог: содержательная основа ответа верна, основные проценты переданы правильно, а общий вывод из них допустим. Но полностью без изменений я бы текст не отправлял: осталось несколько локальных мест, где оппонент сможет обоснованно указать на фактическую ошибку или на вывод, который шире данных.

## Что действительно необходимо исправить

### 1. География ранних опросов

Это не опросы всей Германии. Данные 1946 и 1948 годов относятся прежде всего к американской оккупационной зоне. Поэтому:

> Результаты опросов оккупационной администраций…

лучше заменить на:

> Опросы американской военной администрации OMGUS, проведённые в американской оккупационной зоне в 1946 и 1948 годах, дали следующую классификацию…

Сами числа `22 → 26`, `21 → 19`, `18 → 14` верны. Возрастные `51%` и `53%` тоже верны; среднее по выборке составляло около 33%, поэтому «гораздо больше среднего» корректно. Это подтверждается материалами [OMGUS за 1946 год](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-on-antisemitism-in-the-american-zone-december-1946) и [1948 год](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4607).

Описание `Racists` у вас после добавленной оговорки уже приемлемо. Чуть точнее было бы:

> промежуточная ступень составной шкалы: согласие с общими расистскими утверждениями, но не переход к следующим, прямо антиеврейским ступеням шкалы.

В опросе 1947 года тоже лучше написать не `55% людей всего`, а `55% всей выборки`: выборка охватывала американскую зону и американский и британский секторы Берлина, а не всю Германию ([OMGUS](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/ghdi:document-4094)).

### 2. Опрос 1949 года был ретроспективным

Числа правильные, но точнее:

> В западногерманском опросе Института демоскопии Алленсбаха 1949 года респондентов ретроспективно спрашивали, как национал-социализм изменил их отношение к евреям. О том, что они поверили антиеврейской пропаганде, сообщили:  
> до 30 лет — 30%;  
> 30–49 — 19%;  
> 50–64 — 17%;  
> 65+ — 13%.

`Сообщили, что верили` точнее, чем просто `верили`: это воспоминание респондентов, а не независимая проверка их взглядов при нацизме ([Reuband](https://d-nb.info/118684521X/34)).

### 3. Абзац о стирании поколенческого разрыва сейчас слишком общий

Сейчас он создаёт впечатление, что по всем перечисленным взглядам измерялся один и тот же разрыв, который почти исчез к середине 1950-х. Это неверно: Вейл говорит прежде всего о прямом одобрении прежнего режима и поддержке демократии, а его «нацистская когорта» шире поколения детей режима.

Минимальная точная замена:

> Тут SnowBeaver отчасти прав: по прямым вопросам об одобрении прежнего режима и поддержке демократии выделенная Вейлом «нацистская когорта» после середины 1950-х почти сравнялась с остальным населением. Правда, эта когорта была шире именно поколения детей нацистского режима. По антисемитским установкам картина была другой: в некоторых поздних опросах самые старшие возрастные группы оказывались выше групп среднего возраста, но родившиеся в 1930-е по данным ALLBUS 1996 и 2006 годов всё ещё заметно превосходили родившихся позднее.

Так сохраняется ваша мысль о Bergmann, но `начинало превосходить` лучше заменить на `в некоторых поздних опросах оказывалось выше`: поперечный опрос не показывает момент, когда поколение «начало» кого-то превосходить. Различие между прямым одобрением режима и поздним антисемитизмом видно при сопоставлении [анализа Вейла](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf) и [Voigtländer — Voth](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination.pdf).

### 4. «Очень значительным был эффект» лучше убрать

Здесь никакая величина «эффекта» не измерена. Кроме того, нынешняя фраза создаёт впечатление, что исследователи сначала спрашивали одного человека, антисемит ли он, а затем «разоблачали» его более тонким методом. Не все использованные исследования имели такую последовательность.

Сохранить вашу мысль можно вполне живо:

> Вот только есть важный нюанс: прямое дистанцирование от ярлыков «нацист» или «антисемит» не означало отсутствия отдельных соответствующих убеждений. Менее прямые вопросы и групповые обсуждения выявляли латентные и противоречивые антисемитские, расистские и авторитарные установки, которые не улавливались простой самоидентификацией.

Групповые исследования действительно обнаруживали такое сочетание дистанцирования от национал-социализма с сохранением преобразованных антидемократических, расистских и антисемитских установок, но это преимущественно качественные, а не репрезентативные данные ([разбор Gruppenexperiment](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC)).

Вопрос о Гитлере нужно передать точнее. Было не «если бы Гитлер не начал войну» и не просто «величайшим»:

> В 1955 году 48% опрошенных согласились, что, если бы не война, Гитлер был бы одним из величайших немецких государственных деятелей.

Это отдельный прямой вопрос всему населению, а не результат «тонкого разоблачения» именно детской когорты. Поэтому лучше вынести его в отдельное предложение.

### 5. Tumin оставить можно, но нужна одна оговорка

Ваши `10%` и `29%` правильные. Год лучше обозначить как `1961–1962`, а вопрос относился именно к тому, что рассказывали учителя и родители:

> В западногерманском опросе 1961–1962 годов людей 19–35 лет спрашивали, насколько сильно то, что им рассказывали учителя и родители, повлияло на их отношение к евреям. Влияние учителей как сильное или очень сильное оценили около 10%, влияние родителей — около 29%.

После цифр обязательно добавил бы:

> Это ретроспективная самооценка: она не показывает направление и время воздействия, поэтому 10% нельзя считать оценкой эффекта именно нацистской школы. Но она всё же противоречит категорическому утверждению, что учитель в принципе не способен влиять на подобные установки.

Без второй фразы исследование в вашем контексте почти неизбежно будет воспринято как «10% были индоктринированы нацистскими учителями», чего оно не показывает ([GESIS ZA0194](https://doi.org/10.4232/1.0194)).

### 6. В абзаце о Voigtländer и Voth есть одна фактическая ошибка

Фраза:

> исходного уровня антисемитизма в регионе где ребёнок жил

неверна. Исследователи располагали местом проживания респондента в 1996/2006 годах, а не достоверным местом его детства. Поэтому нужно написать:

> кроме того, видна сильная связь с историческим уровнем антисемитизма в местности, где респондент жил во время позднего опроса; место его детства исследование непосредственно не наблюдало.

Также `школа/Hitlerjugend является` → `школа и Hitlerjugend являлись`.

Весь фрагмент можно минимально исправить так:

> В одной работе пытались оценить долгосрочный эффект нацистской индоктринации, и авторы сочли школу и Hitlerjugend наиболее вероятными важными каналами воздействия. Для устройства их исследования этот вывод, вполне возможно, слишком сильный: оно не измеряет школьное воздействие непосредственно и не отделяет школу от Hitlerjugend. Кроме того, результаты были особенно выражены в местностях с высоким историческим уровнем антисемитизма, хотя местность определялась по месту проживания респондента во время позднего опроса, а не по установленному месту его детства. Тем не менее по совокупности данных можно с очень большой уверенностью утверждать, что школа действительно могла влиять хотя бы на часть детей.

Последние слова `хотя бы на часть детей` важны: сообщения Sopade и отдельные случаи уверенно показывают существование воздействия, но не его среднюю величину для поколения. Сама статья использует именно данные о текущем месте проживания ([Voigtländer и Voth](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination.pdf)).

### 7. «Взгляды родителей по косвенным признакам» всё ещё некорректно

Такие признаки, как государственная занятость родителей, этничность, социальное положение или исторический антисемитизм местности, не являются измерением взглядов родителей.

Минимальная замена:

> При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты государственных учебных программ и политической социализации детей с попытками косвенно учесть семейный и региональный фон…

Это сохраняет вашу мысль и не приписывает исследованиям несуществующее измерение родительских убеждений.

### 8. Концовку нужно немного сузить

`Различия обнаруживались даже полвека` грамматически требует `спустя полвека`. Но важнее назвать различия когортными и не приписывать их целиком школе.

Предлагаю:

> Точно оценить самостоятельный вклад школы нельзя, но с высокой уверенностью можно утверждать следующее: дети не были иммунны к пропаганде и по крайней мере часть из них не только внешне подчинялась, но и принимала отдельные её положения. После падения режима соответствующие установки исчезли не сразу. Хотя открытая поддержка национал-социализма довольно быстро уменьшалась, по отдельным показателям когортные различия обнаруживались и более чем полвека спустя.

Последнее предложение я бы сделал таким:

> Поэтому уверенность, с которой ты говоришь про «фигу в кармане» и заранее списываешь фактор школьной идеологической среды со счетов, имеющимися данными не подтверждается.

Это точнее, чем `незначительность фактора школы преувеличена`: ваши данные устанавливают, что влияние не было заведомо нулевым и могло быть долговременным, но не дают надёжной отдельной оценки его величины в сравнении с семьёй, Hitlerjugend и остальной средой.

## Мелкие, но явные ошибки

Перед отправкой исправьте:

- `людям которые` → `людям, которые`;
- `то что` → `то, что`;
- `тому что` → `тому, что`;
- `в ту ситуация` → `в ту ситуацию`;
- `опросов оккупационной администраций` → `опросов оккупационной администрации`;
- `не стиралось с теми кто младше` → `не исчезало в сравнении с теми, кто младше`;
- `точно определить влияния фактора школы` → `точно оценить влияние школы`;
- в начале лучше выбрать либо `ты/твой`, либо `вы/ваш` и не переключаться между ними.

Ещё я бы заменил:

> твой ребёнок был бы нацистом в 1950-м

на:

> твой ребёнок в 1950-м разделял бы нацистские или антисемитские убеждения

Это сохраняет эмоциональную силу, но не смешивает отдельные установки с полноценной нацистской идентичностью.

После этих локальных исправлений существенных фактологических ошибок, разрушающих ваш аргумент, я не вижу. Ключевой тезис выдерживается: данные не позволяют измерить самостоятельный вклад школы, но категорическое представление о почти всеобщей детской «фиге в кармане» и мгновенном исчезновении усвоенных установок с историческими свидетельствами несовместимо.

# 49. Уточнение

> =="С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось (и если говорить про середину 1950-х, то по одобрению нацистского режима и поддержке демократии уже было действительно довольно мало; правда в опросе, демонстрировавшем это разбиение на возрастные группы не выделяло только это поколение, а захватывало также немного более старших людей), и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение в некоторых опросах даже показывало более высокие уровни антисемитизма (но не стиралось с теми кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения).
> Вот только есть нюанс — существование эффекта, когда, хотя человек не называл себя нацистом/антисемитом, при более тонких попытках (менее прямые вопросы в которых социально одобряемый ответ не так очевиден или групповые обсуждения) выяснить его взгляды, оказывалось, что человек имел очень много соответствующих убеждений (или, ещё пример: в 1955 48% опрошенных соглашались с утверждением, что если бы Гитлер не начал войну, то был бы одним из величайших немецким политическиъ деятелей)."==

Вы правильно убрали слово «значительным», но формула «существование эффекта, когда…» всё ещё неудачна: здесь не измеренный статистический эффект, а расхождение между общим дистанцированием от нацизма и согласием с отдельными его установками. Лучше прямо назвать это расхождением.

Кроме того, нужно исправить ещё три момента:

- Вейл анализировал не один опрос и не просто захватывал «немного более старших». Его когорта — люди, достигшие 21 года в 1933–1948 годах, приблизительно родившиеся в 1912–1927 годах. Она одновременно включает довольно взрослых при приходе нацистов и не включает младшую часть поколения нацистского детства.
- В поздних опросах корректнее говорить о «самых старших возрастных группах», а не о едином «более старшем поколении».
- Вопрос о Гитлере звучал не «если бы Гитлер не начал войну», а «если бы не война»; также было «одним из величайших немецких государственных деятелей».

Я бы сформулировал весь фрагмент так:

> С течением времени разрыв между поколением, чьё детство пришлось на нацистский режим, и старшими поколениями по прямому одобрению нацистского режима и поддержке демократии действительно сокращался, а после середины 1950-х был уже довольно небольшим. Правда, в анализе Вейла «нацистская когорта» определялась иначе: к ней относили людей, достигших 21 года в 1933–1948 годах, поэтому она не совпадает точно с поколением нацистского детства. В некоторых поздних опросах самые старшие возрастные группы даже показывали более высокий уровень антисемитизма. Однако разрыв с более молодыми, послевоенными когортами сохранялся: в ALLBUS 1996 и 2006 годов родившиеся в 1930-е по некоторым антисемитским показателям заметно превосходили родившихся позднее.
> 
> Вот только есть нюанс: исследования обнаруживали расхождение между общим дистанцированием от нацизма или антисемитизма и согласием с отдельными соответствующими установками. При менее прямых вопросах, в которых социально одобряемый ответ был не так очевиден, или в ходе групповых обсуждений человек мог дистанцироваться от соответствующего ярлыка и одновременно соглашаться со многими антисемитскими, расистскими или авторитарными суждениями. К той же общей картине относится опрос 1955 года: 48% западногерманских респондентов в целом согласились, что, если бы не война, Гитлер был бы одним из величайших немецких государственных деятелей.

Так абзац сохраняет вашу интонацию и мысль, но не создаёт впечатления, что всех этих людей сначала спрашивали «вы антисемит?», а затем индивидуально «разоблачали». Последний пример также теперь не выглядит частью именно «тонкой» методики и не приписывается целевой возрастной когорте.

# 50. Уточнение

> ==Так тогда опрос Вейла не очень-то и релевантен нашей теме.==

Аннотация 1 Да, для строго вашей когорты анализ Вейла лишь косвенно релевантен. Более того, это не один его опрос, а анализ серии чужих опросов с авторской группировкой респондентов. Его «нацистская когорта» слишком сильно отличается от поколения детей режима, чтобы уверенно писать на её основании: «уже к середине 1950-х разрыв именно у этих детей почти исчез».

Я бы поэтому Вейла из основного текста убрал и написал честнее:

> Открытая поддержка национал-социализма после войны довольно быстро уменьшалась. Однако достаточно точных данных, позволяющих уверенно сказать, что именно поколение нацистского детства уже к 1955 году полностью сравнялось со старшими поколениями, у нас нет. В любом случае исчезновение открытой поддержки режима не означало одновременного исчезновения отдельных антисемитских, расистских и авторитарных установок.

^45bcf3

Тогда структура аргумента становится даже чище:

- ранние OMGUS и Алленсбах непосредственно показывают особенно высокие показатели среди молодых;
- опрос 1955 года показывает сохранение благоприятной оценки Гитлера среди населения в целом, но не отдельно среди бывших детей;
- ALLBUS 1996/2006 непосредственно выделяет родившихся в 1930-е и показывает их отличие от послевоенных когорт;
- Вейл для этой цепочки необязателен.

Узкий тезис SnowBeaver — что к 1955 году последовательных и открытых нацистов среди них могло быть уже немного, — вполне может быть верным. Ошибка заключается в переходе от этого тезиса к утверждению, что внушённые установки «мгновенно осыпались» и, следовательно, школьным воздействием можно было не беспокоиться. Это совершенно разные выводы.

# 51. Уточнение

> ==Так в исследовании в Тайвани именно что предполагались взгляды родителей, разве нет?==

Да, применительно к тайваньскому исследованию вы правы: моё прежнее замечание было чрезмерно категоричным.

Авторы действительно рассматривали происхождение родителей как косвенный показатель вероятных семейных установок:

- сравнивали детей двух родителей-хокло с детьми, у которых хотя бы один родитель не принадлежал к хокло;
- показывали на других выборках, что происхождение родителей связано с вероятностью тайваньской самоидентификации;
- интерпретировали различия как различия в исходной семейной близости к тайваньской идентичности;
- обнаружили более сильное воздействие новой учебной программы среди респондентов, у которых хотя бы один родитель не был хокло.

То есть это не просто мой постфактум вывод: сами авторы использовали происхождение родителей как приближённый показатель прежних установок и влияния семьи. [Исследование Chen, Lin и Yang](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf).

Оговорка нужна только одна: настоящие убеждения родителей непосредственно не измерялись. Более того, происхождение родителей тесно связано с этническим составом местности, поэтому исследование не позволяет совершенно чисто отделить влияние семьи от окружения.

Поэтому ваша формулировка в целом допустима, особенно если добавить слово «предполагаемых»:

> При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты государственной пропаганды на детей — с попыткой косвенно учесть предполагаемые взгляды их родителей.

Ещё точнее, но немного тяжелее:

> …с использованием происхождения родителей как косвенного показателя исходных установок семьи.

Наконец, в тайваньской работе речь конкретно о **национальной идентичности родителей**, а не обо всём комплексе их политических взглядов. Но для вашего общего аргумента это различие не принципиально.

# 52. Уточнение по релевантным опросам 1950-х

[[#^45bcf3]]
> ==А точно нет? Опросы Вейла это единственные работы того времени? Может можно всё-таки как-то более точно оценить различия взглядов поколения, чьё детство пришлось на нацистский режим и более старших поколений в середине-конце 1950-х?==

Да. Моё прежнее «достаточно точных данных нет» было слишком категоричным. Точнее будет: данные существуют, но они позволяют оценивать различия только по отдельным вопросам и широким возрастным группам, а не вывести единый показатель для строго определённого «поколения нацистского детства». 

Во-первых, выражение «опросы Вейла» не совсем верно. Вейл главным образом повторно анализировал множество более ранних опросов Allensbach, EMNID, OMGUS/HICOG и архивных таблиц. Он прямо пишет, что исходные индивидуальные данные некоторых исследований уже не сохранились, поэтому ему приходилось пользоваться опубликованными возрастными разбивками. [Статья Вейла](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf) [[Weil94CohTransDemocGer.pdf]]

Помимо Вейла имеются, в частности:

- серии репрезентативных опросов Allensbach;
- обследование DIVO 1956 года;
- исследования молодёжи EMNID;
- анализы Бойнтона и Лёвенберга по опросам 1951–1967 годов;
- сохранившийся массив Allensbach 1959 года — 1 038 респондентов и 34 переменные. [Описание массива GESIS](https://search.gesis.org/research_data/ZA1540?lang=en) [[ZA1540_cod.pdf]]

Самое содержательное сравнение выглядит так:

|Показатель|Результат|
|---|---|
|Поддержка парламентаризма|В 1951–1953 годах респонденты старше 60 лет заметно больше поддерживали необходимость полноценного парламента, чем младшие 30 лет. В 1956 году уровни сравнялись, после чего младшие стали даже более парламентарными. Это достаточно сильное свидетельство быстрой демократической ресоциализации — но только по одному институциональному показателю. [Boynton & Loewenberg, 1973](https://www.cambridge.org/core/journals/british-journal-of-political-science/article/abs/development-of-public-support-for-parliament-in-germany-195159/150BFD357EDF9D02A816BFB34EC4467C)|
|Положительная оценка Гитлера|На вопрос, был бы Гитлер без войны одним из величайших немецких государственных деятелей, отвечали «да» 47,7% населения в 1955 году, 42,6% в 1956-м и 41,2% в 1959-м. У младших 30 лет показатель в 1955–1959 годах оставался заметно выше, чем у старше 60 лет.|
|Размер этого возрастного разрыва|На авторской стандартизованной шкале разрыв между младшими 30 лет и старше 60 составлял приблизительно 2,5 единицы в 1956 году и около 1,3 в 1959-м. Это не процентные пункты, поэтому переводить эти значения в доли людей нельзя, но график однозначно не показывает полного выравнивания к 1955 или даже к 1959 году.|
|Сравнение с ближайшей старшей группой|В отдельной публикации результатов опроса 1959 года положительный ответ дали 42% респондентов 18–29 лет и 55% респондентов 30–44 лет. То есть молодые были менее благосклонны к Гитлеру, чем ближайшая старшая группа, хотя сама доля 42% оставалась очень высокой. [Современное сообщение об опросе](https://www.jta.org/archive/poll-in-germany-shows-large-proportion-of-youth-believes-in-nazism)|

График Бойнтона и Лёвенберга я проверил непосредственно в оригинальном PDF: сами авторы заключают, что младшая группа первоначально была наиболее благосклонна к гитлеровскому режиму, разрыв затем заметно сокращался, но исчезал уже ближе к концу 1960-х, а не к 1955 году. [[boynton-loewenberg-1974.pdf]]

Почему результаты не противоречат друг другу? Потому что сравниваются разные старшие группы:

- «младше 30 против старше 60» — молодые выглядят гораздо более прогитлеровскими;
- «18–29 против 30–44» — более прогитлеровской оказывается группа 30–44 лет.

Это соответствует скорее горбообразному распределению: максимум остаточной симпатии мог приходиться не на самых молодых, а на несколько более старшую когорту, сильнее вовлечённую в нацистскую социализацию и организации.

Есть и неизбежная проблема границ. В 1959 году:

- 18–29 лет — родившиеся приблизительно в 1930–1941 годах: в основном дети режима, но младшие почти не могли его сознательно помнить;
- 30–44 года — родившиеся в 1915–1929 годах: смесь детей, подростков и уже молодых взрослых периода нацизма;
- старше 60 — явно донацистское поколение.

Даже в сохранившемся массиве возраст записан этими готовыми интервалами, поэтому выделить, например, строго родившихся в 1924–1937 годах уже невозможно.

Итоговая максимально точная формулировка:

> К середине 1950-х различия между возрастными группами по поддержке новых демократических институтов действительно резко сократились: по одному показателю поддержки парламента младшие 30 лет сравнялись со старше 60 примерно в 1956 году. Однако по прямой благоприятной оценке Гитлера заметный разрыв между младшими 30 и старше 60 сохранялся и в 1959 году. При сравнении с группой 30–44 лет молодые, напротив, оказывались менее прогитлеровскими — 42% против 55%. Поэтому утверждение, что «к 1955 году бывшие дети нацистской Германии уже ничем не отличались от старших», некорректно: результат зависел от конкретной установки и от того, с какой именно старшей группой их сравнивали.

То есть SnowBeaver может обоснованно говорить о довольно быстрой послевоенной переориентации. Но превратить это в тезис «к 1955 году последствий нацистской социализации уже не было» данные не позволяют.

# 53. Уточнение

> ==Текущая версия:==
> 
> ==С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось (и если говорить про середину 1950-х, то показатели для *возраст × вопрос* могли отличаться в разные стороны; но если брать в целом, то да, отличия уже действительно сильно сглаживались), и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение в некоторых опросах даже показывало более высокие уровни антисемитизма (но не стиралось с теми кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения).==

Смысл теперь корректный, но фраза «если брать в целом» уязвима: никакого единого совокупного показателя у нас нет. Лучше сказать, что картина зависела от вопроса и группы сравнения.

Предлагаю такую редакцию:

> С течением времени различия между поколением, чьё детство пришлось на нацистский режим, и более старшими поколениями действительно сокращались. К середине 1950-х картина уже зависела от конкретного вопроса и от того, с какой возрастной группой проводилось сравнение: по одним показателям различия почти исчезали или даже меняли направление, по другим — в частности, по благоприятной оценке Гитлера при сравнении с самым старшим поколением — ещё сохранялись. Поэтому можно говорить о сильном сглаживании первоначальных различий, но не об их полном исчезновении.
> 
> Ближе к рубежу веков самые старшие поколения в некоторых опросах даже показывали более высокий уровень антисемитизма. Однако различия с более молодыми, послевоенными поколениями сохранялись: среди поколения, чьё детство прошло при нацистском режиме, соответствующие установки встречались заметно чаще, чем среди следующего поколения.

Это исправляет четыре проблемы исходной версии:

- «между этим» → «между этим поколением»;
- не создаёт впечатления, будто существует единый показатель взглядов «в целом»;
- уточняет, что направление различий зависело также от выбранной старшей группы;
- заменяет двусмысленное «значительно выше» на «заметно чаще»: слово «значительно» могут ошибочно понять как заявление о статистической значимости.

# 54. Подготовка финального ответа

Моя текущая версия ответа:

Ты отвечаешь на пост про то, что людям, которые заботятся о своих детях стоит нанимать своим детям учителей и т.п., т.к. в школе им могут промыть мозги. И ответ твой был такой, что типа это фигня, а не причина, и даже если вы не поддерживаете то, что пытаются им вбить в голову в школе, то не переживайте особо за это. Утверждение что дети всё понимают и промыть мозги им не получится, честно говоря, кажется мне просто противоречащим здравому смыслу, даже не понимаю как такое можно всерьёз писать. Но то, что какой-то процент детей именно такие, и то что есть разница между внешним поведением и внутренними убеждениями — да, тут согласен. Какой процент это уже другой вопрос. И, возвращаясь к первоначальному вопросу, готовы ли вы рискнуть, и проверить — входит ли ваш ребёнок в этот процент, сможет ли противостоять тому, что в школе все вокруг либо одобряют это, либо просто не высказываются — тоже отдельный вопрос. И даже если мы считаем, что после смены режима, спустя какое-то время ребёнок изменит свои взгляды — лично я бы не хотел, чтобы мой ребёнок имел некоторые убеждения даже только лишь какое-то время. Если перенести тебя в ту ситуацию — тебе что, реально было бы ок, что твой ребёнок был бы нацистом, условно в 1950-м, но к 1955-му бы уже не был?

Теперь, собственно, про детей в нацистской Германии.

Результаты опросов аммериканской оккупационной администрации 1946 и 1948 годов дали такую классификацию:  
Racists: 22% → 26% (там довольно странная и явно не лучшая шкала градаций, упрощённо можно обозначить как: вера в расовую иерархию, но недостаточно прямых антиеврейских ответов для следующей категории; короче, некоторая промежуточная категория составной шкалы)  
Anti-Semites: 21% → 19% (явно антисемитские ответы)  
Intense anti-Semites: 18% → 14% (наиболее выраженный антисемитизм)

И для 1948 есть разбиение именно по "Anti-Semites + Intense anti-Semites" по возрастным категориям:  
15-17: 51%  
18-19: 53%  
т.е. гораздо больше среднего.

Также есть опрос 1947 года где называли национал-социализм хорошей идеей, которая была плохо реализована:  
68% людей младше 30 лет  
55% людей всего

В опросе 1949 года на вопрос воспринимали ли они с верой антиеврейскую пропаганду:  
до 30 лет: 30% ответили что верили  
30-49: 19%  
50-64: 17%  
65+: 13%

С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось (и если говорить про середину 1950-х, то показатели для _возраст × вопрос_ могли отличаться в разные стороны; но если попытаться оценить в совокупности, то да, отличия уже действительно сильно сглаживались), и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение в некоторых опросах даже показывало более высокие уровни антисемитизма (но не стиралось с теми кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения).

Вот только есть нюанс — существование эффекта, когда, хотя человек не называл себя нацистом/антисемитом, при более тонких попытках (менее прямые вопросы в которых социально одобряемый ответ не так очевиден или групповые обсуждения) выяснить его взгляды, оказывалось, что человек имел очень много соответствующих убеждений (или, ещё пример: в 1955 48% опрошенных соглашались с утверждением, что если бы Гитлер не начал войну, то был бы одним из величайших немецким политических деятелей).

Теперь о влиянии именно школы на такие взгляды. В опросе 1961 года на вопрос о том что и как сильно повлияло на их отношение к евреям группа людей 19-35 лет ответила "сильно" или "очень сильно":  
учителя: 10%  
родители: 29%  
Тут есть некоторые проблемы — часть этой группы не застало нацистский период, не спрашивали в какую сторону повлияли и т.п., но это всё равно показывает что по мнению части самих людей, учителя имели на них влияние.

В одной работе пытались выявить именно эффект госпропаганды, и там исследователи сделали вывод что школа/Hitlerjugend, вероятно, являлись существенным фактором (для их исследования, это утверждение, вполне возможно, слишком сильное; кроме того по опросам ближе к рубежу веков видно сильное влияние исходного уровня антисемитизма в регионе где ребёнок жил во время опроса (где жил в детстве не было указано) на взгляды людей того поколения во времена проведения опроса), тем не менее, по совокупности данных, можно с очень большой уверенностью утверждать что школа действительно оказывала влияние хотя бы на часть детей (вообще, непосредственно об этом также есть отчёты подпольных агентов Социал-демократической партии, кроме того есть и просто задокументированные единичные ярко иллюстрирующие это случаи).

При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты госпропаганды на детей (с учётом предполагаемых по косвенным признакам взглядов их родителей), и, хотя в этих исследованиях бывают разные результаты, можно точно утверждать что отмахиваться от этого эффекта нельзя.

Точно определить влияния фактора школы нельзя, но практически точно можно утверждать следующее: дети не были иммунны к пропаганде и у части из них наблюдалось внутреннее принятие её отдельных положений, а последствия не исчезли сразу после падения режима (хотя открытая поддержка национал-социализма после 1945 года довольно быстро уменьшалась, соответствующие установки исчезли не сразу, и различия поколений обнаруживались даже через полвека).

Поэтому все эти утверждения про фигу в кармане и незначительность фактора школы, в лучшем случае, преувеличены.

Проверь как абсолютно нейтральный объективный наблюдатель мой ответ на логические ошибки, полноту (в том числе не были ли упущены/не рассмотрены какие-то важные для данного вопроса исследования), корректность и точность формулировок. Учитывай что это формат ответа для форума, а не академическая статья, поэтому необходим не слишком строгий стиль, не слишком большое количество уточнений и т.п.; важно чтобы во всём ключевом не было каких-то ошибок, и чтобы любая критика ответа уже упиралась в мелкие неточности и т.п., а всё принципиальное было корректно.

---

**Основной вывод вашего ответа обоснован: считать детей практически невосприимчивыми к пропаганде и уверенно ожидать исчезновения усвоенных установок после падения режима нельзя.** При этом в тексте остаются два содержательно важных места, где вывод получается сильнее доказательств, и несколько небольших фактических неточностей. Полностью переписывать ответ или превращать его в академическую статью не требуется.

Я изучил историю обсуждения, проверил актуальный текст и сами сообщения SnowBeaver. Вы спорите с действительно высказанной позицией: формулировки «не сможет никакой классный руководитель» и «картина мира мгновенно осыпается» у него есть. Поэтому исторический контрпример здесь уместен. [Исходное обсуждение](https://forum.gipsyteam.ru/index.php?viewtopic=151513&st=4120#entry8290411).

**1. Главная логическая уязвимость — переход от существования влияния к его существенной величине.**

В основной части вы правильно ограничиваете вывод: школа влияла **хотя бы на часть детей**, а её самостоятельный вклад точно определить нельзя. Но последнее предложение:

> Поэтому все эти утверждения про фигу в кармане и незначительность фактора школы, в лучшем случае, преувеличены.

немного выходит за эти рамки. Влияние на часть детей совместимо и с небольшим, и с большим средним эффектом. Поэтому доказанное существование влияния само по себе ещё не опровергает его _незначительность в конкретной ситуации_.

Это не разрушает ваш аргумент: категорическое отрицание возможности воздействия опровергается и без определения его величины. Просто лучше направить заключение именно против необоснованной уверенности:

> Поэтому уверенно успокаивать родителей тем, что дети всё понимают, держат фигу в кармане и школьная пропаганда практически на них не повлияет, оснований нет.

Здесь же полезно один раз явно сказать:

> Само наличие антисемитизма после войны ещё не показывает, какую его часть создала нацистская пропаганда: такие предубеждения существовали и раньше.

Вы уже затрагиваете это через региональные различия, но отдельная короткая фраза сделает логику понятнее. Исследование Voigtländer и Voth действительно обнаруживает особенности поколений, выросших при нацизме; однако самостоятельное воздействие школы оно непосредственно не измеряет. [Статья](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination.pdf), [методологическое приложение](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination_Online_Appendix.pdf).

**2. Абзац о стирании поколенческих различий всё ещё слишком обобщён.**

Особенно уязвимо:

> …если попытаться оценить в совокупности, то да, отличия уже действительно сильно сглаживались…

Проблема не в том, что качественно обобщать исследования запрещено. Проблема в том, что здесь соединяются **разные вопросы, разные возрастные границы и разные поколения**. Например, «младше 30 лет» в 1947 и 1959 годах — уже существенно разные группы людей. Нельзя без дополнительного анализа представить их как одно поколение, взгляды которого последовательно отслеживали.

Основания говорить о сильном сближении по некоторым политическим показателям есть. Но вывод о сближении именно бывших детей нацистской Германии _в совокупности по всем рассматриваемым установкам_ значительно менее надёжен. [Анализ Вейла](https://www.lsu.edu/faculty/fweil/Weil94CohTransDemocGer.pdf). ^61d861

Я бы заменил соответствующую часть примерно так:

> В послевоенные годы по ряду вопросов — в частности, об отношении к прежнему режиму и демократии — различия между возрастными группами действительно сильно сокращались. Но картина зависела от конкретного вопроса и группы сравнения, поэтому говорить об исчезновении всех различий нельзя. В опросах 1996 и 2006 годов родившиеся в 1930-е всё ещё заметно выделялись по выраженным антисемитским установкам по сравнению с родившимися позднее.

Последнее предложение подтверждается исследованием ALLBUS, но оно показывает различия **в момент поздних опросов**, а не непрерывно прослеженную историю убеждений одних людей. Для форума достаточно избежать слов, которые создают впечатление такого непрерывного наблюдения. [Voigtländer и Voth](https://www.anderson.ucla.edu/faculty_pages/nico.v/Research/PNAS_Indoctrination.pdf).

Фразу про самых старших, которые «ближе к рубежу веков» показывали больший антисемитизм, я бы изменил на **«в некоторых более поздних опросах»**. В вашей истории конкретная опора здесь — прежде всего исследование Bergmann и Erb 1987 года. Его возрастную таблицу независимо повторно проверить мне не удалось, поэтому эту часть я не могу считать столь же надёжно перепроверенной, как остальные приведённые числа.

**Численные данные в целом оказались правильными.** Проверка дала следующие результаты:

|Фрагмент|Оценка и необходимая правка|
|---|---|
|**1946 → 1948: 22 → 26%, 21 → 19%, 18 → 14%**|Подтверждено. Нужно уточнить, что речь об **американской оккупационной зоне**, а не всей Германии. Стрелки допустимы: вы нигде не утверждаете, что повторно опрашивали тех же людей. [Отчёт OMGUS](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-prejudice-and-antisemitism-april-1948).|
|**1948: 51% среди 15–17-летних и 53% среди 18–19-летних**|Подтверждено непосредственно по оригинальной таблице: соответственно 29 + 22 и 32 + 21%. Формулировка «гораздо больше среднего» содержательно верна. [Оригинал Report No. 122, с. 9](https://archive.org/details/674036_3).|
|**1947: 68% младше 30 лет и 55% в целом**|Подтверждено для августа 1947 года. Заменить «55% людей всего» на **«55% всех опрошенных»**. Исследование охватывало американскую зону и американский и британский секторы Берлина. [Публикация OMGUS](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47).|
|**1949: 30 / 19 / 17 / 13%**|Числа подтверждены. Лучше вводная: **«В опросе 1949 года, вспоминая нацистский период, о том, что они верили антиеврейской пропаганде, сообщили…»** Исходный вопрос был шире — об изменении отношения к евреям при национал-социализме. Ваша формула «ответили, что верили» уже правильно отделяет сообщение человека от независимой проверки его прошлого. [Reuband, с. 241, примечание 45](https://d-nb.info/118684521X/34).|
|**1955: 48% о Гитлере**|Подтверждено: 47,7%, округление нормальное. Точнее **«если бы не война»**, а не «если бы Гитлер не начал войну», и «одним из величайших немецких государственных деятелей». Это результат по опрошенному населению в целом. [Boynton и Loewenberg, таблица 1](https://doi.org/10.1017/S0007123400009662).|
|**1961: учителя 10%, родители 29%**|Подтверждено: 4 + 6% и 9 + 20%. Точнее датировать **1961–1962 годами**. Явная ошибка — «часть этой группы не застала нацистский период»: все родились до его окончания. Нужно **«младшие представители группы не успели учиться в нацистской школе»**. [Материалы исследования](https://doi.org/10.4232/1.0194).|

Описание категории _Racists_ для форума приемлемо. Если сокращать, достаточно: **«промежуточная категория составной шкалы, отражавшая прежде всего общие расистские установки»**. Подробная реконструкция границ этой категории вашему аргументу почти ничего не добавляет.

В абзаце про учителей вы **уже достаточно честно ограничили вывод** словами «по мнению части самих людей» и оговоркой о неизвестном направлении воздействия. Требовать здесь ещё полстраницы методологических уточнений я бы не стал. Но использовать эти 10% как долю детей, которым школа привила антисемитизм, разумеется, нельзя — и вы этого не делаете.

Есть ещё три короткие правки формулировок.

- **Про регион:** вместо «видно сильное влияние исходного уровня антисемитизма в регионе, где ребёнок жил во время опроса» лучше написать:
    
    > «обнаружена связь с историческим уровнем антисемитизма в местности, где взрослый респондент жил во время опроса; место его детства неизвестно».  
    > Здесь нужны и замена «ребёнка» на взрослого, и более осторожное слово «связь». При этом местные предубеждения могли усиливать действие пропаганды, поэтому их роль не обязательно является альтернативой школьному влиянию.
    
- **Про скрытые установки:** основная мысль верна, но её можно выразить точнее и проще:
    
    > «Отказ от нацистской самоидентификации мог сочетаться с сохранением отдельных антисемитских и расовых представлений — такое сочетание обнаруживалось, например, в групповых обсуждениях».  
    > Это не обязательно означало сознательное притворство: человек мог искренне отвергать нацизм, сохраняя часть предубеждений. Именно такое сочетание хорошо показывает анализ дискуссии 1950 года. [Knatz](https://www.cambridge.org/core/journals/central-european-history/article/perils-of-privacy-and-passivity-antidemocratic-racist-and-antisemitic-sentiments-in-postwar-west-germany/20F2E2F41C284FD987793BD17F74F4EC).
    
- **Про быстрое уменьшение поддержки после 1945 года:** лучше **«в дальнейшем поддержка нацизма существенно снизилась»**. Сразу после войны движение не было устойчиво нисходящим: доля называвших нацизм хорошей, но плохо осуществлённой идеей сначала снижалась, затем снова выросла. Это уточнение не меняет вашего аргумента. [Серия OMGUS](https://germanhistorydocs.org/en/occupation-and-the-emergence-of-two-states-1945-1961/omgus-survey-of-trends-in-attitudes-toward-national-socialism-1945-47).
    

**По полноте исследований: работы, которая переворачивала бы ваш осторожный основной вывод, среди проверенных я не обнаружил.** Но заключительный абзац о других странах стоит сделать конкретнее. Сейчас читатель получает «есть исследования» и «бывают разные результаты», не понимая, насколько различаются результаты.

Для сбалансированной картины важны четыре примера:

- **Cantoni и соавторы, Китай:** изменение школьной программы повлияло на ряд политических установок изученной группы студентов. Это более прямое свидетельство возможностей школьного воздействия, чем простое сравнение немецких поколений. [Исследование 2017 года](https://www.journals.uchicago.edu/doi/abs/10.1086/690951).
- **Chen, Lin и Yang, Тайвань:** изменение программы повлияло на национальную идентичность; различия обнаруживались через 5–10 лет, но не через 11–20 лет. Происхождение родителей действительно использовалось как косвенный показатель семейных установок. Поэтому ваша формулировка **«предполагаемых по косвенным признакам взглядов» допустима** — прежняя категорическая критика этого места в истории обсуждения была избыточной. [Исследование](https://wei-lin-chen.github.io/website/JDE_RR_weilinchen.pdf).
- **Kao, Китай:** в более широкой выборке среднего эффекта реформы не обнаружено; результаты зависели от семейного фона. Кроме того, автор не исключает усвоения «правильных ответов» вместо изменения убеждений. Это важный противовес положительным результатам первой китайской работы. [Исследование 2021 года](https://www.jaykao.com/files/POQ-2021.pdf).
- **Fouka, США:** запрет немецкого языка в школах дал обратный ожидаемому результат — усилил немецкую идентичность. Это показывает возможность сопротивления и ответного усиления семейного влияния. [Исследование 2020 года](https://academic.oup.com/restud/article/87/1/204/5472346).

В форумный текст необязательно переносить весь список. Достаточно заменить расплывчатую фразу на:

> Есть и исследования государственных учебных программ в других странах. Они обнаруживают как изменение установок в нужную государству сторону, так и отсутствие среднего эффекта или обратную реакцию; многое зависит от семьи и окружения. Поэтому заранее считать такое воздействие безрезультатным нельзя.

Из действительно нового обнаружилась работа 2026 года о российских «Разговорах о важном». Она находит различия в выражаемой лояльности, но основана на добровольной студенческой выборке и не позволяет уверенно отделить изменение убеждений от страха санкций. **Добавлять её ради полноты в форумный ответ необязательно:** основной спор она не разрешает. [Fominykh и соавторы](https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/1060586X.2026.2643798).

Наконец, ваше эмоциональное начало само по себе не является логической ошибкой. «Мне это противоречит здравому смыслу» здесь выражает исходное сомнение, после которого вы приводите данные. Гипотетический вопрос про ребёнка-нациста в 1950 году тоже не означает, что вы объявляете всех антисемитских респондентов нацистами. Можно смягчить тон ради убедительности, но это редакционный выбор.

А вот одну короткую мысль я бы добавил: **ребёнок может одновременно иронизировать над официальными ритуалами и усваивать отдельные стереотипы или представления.** Это непосредственно отвечает на аргумент про «фигу в кармане» и избавляет от ненужного деления детей на полностью восприимчивых и полностью невосприимчивых.

# 55. Уточнение

[[#^61d861]]
> ==Я понимаю что это не строгий вывод, но в целом, вроде достаточно обоснованный чтобы делать такое утверждение в формате форумной дискуссии, разве нет?==

Да, **с учётом уже имеющейся у вас оговорки о разных вопросах и возрастных группах это достаточно обоснованное обобщение для форумной дискуссии**. В предыдущем ответе я предъявил к этому месту излишне строгие требования. Аннотация 1

Более того, я незаметно усилил ваше утверждение: **«если оценить в совокупности» не означает «по всем рассматриваемым установкам»**. Первое допускает неоднородную картину и исключения. Второе предполагает гораздо более универсальное сближение, которого вы не утверждали.

Чтобы качественно обобщить несколько исследований, действительно необязательно иметь единый численный показатель. Есть основания говорить о заметном послевоенном сокращении первоначальных различий; одновременно вы прямо признаёте, что к середине 1950-х результат зависел от вопроса и группы сравнения. Для форумного формата это разумный уровень точности.

Остаётся более узкая уязвимость: исследования не всегда выделяют одно и то же поколение, поэтому говорить именно о **бывших детях нацистской Германии** несколько увереннее, чем о различиях между изученными возрастными группами. Но это ограничение точности обобщения, а не основание объявлять ваш общий вывод ошибочным.

Я бы ограничился небольшой редакцией:

> С течением времени первоначальные различия между поколением, выросшим при нацистском режиме, и старшими поколениями в целом заметно сокращались. К середине 1950-х картина уже зависела от конкретного вопроса и возрастной группы: по одним показателям различия почти исчезали или меняли направление, по другим ещё сохранялись.

**Вашу исходную формулировку я не стал бы относить к принципиальным ошибкам.** Предложенная замена главным образом делает её яснее и убирает впечатление более однозначной динамики, чем показывают данные.

# 56. Почти финальная версия

Ты отвечаешь на пост про то, что людям, которые заботятся о своих детях стоит нанимать своим детям учителей и т.п., т.к. в школе им могут промыть мозги. И ответ твой был такой, что типа это фигня, а не причина, и даже если вы не поддерживаете то, что пытаются им вбить в голову в школе, то не переживайте особо за это. Утверждение что дети всё понимают и промыть мозги им не получится, честно говоря, кажется мне просто противоречащим здравому смыслу, даже не понимаю как такое можно всерьёз писать. Но то, что какой-то процент детей именно такие, и то что есть разница между внешним поведением и внутренними убеждениями — да, тут согласен. Какой процент это уже другой вопрос (и это не говоря о том что можно одновременно и иронизировать над официальными ритуалами и усваивать отдельные навязываемые убеждения/взгляды). И, возвращаясь к первоначальному вопросу, готовы ли вы рискнуть, и проверить — входит ли ваш ребёнок в этот процент, сможет ли противостоять тому, что в школе все вокруг либо одобряют это, либо просто не высказываются — тоже отдельный вопрос. И даже если мы считаем, что после смены режима, спустя какое-то время ребёнок изменит свои взгляды — лично я бы не хотел, чтобы мой ребёнок имел некоторые убеждения даже только лишь какое-то время. Если перенести тебя в ту ситуацию — тебе что, реально было бы ок, что твой ребёнок был бы нацистом, условно в 1950-м, но к 1955-му бы уже не был?

Теперь, собственно, про детей в нацистской Германии.

Результаты опросов аммериканской оккупационной администрации 1946 и 1948 годов дали такую классификацию:  
Racists: 22% → 26% (там довольно странная и явно не лучшая шкала градаций, упрощённо можно обозначить как: вера в расовую иерархию, но недостаточно прямых антиеврейских ответов для следующей категории; короче, некоторая промежуточная категория составной шкалы)  
Anti-Semites: 21% → 19% (явно антисемитские ответы)  
Intense anti-Semites: 18% → 14% (наиболее выраженный антисемитизм)

И для 1948 есть разбиение именно по "Anti-Semites + Intense anti-Semites" по возрастным категориям:  
15-17: 51%  
18-19: 53%  
т.е. гораздо больше среднего.

Также есть опрос 1947 года где называли национал-социализм хорошей идеей, которая была плохо реализована:  
68% опрошенных младше 30 лет  
55% всех опрошенных

В опросе 1949 года на вопрос верили ли они антиеврейской пропаганде:  
до 30 лет: 30% ответили что верили  
30-49: 19%  
50-64: 17%  
65+: 13%

С течением времени различие между этим (те, чьё детство пришлось на нацистский режим) и более старшим поколением действительно стиралось (и если говорить про середину 1950-х, то показатели для _возраст × вопрос_ могли отличаться в разные стороны; но если попытаться оценить в совокупности, то да, отличия уже действительно сильно сглаживались), и уже ближе к рубежу веков более старшее поколение в некоторых опросах даже показывало более высокие уровни антисемитизма (но не стиралось с теми кто младше — даже в опросах на рубеже веков доля людей с подобными убеждениями среди поколения, детство которых пришлось на нацистский режим была значительно выше следующего поколения).

Вот только есть нюанс — существование эффекта, когда, хотя человек не называл себя нацистом/антисемитом, при более тонких попытках (менее прямые вопросы в которых социально одобряемый ответ не так очевиден или групповые обсуждения) выяснить его взгляды, оказывалось, что человек мог иметь очень много соответствующих нацизму/антисемитизму убеждений (или, ещё пример: в 1955 48% опрошенных соглашались с утверждением, что если бы Гитлер не начал войну, то был бы одним из величайших немецким политических деятелей).

Теперь о влиянии именно школы на такие взгляды. В опросе 1961 года на вопрос о том что и как сильно повлияло на их отношение к евреям группа людей 19-35 лет ответила "сильно" или "очень сильно":  
учителя: 10%  
родители: 29%  
Тут есть некоторые проблемы — часть этой группы застали нацистский режим в сознательном возрасте довольно маленький период времени; их не спрашивали в какую сторону повлияли и т.п.; но это всё равно показывает что по мнению части самих людей, учителя имели на них влияние.

В одной работе пытались выявить именно эффект госпропаганды, и там исследователи сделали вывод что школа/Hitlerjugend, вероятно, являлись существенным фактором (для их исследования, это утверждение, вполне возможно, слишком сильное; кроме того по опросам ближе к рубежу веков обнаружена существенная связь исходного уровня антисемитизма в регионе где опрашиваемый жил во время опроса (где жил в детстве не было указано) на взгляды людей того поколения во времена проведения опроса), тем не менее, по совокупности данных, можно с очень большой уверенностью утверждать что школа действительно оказывала влияние хотя бы на часть детей (вообще, непосредственно об этом также есть отчёты подпольных агентов Социал-демократической партии, кроме того есть и просто задокументированные единичные ярко иллюстрирующие это случаи).

При этом есть исследования, пытающиеся выявить эффекты госпропаганды на детей (с учётом предполагаемых по косвенным признакам взглядов их родителей), и, хотя в этих исследованиях бывают разные результаты (в т.ч. отсутствие эффекта или обратный эффект), можно точно утверждать что отмахиваться от этого эффекта нельзя.

Точно определить влияния фактора школы нельзя, но практически точно можно утверждать следующее: дети не были иммунны к пропаганде и у части из них наблюдалось внутреннее принятие её отдельных положений, а последствия не исчезли сразу после падения режима (хотя открытая поддержка национал-социализма после 1945 года довольно быстро уменьшалась, соответствующие установки исчезли не сразу, и различия поколений обнаруживались даже через полвека).

Поэтому вот эти вот уверенные успокоения про фигу в кармане, мягко говоря, сомнительны.

---

**Теперь существенных логических ошибок в основном аргументе я не вижу.** Заключение соответствует приведённым доказательствам: вы оспариваете уверенность в безрезультатности школьного воздействия, а не утверждаете, что установлен его большой самостоятельный эффект.

Добавления про сочетание иронии с усвоением убеждений и про отсутствие либо обратное направление эффекта в некоторых исследованиях устраняют важные возможности неверного прочтения. Абзац о сглаживании поколенческих различий, с учётом нашего последнего обсуждения и ваших оговорок, **считаю допустимым для форума**.

Перед отправкой я бы внёс несколько локальных поправок.

1. **Уточнить географию ранних опросов.** «Американская администрация» обозначает организатора, но не территорию исследования. Лучше:
    
    > Опросы американской оккупационной администрации, проведённые в американской зоне в 1946 и 1948 годах, дали такую классификацию…
    
2. **Точнее передать вопрос 1955 года:**
    
    > …в 1955 году 48% опрошенных соглашались, что, если бы не война, Гитлер был бы одним из величайших немецких государственных деятелей.
    
    Это одновременно исправляет формулировку вопроса и «немецким» → «немецких».
    
3. **В абзаце об учителях поставить «1961–1962 годов»**, а нынешнюю несколько громоздкую возрастную оговорку заменить на:
    
    > Тут есть некоторые проблемы: младшие представители этой группы не успели учиться в нацистской школе; не спрашивали, в какую сторону повлияли учителя, и т. п.
    
    Ваш вывод после этой оговорки корректен: люди **сами оценивали** влияние учителей как ненулевое.
    
4. **Исправить предложение о региональной связи.** Сейчас получилось грамматически неверное «связь уровня… на взгляды». Например:
    
    > …кроме того, обнаружена существенная связь между историческим уровнем антисемитизма в местности и взглядами людей этого поколения; причём известно место проживания респондента во время опроса, а не в детстве…
    
1. **Слегка уточнить две временные формулировки:** ^3cdc54
    
    - «ближе к рубежу веков более старшее поколение в некоторых опросах…» → **«в некоторых более поздних опросах самые старшие возрастные группы…»**. Это лучше соответствует обсуждавшимся данным, включая 1987 год.
    - «открытая поддержка национал-социализма после 1945 года довольно быстро уменьшалась» → **«в дальнейшем поддержка национал-социализма существенно снизилась»**. Первый вариант может подразумевать устойчивое снижение сразу после войны, которого опросы не показывают.

Из оставшейся языковой правки: **«аммериканской» → «американской»**, **«между этим» → «между этим поколением»**, **«точно определить влияния фактора школы» → «точно оценить самостоятельное влияние школы»**.

Дополнительных исследований или новых пространных оговорок для обоснования вашего нынешнего вывода не требуется. Самая важная правка уже сделана: последняя фраза теперь критикует именно **необоснованно уверенное успокоение родителей**.

# 57. Уточнение

[[#^3cdc54]]
> ==Понятно что это не строго монотонное по всем опросам снижение. Я имею в виду, что если мы, условно, рассмотрим опросы за промежутки, условно, по 5 лет, то в среднем увидим снижение нацистских/антисемитских взглядов. Выразился сейчас немного коряво, но думаю, всё-таки смысл понятен.==

Да, смысл понятен. **Немонотонность сама по себе не опровергает вашу формулировку:** «после войны поддержка уменьшалась» в обычной речи означает общую тенденцию, а не снижение в каждом следующем опросе. Моё замечание в этой части было излишне буквальным. Аннотация 1

Пятилетние промежутки я понимаю как пояснение масштаба, на котором вы предлагаете смотреть на изменения, а не как утверждение о рассчитанных средних значениях.

При этом в вашем тексте уже проведено важное различие: **открытая поддержка национал-социализма снижалась, но отдельные усвоенные установки сохранялись**. Поэтому он не требует предполагать одинаковую скорость изменения отношения к режиму и антисемитских убеждений.

Чтобы яснее передать вашу мысль, достаточно добавить «в целом»:

> …хотя открытая поддержка национал-социализма после 1945 года в целом довольно быстро уменьшалась, соответствующие установки исчезли не сразу…

С оценкой **«довольно быстро»** можно отдельно обсуждать темп изменений и конкретные показатели. Но приводить отдельные колебания опросов как основание считать всю эту фразу некорректной — действительно недостаточно.